Глав: 31 | Статей: 222
Оглавление
Желая возможно точнее воспроизвести подлинник настоящего труда, богатого иллюстрациями, Издательство размещает таковые соответственно тексту оригинала и приводит под рисунками и схемами полный перевод как надписей к ним, так и пояснений, сделанных в пределах иллюстраций.

Полномочия Военно-Химической Службы

Полномочия Военно-Химической Службы

"На начальника Военно-Химической Службы, под руководствам Военного Министра, возлагается: исследование, развитие, изготовление, доставка и снабжение армии всеми дымовыми и зажигательными материалами, всеми ядовитыми газами и приспособлениями для защиты от них; изыскание, изобретение и производство опытов, связанных с химической войной и требуемыми ею материалами; устройство заводов для снаряжения химических снарядов и полигонов для их испытания; контроль над обучением армии химической войне как наступательной, так и оборонительной, включая открытие необходимых для обучения школ; организация, снаряжение, обучение и деятельность специальных газовых войск и прочие обязанности, которые время от времени могут быть предписаны президентом".

Зачем нужны полномочия. Эти широкие полномочия показывают, что Конгресс уяснил себя необходимость единства работ, которые должны быть произведены, начиная с лаборатории для исследования и кончая линией огня, если Америка хочет идти в химической войне наравне с Германией или любой другой нацией. Некоторыми был поднят вопрос, может ли один и тот же отдел ведать снабжением и боевыми действиями. Лучшим ответом является тот факт, что подобная организация увенчалась полным успехом в мировую войну. Она достигла желанных результатов, несмотря на то, что должна была совершенствоваться на поле битвы, через 6 месяцев после вступления в войну, притом без подготовки, без материалов, без литературы и персонала. При помощи своих офицеров при штабах армий, корпусов и дивизий и при помощи своих газовых войск, сражавшихся на линии фронта, она была в состоянии более быстро, чем какой-либо другой род войск, направлять свои изыскания, усовершенствования и производство и давать директивы, необходимость которых выяснилась при изменении боевых условий.

Химические войска. Почему бы не существовать отдельным химическим войскам? Они сражаются, руководимые такими же приказаниями, как и всякие другие роды войск, подчиняются тем же общим планам боя. Но газовые войска дают армии специалистов в такой области, которая требует очень продолжительной подготовки. И где найдется хоть один военачальник в мировой истории, который отказался бы от сил, могущих помочь ему победить.

Специалисты на войне. Войны будущего станут постепенно все более и более войнами специалистов. Ваша пехота может остаться остовом сражающейся армии; но если она не имеет за собою артиллерии, авиации, химических средств, инженеров, танков и других специальных вспомогательных средств, она будет побеждена армией, снабженной ими. Действительно, специалиста входят даже в организацию пехоты с ее пулеметными батальонами, танковыми батальонами и, как теперь предложено, с легкими пехотными гаубицами.

Обязанности офицеров Военно-Химической Службы. Офицеры химической службы находятся при штабах армий, корпусов и дивизий в качестве специалистов и для дачи советов, касающихся количества нужных химических материалов, условий их употребления и способов защиты войск против действия неприятельских газов. Условия, о которых следует помнить, так многочисленны, что ни от какого другого офицера нельзя ожидать, чтобы он мог справиться с этими заданиями и наблюдать за их исполнением, если он должен успешно руководить своей собственной работой. Штабы и командующие генералы не будут иметь времени для того, чтобы выяснить себе действие облаков, ветра, дождя, деревьев, долин, деревень и равнин на различные газы. Они должны положиться на офицера химической службы в деле точного осведомления по этим вопросам и, если его нет, то им придется обеспечить себя кем-либо, кто может это сделать. История войны полна именами генералов, которые потерпели неудачу, потому что не могли забыть командования ротой. Офицеры химической службы будут руководить снабжением материалами для химической войны и обучать войска употреблению газа как для обороны, так и для наступления.

Газ употребляется всеми родами войск. Как было установлено ранее, употребление газа не должно быть присвоено какому либо определенному роду войск. Но в таком случае можно было бы спросить, почему, если он применим для всех родов войск, есть надобность в специальных газовых войсках? Специальные газовые войска существуют для пуска больших количеств боевых химических веществ при помощи особых методов, которые не могут быть применены каким-либо другим родом войск, или для усвоения которых никакие другие войска не имеют времени. Стрельба газовыми снарядами на большие расстояния может быть выполнена с таким же успехом артиллерией, как и газовыми войсками. Почему? Потому, что в технике стрельбы химическими снарядами не существует ни какой решительно разницы по сравнению с техникой стрельбы шрапнелью или бризантными снарядами. То же самое будет справедливо и по отношению к употреблению пехотой ручных гранат и дымовых свечей, или бросанию газовых бомб с аэропланов. Для сравнения стоит вспомнить, что, хотя вся армия обучена оказанию первой медицинской помощи, но в придачу к этому мы должны иметь санитарные роты, госпиталя и обученный медицинский персонал.

