8.2. Этюды с «трехдюймовкой»

Еще в 1932 г., когда обсуждался вопрос организации производства танков БТ и Т-26, поднимался вопрос об усилении вооружения части танков путем установки на них пушки калибра 76-мм. Но такое усиление требовало создания более просторной башни, что сделать на существующих корпусах указанных танков было невозможно. Против изменения конструкции корпуса возражал Комитет обороны (КО).

Свой путь предлагал изобретатель Н. Дыренков, который осенью 1931 г. выполнил проект танка Д-38, представлявший собой танк «Кристи» с 37-мм пушкой в башне и 76-мм пушкой в корпусе, а также разработал большую башню для 76-мм пушки в Т-26. Специальная комиссия «по проверке расчетов и оценки конструкций Д-4, Д-5 и Д-38» сочла его решения неоправданными и работы по ним предписала прекратить. Но в декабре 1931 г. начальник НКТ УММ послал Н. Дыренкову письмо следующего содержания:

« Toв ДЫРЕНКОВУ И .Т.К. …декабря 1931г.

Согласно решения НТК от 21/10 с.г. и Вашему пожеланию продолжить работы над усилением вооружения гусенично-колесных танков типа КРИСТИ путем установки в них 76-мм пушки. НТК поручает Вам завершить проэкт большой башни танка Д-38 второго варианта/с пушкой 76 м/м/, при условии ее установки на корпусе танка «БТ-КРИСТИ» без переделок последнего с исключением второй огневой точки в корпусе.

Эскизный проэкт большой башенной установки Д38 согласовать с КБ-3 ОРПО не позднее 10/2 с.г.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ НТК УММ РККА /Лебедев/»

Таким образом, Н. Дыренкову давалась «зеленая улица» в создании танка, с корпусом БТ и большой башней, вооруженной 76-мм пушкой. Одновременно такую же башню Н. Дыренков взялся изготовить и для танка Т-26.

Между собой две разрабатываемые башни отличались технологией изготовления. Башня для танка БТ изготавливалась сварно-штампованной конструкции, а для Т-26 – сварной из плоских листов.

Штампованная башня была изготовлена раньше и, будучи установленная на танк БТ-2, уже в марте 1932 г. подверглась испытаниям возкой и стрельбой. Но из-за большого отката и чрезмерной реакции на погон испытания пришлось прекратить «вплоть до готовности новой 76-мм танковой пушки укороченного отката». Вместо запланированных на испытаниях 200 выстрелов было сделано лишь 50. Испытания же «улучшенной сварной башни», получившей индекс А-43, на танке Т-26 проходили в НИАП с 26 ноября по 5 декабря 1932 г. Обе башни были установлены на несколько переработанный корпус танков соответственно БТ и Т-26. Большой размер круга обслуживания (погона) башни заставил нарастить длину подбашенного листа указанных танков назад, что привело к установке их кормового листа под большим наклоном.

Артиллерийский танк Т-26-4, 1934 г.

Артиллерийский танк Т-26-4, 1934 г.

Танк Т-26 со сварной башней А-43 Н.Дыренкова, 1932 г.

Танк Т-26 со сварной башней А-43 Н.Дыренкова, 1932 г.

Было выявлено большое количество недостатков как в конструкции самих башен, так и в конструкции пушки. Неудачный погон заставлял прикладывать на маховик поворотного механизма чрезмерные усилия, особенно при страгивании башни с места. Полковую пушку установить в башню не представлялось возможным из-за чрезмерной длины отката (до 900 мм). Уменьшить откат путем применения дульного тормоза АНИИ не разрешил. Поэтому башня А-43 испытывалась с пушкой «Гарфорда».

