Глав: 13 | Статей: 13
Оглавление
Боевым крещением советских бронетанковых войск стала «необъявленная война» 1939 года на Халхин-Голе, где наши танки и бронеавтомобили впервые применялись массово, вынеся главную тяжесть боев. Это их контрудар предотвратил катастрофу и спас войска Жукова от окружения, ликвидировав опаснейший японский прорыв в районе горы Баин-Цаган. Именно танковые и мотоброневые бригады сыграли решающую роль в генеральном наступлении Красной Армии и разгроме вражеской группировки. Не случайно среди Героев Советского Союза, удостоенных Золотой Звезды за Халхин-Гол, больше всего танкистов, а в качестве памятника той войне на пьедестале установлен танк БТ-5. Но за победу пришлось заплатить очень высокую цену — 253 сгоревших танка и 133 бронеавтомобиля. Впрочем, и японские потери были велики — всего за три дня «самураи» лишились 44 из 73 своих танков, после чего оба их танковых полка были выведены в тыл и в боевых действиях больше не участвовали…

В новой книге ведущего военного историка вы найдете исчерпывающую информацию о боевом применении бронетехники на Хасане и Халхин-Голе — о первой громкой победе советских танкистов, маршала Жукова и сталинской Красной Армии. Коллекционное издание на мелованной бумаге высшего качества иллюстрировано сотнями эксклюзивных фотографий.
Максим Коломиецi

Майские бои

Майские бои

Японское командование недостаточно быстро реагировало на пограничные инциденты у Халхин-Гола. Командование 57-го Особого корпуса в этом вопросе было более оперативным. Еще 3 марта 1939 года, на свой страх и риск, комдив Н. Фекленко отдал приказ о выдвижении из Ундур-Хана в Тамцак-Булак оперативной группы 11-й танковой бригады (стрелково-пулеметный батальон в составе трех стрелковых рот с 8 танками Т-37 и 2-я батарея артиллерийского дивизиона — 4 СУ-12) и бронероты 9-й мотоброневой бригады (21 бронеавтомобиль БА-6 и ФАИ). Общее руководство группой было возложено на командира стрелково-пулеметного батальона старшего лейтенанта А. Э. Быкова (в документах эта оперативная группа часто именуется отрядом Быкова). Командование 23-й пехотной дивизии ограничивалось лишь посылкой к Халхин-Голу усиленных кавалерийских разъездов.



Танк Тип 89 из состава 3-го танкового полка, разбитый в бою 3 июля 1939 года у реки Халхин-Гол. Хорошо видны пробоины от 45-мм бронебойных снарядов в башне танка (ЯМ).

Обстановка на границе начала серьезно обостряться с наступлением теплой погоды. 11 мая 1939 года монгольский пограничный пост на спорной территории был атакован Маньчжурской кавалерией. В результате нападавшие сбили пограничную заставу монголов, и вышли на восточный берег Халхин-Гола. 14 мая вновь произошел бой между Маньчжурскими и монгольскими пограничниками.

16 мая из Тамцак-Булак в район Халхин-Гола была выдвинута 6-я кавалерийская дивизия МНРА, а поднятые по тревоге 149-й стрелковый полк (без одного батальона) и дивизион 175-го артиллерийского полка направлялись в Тамцак-Булак. Одновременно в Матат-Самон подтягивались части 9-й мотоброневой бригады.

19 мая из состава 11-й танковой бригады убыла в Тамцак-Булак батарея 122-мм гаубиц, взвод химических танков, саперная рота, рота связи и гидротехническая рота. В их задачу входило постройка переправы через Халхин-Гол, обеспечение бесперебойной связи со штабом корпуса и снабжение частей оперативной группы питьевой водой.

На следующий день стрелковый взвод из состава отряда Быкова и два эскадрона 6-й кавдивизии МНРА, в 7.00 переправились вброд через Халхин-Гол на восточный берег. Разведка была встречена сильным пулеметно-ружейным огнем. Завязался бой, продолжавшийся около 4-х часов. Ночью наша разведгруппа отошла на западный берег Халхин-Гола.

Однако на следующий день 21 мая части отряда Быкова и монгольские кавалеристы в результате двухчасового боя оттеснили части противника — два взвода пехоты и кавалерийский эскадрон при поддержке 6 пулеметов — на территорию Маньчжурии.

23 мая 6-я кавалерийская дивизия МНРА (15 и 17-й кавалерийские полки) заняла оборону на восточном берегу реки в 10 км от границы. 26 мая по наведенному саперной ротой понтонному мосту через Халхин-Гол переправилась и часть отряда Быкова. Две стрелковых роты заняли оборону на флангах 6-й кавалерийской дивизии МНРА. Стрелковая и саперная роты, батарея гаубиц и батарея СУ-12 остались на западном берегу реки в резерве.