Доводы против употребления газа. Неоднократно со времени перемирия высказывалось, что употребление ядовитых газов на войне может быть устранено путем соглашения между нациями. Аргументы, приводимые против применения газа, состоят в бесчеловечности его действия и возможности отравления им мирных жителей, в особенности женщин и детей. Бесчеловечность действия газа абсолютно опровергается результатами его применения в мировой войне. % смертности от отравления газами было меньше 1/12 процента смертности от пуль, взрывчатых веществ и других средств борьбы. Процент нетрудоспособных, уволенных в отставку вследствие газовых поражений, составлял только ? часть процента потерпевших от других причин. Число неизлечимо увечных также, повидимому, гораздо меньше, чем от других причин.

Человечность. Несмотря на все собрания, мы не. могли получить никаких положительных статистических данных, которые показали бы, что газ тем или иным путем вызывает туберкулез в большей степени, чем сильный бронхит или воспаление легких. Так как газ, главным образом, действует на легкия, и поражение его не легко установить, то каждый обманщик претендует на отравление газом для получения от правительства субсидии за увечье. Нельзя утверждать, что совершенно не существует людей, хронически страдающих от отравления газом, но хотя мы очень старались узнать от исследователей ядовитых газов и сродных им химических веществ, нет ли у них достоверных данных о таких случаях, тем не менее до настоящего времени собранные результаты указывают только то, что хронические страдания, причиненные газами, очень редки.

Что касается мирных жителей, то мы, конечно, не имеем в виду применять против них ядовитые газы, по крайней мере, не применять их в большей мере, чем сильно взрывчатые вещества, выбрасываемые из дальнобойных пушек или с аэропланов. Употребление первых против женщин и детей столь же заслуживает осуждения, как и употребление последних, и возможность воздержаться от применения как тех, так и других, в равной мере доступна.

Газы не могут быть из'яты из употребления. Что касается до отказа от употребления ядовитых газов то следует вспомнить, что ни одно могущественное боевое средство никогда не оставлялось без применения, раз была доказана его сила и оно продолжало существовать вплоть до открытия иного, более сильного. Ядовитый газ показал себя в мировой войне одним из самых сильных видов оружия. Только по одной этой причине он никогда не будет упразднен. Употребление его нельзя приостановить каким-либо соглашением, потому что, если путем соглашения можно приостановить употребление какого либо могущественного оружия войны, то и всю войну можно было бы предотвратить соглашением. Готовиться к употреблению газа только на случай, если он будет применен противником, также бессмысленно, как бессмыслен приказ, который некогда был дан войскам па Филиппинских островах. Согласно этому приказу ни один офицер или солдат не имел права застрелить дикаря племени Моро, даже в том случае, когда последний подходил к нему с обнаженным криссом (род меча); не разрешалось действовать до тех пор, пока дикарь не ударит первым. Каждый офицер предпочитал, естественно, предстать перед военным судом за неисполнение этого приказа, чем позволить дикарю Моро подойти с обнаженным криссом на сколько-нибудь близкое расстояние или ожидать, пока тот не ударит его.

Пусть знает мир, что мы будем употреблять газы против всех войск, которые станут воевать с нами, и что мы предполагаем пользоваться ими до самих крайних пределов нашего искусства. Мы верим, что такое признание принесет больше пользы для устранения войны, чем вся мирная пропаганда от сотворения мира. Говорилось, что нам не следовало бы применять газы против тех, кто не знаком с ними; но в таком случае, зачем мы употребляли магазинные винтовки и пулеметы против негритосов и Моро, вооруженных только луками и стрелами и имеющими мало ружей и ножей. Будем пользоваться тем же здравым смыслом для употребления газа, каким мы руководствуемся при применении всякого другого оружия.

Влияние на тактику. Влияние действия военно-химических материалов на стратегию мировой войны намечает их будущее значение. Опыты начались с облаков хлора, выпускаемых из тяжелых, зарытых в окопах баллонов. Это требовало много времени для установки и затем иногда продолжительного, иногда короткого ожидания благоприятного ветра; но даже при этих неудобствах атаки газовым облаком создавали новый метод боя и вызвали новые методы защиты. Газ сразу прибавил громадное бремя для доставки его на поля сражения, изготовления и перевозки, но в короткое время успел вызвать ряд изменений в тактике боя.

