Глав: 22 | Статей: 27
Оглавление
Данная книга является продолжением книги автора “Броненосный крейсер “Баян”” (С-Пб. 2005 г.) и посвящена однотипным кораблям “Адмирал Макаров”, “Баян” и “Паллада”.

Все три корабля участвовали в первой мировой войне, а один из них — “Паллада” погиб от торпеды подводной лодки в октябре 1914 г. В книге описываются строительство, предвоенная служба, операции первой мировой войны, в которых участвовали эти корабли.

Для широкого круга читателей, интересующихся военной историей.

3. Сто усовершенствований

3. Сто усовершенствований

Судьба проекта крейсера, получившего вскоре название “Адмирал Макаров”, остается столь же загадочной, как и обстоятельства его заказа. Приходилось скрывать и, увы, не обнадеживающие характеристики обоих крейсеров. Мнение это, успевшее сложиться на флоте, несмотря на все меры секретности, выразил полковник корпуса морской артиллерии В.А. Алексеев (1858-?). В 1898–1900 г. он был членом комиссии, наблюдавшей за постройкой в Филадельфии броненосца “Ретвизан” и крейсера “Варяг”. Убедившись в тщетности предлагавшихся им важных инициатив по повышению предвоенной боеспособности флота, В.А. Алексеев встал на позиции непримиримого разоблачителя непорядков Морского министерства. “Весьма сведущий в своем деле человек”, — как писал о нем А.Н. Крылов (с. 161), В.И. Алексеев под псевдонимом Брут опубликовал в газете “Новое время” обширную серию весьма предметных статей, вошедших позднее в две книги “Письма Брута о Морском министерстве”. (С-Пб, 1908,156 с.) и “На суд общества ответы Брута Морскому министерству (С-Пб, 1909, 140 с.). В мае-июне 1910 г. вышло еще восемь газетных статей, где критиковались уже задания на проектирование русских дредноутов на которые тогдашний товарищ морского министра И.К. Григорович просил A.Н. Крылова подготовить ведомственный ответ.

Относительно трех крейсеров, заказанных по типу

“Баяна”, В.А. Алексеев писал: “Ни одной новой мысли и ничего, что бы указывало на применение данных, добытых тяжелым боевым опытом”. Правда, министерство объясняло, что заказ сделан был “на основании боевого опыта”, но почему-то не учло, что “Баян” был в той войне самым деятельным “не потому, что представлял собой хороший боевой тип корабля, а единственно и безусловно только благодаря лихости своих командиров” (в действительности “Баян” отличился при одном командире Р.Н. Вирене-Р.М.). Самый же тип этого судна, по мнению тех же самых командиров, напоминал B.А. Алексеев, — решительно не заслуживает подражания и повторения (“Письмо”, с. 23).

Позднее для успокоения общественного мнения министерство представило в Государственную думу обширное исследование (из 61 пункта со 110 цитатами из статей Брута) под названием “Фактические неверности в статьях Брута” (“На суд общества”, с. 5, 10). В нем будто бы говорилось, что заказ трех крейсеров по типу “Баяна” был сделан вовсе не на основании боевого опыта. А лишь потому, что осенью 1904 г. были свободные эллинги и свободные кредиты по смете. Но чертежей броненосцев, а также и крейсеров “новейших типов в готовности не имелось” а изготовление их требовало значительного времени”. Перед лицом такого простодушного саморазоблачения ведомства В.А. Алексеев смиренно замечал: “если министерство само считает такое объяснение своих судостроительных заблуждений более благородным или вообще более для себя удобным, чем то, что я приписывал ему, то я ничего против не имею.

Что же касается достоинств крейсеров по типу “Баяна”, то сравнивать их с построенными в одно время японскими типа “Тсукуба” “просто стыдно — три названных русских крейсера “не посмеют даже вступить в бой с одним “Тсукуба” (“На суд общества”, с. 113–114).

