Главная / Библиотека / Легкий танк Т-26 /
/ Эксплуатация и боевое применение

Глав: 14 | Статей: 31
Оглавление
Советская закупочная комиссия, возглавляемая И.А.Халепским — начальником недавно созданного Управления механизации и моторизации РККА, 28 мая 1930 года заключила контракт с английской фирмой «Виккерс» на производство для СССР 15 двухбашенных танков «Виккерс» 6-тонный. Первый танк был отгружен заказчику 22 октября 1930 года, а последний — 4 июля 1931-го. В сборке этих танков принимали участие и советские специалисты. В частности, в июле 1930 года на заводе «Виккерс» работал инженер Н.Шитиков. Каждая изготовленная в Англии боевая машина обошлась Советскому Союзу в 42 тыс.руб. (в ценах 1931 года). Для сравнения скажем, что сделанный в августе того же года «основной танк сопровождения» Т-19 стоил свыше 96 тыс.руб. Кроме того, танк В-26 (такое обозначение получили в СССР английские машины) был проще в изготовлении и эксплуатации, а также обладал лучшей подвижностью. Все эти обстоятельства и предопределили выбор УММ РККА. Работы по Т-19 были свернуты, а все силы брошены на освоение серийного производства В-26.

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»
М. Барятинскийi

Эксплуатация и боевое применение

Эксплуатация и боевое применение

Первым танковым соединением, получившим Т-26, была 1-я механизированная бригада имени К. Б. Калиновского (МВО). Машины, поступившие в войска до конца 1931 года, не имели вооружения и предназначались в основном для обучения Более или менее нормальная их эксплуатация началась только в 1932 году. Тогда же был утвержден новый штат мехбригады. по которому в ее составе должно было быть 178 танков Т-26. По этому штату началось формирование и других механизированных бригад.

Изучение и обобщение опыта учений, проведенных в 1931—1932 годах, выявили необходимость создания еще более крупных соединений. После предварительной проработки этого вопроса Штаб РККА разработал организационно-штатную структуру механизированного корпуса. Их формирование началось с осени 1932 года в Московском. Украинском и Ленинградском военных округах. В корпус входили две мехбригады, одна из которых имела на вооружении танки Т-26, а другая — БТ. С 1935 года мехкорпуса стали вооружаться только танками БТ.

С момента поступления в войска Т-26 обр. 1933 года типовым в мехбригадах на какое-то время стал смешанный взвод, состоявший из одного однобашенного и двух двухбашенных танков. Однако по мере насыщения войск однобашенными танками двухбашенные машины в основном передали в учебно-боевые парки, а также в танкетные и танковые батальоны стрелковых дивизий. К началу 1935 года танковый батальон стрелковой дивизии состоял из трех танковых рот по 15 Т-26 в каждой.



Танки Т-26 1-го механизированного корпуса во время летних маневров. 1936 г.

В августе 1938 года механизированные корпуса, бригады и полки были преобразованы в танковые. К концу 1938 года в Красной Армии имелось 17 легкотанковых бригад по 267 танков Т-26 в каждой и три химические танковые бригады, также укомплектованные химическими танками на базе Т-26.

Боевое крещение Т-26 получили в Испании. 18 июля 1936 года в этой стране начался мятеж против правительства республики, возглавленный генералом Франсиско Франко. Мятеж поддержала большая часть армии гражданской гвардии и полиции. Высадив Африканскую армию в континентальной Испании, в течение нескольких недель Франко захватил половину территории страны. Но в крупных промышленных центрах севера — Мадриде. Барселоне, Валенсии. Бильбао и других мятеж не удался. В Испании началась гражданская война.

Уступая просьбе республиканского правительства, правительство СССР приняло решение продать испанцам военную технику и направить в Испанию военных советников, в том числе и танкистов.

26 сентября 1936 года в порт Картахена прибыла первая партия из 15 танков Т-26, которые предполагалось использовать для обучения испанских танкистов. Но обстановка осложнилась, и эти танки пошли на формирование танковой роты, командование над которой принял капитан РККА П.Арман. Уже 29 октября рота вступила в бой.

1 ноября нанесла удар по франкистам танковая группа полковника С.Кривошеина, в состав которой входили 23 Т-26 и девять бронеавтомобилей. При этом на части машин были испанские экипажи.

С начала декабря 1936 года в Испанию в массовом порядке начали прибывать танки Т-26 и другая военная техника, а также личный состав во главе с комбригом Д.Павловым. Командиры и механики-водители были кадровыми военными. направленными из лучших частей и соединений Красной Армии: механизированной бригады имени Володарского (г.Петергоф), 4-й механизированной бригады (г.Бобруйск), 1-го механизированного корпуса имени К.Б.Калиновского (г.Наро-Фоминск). На основе почти 100 единиц прибывшей техники и личного состава началось формирование 1-й Республиканской танковой бригады. Главным образом за счет советской помощи к лету 1938 года армия республиканцев располагала уже двумя бронетанковыми дивизиями.

Всего же до конца гражданской войны Советский Союз поставил республиканской Испании 297 танков Т-26 (поставлялись только однобашенные машины образца 1933 года). Эти машины принимали участие практически во всех боевых операциях, проводившихся армией республиканцев, и показали себя с хорошей стороны. Немецкие Pz.l и итальянские танкетки CV3/33, имевшие только пулеметное вооружение, были бессильны против Т-26. Последнее обстоятельство можно проиллюстрировать на следующем примере.

Во время боя у селения Эскивиас танк Т-26 Семена Осадчего таранил итальянскую танкетку CV3 и сбросил ее в ущелье. Вторая танкетка также была уничтожена. а две другие повреждены. Соотношение потерь иногда было еще большим. Так. в период сражения под Гвадалахарой за один день 10 марта взвод из двух Т-26 под командованием испанца Э.Феррера подбил 25 итальянских танкеток!

Следует, однако, подчеркнуть, что советским танкистам противостоял достойный противник. Пехота мятежников, особенно марокканская, неся большие потери от действий танков, не покидала окопов и не отходила. Марокканцы забрасывали боевые машины гранатами и бутылками с бензином, а когда их не было, солдаты противника с винтовками наперевес бросались прямо под танки. били прикладами по броне, хватались за гусеницы.

