ГЛАВА XXVI

Будущее химической войны

Всякий изобретатель, в какой бы области он ни работал, встречает недоверие и противодействие со стороны своих ближних, пропорционально тем возможностям, которые обещает сделанное им открытие. Если эти возможности невелики, то встречаемые им трудности не превышают тех, которые необходимы для достижения успеха. Если, наоборот, дело сулит крупный успех и, в особенности, если награда, ожидающая изобретателя и его сотрудников, значительна, то тернии на его пути все более и более возрастают. Действительно, там, где можно ожидать больших результатов, зарождается зависть в тех лицах, влияние которых может от этого пострадать, или которые настолько близоруки, что противятся всякому прогрессу.

Химическая война всегда имела и всегда будет иметь перед собою достаточное количество таких затруднений. С тех дней, когда хлор, известный всему миру, как вещество в высшей степени полезное в санитарии для очищения воды, для обработки золота и беления, был впервые применен в качестве ядовитого газа, химическая война развивалась все более и более, становясь необходимым фактором всякой будущей войны. Хлор вначале употреблялся в баллонах, предназначенных для его хранения. Эти баллоны были плохо приспособлены для химической войны и делали подготовку газовых атак в высшей степени кропотливой и громоздкой работой.

Прошло немного месяцев, и различные газы стали выпускать в большом количестве в снарядах и бомбах, а 3? года спустя, к концу войны, их стали уже применять в твердом состоянии, благодаря чему можно было безопасно хранить и переносить снаряды при любых условиях, так как твердые тела становятся опасными только при воспламенении взрывчатой смеси, освобождающей газ.

Хотя многие из химических веществ, изобретенных для нужд войны до заключения мира, стали известными всему свету, многие остаются покрытыми тайной. Более того, некоторые из первоклассных держав энергично ведут опыты по изысканию новых способов химической войны. Эти опыты будут продолжаться, и можно надеяться, что будет найдено большое число новых газов, новых методов их пуска и новых тактических приемов их употребления;

Почти не представляет сомнения, что эти газы найдут себе применение во всех частях армии и флота. Хотя химические вещества за последнюю войну не употреблялись в воздушном флоте, но уже тогда было установлено, что нет никаких причин, чтобы не использовать их таким образом. Что в будущем их будут применять в широком масштабе и в воздушном флоте, — не подлежит никакому сомнению. Химические вещества явятся тогда наиболее универсальными из всех родов вооружения.

Некоторые из ядовитых газов так могущественны в минимальных количествах и испаряются так медленно, что, освобождаясь, не производят сгущения достаточного, чтобы образовать облако. Здесь мы имеем дело с невидимыми газами. Другие вещества производят, наоборот, густые облака, как, например, дымовые свечи, в которых при нагревании распыляются твердые частицы или иные материалы, при помощи коих образуются облака сгущенного пара. Эти явления переносят нас в область обыкновенных дымов, не имеющих ни раздражающих, ни ядовитых свойств.

Такие дымы имеют чрезвычайно важное значение там, где требуется устроить завесу, чтобы скрыть наступление или помешать наблюдениям неприятеля, и находят себе одинаковое применение как на суше, так и на море. При помощи их действительность ружейного, пулеметного или артиллерийского огня по невидимому врагу настолько сильно уменьшается, что газы для образования завес будут, конечно, применяться на всех будущих полях сражений. Стреляя через дымовую завесу, человек имеет в 4 раза меньше шансов попасть в цель, чем если бы он стрелял по видимому предмету. Так как облака дыма могут быть ядовитыми или неядовитыми, то при применении их на войне открывается возможность комбинировать свойства дымов по усмотрению. Хорошо подготовленному офицеру химических войск представляется широкое поле деятельности, так как он всегда может определить, имеется ли в облаке дыма ядовитый газ и, если имеется, то в достаточной ли концентрации, чтобы быть губительным.

Рискуя повториться, укажем вновь, что не существует газа, который бы убивал или наносил повреждение в любом количестве, не могущем быть обнаруженным. Для каждого газа существует особый минимум концентрации, т.-е. количества, приходящегося на каждый кубический фут воздуха, которое необходимо для того, чтобы он стал вредоносным. Почти во всех газах этот минимум достаточен для того, чтобы опытный офицер химических войск ощутил его на обоняние.