Только в начале 1933 г. в башне А-43 была смонтирована новая 76- мм пушка КТ обр. 1927/32 гг., представлявшая собой ту же «полковушку» с уменьшенной до 500 мм длиной отката. Конструкция башни была немного изменена, но кардинальных улучшений все же не последовало. Особенно угнетала теснота в боевом отделении. Так, при производстве выстрела заряжающему (он также – пулеметчик) приходилось буквально вжиматься в правую стенку башни и, «прерывая всякую возможность ведения стрельбы из пулемета», прижимать к себе левую руку (чтобы его не ударило откатывающейся казенной частью). «Механизированный» спуск давал частые отказы, а производить выстрел со шнура в такой тесноте было невозможно. Угол обстрела из башенного пулемета был никуда не годным. Обзор – крайне ограниченным. Отсутствие вентиляции могло привести к угару экипажа при ведении огня с закрытыми кормовыми дверьми башни. По окончании этих испытаний башня была забракована УММ.

Однако от идеи установки в легкий танк 76-мм пушки все-таки не отказались. Еще в ходе испытаний башни Дыренкова, когда выяснились ее основные недостатки, проектирование новой башни под 76- мм пушку КТ обр. 1927/32 гг. поручили КБ завода им. Ворошилова. Новая башня была показана представителям АНИИ и УММ в ноябре-декабре 1932 г. и была в целом одобрена. Установка 76-мм пушки КТ обр. 1927/32 гг. в новой увеличенной башне танка Т-26 получала индекс КТ-26. На 1933 г. последовал заказ на 5 танков Т-26-КТ (то есть оснащенных новой башней), чуть позднее названных Т-26-4, три из которых должны были быть вооружены пушкой КТ, а два – новой 76- мм пушкой ПС-3.

Разрушение ходовой части Т-26-4 после стрельбы из пушки ПС-3, октябрь 1933 г.

Разрушение ходовой части Т-26-4 после стрельбы из пушки ПС-3, октябрь 1933 г.

Модель танка БТ-7, вид сзади. 1934 г.

Модель танка БТ-7, вид сзади. 1934 г.

Пушка ПС-3 испытывалась в Т-26-4 в октябре 1933 г. В конструкции орудийной установки имелось много технических новшеств для отечественного танкостроения: ножной спуск, крепление по-походному, «двойная оптика», подъемный механизм со сдающим звеном и т.д. Кроме того, конструктор орудия П. Сячинтов предложил разработать для своей пушки спаренную установку пулемета и новый широкоугольный оптический прицел. Но УММ отказалось от спарки для орудий калибра выше 45-мм (кстати, этот отказ просуществовал фактически до появления танков СМК, Т-100 и KB), а остальные предложения были оставлены без внимания. Испытания ПС-3 в танке Т-26-4 привели к многочисленным поломкам танка: деформации погона, поломке рессор, прогибу крыши танка. Танк был выведен из строя, и для него требовался большой ремонт.

Несмотря на решение о производстве пробной серии танков Т-26-4, долгое время этот заказ не выполнялся, т.к. к изготовленным башням с орудиями УММ в 1933 г. не поставил ходовых частей, а единственный испытанный на НИБТполигоне танк с башней из некондиционной брони простоял сломанным до 1934 г.

Но в сентябре 1934 г. заказ на Т-26-4 был наконец выполнен, и пять машин, вооруженных орудиями КТ, поступили в войска, где в ходе учений 19 сентября произошел прорыв газов через затвор в боевое отделение вследствие разрушения гильзы. Этот дефект орудия и гильзы никак не был связан с новой башней, но репутация последней (равно как и танка в целом) была несколько подмочена. Заказ на изготовление 50 шт. Т-26-4 на 1935 г. был отменен, и танк начал уступать дорогу безбашенному «артиллерийскому танку» АТ-1.

Башня же танка Т-26-4 была адаптирована для применения в колесно-гусеничном танке Т-29.

Модель танка БТ-7, 1934 г.

Модель танка БТ-7, 1934 г.

Похожие книги из библиотеки

Курская дуга. 5 июля — 23 августа 1943 г.

Вашему вниманию предлагается иллюстрированное издание, посвященное боевым действиям на Курской Дуге. Составляя издание, авторы не ставили перед собой цель дать всеобъемлющее описание хода боевых действии лета 1943 г. Они использовали в качестве первоисточников в основном отечественные документы тех лет: журналы боевых действий, отчеты о боевых действиях и потерях, предоставленные различными военными соединениями, и протоколы работы комиссий, занимавшихся в июле-августе 1943 г. изучением новых образцов боевой техники Германии. В издании рассматриваются преимущественно действия противотанковой артиллерии и бронетанковых войск и не рассматриваются действия авиации и пехотных соединений.