Боевые действия в Испании, продемонстрировавшие, с одной стороны, превосходство советских танков над немецкими и итальянскими в вооружении, с другой стороны, выявили и их основной недостаток — слабость бронирования. Даже лобовая броня Т-26 легко пробивалась немецкими и итальянскими противотанковыми пушками.



К бою и походу готовы! В общем строю двухбашенные и обнобашенные танки Т-26


Т-26 на Красной площади. Москва. 7 ноября 1937г.

Первой боевой операцией Красной Армии, в которой участвовали танки Т-26, стал советско-японский вооруженный конфликт у о.Хасан в июле 1938 года. Для разгрома японской группировки советское командование привлекло 2-ю механизированную бригаду, а также 32-й и 40-й отдельные танковые батальоны.

Советская танковая группировка насчитывала 257 танков Т-26, в том числе 10 ХТ-26, три мостоукладчика СТ-26, 81 БТ-7 (в разведбатальоне 2-й мехбригады) и 13 самоходных установок СУ-5-2.

Еще до начала боевых действий 2-я мехбригада понесла существенные потери. 27 июля, за три дня до выступления в район боев, арестовали ее командира комбрига А.П.Панфилова, начальника штаба, комиссара, командиров батальонов и ряда других подразделений. Всех их объявили врагами народа. В результате 99% командного состава составляли вновь назначенные люди, что негативно сказалось на последующих действиях бригады. Так, например, из- за плохой организации движения колонн и спешки марш протяженностью всего в 45 км бригада прошла за 11 часов! При этом часть подразделений из-за полного незнания маршрута движения довольно долго блуждала по городу Ворошилов-Уссурийский.

При штурме занятых японцами сопок Богомольная и Заозерная наши танкисты натолкнулись на хорошо организованную противотанковую оборону. В результате было потеряно 85 танков Т-26, из них 9 — сожжены. После окончания боевых действий 39 танков были восстановлены силами воинских частей, а остальные ремонтировались в заводских условиях.

Основная тяжесть боевых действий танковых частей в Монголии у р.Халхин- Гол "легла на плечи" колесно-гусеничных танков БТ. По состоянию на 1 февраля 1939 года в составе 57-го Особого корпуса имелось всего 33 танка Т-26. 18 ХТ-26 и шесть тягачей на базе Т-26. "Бэтэшек", для сравнения, насчитывалось 219 единиц. Мало изменилась ситуация и в дальнейшем. Так. на 20 июля 1939 года в частях 1-й армейской группы имелось в наличии 10 танков ХТ-26 (в 11 тбр) и 14 Т-26 (в 82 од). К августовским боям число "двадцатьшестых", главным образом, химических, немного увеличилось. но все равно они составляли сравнительно небольшой процент от общего числа участвовавших в боях танков. Тем не менее, использовались они достаточно интенсивно.

Здесь небезынтересно будет привести некоторые выдержки из документов, составленных в 1-й армейской группе по итогам боевых действий, в той части, в которой они касаются танков Т-26 и машин на их базе.



Т-26 в Испании. 1936 г. Рядом с танком — боец интербригады


"Двадцатьшестые" на улице испанской деревни

"Т-26 — показали себя исключительно с хорошей стороны, прекрасно ходили по барханам, очень большая живучесть танка. В 82-й стрелковой дивизии был случай, когда в Т-26 было пять попаданий из 37-мм орудия, разнесло броню. но танк не загорелся и после боя своим ходом пришел на СПАМ". После подобной лестной оценки следует куда менее лестное заключение, касающееся уже бронезащиты Т-26 (впрочем, и других наших танков): "японская 37-мм пушка пробивает броню любого нашего танка свободно".

Отдельной оценки заслужили действия химических танков.

"К началу боевых действий в составе 57-го Особого корпуса имелось всего 11 химических танков (ХТ-26) в составе роты боевого обеспечения 11-й танковой бригады (два взвода по 5 танков и танк командира роты). Огнеметной смеси имелось 3 зарядки в частях и 4 на складе.

20 июля в район боевых действий прибыла 2-я рота химических танков из состава 2-й танковой химической бригады. Она имела 18ХТ-130 и 10 зарядок огнеметной смеси. Однако оказалось, что личный состав роты очень слабо подготовлен к огнеметанию. Поэтому до выхода роты непосредственно в район боевых действий с ними были проведены практические занятия по огнеметанию и изучен боевой опыт, уже имеющийся у танкистов-химиков 11-й танковой бригады.



Самоходные установки СУ-5-2 на параде в Хабаровске. 1937 г.


Парад после окончаний маневров. Харьков, 1937 г.

Кроме того, в составе прибывшей на фронт 6-й танковой бригады имелось 9 ХТ-26. Всего к началу августа в войсках 1-й армейской группы имелось ХТ-26 — 19, ЛХТ-130 —18.

За период августовской операции (20—29 августа) все химические танки принимали участие в бою. Особенно активно они действовали в период 23—26 августа, причем в эти дни ЛХТ-130 ходили в атаку по 6—11 раз.

Всего за период конфликта химические подразделения израсходовали 32 т огнеметной смеси. Потери в людях составили 19 человек (9 убитых и 10 раненых), безвозвратные потери в танках — 12 машин, из них ХТ-26 —10, (из них 11-я танковая бригада — 7 и 6-я танковая бригада — 3), ХТ-130 — 2.

Слабым местом применения огнеметных танков явились плохая разведка и подготовка машин к атаке. В результате было большое расходование огнесмеси на второстепенных участках и излишние потери.

В ходе первых же боев было установлено. что японская пехота не выдерживает огнеметания и боится химического танка. Это показал разгром отряда Азума 28—29 мая. в котором активно использовалось 5 ХТ-26.

В последующих боях там. где применялись отеметные танки, японцы неизменно оставляли свои укрытия, не проявляя стойкости. Например, 12 июля отряд японцев в составе усиленной роты с 4 противотанковыми орудиями проник вглубь нашего расположения и, несмотря на неоднократные атаки, оказывал упорное сопротивление. Введенный только один химтанк, который дал струю огня по центру сопротивления, вызвал в рядах противника панику, японцы из передней линии траншей убежали вглубь котлована и подоспевшей нашей пехотой. занявшей гребень котлована, этот отряд был окончательно уничтожен".

