Глав: 3 | Статей: 20
Оглавление
27 ноября 2005 г. исполнилось 300 лет морской пехоте России. Этот род войск, основанный Петром Великим, за три века участвовал во всех войнах, которые вела Российская империя и СССР. На абордажах, десантах и полях сражений морские пехотинцы сталкивались с турками и шведами, французами и поляками, англичанами и немцами, китайцами и японцами. Они поднимали свои флаги и знамена над Берлином и Веной, над Парижем и Римом, над Будапештом и Варшавой, над Пекином и Бейрутом. Боевая карта морской пехоты простирается от фьордов Норвегии до африканских джунглей.

В соответствии с Планом основных мероприятий подготовки и проведения трехсотлетия морской пехоты, утвержденным Главнокомандующим ВМФ, на основе архивных документов и редких печатных источников коллектив авторов составил историческое описание развития и боевой службы морской пехоты. В первом томе юбилейного издания хронологически прослеживаются события от зарождения морской пехоты при Петре I и Азовского похода до эпохи Николая I и героической обороны Севастополя включительно. Отдельная глава посвящена частям-преемникам морских полков, история которых доведена до I мировой и Гражданской войн.

Большинство опубликованных в книге данных вводится в научный оборот впервые. Книга содержит более 400 иллюстраций — картины и рисунки лучших художников-баталистов, цветные репродукции, выполненные методом компьютерной графики, старинные фотографии, изображения предметов из музейных и частных коллекций, многие из которых также публикуются впервые. Книга снабжена научно-справочным аппаратом, в том числе именным указателем более чем на 1500 фамилий.

Книга адресована широкому кругу читателей, интересующихся военной историей, боевыми традициями русской армии и флота, а также всем, кто неравнодушен к ратному прошлому Отечества.

Войны с Англией и Швецией 1807–1812 гг.

Войны с Англией и Швецией

1807–1812 гг.

Библиография и источники.

Броневский В.Б. Записки морского офицера в продолжение кампании на Средиземном море под начальством вице-адмирала Д.Н.Сенявина от 1805 по 1810 год. Ч. I–III. СПб., 1836–1837.

Броневский Д.Б. Записки. // Русская старина. 1908. № 6.

Орлов А.А. Пребывание эскадры Д.Н. Сенявина в Англии в 1808–1809 гг. // Эпоха 1812 года. Исследования. Источники. Историография. Т. III. М., 2004. С. 7–26.

Сытинский Н.А. Очерк истории 90-го пехотного Онежского полка. СПб., 1903.

Тарле Е.В. Экспедиция адмирала Сенявина в Средиземное море (1805–1807). М., 1954.

Юганов Н.А. История 92-го пехотного Печорского полка. 1803–1903. СПб., 1903.

По условиям Тильзитского мирного договора Александр I вынужден был принять сторону Франции и вступить в войну со своими прежними союзниками. 26 октября 1807 г. Россия объявила войну Англии, а в феврале 1808 г. русские войска начали боевые действия против Швеции. Изменение политического курса сказалось прежде всего на возвращавшейся из Корфу эскадре Д.Н. Сенявина (9 кораблей и 2 фрегата). После трехнедельной борьбы со штормами Атлантики она 1 ноября 1807 г. укрылась в нейтральном Лиссабоне. Решив здесь перезимовать, Сенявин послал фрегат «Венус» с приказом русским судам, стоявшим в Венеции и Триесте, следовать к нему для соединения. Но вскоре, 17 ноября, португальский принц-регент Жоан бежал в Бразилию, а Лиссабон заняли французские войска генерала Жюно. В свою очередь британский флот (13 кораблей, 11 фрегатов, 5 судов) подошел к Лиссабону с моря. Началась 10-месячная блокада русской эскадры, на борту которой находились 8 рот 2-го морского полка при 32 офицерах под общим командованием полковника Ф.А. Буаселя. Хотя генерал Жюно пытался склонить Сенявина к совместным действиям против англичан, вице-адмирал под различными предлогами уклонялся от этого.



Мушкетер 3-го морского полка в суконной шапке образца 1803 года. Иллюстрация no акварели из «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск…». Часть X. Лист № 1357.