Таковы имеющиеся в настоящее время открытые сведения о заказе в Англии и Франции крейсеров для русского флота. При всем желании проникнуть в тайну этих заказов довольствоваться приходится лишь внешней их стороной и теми догадками, которые автор может предложить на основании всех приведенных здесь обстоятельств. Сегодня, когда в страну доставлен “Белый архив” и только что состоялось открытие центра русского зарубежья, можно ожидать, что хотя бы часть загадки названных заказов станет известной и позволит уточнить те предположения, которыми пока что приходится восполнять отсутствующие факты.

Пока же, оставаясь в неведении о всей “кухне” переговоров Морского министерства (или его представителей во Франции) с фирмой Форж и Шантье, приходится догадываться даже о том порядке, какой предполагался при постройке крейсеров типа “Баян”. Могло случиться и такое, что вначале рассчитывали два крейсера улучшенного типа “Баян” строить в Петербурге по разработанному собственными силами проекту. Иначе говоря, рассчитывали повторить опыт броненосцев типа “Бородино”. И тогда (все это предположение автора) могла явиться мысль переложить на французов все хлопоты по усовершенствованию проекта “Баяна” и получить для дублирования в России во всем отработанный проект. Так и мог появиться проект “Адмирала Макарова”, ставший главным.

Что строить их могли задумать сначала в России, можно видеть из доклада МТК от 10 ноября 1904 г., когда управляющий Морским министерством приказал “теперь же” при новом судостроении C-Пб. порта приступить к постройке двух крейсеров улучшенного типа “Баян”. Указания МТК о необходимых улучшениях уже были подготовлены (РГА ВМФ, ф. 421, оп. 1, д. 1649, л. 1–8). Приводилось сравнение “Баяна” с крейсерами фирмы Ансальдо “Ниссин” и “Кассуга”, а также проектом крейсера по типу “Баяна” (водоизмещением 8100 т, скорость 21 уз), предложенным фирмой “Бурмейстер и Вайн”. Из таблицы характеристик с неоспоримостью следовало преимущество проекта Ансальдо, но выбор почему-то был сделан в пользу

“Баяна”. К недостаткам итальянского проекта отнесли подозрительную облегченность артиллерийских установок, укороченные будто бы (40 калибров) 8-дм и 6- дм пушки, наличие только ручной подачи. Камнем преткновения было ограничение в новом проекте водоизмещения, которое не должно было превосходить водоизмещение “Баяна”. Это был какой-то искусственный прием, имевший целью отказаться от проекта Ансальдо.



Броненосный крейсер “Баян". 1903 г. (продольный разрез и вид сверху)

7 декабря 1904 г. из МТК Главному корабельному инженеру C-Пб. порта препровождались данные “для проектирования крейсера улучшенного типа “Баян” (РГА ВМФ, ф. 421, on. 1, д. 1650, л. 1).

Оказывается, в тот же день 7/20 декабря 1904 г. почти во всех деталях повторяя интригу с неожиданным появлением 26 мая 1898 г. в Петербурге проекта броненосца фирмы Форж и Шантье (будущий “Цесаревич”), в Министерстве было получено также составленное в Петербурге предложение той же фирмы. К нему прилагалась обстоятельная (8 машинописных страниц), блиставшая новизной передовых идей спецификация обновленного крейсера “Баян”. В числе предлагавшихся новшеств выделялось, в частности, усиление малокалиберной артиллерии добавлением к 8 47-мм пушкам еще и четырех калибром 57-мм! В полной мере подтверждалась здесь та истина (и не знать ее не могли члены МТК), высказанная впоследствии во всеуслышание В.А. Алексеевым-Брутом: “какие иностранным заводикам вы не предоставляйте выгоды, они никогда не дадут вам больше того, что вы сами можете спросить у них, того, чего не знаете, они никогда не дадут вам того лучшего, что в данный момент делается у них, на их же заводах, но для их отечественных флотов” (“На суд общества”, с. 116). В согласии с этим незыблемым правилом французы не собирались в своем проекте брать за образец “однокалиберный” крейсер “Эрнест Ренан” с его 14 194-мм пушками и 23–24 уз скоростью).