Едва отгремела канонада на Дальнем Востоке, как заговорили орудия на Западе. Немецкие дивизии перешли польскую границу, началась Вторая мировая война.



Слушатели ВАММ им.Сталина изучают устройство 37 мм пушки ПС-1. 1934 г.


Работа по организации материальной части после учебной химической атаки

Накануне Второй мировой войны Т-26 главным образом состояли на вооружении отдельных легкотанковых бригад (256— 267 танков в каждой) и отдельных танковых батальонов стрелковых дивизий (одна рота — 10—15 танков). В составе этих частей и подразделений они принимали участие в "освободительном походе" в Западную Украину и Западную Белоруссию.

В частности. 17 сентября 1939 года польскую границу пересекли 878 Т-26 Белорусского фронта (22 тбр. 25 тбр. 29 тбр, 32 тбр) и 797 Т-26 Украинского фронта (26 тбр, 36 тбр. 38 тбр). Потери в ходе боевых действий во время польского похода были весьма незначительны: всего 15 "двадцатьшестых", а вот по причине разного рода технических неисправностей в ходе маршей вышли из строя 302 боевых машины. Потери танков. в том числе и Т-26, в ходе "зимней войны" были значительно больше.

Советско-финская, или. как ее часто называют, "зимняя" война началась 30 ноября 1939 года. В войне с Финляндией принимали участие 10-й танковый корпус. 20-я тяжелая. 34-, 35-, 39- и 40-я легкотанковые бригады, 20 отдельных танковых батальонов стрелковых дивизий. Уже в ходе войны на фронт прибыли 29-я легкотанковая бригада и значительное количество отдельных танковых батальонов.

Опыт войны заставил внести изменения в структуру танковых частей. Так. в условиях северного ТВД танки Т-37 и Т-38, которыми были укомплектованы две роты в танковых батальонах стрелковых дивизий, оказались бесполезны. Поэтому директивой Главного Военного Совета РККА от 1 января 1940 года предусматривалось в каждой стрелковой дивизии иметь танковый батальон из 54 Т-26 (из них 15 — химические), а в каждом стрелковом полку — танковую роту из 17 Т-26. В это же время началось формирование семи танковых полков по 164 танка Т-26 в каждом. Они предназначались для мотострелковых и легких моторизованных дивизий. Однако последних сформировали всего две.



Т-26 в засаде. 1938 г.


Т-26 обр. 1933 г. поздних выпусков во время тактических занятии. MВO. 1938 г.

Парк танков Т-26, использовавшийся во время "зимней" войны, был очень пестрым. В бригадах, имевших на вооружении боевые машины этого типа, можно было встретить и двухбашенные, и однобашенные танки разных лет выпуска, от 1931 до 1939 года. В танковых батальонах стрелковых дивизий материальная часть, как правило, была старой, выпуска 1931—1936 годов. Но некоторые части комплектовались новенькими Т-26, прямо с завода. Всего же к началу боевых действий в танковых частях Ленинградского фронта насчитывалось 848 танков Т-26.

Целью данного издания не является подробное описание действий танковых войск вообще и танков Т-26 в частности в операциях "зимней" войны Достаточно сказать, что, как и боевые машины других марок, "двадцатьшестые" использовались в качестве основной ударной силы при прорыве "линии Маннергейма", В основном привлекались для разрушения фортификационных сооружений: от расстрела противотанковых надолб до ведения огня прямой наводкой по амбразурам финских дотов.

Наибольший же интерес вызывают действия 35-й легкотанковой бригады, поскольку именно это соединение провело самый крупный и едва ли не единственный бой с финскими танками.



Бойцы Московской Пролетарской дивизии занимаются техническим обслуживанием танков. 1939 г.


Т-26 на тактических занятиях по "обкатке" пехоты танками. МВО. 1939 г.

Первые дни боев бригада действовала в направлении на Кивиниеми, а затем была переброшена в район Хоттинен — высота 65,5. До конца декабря танки бригады, неся большие потери, атаковали противника, поддерживая 123-ю и 138-ю стрелковые дивизии, а затем были выведены в резерв. В январе танкисты занимались эвакуацией и ремонтом матчасти, проводили занятия по отработке взаимодействия с пехотой, саперами и артиллерией. Учитывая опыт предыдущих боев, были изготовлены деревянные фашины. Их укладывали на сани, прицепляемые к танку сзади. Фашины предназначались для заполнения рвов и проходов между надолбами. По предложению бойцов был изготовлен деревянный мост для преодоления рвов. Предполагалось, что его можно будет толкать перед Т-26 на полозьях. Однако конструкция получилась очень громоздкой и тяжелой, что исключало передвижение моста в условиях пересеченной местности.

К началу прорыва главной полосы обороны "линии Маннергейма" танки бригады побатальонно придали 100-, 113- и 123-й стрелковым дивизиям, с которыми они и действовали до конца войны.

В конце февраля 1940 года в полосу наступления 35 лтбр была выдвинута 4-я финская танковая рота, насчитывавшая 13 танков "Виккерс" 6-тонный, из них 10 — вооруженных 37-мм пушкой "Бофорс". Финские танки получили задачу— поддержать атаку пехоты 23-й финской пехотной дивизии.

В 6.15 26 февраля восемь "Виккерсов" (с пушками "Бофорс") двинулись в бой. Из-за поломок две машины остановились, и к позициям советских войск вышло только шесть танков. Однако финским танкистам не повезло — пехота за ними не пошла, а из-за плохо проведенной разведки "виккерсы" напоролись на танки 35-й танковой бригады. Если судить по финским документам, судьба "виккерсов" сложилась следующим образом.



Танки Т-26 выдвигаются к переднему краю. Карельский перешеек, январь 1940 г.


Танк ХТ-130 210-го отдельного химического танкового батальона ведет огонь по финскому доту. 1940 г.