Газовые облака. В виду того, что выпущенный газ похож на дым, создался термин "газовое облако". В действительности большинство газов почти или совершенно невидимы; но те, которые внезапно переходят из жидкого состояния в газообразное, так охлаждают воздух, что вызывает образование облаков конденсированных водяных паров. Облако затемняло все позади и впереди себя. Это навело немцев на мысль пускать ложные дымовые облака и атаковать среди них, захватывая англичан в самых невыгодных условиях. Отсюда началось уяснение ценности дымов и организация под их защитой поисков, которые стали обычным явлением в каждой армии во время мировой войны. Истинной причиной первых поисков, выполненных под защитой дымовой завесы, являлось стремление определить, установлены ли газовые баллоны в окопах неприятеля.

В конце концов поиски стали в значительной мере причиной изгнания старого "облачного газа" с полей сражения. Это, однако, не остановило англичан от производства облачных газовых атак в 1918 году путем помещения газовых баллонов на платформах легких железных дорог и пуска газа из баллонов, не снимая их с платформ. Такое устройство позволяло им пододвигать запасы к фронту и производить газовые атаки тот час же, как только ветер становился благоприятным.

Свечи с ядовитым дымом. В настоящее время мы обладаем возможностью производить ядовитые дымы из твердых материалов, которые совершенно безопасны до тех пор, пока не зажжен воспламенитель. Так называемые свечи настолько легки, что один человек может переносить их. С их помощью можно пускать газовые облака в тот момент, когда ветер и погода благоприятны, при этом безразлично, с какой скоростью передвигается армия, и производит ли она наступление или отступает. Газовое облако обычно пускается ночью, когда облако невидимо, так как солдаты в это время устали и спят, и всеми, за исключением наиболее дисциплинированных, овладевает паника. При этих условиях достигается максимум потерь. Постоянство воздушных течений также способствует успеху газо-облачных атак по ночам.

Значение обучения в мирное время. Изложенные соображения выдвигают значение обучения в мирное время. Нас часто спрашивают: "Зачем вам нужны упражнения с масками в мирное время? разве нельзя обучеиться быстро этим вещам во время войны?" Ответ — "нет". Ничто не заменит обучения в мирное время,

Все мы помним, что в самом начале войны немцы широко распространяли обвинения против союзников за то, что те употребляли нечестные и бесчеловечные способы войны, привезя из Азии гурков с их ужасными ножами и марокканцев из Африки. И все таки мы знаем, что некоторое время спустя немцы перестали говорить об этих войсках. Какова была причина? Они оказались не столь опасными, как это предполагалось. Негр следует за белым офицером повсюду при дневном свете и сражается с такой же храбростью и энергией, может быть даже большими, чем белый человек, но он не может выдерживать ужасов ночи, и это оправдалось в отношении гурков и марокканцев.

Все союзники скоро признали этот факт, и это доказывается тем, что эти войска были почти всюду сняты с боевой линии. В некоторых случаях чернокожие войска сохранялись только в качестве ударных групп и заметались более развитыми белыми, когда фронт приходилось удерживать в течение целых дней под смертоносным огнем контр-атак неприятеля. Мы и немцы одинаково считали до мировой войны, что полудикари могут лучше, чем высоко-чувствительный белый человек, противостоять ужасам и суровым условиям войны. Война доказала, что такое суждение было в высшей степени ложным.

Хорошее знакомство с газом необходимо. Как для развития науки и для успеха промышленности в мирное время нужна постоянная работа, так же необходима тренировка, чтобы выработать преобладание духа над телом и удерживать солдата на линии огня, независимо от ее ужасов. Эго вполне достижимо, так как путем обучения можно изгнать из белого человека все ложные предубеждения. В него вдолбили в течение столетий, что порох и сильно-взрывчатые вещества могут быть губительными в известных границах. Чтобы солдат не боялся газа, мы должны дать ему такие же познания о нем, сопряженных с ним опасностях и границах его действия. Старинная поговорка говорит: "Хорошее знакомство порождает презрение". Быть может это не совсем верно, но мы все знаем, что оно порождает привычку и забвение; человек, изготовляющий динамит или иное опасное взрывчатое вещество, подвергается риску, при мысли о котором мы, не занимающиеся таким производством, содрогаемся.