Между тем «Венус» 22 ноября зашел в Палермо, где был блокирован английским отрядом из 5 линейных кораблей и 2 фрегатов. Возглавлявший отряд вице-адмирал Торнброу потребовал капитуляции русского судна. Собранный капитан-лейтенантом К.Е. Андреяновым военный совет единогласно решил защищаться и при необходимости сжечь «Венус». Но поскольку Палермо считался нейтральном портом, Андреянов заключил 29 декабря 1807 г. соглашение с сицилийским правительством о передаче ему фрегата на сохранение до конца войны. Команда сошла на берег и разместилась в городе под защитой сицилийских властей. Здесь русские моряки завели дружеские отношения с британцами, которые попытались переманить русских солдат и матросов на королевскую службу. При этом вербовщики не стеснялись в средствах. Например, рядовой 3-го морского полка Епифанов познакомился с английским сержантом. Вместе они зашли в трактир, где сержант щедро угощал Епифанова вином, после чего предложил переменить службу и даже вручил несколько червонцев задатка. Но Епифанов, сообразив, о чем идет речь, бросил червонцы сержанту в лицо, вылил ему на голову кружку вина и вытолкал незадачливого вербовщика из трактира. В конце концов, не сумев переманить команду «Венуса», англичане попытались захватить русских офицеров. Но солдаты и матросы с оружием встали на их защиту. Андреянов заявил королю Фердинанду IV официальный протест. После этого сицилийские власти предоставили два транспорта, на которых 12 апреля 1808 г. весь экипаж «Венуса» с оружием отплыл из Палермо и присоединился к русской эскадре в Триесте.

В августе 1808 г. после поражения у Вимейро генерал Жюно вынужден был оставить Португалию. Английские войска заняли Лиссабон, после чего адмирал Коттон потребовал сдачи русской эскадры. «Вице-адмирал Сенявин не устрашился сего предложения; он представил Коттону, что русский флот под стенами Лиссабона, без пользы для англичан и к разорению того города, взорвет свои корабли и не сдаст ни одного корабля». После переговоров 23–24 августа 1808 г. Сенявин и Коттон заключили соглашение. По его условиям 9 русских кораблей и 1 фрегат передавались на сохранение Англии «в залог вскоре восстановляемых старинных и дружественных сношений» с тем, чтобы через 6 месяцев после заключения мира она возвратила их России. Экипажи должны были незамедлительно вернуться на родину за счет британского правительства. Передачу кораблей предполагалось осуществить в одном из английских портов. 31 августа 1808 г. эскадра Сенявина вышла в море, оставив в Лиссабоне ветхие корабли «Рафаил» и «Ярослав». 26 сентября 7 линейных кораблей и 1 фрегат с поднятыми Андреевскими флагами вошли на Портсмутский рейд. «Английский народ в Портсмуте едва не взбунтовался, увидев незначительный русский флот, входящий на рейд главного порта Англии вместе с англичанами, каждый под своим флагом, — вспоминал мичман П.И. Панафидин. — Монтегю, известный адмирал и начальник порта, просил вице-адмирала (Сенявина) не поднимать кормовых флагов, и все английские суда, бывшие тогда в Портсмуте, поутру не подняли своих флагов. Вице-адмиральский флаг на брам-стеньге и вымпела корабельные развевались на своих местах». Проявив твердость, Сенявин добился соблюдения всех воинских почестей. Флаги были спущены только через три дня с обычной церемонией по пробитии зори, а адмиральский флаг и вымпелы — ночью, как при окончании морской кампании. По требованию возмущенных лордов адмирал Коттон попал под суд и, хотя сумел оправдаться, его отстранили от командования эскадрой.