Танк с номером R-648 был подбит огнем нескольких советских танков и сгорел. Командир танка был ранен, но сумел выйти к своим. Трое остальных членов экипажа погибли. "Виккерс" R-655, перейдя через железную дорогу, был подбит и оставлен экипажем. Этот танк финны смогли эвакуировать, но восстановлению он не подлежал и впоследствии был разобран. "Виккерсы" R-664 и R-667 получили по нескольку попаданий и потеряли ход. Некоторое время они вели огонь с места, а затем были оставлены экипажами. "Виккерс" R-668 застрял, пытаясь свалить дерево. Из всего экипажа уцелел только один человек, остальные погибли "Виккерс" R-670 также был подбит.

В оперативной сводке 35-й танковой бригады за 26 февраля о подробностях этого боя сказано очень лаконично: "Два танка "Виккерс" с пехотой вышли на правый фланг 245-го стрелкового полка, но были сбиты. Четыре "Виккерса" пришли на помощь своей пехоте и были уничтожены огнем трех танков командиров рот, шедших на рекогносцировку".

Еще короче запись в "Журнале военных действий" 35-й бригады: "26 февраля 112-й танковый батальон вместе с частями 123-й стрелковой дивизии вышел в район Хонканиеми. где противник оказывал упорное сопротивление, неоднократно переходя в контратаки. Тут подбито два танка "Рено" и шесть "виккерсов", из них один "Рено" и три "виккерса" эвакуированы и сданы в штаб 7-й армии".

О дальнейшей судьбе трофейных "виккерсов" известно только то, что по одному танку экспонировалось на выставках "Разгром белофиннов" в Москве и Ленинграде. Один поступил в 377-й отдельный танковый батальон, а один (R-668) на полигон в Кубинку, где весной-летом 1940 года проходил испытания.

Следует отметить, что значительно подробнее и эмоциональнее бой с танками противника описан его непосредственным участником В.С.Архиповым, в то время — командиром роты 112-го танкового батальона 35 лтбр.

"25 февраля авангард 245-го полка — 1-й стрелковый батальон капитана А.Макарова с приданной ему нашей танковой ротой, — продвигаясь вдоль железной дороги на Выборг, овладел станцией Кямяря, а к исходу дня — полустанком Хонканиеми и близлежащим поселком Урхала.

Пехотинцы вырыли окопы в снегу и в них посменно отдыхали. Мы ночевали прямо в танках, в лесу. Дежурили повзводно. замаскировав машины на просеке. Ночь прошла спокойно, и, когда на дежурство вышел танковый взвод лейтенанта И.И.Сачкова и стало светать, на меня навалилась дремота. Сижу в машине, на своем обычном месте, у пушки, и не пойму, то ли во сне, то ли наяву думаю о том, что вырвались мы далеко вперед, связи с соседом справа нет. А что есть? Есть хорошая позиция: слева низина — болото под снегом или озеро заболоченное, а справа насыпь железной дороги и несколько сзади нас, близ полустанка, переезд. Там тылы батальона — санчасть, полевая кухня... Двигатель танка работал на малых оборотах, вдруг перестаю его слышать. Уснул! С усилием открываю глаза, а в уши врывается рев танкового мотора. Нет, не наш. Это рядом. И в этот момент танк наш сильно дернуло...



ХТ-133 экранированный 


Танки Т-26 35-й легкотанковой бригады выдвигаются на рубеж атаки. Февраль 1940 г.

Так, с происшествия, начался первый и последний бой с танками противника. Вспоминая его сегодня, прихожу к выводу, что он был одинаково неожиданным и для нас, и для врага. Для нас потому, что до того дня, до 26 февраля, мы вражеских танков не встречали и даже не слышали о них. Это первое. А второе — танки появились у нас в тылу, со стороны переезда, и лейтенант Сачков принял их за свои, за роту Кулабухова. Да и немудрено было спутать, так как легкий английский танк "Виккерс" был внешне похож на Т-26, как близнец. Только пушка у нас посильней — 45-мм, а у "Виккерса" — 37-мм.

Ну а что касается противника, то, как выяснилось вскоре, у него слабо сработала разведка. Командование врага, разумеется, знало, что вчера мы овладели полустанком. Мало того, что знало, оно готовило контратаку на полустанок и в качестве исходной позиции наметило рощу между низиной и насыпью железной дороги, то есть место, где мы. танкисты и стрелки капитана Макарова, провели эту ночь. Вражеская разведка просмотрела тот факт, что после захвата Хонканиеми, посадив на броню штаб батальона и до сотни пехотинцев, мы уже в сумерках продвинулись еще на километр-полтора севернее Хонканиеми.

Итак, танк наш дернуло ударом извне. Я откинул люк и высунулся из него. Слышал, как внизу сержант Коробка вслух выразил свое мнение о механике-водителе задевшего нас танка:

— Вот шляпа! Ну я ему!..

— Не нашей роты машина! Нет. не нашей! — уверенно сказал радист Дмитриев.

Танк, задевший нашу гусеницу своей (наша машина стояла сбоку просеки, замаскированная ельником), удалялся. И хотя я знал, что это может быть только танк из роты Кулабухова, тревога как бы кольнула сердце. Почему — в этом я разобрался потом. А тут я видел вокруг утреннюю рощу, падала изморозь, и, как всегда, когда вдруг потеплеет, деревья стояли в снежном кружеве — в куржаке, как говорят на Урале. А дальше, у переезда, в утреннем туманце виднелась группа пехотинцев. Гуськом, одетые в полушубки и валенки, они шли к лесу с котелками в руках. "Кулабухов!", — подумал я, рассматривая танки, которые появились на переезде и стали медленно обгонять пехотинцев. Один из стрелков, изловчившись, поставил котелок на броню танка, на мотор, и поспешал рядом, крича что-то товарищам. Мирная утренняя картина. И вдруг я понял причину своей тревоги: на башне удалявшегося от нас танка была синяя полоса. Таких опознавательных знаков советские танки не имели. И пушки на танках были другие — короче и тоньше.

— Сачков, танки противника! — крикнул я в микрофон. — По танкам — огонь! Бронебойный! — приказал я Дмитриеву и услышал щелчок закрывшегося затвора пушки.