Химики Эджвуда не боятся. Всё это имеет прямое отношение к обучению обращения с военно-химическими материалами в мирное время. Мы полагаем, что современная оппозиция химической войне состоит или из тех, которые не понимают ее, или тех, которые боятся ее: невежд и трусов. Наши химики в арсенале Эджвуда ежедневно имеют дело с самыми сильно-действующими химическими соединениями, шутя обращаются со смесями, о силе которых не имеют никакого понятия, и не знают при каких условиях может произойти взрыв какого-либо ужасного ядовитого газа. Но они научились оберегать себя. Они знают, что если задержать дыхание или оставить опасное место, то у окна они в безопасности. Они достаточно долго занимались этой работой, чтобы поступать так автоматически.

Штабы должны при всякой операции принимать во внимание газ. Штабные офицеры должны в мирное время знакомить части армии со всеми материалами химической войны; иначе солдат может потерять голову во время сражении, и его постигнет внезапная смерть. Офицеры генерального штаба и командующие генералы должны быть настолько знакомы с общим характером употребления газов, чтобы вводить их применение во все свои планы так же, как они распределяют задачи пехоты, кавалерии, танков или артиллерии. На них лежит ответственность за правильное употребление газов в сражении. Если в планы сражений не будут включены химические материалы для каждого рода войск в надлежащем количестве и надлежащего вида, то они не будут употреблены надлежащим образом на поле сражения, и на руководителях будет лежать ответственность за это.

Нельзя требовать, чтобы высшее командование знало все детали употребления газов, но оно должно принимать в соображение употребление газов для каждой фазы разрабатываемой операции и издаваемых приказов; детали могут быть выработаны путем обращения к офицерам газовых войск, которые укажут надлежащие для исполнения задачи газы и их количество. Генералы и штабы не могут входить в эти подробности совершенно так же, как не могут входить в подробности командования каждой ротой пехоты. Если они попытаются это сделать, то они окажутся плохими штабными офицерами.

Действие масок на войска. Даже лучшие из масок вызывают уменьшение поля зрения, легкое повышение сопротивления дыханию и некоторое неудобство ношения в теплую погоду. Вследствие этого солдат должен получить привычку ношения маски при всех условиях. Прежде всего в будущем он должен настолько освоиться с употреблением маски, чтобы надевать ее автоматически, так сказать, почти что во сне. У нас есть в настоящее время газы, вызывающие слезотечение, которые так сильно и быстро действуют, что возникает сомнение, сможет ли при условии краткого обучения один человек из пяти надеть свою маску своевременно, т.-е. прежде, чем он не будет поражен слезоточивым газом раньше, чем спохватится.

Успешность действия газа в мировой войне. На прошлой войне из каждой сотни убитых и раненых американцев более 27 приходилось на долю пострадавших от газа. Вы может быть, скажете, что многие из них были легко ранены. Это верно, но эти люди были исключены из боевой линии на сроки от одного до четырех месяцев; дивизии, корпуса и армии были расстроены, и, тем не менее, употребление газа в этой войне было детской игрой по сравнению с тем, чем оно будет в будущем.

Говорят даже, что многие из выбывших были симулянтами. Может быть; но не предполагаете ли вы, что у врага было по меньшей мере столько же симулянтов, как в наших собственных рядах. Далее, если вы считаете возможным вводить элемент симуляции, то это уже является достоинством нового метода войны, и, если только наши хваленые дарования не являются мифом, то у нас будет меньше симулянтов в сражении, чем у какой-либо другой нации.

Газовая стратегия на равнинах Пикардии. Вернемся теперь к стратегии газовой войны. За облачными газами последовали газы слезоточивые и ядовитые, выпускаемые в гранатах и бомбах. В этом заключается небольшой прогресс в тактике, но идея в первую пору остается та же, — причинение увечья. Как всегда, немцы первые обратили внимание на то, что газ может быть применен со стратегической целью в большом масштабе. И мы испытали, как за 10 дней перед началом сражения на равнинах Пикардии немцы наводнили многие части фронта горчичным газом. Это вызвало тысячи несчастных случаев, но показало еще кое что, имеющее большее значение. Газ истощил физическую бодрость и понизил дух войск в одной дивизии за другой, прокладывая путь к прорыву британской армии, которая была близка к тому, чтобы пропустить немцев к морю.

Немцы употребляли непостоянные газы до того момента, пока их солдаты не достигли британских линий, понижая таким образом действие британского ружейного и артиллерийского огня и спасая свои собственные войска. Это является показательным для будущего. Недавно один писатель в "Журнале Полевой Артиллерии" утверждал, что газ, вероятно, не будет употребляться в качестве заградителя вследствие того, что представляет помеху для движения собственных войск. Делая это утверждение, он забыл про противника, и вы не можете поступать так, если хотите выиграть сражение.