15 октября 1808 г. русские корабли перевели из Портсмута на стоянку к острову Уайт, где около 5 тысяч русских солдат и матросов вынуждены были зимовать в очень трудных условиях. «Продовольствие людей на российских кораблях чрезвычайно худо выполняется Английским Правительством, — жаловался Сенявин 13 февраля 1809 г. лорду Малгрейву, — с начала прибытия в Англию масла совсем не получали, некоторые провизии не приняты за худым качеством, которые не могли служить в пищу даже и скотине, а другие хотя и посредственные, но доставлялись с такою медленностью, что принуждены были уменьшать порцию». Обмундирование солдат износилось, зимняя одежда отсутствовала. В то же время английские вербовщики окружили русских моряков повышенным вниманием и заманчивыми предложениями. В итоге за время зимовки им удалось переманить 27 рядовых морских полков на королевскую службу. Наконец, с 20 апреля 1809 г. русские команды начали передавать корабли англичанам. Процедура эта растянулась, и лишь 4 августа экипажи Сенявина на 21 транспорте покинули Портсмут. В сентябре они пришли в Ригу, и после пяти лет дальних странствий и трех войн 28 октября 1809 г. роты 2-го морского полка вступили в Ревель[16].



Адмирал Петр Иванович Ханыков. Портрет кисти П.Н. Бажанова. 1913 г. (ЦВММ).

Столь же нелегким оказался путь домой эскадры, покинувшей Бокко-ди-Каттаро, а также других судов, не успевших присоединиться к Сенявину (6 кораблей, 4 фрегата, 5 корветов, 3 брига, 1 катер). В связи с началом войны против Англии русские суда 28 декабря 1807 г. укрылись в гаванях Триеста, Венеции, Корфу, Тулона, где их блокировал английский флот. Почти два года пришлось провести здесь русским экипажам, в том числе двум ротам 2-го морского полка. В конце концов, 27 сентября 1809 г. по соглашению с французским правительством все суда были проданы Франции. Их команды собрались в Триесте, откуда в марте 1810 г. они отправились пешим порядком в Россию. 17 сентября 1810 г. в Кронштадт вернулась сборная команда 2-го морского полка из Венеции и Триеста под начальством полковника Марина: 8 офицеров, 12 унтер-офицеров, 5 музыкантов и 198 рядовых. 2 ноября 1810 г. дополнительно из Тулона пришла партия майора Маркова. В конце 1810 г. за границей оставалась еще солдатская команда на шлюпе «Шпицберген». Во время штормов в октябре 1807 г. он отстал от эскадры Сенявина и вынужден был укрыться в испанском порту Виго, а затем в заливе у местечка Портелла. Англичане не позволили «Шпицбергену» пройти в Лиссабон. Лишь через 5 лет, в июле 1812 г., шлюп продали с аукциона, а подпоручик Р.Р. Тареев с 22 рядовыми смог вернуться на английском транспорте в Россию.

Параллельно с этими событиями в дальних морях военные действия разворачивались и в непосредственной близости от Петербурга. Поскольку 2-й морской полк находился на кораблях Д.Н. Сенявина, для усиления обороны Кронштадта на Котлин перевели из Ревеля 3-й морской полк. Здесь его солдаты вместе с 1-м полком занимали караулы, состояли при орудиях, а также участвовали в строительстве новых укреплений. С началом кампании 1808 года 1-й морской полк оставили на берегу для обороны Кронштадта, а 3-й отправили на эскадру адмирала П.И. Ханыкова (9 кораблей, 7 фрегатов, 4 корвета, 6 шлюпов, 2 брига, 4 плавучие батареи).