То же происходило и с “Рюриком”, примером для которого могли бы быть, но не стали, уже проектировавшиеся тогда в Англии “однокалиберные” линейные крейсера. И потому с такой же, как было и при заказе “Цесаревича”, поспешностью, МТК уже 9 декабря 1904 г. журналом по кораблестроению № 72 рассмотрел представленную ему записку директора завода Форж и Шантье с “ведомостью изменения вводимых при постройке нового крейсера типа “Баян”. Фирма обязывалась выполнить проект “без общего изменения водоизмещения и поперечной остойчивости прототипа”.

Проект был принят “для руководства при постройке крейсеров типа “Баян” — одного на названном заводе, двух других — при новом судостроении C-Пб. порта”. Журнал подписали каждый в отдельности очень уважаемые в отечественной истории ученые мужи Николай Титов, Аполлон Кротков, Николай Нозиков, Василий Афанасьев (ранее писал свою фамилию через “о”), Анатолий Ковальский.

Дружно, как происходило все эти годы, прикрываясь щитами коллегиальной безответственности, все эти уважаемые специалисты с легкой душой совершили тяжкий грех (если не преступление) — принятие вредоносного проектного решения.



Броненосный крейсер “Баян”. 1903 г. (планы батарейной и жилой палуб)

Спустя 20 дней начальник отдела сооружений ГУКиС контр-адмирал А. Р. Родионов (1849-?), по иронии судьбы состоявший в 1899–1902 гг. первым командиром крейсера “Баян”, извещал Главного инспектора кораблестроения о том, что фирме Форж и Шантье во Франции заказан броненосный крейсер типа “Баян” со всеми улучшениями, предусмотренными журналом МТК по кораблестроению от 9 декабря 1904 г. № 72”. Сдать корабль заказчику фирма обязуется в декабре 1907 г.

К усовершенствованиям, предусмотренным во французском предложении, МТК добавил 26 своих. Хаотично изложенные они сводились к следующему. — Требовалось, чтобы динамо-машины, электродвигатели и вся электротехника выполнялись в соответствии с приказом по Морскому ведомству от 10 марта 1904 г. № 53, а поставка запасных частей по электротехнике — по Положению 1898 г. Следовало предусмотреть фильтры для динамо-машин, усовершенствованную электрическую сигнализацию, улучшенные сепараторы динамо-машин (исключающие попадание воды в цилиндры), шкафы для станции параллельного соединения динамо-машины, электрические звонки между компасами и шунтовое намагничивание двигателей электрических вентиляторов. Количество ламп для внутреннего и наружного освещения с 600 (как было на “Баяне”) требовалось увеличить до 800, и кроме ламп накаливания, предусмотреть в каждом котельном отделении по одной дуговой лампе (3 ампера) и по две — в каждом машинном отделении. Предлагалось увеличить число переносных вентиляторов и сеть переговорных труб для артиллерии. Перечислялись меры по улучшению вентиляции помещений.

“Сушильню” для белья, признанную на “Баяне” неудовлетворительной, следовало заменить на более отвечающую своему назначению. Телефоны были отнесены к поставке заказчика (установка возлагалась на фирму Форж и Шантье), но тип аппаратов не назывался. Участники войны (в своих ответах на вопросы ГМШ в 1906 г.) отзывались неодобрительно о первоначально применявшихся в русском флоте и считавшихся более совершенными, чем европейские, телефонах системы Е.В. Колбасьева (1862–1920). Удачнее признавались применявшиеся на “Баяне” телефоны французского лейтенанта Гальяра и на “Аскольде” — громкоговорящие фирмы Сименса. Возможно, их и предполагали установить вместо системы Гальяраю. Проводники через водонепроницаемые переборки требовалось проводить через специальные сальники.

Улучшить требовалось и подшивку тонких листов под бимсами во всех помещениях, которая на “Баяне” всегда легко прогибалась и имела “некрасивый вид”. Для перевязочного пункта следовало назначить “защищенное место”. В защищенном броней укрытии (предусмотрев и крепление от качки) на время дневного боя требовалось разместить и прожекторы. Шкафы во всех хозяйственных помещениях следовало изготовить из стали, а не из дерева; а бакштаги дымовых труб — из стального троса, а не из цепей. В состав верхнего такелажа надо было ввести изоляторы, а вместо рабочего катера предусмотреть два парусных складных бота длиной по 22 фут. Заказывать уже известные в мире моторные катера, а также спасательные плоты системы Карлея, о приобретении которых Морское министерство вело переговоры еще в 1903 г., составители спецификации сочли, видимо, слишком для фирмы обременительным.