Башня танка, первым обогнавшего наших пехотинцев, слегка развернулась, пулеметная очередь прошлась по лесу, по ближним кустам, ударила в крышу моего башенного люка. Мелкие осколки порезали мне руки и лицо, но в тот момент я этого не почувствовал. Нырнув вниз, припал к прицелу. В оптике вижу пехотинцев. Срывая из-за спины винтовки, они кидаются в снег. Сообразили, на чьих моторах грели котелки с кашей. Ловлю в перекрестие правый борт "Виккерса". Выстрел, еще выстрел!

— Горит! — кричит Коробка.

Рядом гремят выстрелы танков Сачкова. Вскоре к ним присоединяются и другие. Значит, вступил в дело и взвод Наплавкова. Танк, который нас задел, встал, подбитый. Остальные вражеские машины потеряли строй и как бы разбрелись. Конечно, сказать о танках, что они паникуют, нельзя — паникуют экипажи. Но видим-то мы только машины, которые бросаются то в ту, то в другую сторону. Огонь! Огонь!

Всего в этот день в районе полустанка Хонканиеми было подбито 14 финских танков английского производства, а три машины мы захватили в исправности и по приказу командования отправили железной дорогой в Ленинград. Потом я их видел — они стояли во дворе ленинградского Музея революции в качестве экспонатов. А после Великой Отечественной войны я "виккерсов" там уже не нашел. Сотрудники Музея рассказали, что осенью сорок первого года, когда началась фашистская блокада города, танки были отремонтированы и отправлены с экипажами на фронт".



Финские "виккерсы", подбитые в бою 26 февраля 1940 г. в районе Хонканиеми. На заднем плане — Т-28 20-й тяжелой танковой бригады

Насколько достоверно последнее утверждение, сказать трудно, но вот число подбитых финских танков В.С.Архипов явно завысил. Как это следует из приведенных выше документов, было подбито всего 6 боевых машин противника. Конечно же. действия малочисленных финских танковых частей не оказали никакого влияния на ход боев. А вот финская противотанковая оборона оказалась значительно эффективнее. Об этом красноречиво говорят цифры наших потерь в бронетанковой технике.

За весь период боевых действий с 30 ноября 1939 года по 13 марта 1940 года Красная Армия потеряла на Карельском перешейке 3178, из них 1903 составили боевые потери и 1275 — потери по техническим причинам. Потери танков Т-26 всех вариантов составили, по неполным данным, около 1000 единиц, то есть превысили количество "двадцатылестых" на начало войны. Однако в ходе боевых действий в качестве пополнения прибывали танки как с заводов, так и в составе перебрасывавшихся на фронт новых танковых частей. В феврале 1940 года, например, на Карельский перешеек из Бреста прибыла 29 лтбр в составе 256 танков Т-26.

В итоге количество "двадцатьшестых" в танковом парке Красной Армии почти не изменилось, а вот сам этот парк в 1940-м — первой половине 1941 года претерпел значительные изменения.

21 ноября 1939 года Главный Военный совет принял решение о реорганизации автобронетанковых войск. Вместо танковых корпусов и отдельных танковых бригад в Красной Армии предполагалось иметь однотипную организацию танковых соединений в виде танковых бригад РГК, вооруженных танками БТ или Т-26, с последующим перевооружением их танками Т-34. В каждой такой бригаде должно было быть 258 танков. Тяжелые танковые бригады планировалось перевооружить танками КВ — по 156 танков в бригаде (из них 39 БТ). Предусматривалось сформировать также 15 моторизованных дивизий (257 танков и 73 бронеавтомобиля в каждой).

К маю 1940 года эту реорганизацию в основном удалось завершить: в составе Красной Армии имелись четыре моторизованные дивизии, отдельные танковые и броневые бригады. Они представляли собой полностью сформированные моторизованные и танковые соединения, обеспеченные материальной частью и подготовленными кадрами. Кроме того, в состав кавалерийских дивизий входили танковые полки, а в состав стрелковых дивизий — танковые батальоны. Следует отметить, что советские моторизованные дивизии и танковые бригады 1940 года по числу боевых машин были равны немецкой танковой дивизии того же периода.

Новая структура автобронетанковых войск и их боевой состав полностью соответствовали наличию бронетанковой техники, командных и технических кадров, а также сложившимся взглядам и накопленному опыту в области применения этого рода войск. К сожалению, эта структура просуществовала недолго.



Танковый взвод на учебном поле. Головная машина — Т-26 обр. 1939 г., остальные — Т-26 обр. 1933 г.


Член экипажа танка Т-26 обр. 1933 г. беседует с сельскими жителями ЗапОВО, 1940 г.

В июне 1940 года Наркомат обороны вновь вернулся к вопросу об организации автобронетанковых войск Красной Армии, рассматривая его с точки зрения опыта действий немецких танковых войск во Франции. В результате было принято решение о формировании механизированных корпусов нового типа, куда входили бы две танковые и одна моторизованная дивизии. В танковой дивизии полагалось иметь 375 танков (63 КВ. 210 Т-34, 26 БТ-7, 24 Т-26, 52 химических) и 91 бронемашину, в моторизованной— 275 легких танков. А всего в корпусе —1031 танк.

Летом 1940 года было начато формирование восьми механизированных корпусов и двух отдельных танковых дивизий. Из-за слишком малого поступления от промышленности танков КВ и Т-34 танковые дивизии были укомплектованы танками Т-26 и БТ. На их формирование были обращены 19 танковых бригад, два танковых полка и все танковые батальоны стрелковых дивизий (за исключением 15 дивизий Дальневосточного фронта). В октябре — ноябре 1940 года "сверх плана" в Киевском Особом военном округе был сформирован 9-й механизированный корпус.

Реорганизация 1940 года привела к существенному снижению боеспособности автобронетанковых войск. Одни части и соединения расформировывались, другие создавались вновь. Шла ротация личного состава, передислокация частей. Вместе с тем, на этом этапе и техники, и людей было еще достаточно, чтобы укомплектовать новые соединения до штата.

