Драгун Сан-Жен

И все же самой знаменитой женщиной, служившей в армии Наполеона, была Тереза Фигёр. Она известна еще и под другим именем – мадемуазель Сан-Жен (Бесцеремонность). Это о ней генерал Каффарелли говорил полковнику Куломмье: «Никогда я не встречал более храброго солдата!» Это ее маршал Ожеро упомянул в рапорте: «Драгун Сан-Жен участвовала под моим начальством в кампании в Восточных Пиренеях и во многих обстоятельствах показывала храбрость, не свойственную своему полу».

Тереза родилась в Талмэ около Дижона (Бургундия) 17 января 1774 года в семье мельника Пьера Фигёра. Ее мать Клодин Виар умерла при родах, а через девять лет скончался и отец. Маленькая Тереза стала сиротой. После этого она жила в Авиньоне у своего дядюшки Жозефа Виара, бывшего пехотного младшего лейтенанта. 9 июля 1793 года, то есть в девятнадцать лет, она вступила в добровольческий легион под вымышленным именем Сан-Жен, что означает в переводе «бесцеремонная» или «не знающая стеснения», и осенью 1793 года участвовала в осаде Тулона. Там на нее обратили внимание многие ставшие известными люди: генерал Дюгоммье отечески опекал ее, сержант Жюно (тоже бургундец, будущий генерал-полковник гусар и герцог д’Абрантес) делился с ней последним куском хлеба. Сам Бонапарт отметил ее, когда она, рискуя жизнью, доставила под огнем противника патроны на редут Дё-Мулен.

Под Тулоном Тереза была в первый раз ранена в левую грудь. К счастью, пуля попала в кожаный ремень ее патронной сумки, и пройди она сантиметром выше, история девушки-драгуна была бы закончена, толком не начавшись.

В 1794 году мадемуазель Сан-Жен начала служить в 15-м драгунском полку в Восточно-Пиренейской армии, воевавшей против испанцев. Ее так полюбили сослуживцы, что, когда Комитет общественного спасения принял решение убрать всех женщин из французской армии, офицеры написали петицию с просьбой сделать исключение для их Терезы, и героиня удивительным образом смогла остаться в армии.

Тереза Фигёр. Портрет XIX в.

Тереза Фигёр. Портрет XIX в.

После этого девушка-драгун отличилась тем, что одной из первых ворвалась в крепость Фигюйер, ходила в разведку, привела двоих пленных к генералу Ожеро, от которого в награду получила пистолет, спасла от верной смерти тяжело раненного в голову генерала Ноге, затем спасла тонущих в реке солдат-новобранцев. Под ней было убито две лошади: одна у Перпиньяна, другая – при осаде крепости Росас.

Началась вторая Итальянская кампания. Вместе с полком Терезу перевели в район Милана. Она геройски сражалась под Лоди, получила четыре сабельных удара у Савильяно и оказалась в австрийском плену. Находясь в плену, она случайно попала на глаза эрцгерцогу Карлу. Один из слуг эрцгерцога, тоже уроженец Бургундии, узнал ее и доложил, что она женщина. Австрийский командующий собрал офицеров своего штаба и воскликнул:

– Видели ли вы что-нибудь подобное? Женщина! На это способны только эти дьяволы-французы!

В результате в плену Тереза пробыла всего три недели, восхищенный эрцгерцог лично добился ее обмена.

После возвращения во Францию Тереза получила отпуск для лечения ран и обосновалась сначала в Монтелимаре, а затем в Шалон-сюр-Сэне. Подлечившись, она вступила в 9-й драгунский полк, где полковником был Орас-Франсуа Себастьяни (впоследствии маршал Франции). Он взял 28-летнюю женщину под свою опеку, стал платить за ее жилье.

В Париже женщина-драгун затмила всех, приезжая на коне в замок Сен-Клу. Сама Жозефина завидовала ей, говоря: «Вы счастливая, вы не боитесь ни лошадей, ни пушек!» Поведение Терезы привлекло к себе внимание Первого консула, он вспомнил ее отвагу при осаде Тулона и пригласил ее на роль помощницы Жозефины. Но, несмотря на преимущества, которые давала эта должность, Тереза быстро оставила это скучное занятие, достойное, как она говорила, только белоручек. Через десять дней она уже снова была в своем 9-м драгунском полку.

Вскоре вновь начались боевые действия, и драгун Сан-Жен, покрытая порохом, приняла участие в Ульмской операции, затем в Аустерлицком сражении, затем в сражении при Йене. Получив тяжелую травму в Германии при падении лошади, Тереза Фигёр снова прибыла в Париж и разместилась в госпитале Шаритэ. Травма оказалась серьезной, и вне службы она провела почти восемнадцать месяцев.

В 1809 году Тереза отправилась в Испанию, где ее приписали к полку Молодой гвардии. Там она сражалась в районе Севильи и Бургоса, и там самым неожиданным образом завершилась ее военная карьера. Произошло это при следующих обстоятельствах: в конце июля 1812 года, находясь около Бургоса без сопровождения, Тереза была захвачена в плен отрядом знаменитого и кровожадного командира гверильясов Херонимо Мерино. Удивленный отвагой женщины-драгуна, он пожалел ее и приказал не трогать. Терезу не изнасиловали и не подвергли пыткам, а отправили в Лиссабон. Оттуда ее вместе с другими пленными вывезли в Англию. Через тридцать девять дней плавания Тереза благополучно прибыла в Лимингтон. В Англии она жила в деревушке Болдервуд, как военнопленной ей платили небольшое пособие, которого едва хватало на оплату жилья и на еду.