Было бы утомительным перечислять пути и способы, при помощи которых химические вещества могли бы быть применены в будущем. Действительно, трудно себе представить положение, в котором газы или дымы не найдут себе применения, так как выделяющие их вещества могут быть равным образом как в твердом, так и в жидком состоянии, но всегда способны обращаться в газ, либо автоматически рассеиваясь на воздухе, либо распыляясь при помощи сильно взрывчатых веществ, или при нагревании. Это различие характера материалов дает возможность применять газы во всех родах артиллерийских снарядов, аэропланных бомб или других вместилищ, подвозимых к полям сражений.

Некоторые из газов обладают раздражающим действием на нос и глотку при невысоких концентрациях, когда же они присутствуют в большом количестве, то действие их становится смертоносным. Ди-фенил-хлор-арсин, широко применявшийся немцами в бризантных снарядах, более ядовит, чем фосген, являвшийся самым ядовитым из всех употреблявшихся в прошедшую войну газов. В самых минимальных количествах он вызывает чувство невыносимого жжения, в носу, глотке и легких. Преградить доступ этого вещества и маску могут только фильтры, тогда как настоящие газы поглощаются углем и химическими веществами.

Существует еще одно условие, делающее химические способы самым могущественным орудием для войны. Газы являются единственным родом оружия, которое с равным успехом может совершать свое дело как днем, так и ночью. Они даже более действительны ночью, чем днем, так как, кто ложится спать без маски, кто по неосторожности потерял ее или кто в ночной темноте утратил присутствие духа, — все становятся жертвами газа. Прошедшая война показала, что несчастные случаи были очень многочисленны даже тогда, когда войска с точностью до минут знали время начала газовой атаки. Вследствие этого химическая война не только должна получить в будущем признание всех цивилизованных стран, но и должна стать единственным способом, которым будут пользоваться без колебания все цивилизованные народы.

Снабжение солдат масками и другими мерами защиты дает научно-развитой и изобретательной нации огромное преимущество над мало-образованной и менее изобретательной. Так по какой же причине Соединенные Штаты или какая-нибудь другая высоко-цивилизованная страна должны отказаться от химической войны? Потому ли, что, как говорят, применение газов против дикарей было бы не особенно красивым способом борьбы, в виду того, что дикари не умеют пользоваться газами? Но, ведь, это очевидная бессмыслица. Ни одна нация не станет считаться в настоящее время с такими вещами. Тогда и наши американские войска, сражаясь с жителями Филиппинских островов, должны были бы надеть на себя туземную одежду и вооружиться мечами и копьями. Несмотря на оппозицию многих людей, которые по невежеству или по другим причинам восставали против химической войны, она завоевала себе надлежащее положение. По тем размерам, которые Соединенные Штаты отвели ей место во всех своих военных учреждениях, можно видеть, что они готовы в будущем встретить всякое нападение этими способами, так как американцы обладают неистощимыми ресурсами в отношении сырых материалов: соли, серы, и т. д., необходимых для изготовления газов.

Если же и в других странах приготовление газов получит ко времени начала новой войны высокое развитие, и обучение армий химическим способам нападения и защиты достигнет широкого распространения, то Соединенные Штаты будут иметь равные шансы с любой из держав или даже с целой коалицией.

Химическая война является таким же честным средством борьбы, как и пулеметы. Неприятель будет стремиться узнать более или менее точно наши материалы и наши методы химической борьбы, а мы будем обладать теми же сведениями относительно неприятеля. Следовательно, это будет таким же состязанием, как турнир рыцарей "Круглого Стола", сражавшихся мечами и копьями на конях. Американцы являются настоящими спортсменами и не ищут ни над кем перевеса. Они хотят только стоять наравне с другими. Они не согласны отказаться от применения могущественного оружия войны, если знают, что разбойническая нация будет применять это оружие против них и может достигнуть таким путем успеха. Гораздо честнее сказать всему миру, что мы будем пользоваться химическими способами в будущей войне, и притом в самом широком масштабе. Но повторяем, все наши приготовления делаются только в целях самозащиты, а кто может оспаривать наше право на нее?