В феврале 1941 года по предложению начальника Генерального штаба Г.К.Жукова правительство утвердило план по развертыванию еще 21 механизированного корпуса. По этому плану Красная Армия должна была иметь 61 танковую дивизию (в том числе 3 отдельные) и 31 моторизованную (в том числе 2 отдельные). Для обеспечения новых формирований требовалось уже около 32 тыс.танков, в том числе 16,6 тыс.танков Т-34 и КВ. Чтобы выпустить необходимое количество боевых машин при существовавшей в 1940—1941 годах мощности танковой промышленности, даже с учетом привлечения новых предприятий, таких как Сталинградский и Челябинский тракторные заводы, требовалось не менее 4—5 лет. Трудно понять логику принятия такого решения, когда война буквально стояла у порога.

В результате все соединения, имевшиеся в начале 1940 года, расформировали, а их боевая техника и личный состав были направлены на формирование механизированных корпусов. Однако этого было недостаточно. В первом полугодии 1941 года промышленность дала армии 1800 танков, что мало влияло на ситуацию. Укомплектованность корпусов приграничных военных округов всеми типами боевых машин к началу войны составляла в среднем 53%. автомобилями — 39%, тракторами — 44%, ремонтными средствами — 29%, мотоциклами —17%. Значительная часть техники нуждалась в среднем и капитальном ремонте, а промышленность могла дать к 1 июня 1941 года только 11% потребного количества запасных частей. Вместе с тем, даже в таком недоукомплектованном виде автобронетанковые войска Красной Армии по количеству боевых машин представляли самую внушительную силу в мире. На 21 июня 1941 года в войсках имелось 25 932 танка всех типов (у Германии — 5694). В западных приграничных военных округах дислоцировалось 19 механизированных корпусов, а также другие танковые части, насчитывавшие 13 981 танк (у Германии. включая ее союзников, — 3899 танков и штурмовых орудий). Даже с учетом только полностью боеготовых машин, вступивших в бой 22 июня, соотношение составляло, как минимум, 2:1 в пользу Красной Армии.

Что же касается танков Т-26 и машин на его базе, то судить об их количестве и степени боевой готовности можно из приводимой таблицы. При этом необходимо дать некоторые пояснения по поводу разбивки боевых машин на категории.

С 1 апреля 1940 года было введено в действие "Наставление по учету и отчетности в Красной Армии", В соответствии с этим наставлением все военное имущество (в том числе и танки) делилось на пять категорий в зависимости от его технического состояния.

1- я категория — новое, не бывшее в эксплуатации, отвечающее требованиям технических условий и вполне годное к использованию по прямому назначению.

2- я категория — имущество, находившееся в эксплуатации, вполне исправное и годное к использованию по прямому назначению. Сюда же относится имущество. требующее текущего ремонта.

3-я категория — имущество, требующее ремонта в мастерских округа (средний ремонт).

4-я категория — имущество, требующее ремонта в центральных мастерских и на заводах промышленности (капитальный ремонт).

5-я категория — негодное имущество.



Английские офицеры осматривают советский танк Т-26 обр. 1929 г. Иран. 1941 г.

Наличие танков Т-26 в Красной Армии по состоянию на 1 июня 1941 года

Марка танка Западные ВО ЗабВО ЧакВО МВО ОрВО ПрнВО СКВО СнбВО САВО ХВО ДВФ Склады и рембазы Всего в РККА 1-я кат. 2-я кат. 3-я кат. 4-я кат.
Т-26 4221 635 637 277 67 73 2 53 217 173 2100 294 8749 951 6438 522 838
ХТ-26 128 19 19 50 14 3 1 12 62 308 178 34 96
ХТ-130 180 81 7 31   2   10 3 4 170 12 500 10 428 38 24
XT-133 179 105 37   3             327 2 306 16 3
ХТ-134   2 _ 2 2
ТТ-26 26 27 53 52 1
ТУ-26 29 32 61 58 1 2
СТ-26 12     26 1 9 9 57 12 5 40
Т-26 тягяч 100 47 3 18 7 9 1 2   4 10 10 211 1 140 29 41 
Итого: 4875 782 771 500 74 102 6 65 221 181 2301 387 10 268 964 7614 646 1044

Из таблицы видно, что боевые машины семейства Т-26 составляли 39,5% всего танкового парка Красной Армии. Представляет интерес и количество танков Т-26 в западных военных округах.

Всего в западных, или, как их часто называют, приграничных военных округах к 1 июня 1941 года насчитывалось 4875 танков Т-26 всех модификаций. Из этого количества 709 боевых машин относились к 3-й и 4-й категориям, то есть требовали среднего и капитального ремонта. Само собой разумеется, что эти танки были небоеспособны. Формально к боеготовым машинам относились танки 1-й и 2-й категорий. 828 танков 1-й категории представляли собой технику, находившуюся на хранении. После снятия с хранения эти танки были готовы к бою. Сложнее обстояло дело с машинами 2-й категории (3339 единиц), к которой относились как вполне исправные и годные к использованию танки, так и требующие текущего ремонта. В понятие "текущий ремонт" входила такая операция. как замена аккумуляторов, траков гусениц, опорных катков и т.д. Если учесть дефицит запасных частей, имевшийся в Красной Армии, то становится ясно, что некоторая часть танков 2-й категории была небоеспособной. В некоторых подразделениях до трети машин стояли без движения (особенно для Т-26 не хватало траков и пальцев), хотя числились они во 2-й категории. Кроме того, до 30% танков составляли машины выпуска 1931—1934 годов, имевшие ограниченный моторесурс.



Подбитые танки Т-26 и Т-35 из состава 34-й танковой дивизии. Район Дубна, июль 1941 г.

Наличие танков Т-26 в западных военных округах

Марка танка ЛВО ПОВО ЗапОВО КОВО Од ВО Всего 1-я кат. 2-я кат. 3-я кат. 4-я кат.
Т-26 двубашенный 87 25 211 230 36 589   404 72 113  
Т-26 линейный 222 334 719 746 83 2104 486 1384 95 139 
Т-26 радийный 222 148 341 722 95 1528 321 1007 84 116 
ХТ-26 64 10 38 16   128   109 13 6
ХТ-130 12 1 50 113 4 180 10 147 18 5
ХТ-133 67 9 22 67 14 179 2 166 11 
ТТ-26       26   26   25 1  
ТУ-26 Я     26   29   28 1  
СТ-26 2   8 2   12   2 2 8
Т-26 тягач 17 3 42 33 5 100 67 16
Итого: 696 530 1431 1981 237 4875 828 3339 313 396

Таким образом, в пяти западных военных округах имелось примерно 3100— 3200 технически исправных танков Т-26 и машин на их базе, что немногим меньше всего немецкого танкового парка, предназначенного для вторжения в СССР, и примерно 40% от общего числа советских танков, имевшихся в этих округах.