Будучи освобожденной в 1814 году после первого отречения императора, Тереза, несмотря на все усилия, не смогла принять участие в сражении при Ватерлоо. Началась скучная мирная жизнь: в 1815 году она стала владелицей маленького ресторанчика в Париже, а в 1818 году вышла замуж за Клемана Сюттера, тоже бывшего драгуна, чудом уцелевшего после похода в Россию. С ним она была знакома с детства. Через одиннадцать лет она овдовела. В 1842 году в Париже были опубликованы «Мемуары о кампаниях мадемуазель Терезы Фигёр, а ныне вдовы Сюттер, бывшего драгуна 15-го и 9-го полков», написанные по рассказам Терезы неким Сен-Жермен Ледюком, но это не принесло Терезе никакого дохода. Тереза Фигёр окончила жизнь в жалком приюте Пти-Менаж, где умерла 4 января 1861 года в возрасте 87 лет, одинокая, никому не нужная и так и не получившая никакой награды за многолетнюю и героическую службу императору.

Похожие книги из библиотеки

Традиции чекистов от Ленина до Путина. Культ государственной безопасности

Яркая и неоднозначная книга о прошлом и будущем России, на которой все так же лежит тень всесильного сотрудника службы госбезопасности.

«Железный» Феликс, черный воронок, кожаный плащ чекиста… Эти образы, укоренившись в нашем сознании, до сих пор вызывают страх и трепет. Кажется, советская власть сделала все возможное, чтобы возвести органы государственной безопасности в ранг культа, которому необходимо поклоняться, точно древнему божеству. Современные стражи не вызывают таких ярких ассоциаций у населения, но и они как будто бы наделены могуществом, недоступным простому гражданину. Для чего был нужен миф о всесильном КГБ? Кто создавал мрачноватый образ его сотрудников? Какими способами культ «Большого брата» возрождается теперь?

Эта книга — о всевластии тайной полиции в советское время и о том, как идея государственной безопасности постепенно становится главенствующей в современной российской идеологии. Ее автор, Джули Федор, сотрудника департамента славистики Кембриджского университета, используя в своем произведении в основном советские и постсоветские источники (архивные документы, публикации СМИ, мемуары, художественные тексты), создает объемную картину «секьюритизации» российского общества в прошлом и настоящем.

Тяжёлый танк КВ-2

Это случилось в Белоруссии на шестой день войны. 263-я пехотная дивизия Вермахта стремительно наступала на восток, когда у деревни Лесняки дорогу ей преградил одинокий советский танк с огромной башней, мощнейшим 152-мм орудием и непробиваемой бронёй. Несколько часов шёл неравный бой — шесть танкистов против целой дивизии, — несколько часов немцы безуспешно пытались подбить русского колосса из противотанковых пушек, но снаряды отскакивали от брони. Лишь вызвав на помощь штурмовые орудия, гитлеровцам удалось уничтожить танк и его героический экипаж, который отстреливался до последнего и пал смертью храбрых.

Этим неуязвимым «монстром» был тяжёлый танк КВ-2, созданный в разгар советско-финской войны специально для преодоления глубокоэшелонированной обороны противника, а полтора года спустя ставший шокирующим «сюрпризом» и для гитлеровцев, которые были настолько поражены его мощью и мужеством экипажей, что не раз хоронили их с воинскими почестями.

Бестселлер ведущего историка бронетехники воздаёт должное одному из самых знаменитых и узнаваемых советских танков, которому не суждено было дойти до Берлина, но кровавым летом 1941 года эти колоссы исполнили свой долг сполна, погибнув со славой и приблизив нашу Победу.

Grumman Avenger. Часть 1

В 1939 году флот Соединенных Штатов (US Navy) начал амбициозную программу, по модернизации старых и постройке целого ряда новых авианосцев. На новых авианосцах должны были базироваться истребительные (VF — «fighter») и разведывательно-бомбардировочные (VSB — «scout-bomber») эскадрильи, которые вооружались уже находящимися в производстве самолетами F4F Уайлдкет и SBD Донтлесс соответственно. Кроме того, предусматривалось, что вскоре эти самолеты будут заменены более совершенными машинами, прототипы которых уже проходили на тот момент испытания (F4U Корсар, F6F Хеллкет и SB2C Хеллдайвер). Однако торпедные эскадрильи (VT- «torpedo-bomber») по своему оснащению существенно отставали от истребительных и разведывательно-бомбардировочных, до сих пор имея на своем вооружении самолеты Douglas TBD-1 Девастайтор, которые были приняты на вооружение еще в 1937 году. Флот США сознавал, что устаревший Девастайтор не может быть модернизирован таким образом, чтобы устранить два его основных недостатка, недостаточную скорость и малый радиус действия. Был необходим совершенно новый самолет. Начало немецкой агрессии в Европе и японской в Китае еще раз подчеркнуло безотлагательность замены Девастайторов новым торпедоносцем-бомбардировщиком с лучшими боевыми характеристиками.