Танк Тип 89 адъютанта командира 3-го танкового полка капитана Кога, подбитый 3 июля. На броне видны много численные пробоины от 45-мм снарядов (ИП).

Всего советско-монгольские части насчитывали около 2300 человек (из них 1257 монголов), 12 76-мм орудий, 8 45-мм противотанковых пушек, 4 122-мм гаубицы, 4 СУ-12, 8 танков Т-37, 5 ХТ-26 и 39 бронемашин ФАИ и БА-6. Общее руководство советско-монгольскими частями осуществлял прибывший из Улан-Батора начальник оперативного отдела штаба 57-го Особого корпуса полковник И венков. Следует пояснить, что советско-монгольские войска не имели сплошной обороны, части находились на расстоянии 300–600 м друг от друга, часто даже без видимой связи друг с другом.

21 мая командир 23-й дивизии Камацубара решил разгромить вторгшиеся на территорию Маньчжурии советско-монгольские части. Утром 27 мая был отдан приказ: в 5.00 28 мая атаковать и уничтожить части противника на правом берегу Халхин-Гола.



Боевые действия на реке Халхин-Гол 28–29 мая 1939 года (схему выполнил Павел Шиткин).

Японские части состояли из батальона 64-го пехотного полка, разведывательного отряда подполковника Азума (около 220 человек, 10 танков Тип 94 «ТК», 14 автомобилей), частей Маньчжурской кавалерийской дивизии, 3 горных орудий «образца 41 года» (1909), 4 37-мм противотанковых орудий Тип 94 и роты грузовиков, всего 1618 японцев и 464 Маньчжура. Возглавлял отряд командир 64-го пехотного полка полковник Ямагато Такемицу.

От советского солдата, взятого в плен Маньчжурами 20 мая, Комацубара знал о присутствии в районе Тамцак-Булак «советского механизированного батальона в 500 человек при 70–80 грузовиках, 5 танках и 12 орудиях ПТО». Однако он не думал, что эти силы представляют опасность для отряда Ямагато.

Отряд Азума должен был обойти советско-монгольские части на правом фланге и выйти им в тыл, на левом фланге действовала одна пехотная рота японцев и Маньчжуры. В центре четырьмя отдельными отрядами наступал батальон 64-го полка. Боевые действия разворачивались на фронте в 27 км.


Японские танкисты 3-го танкового полка на отдыхе в районе Халхин-Гола. Июль 1939 года. В Японии этот снимок является классической иллюстрацией событий у Номонхана (Халхин-Гола) — он приводится даже в школьных учебниках истории (ИП).

Отряд Азума, начав наступление в 2.30 28 мая, к 6.00, обойдя левый фланг 2-й роты стрелково-пулеметного батальона, оказался в 1,7 км от советской переправы. Движение отряда Азума было замечено советскими частями: в 3-40 помощник командира отряда по строевой части старший лейтенант Рубинов сообщил по телефону командиру отряда А. Быкову, что «в 2,5–3 км от границы движется колонна мотопехоты с артиллерией и бронемашинами, которая повернула влево и начала обход левого фланга 2-й роты».

Узнав об этом, полковник Ивенков выслал в северо-западном направлении 6 находившихся в резерве броневиков, а старшего лейтенанта Быкова отправил на правый берет Халхин-Гола, в район расположения 1-й стрелковой роты и батареи СУ-12. Быков должен был объединить их и действия и атаковать вышедшие в тыл японские части. На подъезде к переправе Быков, ехавший на броневике ФАИ, попал под огонь пулеметов отряда Азума. Одновременно 2 танка и пехота японцев стали заходить с флангов, пытаясь захватить броневик. Из-за узкого прохода развернуться ФАИ не смог, а при попытке двигаться задним ходом застрял в грязи. Тогда экипаж, бросив машину, ползком под сильным пулеметным огнем отошел за высоту. Из захваченных в броневике документов Азума узнал, что его отряд вышел противнику в тыл. А Быков, вернувшись на командный пункт, доложил полковнику Ивенкову, что «наши части окружены, противник вышел в тыл и захватил переправу».

Следует отметить, что полностью восстановить картину боя вряд ли удастся. Как советские, так и японские части действовали отдельными подразделениями, часто без связи между собой и вышестоящим командованием. Поэтому даже в документах противоборствующих сторон, посвященных этим боям, царит довольно большая путаница, донесения частей часто противоречат друг другу и содержат взаимоисключающие выводы. В целом, бои 28 мая вылились в столкновения отдельных частей между собой практически безо всякого руководства вышестоящих штабов. В советском отчете о столкновении с японцами сказано:

«После того, как завязался огневой бой, проводная связь командного пункта с частями была прервана, управление было потеряно, части были предоставлены самим себе и вели бой до выхода поотрядно, самостоятельно, сообразуясь с обстановкой на месте».