Газовые заграждения. В будущем мы должны ожидать, что противник явится так же хорошо подготовленным к химической войне, как и мы. Рассмотрим специальный случай, когда наши солдаты идут в атаку позади подвижного заградительного огня. Положим также, что ветер дует на наши собственные войска. При этих условиях, очевидно, ветер погонит наш газ назад на наши линии. Будем ли мы употреблять его при таком заградительном огне? Конечно, будем, потому что при ветре, направленном на наши собственные войска, мы будем иметь как раз те идеальные условия, которые необходимы врагу для употребления им газа. Он не преминет залить наши наступающие войска всеми газами, какими только располагает, в придачу к сильно взрывчатым веществам и шрапнели. Наши солдаты принуждены будут надеть маски и принять все предосторожности против газов врага. Как глупо было бы не пускать газа на врага при этих условиях. Если бы мы не пускали газа, мы предоставили бы ему полную свободу не надевать масок и не принимать других предосторожностей в то время, как наши собственные войска подвергались бы всем затруднениям, создаваемым газом. Нет, мы будем пускать газ в таких количествах, в каких считаем его действительным. Так будет происходить на каждом поле сражения: газ будет применяться одновременно обеими воюющими сторонами, притом всевозможными способами, какие только могут быть придуманы.

Уроки мировой войны — только указательные вехи. Пример буквоеда. Каждый урок, данный мировой войной, должен применяться, как указательный столб на дороге к будущим военным успехам. Употребление газа или других материалов в минувшей войне не должно приниматься за точный образец для применения их в бою будущего. Слишком внимательное изучение, слишком большая склонность к прошлому, может стать причиной такого образа действий. Один генерал, командовавший бригадой в Аргонне, недавно рассказал мне, что во время боя офицер генерального штаба спросил его по телефону о положении дел. Ознакомившись с ними, офицер штаба спросил: "Что вы делаете?" и когда тот ответил, офицер штаба возразил: "Зачем? — в книге не рекомендуется делать это таким путем при таких условиях". Вот вам нелепая сторона слишком детального изучения и слишком большого стремления положиться на прошлое.

Поле боя — совершенный калейдоскоп. В лучшем случае мы можем надеяться почерпнуть общие указания из книг, сохранившихся в нашем уме, чтобы избрать лучший путь в известном положении. Тот, кто пытается припомнить специальное положение, выученное в школе, с мыслью применить его на практике боя, тот закладывает фундамент для полного неуспеха. Ваш искусный стрелок, собираясь выстрелить, никогда не будет вспоминать о том, что ему говорил инструктор или книга. Он сосредоточивает свое внимание на предмете, в который он должен попасть, пользуясь лишь, поскольку это приходит ему в голову, фактами, воспринятыми от учителей или книг. Ваш генерал и ваш штаб должны делать то же самое.

Употребление газа пехотой. Несколько слов о том, как мы должны в будущем пользоваться газом. Начнем с пехоты. Пехота, как таковая, будет пользоваться газом только двумя или тремя путями. Она будет применять газ в ружейных гранатах и в гораздо большем количестве дым. Мы говорим о ружейной гранате, потому что по нашему мнению ручная граната есть пережиток прошлого. Мы не считаем возможным, чтобы в будущем когда-либо стали употреблять гранаты, не применимые в ружье. Пехота, вероятно, часто будет иметь при себе большие запасы газа в виде ядовито-дымовой свечи. Содержащиеся в них твердые вещества могут выдерживать безопасно ружейный и артиллерийский огонь, через них могут проходить повозки и тракторы, на них можно наступать, — и все-таки они не причинят вреда. Только когда подожжен запал, и вещество под влиянием тепла начинает возгоняться, они становятся опасными. Применяя эти свечи, вы должны иметь достаточное число офицеров и солдат, знакомых с химической войной, для получения наивысшего эффекта, считаясь с влиянием солнца, ветра, лесов, туманов, оврагов и т. п.

Употребление газа кавалерией. Кавалерия должна употреблять газ так же, как и пехота. Химические отряды будут сопровождать кавалерию, имея минометы Стокса или другие орудия для пуска газа в мелкие неприятельские укрепления, которые они могут встретить на пути, будут ли то пулеметные гнезда, укрепленные вершины холмов, леса или деревни. Кавалерия станет применять газовые средства как против диких, как равно и против культурных народов. Способы устроить для этой цели легко подвижные приспособления уже на верном пути. Если применять против дикарей, которых никто не хочет убивать, слезоточивые газы, то можно сказать, что лучшего способа никогда не придумано для скрытых засад по вершинам холмов, среди скал или деревень, в оврагах или лесах.