Книга содержит таблицы. Рекомендуется просматривать читалками, поддерживающими отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, AlReader.

* * *

Стальной кулак Сталина. История советского танка 1943-1955

Танки 1943-1955 годов стали последними танками сталинской эпохи – танками, которые помогли приблизить победу в великой войне XX века. Ни одна из крупных наступательных операций Красной армии второй половины войны не проводилась без масс танков. Концентрация их на главных направлениях Белорусской, Львовско-Сандомирской, Висло-Одерской операций не знала аналогов. Немецко-фашистская армия так и не смогла воспрянуть после потерь масс танковых войск в летнем сражении 1943 года. И перешла от действий танковых групп и танковых армий к операциям с использованием небольших танковых соединений.В этот период советские танкостроители смогли дать армии тысячи простых и дешевых, но надежных и современных боевых машин, обладающих весьма достойными характеристиками, тогда как Германия отставала если не в качестве, то в количестве боевых машин на фронте.Так каким был этот путь? Путь от освоения сырых и еще не вполне надежных боевых машин к тьме "бронированной саранчи" (как ее называли за рубежом), которая наводила страх на все страны мира в конце 1940-х – начале 1950-х? Каков был путь развития "танка Победы" в этот ответственный момент?На эти вопросы призвана ответить новая книга Михаила Свирина, основанная на документах конца войны и первых послевоенных лет.

Самоходки Сталина. История советской САУ 1919 – 1945

Уже в годы Первой мировой практически во всем мире начали понимать, что полевая артиллерия на конной тяге не соответствует резко возросшим требованиям ведения боевых действий. Артиллерийские орудия того времени были очень уязвимы на марше от огня противника, не обладали достаточной подвижностью и требовали затрат времени на подготовку к стрельбе. А армии всех стран в то время особо нуждались в новых образцах артиллерийского вооружения, способных быстро менять свое местоположение, свободно передвигаться по бездорожью вместе с пехотой и надежно защищать свой расчет от неприятельского огня. Глядя на первые неказистые образцы самоходной артиллерии, больше похожей на куски бронепоездов на колесном или тракторном шасси, вряд ли кто-то мог предположить, что они трансформируются со временем в целую когорту различных по внешнему виду и применению боевых машин. В новой книге Михаила Свирина вы узнаете об основных ключевых моментах истории советской САУ, о том, каким задумывали этот вид артиллерии советские военные теоретики, познакомитесь со штатами частей и соединений советской самоходной артиллерии, начиная с самых первых, пока еще робких опытов и до "заката эры ствольной артиллерии" в 1955-1960 гг. Особое внимание по праву уделено развитию САУ в годы Великой Отечественной войны, так как именно ее многие исследователи по праву считают "венцом самоходной артиллерии".

Артиллерийское вооружение советских танков 1940-1945

Как показывает практика, сегодняшние «танковые мэтры», уделяя большое внимание матчасти танков, как правило, не вникают в особенности танкового вооружения. Они могут часами смаковать подробности ТТХ боевых машин: толщину брони, скорость движения, запас хода и т.д. Познания же об артиллерийском вооружении танков у них определяются, в основном, калибром артсистемы и какими-то цифрами, определяющими ее броне пробиваемость (большей частью теоретическую). Тем не менее, танковые артсистемы заслуживают куда более пристального внимания, особенно, если это артсистемы отечественного производства.

Настоящее издание составлено человеком, который по одноименному анекдоту о «тридцати восьми попугаях» считает, что тезис «главное в танке — пушка» не лишен своей логики. И предлагая вашему вниманию краткое обозрение отечественных танковых пушек времен войны, он надеется, что в кругу любителей артиллерии поклонников прибавится, ну а если этого не случится, автор будет доволен, что постарался сказать свое слово в истории отечественной танковой артиллерии.