Общая картина боя была следующей. Примерно в 8.00 28 мая японские части атаковали центр советско-монгольских позиции, а чуть позже и правый фланг. В результате атаки японцам удалось потеснить 15-й кавалерийский полк, который в беспорядке отошел на песчаные бугры в 2–3 км от переправы. Туда же с боем отступила и 2-я рота отряда Быкова. В результате этого примерно в 9-30 две роты японцев, пытаясь охватить оборонявшихся с тыла, оказались в 1,5 км к северо-западу от командного пункта советско-монгольских войск. Для восстановления положения в бой был брошен единственный имевшийся здесь резерв — дивизионная школа 6-й кавалерийской дивизии.

Школа выдвинулась вперед, но тут-же попала под сильный огонь японцев. Кроме того, находившаяся на западном берегу Халхин-Гола гаубичная батарея и батарея СУ-12, ошибочно обстреляла наступавших курсантов, приняв их за японцев. В результате школа стала отдельными группами беспорядочно отходить к реке Хайластын-Гол. В дальнейшем она присоединилась к 15 кавалерийскому полку и с ним действовала до конца боя. Командир 6-й кавалерийской дивизии, находившийся в этот момент при школе, на командный пункт больше не вернулся. Только после окончания боев пропавший без вести комдив Шарибу был найден убитым.

Находившейся в районе командного пункта артиллерийский дивизион 6-й кавалерийской дивизии, попав под обстрел и видя отход дивизионной школы, в бой не вступил, а в беспорядке отступил к руслу реки Хайластын-Гол, а затем к переправе через Халхин-Гол.


Башня танка Тип 97 «Чи-Ха» командира 4-го танкового полка Квантунской армии полковника Киетаки Йошимару. Машина была уничтожена огнем танков БТ-5 в бою 3 июля 1939 года (ЯМ).

17-й кавалерийский полк вел бой с маньчжурской конницей, которой «огнем и короткой контратакой нанес поражение и захватил 12 пленных, принадлежавших к 1-му баргутскому кавполку».

Из монгольских частей наиболее удачно действовал бронедивизион 6-й кавалерийской дивизии, который эскадроном средних бронемашин (9 БА-6) в течение дня шесть раз ходил в атаку. В этих боях было потеряно две машины сгоревшими (одна вместе с экипажем), а три броневика, застрявшие в песках, пришлось оставить.

После последней атаки бронедивизион отошел в район обороны 17 кавалерийского полка и в 19.30 вместе с полком они вышли из боя и организованно отошли на западный берег Халхин-Гола. Прикрывала отход 17-го кавполка и бронемашин 3-я рота отряда Быкова, которая, хотя и получила приказ об отходе, не оставила своих позиций. Только в 21.00 рота отошла на западный берег Халхин-Гола.

На левом фланге советско-монгольских частей в течение всего дня шел бой саперной роты, 1-й роты стрелково-пулеметного батальона, батареи СУ-12 старшего лейтенанта Ю. Вахтина и машин бронероты 9-й мотобронебригады с отрядом Азума. Примерно с 13.00 до 16.00 советские части были усилены ранее отошедшими к переправе частями 6-й кавалерийской дивизии (15-й кавалерийский полк, дивизионная школа, артиллерийский дивизион и взвод станковых пулеметов), которые были остановлены и приведены в порядок советскими инструкторами. Японский отряд нес большие потери, однако не получал подкреплений. Попытки Азумы связаться по радио с Ямагато не увенчались успехом, но один из отправленных посыльных встретил взвод 4-й роты 64-го пехотного полка, который около 19.00 пробился к отряду Азума.

Примерно в это же время стали прибывать перебрасываемые из Тамцак-Булак части 149-го мотострелкового полка майора Ремизова и дивизион 175-го артиллерийского полка. Не дожидаясь сосредоточения всех сил, 149-й полк с хода вступил в бой. При этом его подразделения действовали неорганизованно, без взаимодействия с артиллерией, управление было организовано плохо, а с наступлением темноты потерялось окончательно. Части действовали самостоятельно, огневой бой шел всю ночь. Но занять оставленные 6-й кавалерийской дивизией высоты не удалось.

Из поступивших к вечеру 28 мая докладов, командир 23-й дивизии Комацубара понял, что уничтожить противника не удалось. Поэтому он приказал Ямагато утром 29 мая вывести части из боя и возвращаться в Хайлар. Однако сразу сделать этого не удалось.



Еще один танк Тип 89 3-го танкового полка, уничтоженный 3 июля 1939 года в бою с советскими танками и броневиками (ЯМ).