Употребление газа танками. Танки будут применять газ тем же путем, как и пехота, но для них открыта возможность перевозить большие запасы газа на гусеничных тракторах там, где другим путем было бы трудно его доставлять. Хотя практически это еще не осуществлено, но обещает достаточно, чтобы гарантировать дальнейшее изучение.

Употребление газа артиллерией. Ваша артиллерия будет стрелять газами и дымами из пушек всех калибров. В настоящее время существует тенденция ограничить употребление газа определенными пушками и гаубицами и употребление дыма еще меньшим числом пушек. Это ошибка, которую мы начинаем признавать. Старательное изучение опытов войны показывает, что тысяча газовых снарядов наносила в несколько раз большее число потерь, чем тысяча бризантных снарядов или тысяча шрапнелей. И это потому, что газ имеет присущую ему продолжительность действия, как никакое другое оружие войны.

Продолжительность действия газа. Пуля прорезывает со свистом воздух и делает свое дело или пролетает мимо. Бризантный снаряд взрывается, разбрасывая свои осколки, которые через несколько секунд падают на землю и становятся безвредными. Шрапнель действует также. Но если выпускается газовый снаряд, то он убивает и калечит, как бризантный снаряд, и вдобавок к этому продолжает быть активным еще в течение нескольких последующих минут. Даже при нестойких газах она причиняет на своем пути смерть или увечье каждому незащищенному человеку или животному. Со стойкими газами она продолжает быть активной в течение целых дней.

Разнообразие применения газов. Это приводит нас к разнообразию применения газов. Нестойкий газ может быть применен всегда, когда желают избавиться от него по истечении нескольких минут; стойкий газ — когда желают держать неприятеля под действием газа несколько дней подряд. Мы будем выпускать горчичный газ на передовые укрепления неприятеля, на фланги, на отдаленные площади, которые не атакуются, и, так как наша собственная защита, доставляемая масками и одеждой, усовершенствована, то мы будем употреблять его на самых полях сражений, которые должны быть пройдены нами. Почему? Потому что мы будем предварительно стрелять горчичным газом по неприятелю целыми днями и беспокоить его в течение всего этого времени, тогда как сами встретимся с ним самое большее на несколько часов. Таким образом не думайте, что горчичный газ станет в будущем употребляться только при обороне.

Твердый горчичный газ и дальнобойные пушки. Мы дойдем до того, что будем употреблять материалы химической войны так же, как в настоящее время употребляются сильно-взрывчатые вещества и снаряды, хотя бы иногда могли случайно пострадать от собственного оружия. Преследуя цели разрушения, наша артиллерия будет применять попрежнему дальнобойные пушки, но каждый снаряд будет содержать приблизительно 15 % газа и 85 % сильно-взрывчатого вещества. У нас есть горчичный газ в твердом виде, который может употребляться для этой цели. Мы имеем весьма сильные слезоточивые и раздражающие газы, которые могут быть также применены. Представляя собой твердые вещества, они не могут влиять на баллистические качества снаряда. И как много лишних опасностей принесет горчичный газ в каждом снаряде железнодорожным центрам, местам отдыха или расквартирования войск, коммуникационным путям и т. п. Результаты слишком значительны, чтобы упустить из виду такое применение.

Раздражающие газы в шрапнелях. Мы, вероятно, будем применять раздражающие газы в большинстве, если не во всех наших шрапнелях. В настоящее время существует мнение, что мы не должны помещать раздражающие газы во все шрапнели, потому что при некоторых условиях ветер может относить газы обратно и заставлять наши собственные войска одевать маски. Но, как было ранее сказано, мы должны помнить, что враг будет употреблять газ постоянно, так же, как и мы, и, вследствие этого, если мы будем ограничивать себя в каком-либо направлении, то мы дадим врагу преимущество. Это употребление газа артиллерией будет распространено на все роды орудий — береговой обороны, полевые, башенные и т. д.

Употребление газа воздушным флотом. Бомбы. Теперь рассмотрим воздушный флот. Естественно, что, говоря об употреблении газа воздушным флотом, мы думаем о метании газовых бомб. Газ будет употребляться в бомбах, быть может, весом в 1.000 фунтов или даже в тонну, 50 % которого по меньшей мере будет состоять из газа. Такие газы, однако, будут принадлежать к типу нестойких, подобных фосгену. Они будут употребляться против сосредоточенных лагерей и перекрестков дорог, против войск на дороге в колоннах, против железнодорожных центров и предназначенных для отдыха площадей, другими словами, против групп людей или животных.