Похожие книги из библиотеки

Тяжелый танк «Королевский тигр»

В августе 1942 года Управление вооружений сухопутных войск (Heereswaffenamt) вермахта разработало тактико-техническое задание на тяжелый танк, призванный в перспективе заменить недавно запущенный в производство «Тигр» — Pz.VI Ausf.E. На новой машине предполагалось использовать сконструированную в 1941 году фирмой Krupp 88-мм пушку с длиной ствола в 71 калибр. Осенью 1942 года к проектированию танка приступили фирма Henschel и конструкторское бюро Фердинанда Порше, вновь вступившего в соревнование с Эрвином Адерсом.

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»

Стратегические операции люфтваффе. От Варшавы до Москвы. 1939-1941

Бомбардировочной авиации люфтваффе, любимому детищу рейхсмаршала Геринга, отводилась ведущая роль в стратегии блицкрига. Она была самой многочисленной в ВВС нацистской Германии и всегда первой наносила удар по противнику. Между тем из большинства книг о люфтваффе складывается впечатление, что они занимались исключительно поддержкой наступающих войск и были «не способны осуществлять стратегические бомбардировки». Также «бомберам Гитлера» приписывается масса «террористических» налетов: Герника, Роттердам, Ковентри, Белград и т. д.

Данная книга предлагает совершенно новый взгляд на ход воздушной войны в Европе в 1939–1941 годах. В ней впервые приведен анализ наиболее важных стратегических операций люфтваффе в начальный период Второй мировой войны. Кроме того, читатели узнают ответы на вопросы: правда ли, что Германия не имела стратегических бомбардировщиков, что немецкая авиация была нацелена на выполнение чисто тактических задач, действительно ли советская ПВО оказалась сильнее английской и не дала немцам сровнять Москву с землей и не является ли мифом, что битва над Англией в 1940 году была проиграна люфтваффе.

XX век ВВС. Война авиаконструкторов

XX столетие не зря окрестили «ВЕКОМ АВИАЦИИ» — всего за сто лет она прошла колоссальный путь от первых робких полетов, продолжавшихся считанные минуты, до полного господства в воздухе и статуса новой «Богини войны», а авиаконструкторы стали ее «жрецами». Каким образом произошло это превращение из вспомогательного рода войск в определяющий фактор боевых действий? Какие революции пережила авиация за минувший век, ставший самым кровавым в человеческой истории? Кто побеждает в вековом противостоянии ВВС и ПВО? Что позволяет военно-воздушным силам сохранять господство над полем боя даже в эпоху ЗРК, ядерного оружия и межконтинентальных ракет? И чьи авиаконструкторы внесли наибольший вклад в ожесточенную вековую борьбу за превосходство в воздухе?

Прослеживая всю историю боевой авиации от первых «небесных тихоходов» до новейших боевых комплексов пятого поколения, ведущий военный историк определяет скрытые закономерности и возможные альтернативы, главные уроки прошлого и прогнозы на будущее.

Книга также выходила под названием «XX век авиации».

Танковый ас № 1 Микаэль Виттманн

Его величали «бесстрашным рыцарем Рейха».

Его прославляли как лучшего танкового аса Второй мировой.

Его превозносила геббельсовская пропаганда.

О его подвигах рассказывали легенды.

До сих гауптштурмфюрер Михаэль Bиттманн считается самым результативным танкистом в истории – по официальным данным, за три года он уничтожил 138 танков и 132 артиллерийских орудия противника.

Однако многие подробности его реальной биографии до сих пор неизвестны. Точно задокументирован лишь один успешный бой Виттманна, под Вилье-Бокажем 13 июня 1944 года, когда его тигр разгроми британскую колонну, за считанные минуты подбив около 20 вражеских танков и бронемашин. Не до конца прояснены и обстоятельства смерти Виттманна – существует несколько взаимоисключающих версий его гибели. Почти 40 лет его экипаж считался пропавшим без вести – его останки были обнаружены только в 1983 году...

Эта книга — первая русская биография знаменитого танкового аса, подробный рассказ о его боевом пути от простого артиллериста до командира роты тяжелых танков. Изучив всю доступную литературу, проанализировав противоречивые сведения и показания очевидцев, пересмотрев список боев и побед, автор разоблачает многочисленные мифы о «лучшем танкисте всех времен и народов», сложенные еще при жизни Виттманна и окружающие его имя после смерти, вплоть до наших дней.