Утром 29 мая советские части перешли в наступление. Примерно к 15.00 две роты стрелково-пулеметного батальона под командованием А. Быкова вышли к высотам в 8 км восточнее Халхин-Гола, где были остановлены артиллерийско-пулеметным огнем. Действующий левее 2-й батальон 149-го полка начал отходить обратно. Опасаясь обхода с левого фланга, Быков отвел роты на 1,5–2 км назад, чтобы выровняться с расположенными левее броневиками 9-й мотоброневой бригады. В это время действовавшие на правом фланге (вдоль берега Хайластин-Гол) три эскадрона 6-й кавалерийской дивизии попали под обстрел японской батареи. Отступая, они вклинились в расположение рот стрелково-пулеметного батальона. Броневики 9-й мотобронебригады, решив, что атакует Маньчжурская конница, открыли по эскадронам орудийный и пулеметный огонь. Одновременно дивизион 175-го артиллерийского полка, приняв отходившие роты стрелково-пулеметного батальона за атакующих японцев, открыл по ним беглый огонь с западного берега Халхин-Гола. Обстрел продолжался около 18 минут, заставив роты рассыпаться и залечь. Собрав роты после обстрела, Быков отвел их сначала на высоты у Халхин-Гола, а затем по приказу полковника Ивенкова переправил на западный берег Халхин-Гола.

На левом фланге советско-монгольских позиций в течение дня 29 мая шел бой батальона 149-го полка против отряда Азума. В этой операции активное участие принимал взвод химических танков (5 ХТ-26), благодаря которым японский разведывательный отряд был разгромлен. Подполковник Азума погиб. Этот эпизод показал, что японская пехота не выдерживает огнеметания и боится химических танков.

К вечеру 29 мая бой затих. Полковник Ивенков отдал приказ об отводе частей на западный берег Халхин-Гола, части Ямагато отходили на восток.

В оперативной сводке о ходе боев, направленной в Москву, командир 57-го Особого корпуса Н. Фекленко сообщал, что «наши части под натиском противника отошли на западный берег р. Халхин-Гол». Там же говорилось о том, что в воздухе полностью господствует японская авиация. Дело в том, что 100-я авиабригада 57-го Особого корпуса, укомплектованная слабо подготовленными летчиками, не смогла успешно противостоять японским пилотам, многие из которых имели опыт боев в Китае, Поэтому бои 28–29 мая проходили при полном господстве японской авиации, оказывавшей поддержку своим наземным войскам.


Танк Тип 97 «Чи-Ха» командира 4-го танкового полка полковника К. Йошимару, уничтоженный советскими танкистами в бою 3 июля 1939 года. Полковник Йошимару и экипаж танка погибли (ЯМ).

30 мая в 11.00 части 6-й кавалерийской дивизии переправились на восточный берег Халхин-Гола и стали выдвигаться к линии границе. При этом дивизия подверглась налетам японской авиации и понесла большие потери в конском составе. К 18.00 ее передовые дозоры вышли на гребень высот в 7 км восточнее реки, где были остановлены пулеметным огнем. После этого дивизия отошла на западный берег Халхин-Гола.

К этому времени Ямагато получил подкрепления: части 71-го полка, пулеметную роту, три артиллерийских батареи. Одновременно пришел приказ о возвращении в Хайлар. Ранним утром 1 июня части Ямагато снялись со своих позиций и двинулись к Хайлару.

Хотя Ямагато и его солдаты получили благодарность, слова «победа» слышно не было. Майские бои показали командованию 23-й дивизии неудовлетворительную работу связи, недостатки во взаимодействии частей, слабость противотанковых средств. Потери японцев в боях 28–29 мая составили 159 убитых, 119 раненых, 12 пропавших без вести, 1 37-мм орудие Тип 94, 19 пулеметов, 8 грузовиков, 2 легковых машины, 2 танка Тип 94 «ТК».

Потери советских частей составили 138 убитых и пропавших без вести, 198 раненых, 10 бронеавтомобилей, 3 орудия, 15 автомобилей. Монгольские части потеряли 33 убитых и 3 бронеавтомобиля БА-6.

Майские бои вскрыли серьезные недостатки в подготовке советских войск. Прежде всего, это касалось разведки, управления войсками и связи. Плохо было налажено взаимодействие между различными частями. Кроме того, эти бои показали, что монгольские цирики боятся японской пехоты, но с успехом сражаются против маньчжурской кавалерии. Наиболее подготовленными из монгольских частей оказались экипажи бронеавтомобилей.



Трофеи, захваченные японцами в ходе боев 6-7июля: 122-мм гаубица обр. 1909/30 года из состава 175-го артиллерийского полка и бронеавтомобиль БА-6 (радийный) 9-й мотоброневой бригады. Восточный берег Халхин-Гола, июль 1939 года (АСКМ).

Оглавление книги


Генерация: 0.152. Запросов К БД/Cache: 3 / 1