14 июля русская эскадра вышла в море с целью разбить шведский флот до его соединения с английским. Но 10 августа Ханыков встретил шведскую эскадру (5 кораблей, 6 фрегатов, 2 брига, 1 коттер), уже усиленную английскими кораблями «Centaur» и «Implacable». Не желая рисковать, адмирал 13 августа повел свои корабли в Балтийский порт. Прикрывал отход 110-пушечный корабль «Гавриил». Но, как вспоминал находившийся на «Гаврииле» гардемарин ДБ. Броневский, «на рассвете (14 августа) оказалось, что не „Гавриил“ задний корабль, а „Всеволод“, самый плохой ходок из всего флота, и очень близко от него два английских корабля; шведский же флот на горизонте. Когда посветлело, то „Всеволод“, сблизясь с одним английским кораблем, открыл по нем огонь. Другой английский корабль вскоре атаковал „Всеволод“, и таким образом наш корабль поставлен был в опасное положение между двумя английскими. В это время на нашем флоте вот что происходило: адмирал (Ханыков) дал сигнал „Гавриилу“ спуститься на неприятеля. Капитан наш (капитан 2 ранга И.Я. Чернявин) ослушался приказания[17]. Начальник дивизии контр-адмирал (А.В.) Моллер на своем корабле „Зачатие Св. Анны“, спускаясь на неприятеля и репетуя сигнал адмирала: „Спуститься „Гавриилу““, — проходя мимо его, выстрелил под корму ядром, что считается на флоте самым строгим выговором. У нас на корабле был старший по капитане офицер капитан-лейтенант Нелидов, человек постоянно пьяный, но в эту минуту проявилась в нем неожиданная энергия. Он подошел к капитану и сказал ему, что этого позора нельзя выносить, и вслед за тем поставил штурмана на руль и приказал ему положить право на борт и стал за „Анною“ спускаться на неприятеля. Но этой решимости у Нелидова не надолго стало; малодушие капитана опять взяло верх: подойдя на дальний пушечный выстрел, он привел свой корабль к ветру и приказал открыть огонь по 90-пушечному английскому кораблю, который также отвечал несколькими выстрелами, и вслед за тем вместе с другим английским кораблем удалились от „Всеволода“. Адмирал приказал фрегату „Феодосий Тотемский“[18] взять „Всеволода“ на буксир. Фрегат этот скоро оставил буксир, оправдываясь, что кабельтов лопнул, но слухи носились, что он обрубил его, и таким образом „Всеволод“, израненный в бою с двумя кораблями, был предоставлен своей судьбе.

Флот между тем уходил в Балтийский порт, куда благополучно вошел бы и „Всеволод“, но имея повреждение в рангоуте, не мог обойти острова Роге, образующего одну сторону губы Балтийского порта, свалился за него и таким образом был отделен от флота. Ночью посланы были (Ханыковым с кораблей эскадры) баркасы для провода „Всеволода“ ко флоту; но атаковавшие „Всеволод“ в это время все те же два английских корабля несколькими выстрелами картечью разогнали наши баркасы. Завязался сильный бой между нашим и английскими кораблями, который кончился тем, что англичане абордировали „Всеволод“».



Контр-адмирал Михаил Петрович Лазарев. Литография Н. Тверского. 1830 г. (ЦВММ). 14 августа 1808 г. М.П. Лазарев в чине лейтенанта участвовал в сражении корабля «Всеволод» с двумя английскими кораблями. После абордажного боя был поднят англичанами из воды, после чего с воинскими почестями отпущен. Впоследствии адмирал, генерал-адъютант, в 1833–1851 гг. главный командир Черноморского флота и портов. В 1838–1839 гг. руководил десантными операциями на черноморском побережье Кавказа.


Капитан-лейтенант 8-го корабельного экипажа Николай Александрович Бестужев. Портрет кисти М.И. Теребенева. 1825 г. (ГЭ). 14 августа 1808 г. Н.А. Бестужев в чине гардемарина участвовал в бою корабля «Всеволод» с двумя английскими кораблями. Впоследствии декабрист.