Броненосный крейсер “Баян”. 1903 т. (планы палуб)

Пунктами 24–26 предусматривалось отпустить на корабль “два спасательных буя с фосфористым кальцием, предусмотреть в минной мастерской токарный станок с электрическим приводом, какой был на крейсере “Баян”, а в водяных трюмах “две маленькие помпы” с электрическим приводом вместо прежде применявшихся ручных. Такого рода усовершенствованиями, а их всего вместе с предложениями фирмы набралось, наверное, не менее ста, была отмечена и последующая “работа” над спецификацией крейсера.

Эта кропотливая работа по уточнению конструктивных решений проекта минувшего века была продолжена изменениями в спецификации крейсера по механизмам (журнал МТК 3 18 от 23 мая 1905 г. ст. 201–236), где уточнялось, что толщина 115-мм трубок котлов Бельвиля в нижних рядах должна была составлять не менее 6,5 мм.

Еще 32 добавления было внесено в уже отпечатанный русский текст спецификации, подписанной Форж и Шантье его петербургским представителем А. Тами и членами МТК 24 июня (7 июля) 1905 г.

Фирма могла быть довольна. Все изменения не затрагивали всерьез тип, конструкцию и устройство корабля. Сохранялось стародавнее (со времен 1839 г., когда его предложил англичанин Раттсон), рулевое управление, дополненное парогидравлическим приводом с бегающей на тросах поперечной тележкой-ползунком (система Стапфер-Дюкло), а в снабжение шлюпками деликатные русские заказчики не посмели внести ни одного моторного катера.

По-прежнему неимоверно велик — 150 мм — был вырезной просвет боевой рубки, а угол возвышения орудий, словно в насмешку, составлял для 8-дм калибра лишь 22° и для 6-мм — 25°. Приходится согласиться с мнением В.А. Алексеева-Брута об отсутствии в проекте крейсера “каких-либо новых мыслей”. Уровень проекта был предрешен, и МТК в лучшем случае мог лишь напоминать (в спецификации это было сделано ровно 41 раз) о необходимости сохранения отдельных решений по образцу “Баяна”. Так сохранилась мебелировка помещений (“из дерева и железа”), система парового отопления, порты для погрузки угля, командная мебель, состав шлюпок (с добавлением двух складных парусиновых), спасательные буи, масляные фонари, абажуры в офицерских каютах, электроарматура, освещение, станки в мастерских, двигатель “блиндированного типа” для поворота 8-дм башен (за 1,5 минут при крене до 8°) и т. д.



Броненосный крейсер “Баян”. 1903 г. (планы платформы и трюма)

Ради всех названных 100 усовершенствований пришлось, видимо (прямых объяснений не встречается), пойти на понижение высоты рубок и тамбуров на верхней палубе и уменьшение массы бронирования. Для этого толщину плит нижнего броневого пояса в средней части уменьшить со 150/90 до 135/80 мм, и с 200/ 100 до 175/90 мм, башен со 150 до 132 мм, боевой рубки со 160 до 136 мм. С маниакальным упорством повторяя ошибки прошлого, все это делали для сохранения прежнего проектного водоизмещения и основных размерений прежнего “Баяна”.

Поэтому уже не приходится удивляться тому, отчего странно недоговоренными оказались и требования к креновой и дифферентной системам, о необходимости которых на “Баяне” по опыту изучения этого крейсера в 1902 г. главному инспектору кораблестроения докладывал А.Н. Крылов (“Воспоминания и очерки”, М., 1956, с. 700–703). Тогда обнаружилось, что имевшееся на корабле огромное множество пустых отсеков (общий объем 1456 т ниже броневой палубы и 494 т под броневой) позволяет обеспечить кораблю почти идеальные условия непотопляемости. Регулируя их затопление или осушение, можно было дифферент на нос и на корму менять в пределах 8 футов, остойчивость — на 30 % и выравнивать крен на сторону до 28°. Но тогда предлагаемые системы для реализации этих достоинств осуществлены не были, так как их не предусматривалось в контракте.