Разбрызгивание. Но это только начало применения газа аэропланами. Горчичный газ, который на одну треть тяжелее воды и обращается в пар гораздо медленнее воды, можно будет разбрызгивать через маленькое отверстие, подобное отверстию для затычки в бочке, позволяющее жидкости вытекать наружу. Скорость аэроплана будет распылять ее. Таким путем газ можно разбрызгивать на целых площадях, которые должны быть пройдены неприятелем. Будет применяться и "льюисит", о котором мы довольно много слышали. Он менее стоек, чем горчичный газ, но подобно последнему причиняет ожоги. В отличие от горчичного газа ожоги от трех капель льюисита обычно вызывают смерть. Вещество может быть производило сотнями, даже тысячами тонн в месяц.

Мы работаем над одеждой, которая предохраняла бы от него, так же, как работали и работаем над одеждой, защищающей от горчичного газа. Но эти газы являются столь сильно действующими, что если останется хоть какое-нибудь отверстие в одежде, то газ, проникая через него, все же отравляет тело; так что, если даже удастся выработать идеальную защитную одежду, она должна покрывать каждый дюйм кожи с головы до ног. Кроме того, все время приходится носить маску.

Подумайте о бремени, налагаемом на какую-либо армию, которой придется постоянно носить в поле такую полную защиту. Какое напряженное состояние духа солдат! Чтобы переносить все это, мы должны приучать наших солдат к указанным условиям, встречаясь с ними в мирное время, т.-е. применять при обучении настоящие боевые газы. Как в мировой войне более дисциплинированные белые превзошли в смысле выносливости дикарей, точно так же хорошо дисциплинированные солдаты в будущем превзойдут всех других в смысле выдержки.

Флот. Теперь мы подходим к рассмотрению флота. Флот будет употреблять газ и облака дыма как в снарядах, так и в форме плавающей свечи. Ядовитые дымы, убивающие при достаточно высокой концентрации, являются в высшей степени раздражающими в небольших количествах — столь небольших, что их нельзя видеть или ощущать в течение нескольких минут. Каждое человеческое существо на корабле должно иметь возможность дышать, ибо человек или животное, потерявшее способность восстановлять необходимый ему запас кислорода, умирает. Ядовитый газ, проникающий в вентиляционную систему корабля, должен распространиться по всему кораблю и флот учитывает это.

Флот занят изучением вопроса, как удержать газ от проникновения в собственные суда и как заставлять его попасть в суда неприятеля. Ядовитые дымы могут быть брошены с аэропланов или выпущены из-под воды подводными лодками, в том и другом случае они будут рассеивать дымы на большие площади, через которые судам придется проходить. Тогда газ проникнет в судно и, заставит каждого надеть маску. На судно или около него дождем будут падать аэропланные бомбы с ядовитыми дымами или другими смертоносными газами. Желтый фосфор, который горит и не может быть погашен, мокрый он или сухой, будет сыпаться на суда. Да, все материалы химической войны будут употребляться флотом.

Газ против десантов. Употребление газа для противодействия или помощи десантам будет применяться многими путями. Современные данные указывают, что газ дает больше преимуществ для обороны против десантов, чем для их поддержки. Горчичный и подобные ему газы могут разбрызгиваться с аэропланов и, хотя они не продержатся долго на воде, но действие их будет достаточно продолжительно, чтобы заразить экипажи мелких судов, пытающихся пристать к берегу. Газы могут быть рассеяны на тех местах, которые предназначаются для высадки десанта. Горчичный газ легко поместить в бомбы или цилиндры и зарыть их на площади, используемой для десанта; перед лицом наступающего врага они должны быть взорваны.

Хранение газов в мирное время. Теперь несколько слов о том, в течение какого времени газы могут быть сохранены. Противники химической войны указывают, что газ является продуктом военного времени и не может быть запасен во время мира. Мы располагаем в настоящее время в Эджвудском Арсенале 1.400 тоннами различных ядовитых газов, не считая хлора. Эти газы вырабатывались постепенно, по малым количествам, в течение трех лет и все еще находятся и теперь в прекрасном состоянии. Наши химики полагают, что они могут впредь сохраняться в течение десяти лет и, может быть, даже более. В таком случае газовые снаряды имеют почти такую же продолжительность жизни, как современные военные суда, в то время как стоимость миллиона снарядов является только дробной частью стоимости военного судна. Сказанное применимо в особенности к жидким газам, как фосген, хлор-пикрин и горчичный газ. Мы знаем, что многие из химических материалов представляют собой твердые тела, которые выдерживают хранение в течение гораздо более длинных сроков.