В ходе боевых действий первых месяцев Великой Отечественной войны большинство Т-26 оказались потерянными в основном от огня артиллерии и ударов авиации. Много машин вышло из строя по техническим причинам, а недостаточная обеспеченность воинских частей средствами эвакуации и нехватка запасных частей не позволили их отремонтировать. При отходе даже танки с незначительными поломками приходилось взрывать или поджигать. Динамику и характер потерь можно проиллюстрировать на примере 12-го механизированного корпуса (командир — генерал-майор Н.М.Шестопалов), накануне войны дислоцировавшегося в Прибалтийском Особом военном округе. В составе корпуса на 22 июня 1941 года имелось 449 танков Т-26, два химических танка и четыре тягача-транспортера Т-26Т. К 7 июля 201 Т-26, оба химических танка и все транспортеры были подбиты. Еще 186 Т-26 вышли из строя по техническим причинам.

За этот же период в 125 тп 202 мд было потеряно 66 танков Т-26, из них 60 — безвозвратно.

К 21 июля 1941 года в 28 тд 12 мк осталось 4 БТ-7,1 Т-26 и 2 БА-20, в 23 тд — 4 Т-26, в 202 мд — 1 Т-26! Корпус практически перестал существовать как соединение танковых войск.

К осени 1941 года число "двадцатьшестых" в Красной Армии заметно сократилось, но они по-прежнему продолжали составлять значительный процент материальной части. Так, например, на 1 октября 1941 года в танковых частях Западного фронта насчитывалось 475 танков. 298 из них—Т-26. Это составляло 62%! Впрочем, техническое состояние многих из них оставляло желать лучшего. Вот что говорилось, например, в "Отчете о боевых действиях 20-й танковой бригады", получившей 20 Т-26 по пути на фронт в начале октября. "Танки Т-26, прибывшие с рембазы, заводились с трудом, с буксировки, а 14 штук не заводились совершенно". По-видимому, так обстояло дело и во многих других бригадах. Во всяком случае, подобное положение лишь способствовало быстрой убыли боевых машин этого типа.



Танк управления Г-2 ЛГУ в бою под Ленинградом. 1941 г.


Немецкий солдат осматривает танк Т-26, судя по разрушениям, подорванный экипажем. 1941 г.

Спустя месяц, 28 октября 1941 года, в разгар немецкого наступления на Москву, в составе нашего Западного фронта имелся 441 танк. Только 50 из них были Т-26, причем 14 находились в ремонте.

"Двадцатьшестые" принимали участие не только в обороне Москвы Ими был вооружен, например, 86-й отдельный танковый батальон Ленинградского фронта. 20 декабря 1941 года он получил задачу поддержать атаку нашей пехоты из района Колпино в направлении Красный Бор, Тосно. В ходе этой боевой операции совершил свой подвиг командир взвода младший лейтенант М.И.Яковлев. Вот что говорится об этом в наградном листе.

"Тов. Яковлев в боях с фашистскими оккупантами проявил себя верным сыном Социалистической Родины, героем Отечественной войны. В течение 6 дней, с 20 по 26 декабря 1941 года (в боях за Красный Бор), командир танка Т-26 Яковлев не выходил из машины, беспощадно уничтожая живую силу и технику врага.

После взятия нашими частями противотанкового рва немцы пытались возвратить утерянные ими выгодные рубежи. Они трижды контратаковали наши танки.

Тов. Яковлев, подпуская фашистов на 100 метров, в упор расстреливал их и снова переходил в атаку.

Только за одну ночь, с 22 на 23 декабря им уничтожено свыше 200 солдат и офицеров противника, два дзота, три ПТО, 4 пулеметных гнезда, три миномета с прислугой и склад боеприпасов в дер. Красный Бор.



В осажденной Одессе башни, снятые с двухбашенных Т-26, использовались при постройке бронированных тракторов — "танков НИ". В данной случае пулемет ДТ смонтирован в башне. ранее вооруженной пушкой ПС-1. 1641 г.


Колонна танков Т-26 движется к линии фронта. Битва за Москву, декабрь 1941 г.

Танк Яковлева имел 9 пробоин, но отважный командир сумел его вывести с поля боя".

Младшему лейтенанту Яковлеву было присвоено звание Героя Советского Союза.

Что же касается танков Т-26, то они продолжали использоваться в боевых действиях на всем протяжении советско-германского фронта от Баренцева до Черного морей в течение всего 1942 года. Правда, уже в значительно меньших количествах, чем в 1941-м.

Так, например, в составе 22-го танкового корпуса Юго-Западного фронта по состоянию на 9 мая 1942 года, то есть накануне наступления на Харьков, имелось 105 танков. Шесть из них—Т-26. К сожалению, полных данных о составе танковой группировки Юго-Западного фронта нет. поэтому нельзя указать, в каких еще танковых частях фронта имелись боевые машины этого типа. Точно известно, что упомянутые шесть танков Т-26 находились на вооружении 13-й танковой бригады.

Все бригады 22 тк вступили в бой с немецкой танковой группировкой (боевая группа 3 тд и 23 тд) 13 мая 1942 года, отражая контрудар во фланг наступавшим войскам 38-й армии. Немецкая группировка насчитывала более 130 танков. В результате боя 13 тбр, как. впрочем, и две другие бригады корпуса — 36-я и 133-я. потеряла все свои танки, При этом, по донесению командиров бригад, было уничтожено более 100 танков противника.

Последними крупными операциями Великой Отечественной войны, в которых в более или менее заметных количествах принимали участие танки Т-26, были Сталинградская битва и битва за Кавказ.

На 15 июля 1942 года "двадцатьшестые" имелись только в 63 тбр (8 единиц) и 62 отб (17 единиц) Южного фронта. В ходе боев к концу июля 15 танков Т-26 были потеряны. В составе войск Приморской группы Северо-Кавказского фронта действовал 126 отб (36 танков Т-26).