Первым атаковал «Всеволода» корабль «Centaur». Решив защищаться до конца, капитан 2 ранга Д.В. Руднев поставил свой корабль на мель. Баркасы и шлюпки укрылись от английской картечи за «Всеволодом», а офицеры с матросами поднялись на борт. Среди смельчаков, решивших помочь его защитникам в неравном бою, был молодой лейтенант М.П. Лазарев. Обходя «Всеволод» со стороны носа, «Centaur» уткнулся в мель, после чего сцепился с русским кораблем на абордаж. Упорный бой длился около часа. Несколько раз англичане врывались на палубу, но солдаты и матросы отбивали их врукопашную. В это время подоспел второй английский корабль «Implacable», который зашел «Всеволоду» с кормы и продольными залпами всего борта загнал защитников в деки. Маневр «Implacable» решил судьбу боя. Экипаж «Всеволода» потерял к этому времени 1 обер- офицера и 113 нижних чинов убитыми, 5 офицеров и 67 нижних чинов ранеными. В том числе погибли унтер-офицер Василий Еремеев и 10 рядовых 3-го морского полка, прапорщик А.В. Цвилинев и 9 рядовых были ранены. Команда «Centaur» наконец смогла ворваться на палубу русского корабля. Его защитники стали бросаться за борт, пытаясь вплавь или на баркасах достичь берега. Англичане стреляли им вслед и преследовали на шлюпках. Так они догнали и подняли из воды лейтенанта М.П. Лазарева. Вплавь смогли спастись лишь 56 человек. Большинство русских матросов и солдат, среди которых поручики 3-го морского полка Я.И. Лейдлов, Арцибашев, прапорщик А.В. Цвилинев и 96 нижних чинов, оказались запертыми в деках и попали в плен. «„Всеволод“ был так избит в этих двух кровавых схватках, что не мог быть тронут смели, на которой он сидел, и потому англичане, взяв с корабля команду, на другой день поутру рано зажгли его, — вспоминал гардемарин Д.Б. Броневский. — Через несколько часов последовал взрыв, сперва малой, а потом большой крюйт-камеры… Остатки „Всеволода“ течением несло мимо нашего корабля. Какой безмолвный укор предательства! И на нас, юношей, эта сцена действовала сильною грустью». Англичане проявили большое уважение к храбрости русских солдат и матросов. Пленным оказали все воинские почести и сразу же отпустили. Александр I также оценил мужество защитников «Всеволода». В последующем факт пленения никак не сказался на их карьере, а командир корабля капитан 2 ранга Д.В. Руднев дослужился до контр-адмирала.



Унтер-офицер мушкетерского батальона 3-го морского полка. 1803–1808 гг. Иллюстрация no акварели из «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск…». Часть X. Лист № 1356.

После боя 14 августа 1808 г. англо-шведская эскадра блокировала русские корабли в Балтийском порту. Для его защиты на острове Малый Роге под руководством шефа 3-го морского полка А.Ю. Гамена установили артиллерийские батареи. 20, 21 и 24 августа английские корабли пытались завязать дуэль, но батареи отогнали их метким огнем. 16 сентября противник снял блокаду Балтийского порта, и 30 сентября эскадра Ханыкова вернулась в Кронштадт. Здесь проявивший трусость капитан 2 ранга И.Я. Чернявин был приговорен судом «к лишению живота» и выгнан из службы. Адмирала П.И. Ханыкова, несмотря на благорасположение императора, тоже подвергли суду, который «приговорил Ханыкова разжаловать в матросы, но государь написал: „Разжаловать на 12 часов и Ханыкову не объявлять“. Старик Ханыков имел обыкновение каждое утро гулять два часа; у ворот один враг его уже дожидался и спросил, почему он не в платье матроса? При этом показал ему приказ. Это так поразило Ханыкова, что с ним сделался паралич»[19].

В следующем 1809 году 3-й морской полк снова назначили на корабли. Но в серьезных боевых столкновениях ему участвовать не довелось. Вообще, за время морских кампаний 1808 и 1809 гг. большинство потерь 3-й морской полк нес не в сражениях, а из-за тяжелых условий службы. Так, в 1808 году на кораблях утонули и умерли 10 морских солдат и еще 178 человек скончались на берегу от ран и болезней. За 1809 год в 3-м морском полку умерли 133 человека. Нередко морским солдатам приходилось проявлять героизм не в бою, а в мирной обстановке, как, например, это случилось 26 октября 1809 г. во время гибели фрегата «Поллукс». В ночной темноте фрегат наскочил на камень и пошел ко дну. Командир и большая часть экипажа утонули. Тогда подпоручик 3-го морского полка С.Я. Корзун поднялся на ванты и возглавил спасение людей. Вместе с шкипером Шестаковым он на единственном уцелевшем катере организовал доставку матросов и солдат на близлежащий остров. Из своей команды Корзуну удалось спасти 1 портупей-прапорщика и 21 рядового. Храбрый подпоручик последним оставил тонущее судно, на котором погибли унтер-офицер Архип Булычев, барабанщик Ефрем Карпов и 25 рядовых 3-го морского полка.

5 сентября 1809 г. в Фридрихсгаме был заключен мирный договор, по которому Швеция уступила России Финляндию и Аландские острова. Через три года при посредничестве Швеции мирный договор заключили Россия и Англия[20].

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.078. Запросов К БД/Cache: 0 / 0