3апасы противогазов. Наши маски также, как мы полагаем, могут сохраняться в течение по меньшей мере десяти лет. Современный опыт указывает, что резина разрушается, главным образом, под влиянием солнечного света и сырости, которые вызывают окисление или другие изменения в структуре резины. В соответствии с этим мы храним теперь маски в герметически запаянных жестянках. Таким образом, ясно, что запасы масок и газов, могут быть производить в мирное время точно так же, как и запасы всех других военных материалов.

Употребление газа газовыми войсками. Теперь мы подходим к употреблению газа специальными газовыми войсками. На войне газовые войска применяли 4-дюймовые минометы Стокса и 8-дюймовые газометы Ливенса и скоро стали применять новый легко-переносный цилиндр для образования газовых облаков при помощи жидких газов, как фосген. То же самое оружие они будут применять в будущих войнах. Все эти недальнобойные снаряды, как бомба или барабан Ливенса, содержат около 50 % своего веса в виде газа, в то время как артиллерийский снаряд вмещает только 10 %; таким образом, минометы имеют значительно большую активную силу, чем артиллерийский или какой бы то ни было другой способ пускания газа, за исключением облачного. Они наносят больше потерь на равное количество материала, расходуемого на фронте, чем все другие способы. Это недальнобойное оружие было изобретено англичанами для употребления в окопах, но наши войска применили миномет Стокса в полевой войне и работали с ним при многих пехотных дивизиях.

Фосфор и термит против пулеметных гнезд. Употребление газовыми войсками фосфора и термита против немецких пулеметных гнезд хорошо известно. Насколько оно оказалось действительным, знают, однако, только немногие. Фосфор и термит применялись с этой целью с начала 2-го сражения на Марне, т. е. с конца июля 1918 года до самого конца войны. Не было примера, чтобы газовым войскам не удалось привести к молчанию пулеметные гнезда, раз было определено их месторасположение. В будущем газовые войска будут производить большинство всех газово-облачных атак также с помощью ядовито-дымовых свечей.

Необходимость обучения в мирное время. Это является основой успешности химической войны. Как было установлено вначале, принципы применения ядовитых газов те же самые, что и других военных средств. Постоянное обучение в мирное время совершенно так же необходимо для них, как и для винтовки, пулемета, полевой артиллерии или другого оружия. В действительности даже более, так как употребление газа является прекрасным средством для ночных атак. Солдаты должны быть обучены принятию предохранительных мер даже тогда, когда им хочется спать, когда они устали и истощены так, что засыпают, несмотря на рев артиллерии.

Как следует смотреть на химическую войну. Мы просим вас смотреть на применение химических способов войны так же, как вы смотрите на применение артиллерии, пехоты, кавалерии, танков и аэропланов. Оценивайте ее мощь не только по данным мировой войны, но принимая в соображение возможное развитие ее в будущем. Помните, что когда война закончилась, ее опыт едва насчитывал 4 года, тогда как пулемет, являвшийся последним типом оружия пехоты, был известен в течение более трети века. Развитие химического способа ведения войны находится в детском возрасте. Даже те, кто принимал участие в химической войне во время подписания перемирия, могут теперь видеть вещи, которые, несомненно, появятся, и о которых не снилось в то время. Такова судьба всякого нового вида оружия.

Суммируя все, можно сказать, что газ — универсальное оружие, применимое для всех родов войск и при всяком способе действия. Так как мы можем выбирать газы, которые являются или жидкими, или твердыми телами, только раздражают или в высшей степени ядовиты, видимы или невидимы, остаются в течение целых дней или быстро разносятся ветром, то мы обладаем оружием, применимым ко всяким условиям войны и поэтому содействующим сохранению мира. Но мы должны выработать планы применения газов, помня, что на войне нет середины, есть успех или неудача, жизнь или смерть. Помните также, что в большой войне обучение опережает производство, и что 5.000.000 человек могут быть собраны и обучены прежде, чем можно их снарядить. Поэтому мы должны с надлежащей предусмотрительностью создать главнейшие отрасли нашей промышленности, поддерживать наши запасы и иметь прежде всего хорошо составленные планы, чтобы превратить в один момент все колеса мирного времени в крылья войны.

Оглавление книги


Генерация: 0.305. Запросов К БД/Cache: 0 / 0