10 августа 1942 года 126 отб был передислоцирован в район Абинская-Крымская с задачей совместно со 103-й Краснознаменной стрелковой бригадой "упорно оборонять горные перевалы к Новороссийску, используя танки как неподвижные огневые точки, закопав их в землю".

Утром 17 августа противник силами до 18 танков Pz.IV Ausf.F1 с двумя ротами автоматчиков при поддержке 2—3 артиллерийских и минометных батарей перешел в наступление от ст. Ахтырская в направлении ст. Абинская.




Вверху: танки Т-26 в дороге на о. Кильдин, 1942 г, Внизу: постановка задачи танковому подразделению. Севастополь, январь 1942 г.

Этот населенный пункт обороняла 1-я рота 126 отб в составе 11 танков Т-26. В течение двух часов она вела бой с танками противника, а затем отступила на запасные позиции, с которых танки вели огонь с места. На западной окраине Абинской завязался уличный бой с танками противника. К концу дня рота потеряла от артогня и в танковом бою 7 танков. Еще 3 поврежденные машины были взорваны по приказу политрука роты. Подбитые танки не эвакуировались по причине отсутствия эвакосредств.

18 августа вступила в бой с противником 2-я танковая рота. До 30 немецких танков и 20 автомашин с пехотой двигались в направлении станицы Крымской. В результате трехдневных позиционных боев с танками и пехотой противника рота потеряла два танка. Немецкие потери — 4 танка и несколько десятков пехотинцев.

Несколько раз атаковала противника с восточной окраины Крымской 3-я танковая рота совместно с батальоном 103 сбр и до исхода дня 19 августа не давала немцам возможности овладеть станцией. Однако уже на следующий день



Танк Т-26 в районе Невской Дубровки. Ленинградский фронт. 1942 г. Обращает на себя внимание интересный зимний камуфляж танка


Танк Т-26 в ремонтном цеху. Ленинград. 1942 г.

немцы, подтянув резервы, овладели Крымской. Все танки 3-й роты 126 отб попали в окружение и погибли. Противник в этом бою потерял 5 танков, минометную батарею и до роты пехоты.

К 22 августа 1942 года батальон потерял 30 танков. При этом от ударов авиации— 5 танков, от огня артиллерии и танков противника — 21, от огня огнеметчиков— 1. Кроме того, 3 танка были подорваны экипажами.

Оставшиеся в строю 6 "двадцатьшестых" использовались как неподвижные огневые точки для обороны горных проходов в 25 км севернее Новороссийска.

Батальон понес большие потери из- за неправильного применения танков, которые без поддержки пехоты и артиллерии вели оборонительные бои на фронте протяженностью 20 км группами по 3—5 машин. Личный же состав 126 отб дрался геройски. Командир 2-й роты лейтенант Мелешко на своем Т-26 20 августа 1942 года лично уничтожил 4 немецких средних танка.

Еще одной частью, имевшей на вооружении значительное число танков Т-26, была 207 тбр. В ее составе на начало декабря 1942 года имелось 52 танка: 46 Т-26 и 6 Т-60.

В конце декабря 207 тбр вела наиболее интенсивные бои с противником (по сравнению с другими танковыми частями Закавказского фронта), пытаясь уничтожить в районе Сурх-Дигора танковый батальон моторизованной дивизии СС "Викинг". В течение 27 и 28 декабря из- за слабой организации боевых действий бригада потеряла 37 танков Т-26 и Т-60, подбив при этом 14 танков противника (10 из них были эвакуированы немцами с поля боя).



В блокадном Ленинграде на шасси ремонтируемых танков Т-26 изготавливались самоходные установки, вооруженные 76-мм полковыми пушками. 1942 г.


Последние указания перед боем. Подразделение танков Т-26 в окрестностях Сталинграда. Юго-Западный фронт. 1942 г.

Следует отметить, что практически во всех случаях после потери танков Т-26 бригады и батальоны, их имевшие, в качестве пополнения получали боевые машины других типов, находящихся в серийном производстве или получаемых по ленд-лизу. В частности, на вооружение батальонов легких танков танковых бригад поступали машины Т-60 и Т-70.

В 1943 году на большинстве участков советско-германского фронта танки Т-26 уже не использовались. В основном они сохранялись там. где фронт был достаточно стабилен, где длительное время не велось активных боевых действий, а также в некоторых тыловых частях.

В связи с этим любопытно будет упомянуть 151-ю танковую бригаду (45-я армия. Закавказский фронт). Бригада в составе 24 Т-26 и 19 английских легких танков Mk.VII "Тетрарх" охраняла государственную границу СССР с Ираном. В январе 1943 года бригаду перебросили в Туапсе в распоряжение 47-й армии.

Довольно долго "двадцатьшестые" сохранялись в войсках Ленинградского фронта. В частности, к началу операции по снятию блокады в январе 1944 года в составе 1-й и 220-й танковых бригад Ленинградского фронта имелось по 32 танка Т-26.



Вперед, на Запад! Т-34-85 проносятся мимо подбитого еще в 1941 г. танка Т-26 обр. 1939 г.

На другом стабильном участке советско-германского фронта — в Карелии и на Мурманском направлении — Т-26 состояли на вооружении еще дольше — до лета 1944 года.

Последней же боевой операцией советских Вооруженных сил, в которой приняли участие Т-26, стал разгром японской Квантунской армии в августе 1945 гада. На Дальнем Востоке к 1945 году сохранилось довольно много танков старых марок, в первую очередь Т-26 и БТ-7. Ими были укомплектованы несколько танковых бригад, которые всю Великую Отечественную войну находились на манчьжурской границе и не участвовали в военных действиях. С целью повышения их боевых возможностей летом 1945 года с заводов поступило 670 танков Т-34-85, которыми укомплектовали первые батальоны в этих танковых бригадах. На вооружении же вторых и третьих батальонов сохранились танки Т-26 или БТ-7. В таком составе эти части приняли участие в боях с японцами.

Оглавление книги


Генерация: 0.270. Запросов К БД/Cache: 0 / 0