Невероятно, но факт: в новом проекте, где можно было бы ожидать хотя бы частичный учет уже достаточно известного боевого опыта (гибель кораблей, подрывы на минах от попаданий торпед) вопросы обеспечения непотопляемости особо и не выделялись. Им нашлось место лишь в сборкой спецификации № 6, где в статьях 82-119 в двух разделах “Дельные вещи” и “Трубопроводы” был собран конгломерат самых несовместимых технических решений. В них фирма, не утруждая себя строгой систематизацией, и что еще более странно, не встретив возражений МТК, вместе с допотопным рулевым и якорным устройствами соединила общекорабельные системы, мостики, телеграфы, паровое отопление, вспомогательные холодильники, трубопроводы соленой и пресной воды, переговорные трубы, столы для команды, оружейные пирамиды и разного рода дельные вещи — от стоек, обухов, рымов и шлюпбалок до громоотводов, выстрелов, коечных сеток и наружных украшений носа и кормы. Средства обеспечения непотопляемости оказались почти что запланированными (без прямого их упоминания) в ст. 89, называющейся “Приемные отверстия, коллектор морской воды, наполнение и осушение носовых и кормовых свободных водонепроницаемых отделений и боковых отделений двойного дна”.

Фигурировавший в этой статье трюмный “коллектор морской воды” диаметром 200 мм, протяженностью от переборки 65 носового шпангоута до переборки 44 кормового шпангоута по существу представлял собой ту самую трубу, от которой МТК так недавно, при рассмотрении проектов программы 1898 г. торжественно отрекался, как от вредного для безопасности корабля анахронизма. Из невнятной формулировки назначения этого коллектора явствовало, что он имеет целью “дать возможность пополнить и отливать по желанию любое из этих отсеков для изменения осадки корабля в случае надобности”.

Об управлении креном корабля и мерах сохранения остойчивости ничего не говорилось. Не было этого и в приводившихся А.Н. Крыловым в докладе 1902 г. таблицах непотопляемости. Это был шаг назад от рубежа, достигнутого в 1898 г., когда МТК предсказывал переход на автономный принцип осушения и заполнения отсеков. Не было и речи о применении изобретения, которое на броненосце “Орел” в походе 2-й эскадры предложили и осуществили трюмные механики корабля Н.М. Румс (1878–1945, Нью-Йорк) и корабельный инженер В.П. Костенко (1880–1955). Эта система с шахматным чередованием пустых и заполненных противолежащих бортовых отсеков позволяла в бою выравнивать крен. Неизвестно, успели ли авторы изобретения, как они предполагали, сообщить о нем в Петербург до Цусимского боя и нашли ли нужным в МТК оценить его достоинства, но в проекте нового крейсера об этом упоминаний не встречается. Неустранимым остался и конструктивный изъян переборок “Баяна”, выявившийся при их испытании во Франции, потребовавший существенного их подкрепления, но почему-то французами в отчетных чертежах неучтенный.

Был ли то недосмотр командиров А.Р.Родионова и Г.Н. Вирена, наблюдающих И.К. Григоровича и К.П. Боклевского или невнимание МТК, но французы конструкцию переборок в новых чертежах оставили без изменений. Их продублировали и в проектах, предназначенных для осуществления в России. Прозрение наступило лишь в 1906 г., когда переборки на “Адмирале Макарове” прорвало при испытании наполнением отсеков водой и их пришлось подкреплять, как это было и на “Баяне”.

Так генералы из МТК, подписав 24 июня 1905 г. спецификацию “усовершенствованного “Баяна”, “служили” своему императору и стоявшей за его спиной французской фирме Форж и Шантье.

Фирма же оговорив, как и при заказах в 1898 г., непомерно большой срок — в полтора раза больший, чем назначала себе фирма Виккерса при заказе “Рюрика”, каким-то чудесным образом опять сумела обеспечить себе спокойные условия работы.

И все были довольны.



Броненосный крейсер “Баян”. 1903 г. (конструктивный мидель-шпангоут)

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.108. Запросов К БД/Cache: 0 / 0