Глав: 31 | Статей: 222
Оглавление
Желая возможно точнее воспроизвести подлинник настоящего труда, богатого иллюстрациями, Издательство размещает таковые соответственно тексту оригинала и приводит под рисунками и схемами полный перевод как надписей к ним, так и пояснений, сделанных в пределах иллюстраций.

Обучение

Обучение

Подготовка войск к газовой обороне. — Во второй половине октября 17 молодых инженерных офицеров, только что прибывших во Францию, были назначены в Отдел Газовой службы и откомандированы им в английские Школы Газовой Обороны для ознакомления с разными типами масок, их снаряжением и починкой, с обучением солдат ношению масок и предохранительными мерами против газов на поде сражения. Одновременно следовало начать обучение солдат 1-ой Дивизии газовым способом войны. Эта работа была возложена на капитана Бутсби.


Рис. 9.

Уничтожение "горчичного" газа на поле сражения.

Необходимо отметить, что Отдел Газовой Службы должен был начать свои работы немедленно, хотя трудности по организации, которые приходилось преодолевать, были очень велики. Одновременно требовалось решать вопросы о том, какие типы масок наиболее пригодны, и откуда их получить; нужно было выбрать методы обучения войск газовой обороне и тотчас же провести их в исполнение, указать, какие газы следует применять для атак, и озаботиться изготовлением их в Соединенных Штатах и своевременной доставкой, наконец, решить, какую материальную часть должны употреблять газовые войска и закупить ее, так как наличия ее в Соединенных Штатах не имелось. Хуже всего, что в Соединенных Штатах никто этим делом не интересовался.

Новые маски. — Около 1-го ноября майор Медицинского Департамента Коннель получил, согласно телеграмме, посланной из Франции, новое назначение. Предполагалось командировать его в английскую школу для ознакомления с методами обучения газовой обороны. После краткого разговора с ним Начальник Отдела Химической Службы, убедившись в знакомстве Коннеля с масками для анестезии, показал ему все образцы масок, употреблявшихся как союзниками, так и противником, и предложил высказать свое мнение о конструкции новой, более совершенной маски. В продолжение 2 часов Коннель излагал свои идеи о маске с металлическим наличником, резиновой губкой против лица и респираторной коробкой, помещающейся на затылке.

В это время ощущалась острая необходимость в создании нового типа маски, более удобной и дающей возможность видеть лучше, чем бывшие в употреблении английские респираторы. Идеи, развитые Коннелем во время доклада, были облечены им уже через 36 часов в реальную форму, и он был послан в Париж для изготовления первой модели нового образца, которую ему удалось выполнить приблизительно в 3 недели. Эта маска успешно выдержала испытания с высокими концентрациями хлора и, хотя было замечено некоторое просасывание газа, идея ее была признана правильной. Оставалось только усовершенствовать маску и разрешить вопрос об ее массовом изготовлении для снабжения армии.

В виду того, что англичане в этот период, как и за остальное время войны, стояли выше французов во всем, что касалось газовых способов борьбы, Коннель был командирован в Лондон. Здесь ему удалось выработать добавочные модели, настолько удачные, что одна из них была послана в Соединенные Штаты в первых числах января 1918 года. Работа и опыты Коннеля продолжались с таким успехом, что в скором времени новая модель могла быть представлена генеральному штабу и главнокомандующему Першингу, по распоряжению которого на май месяц была заказана тысяча масок образца Коннеля, для ускоренных полевых испытаний, на предмет принятия ее во всей армии Соединенных Штатов.

В связи с этим в ноябре 1917 года было послано извещение в Соединенные Штаты, в котором указывалась желательность изготовления для нужд армии более удобной маски, несмотря на то, что Отдел Газовой Службы во Франции настаивал на приемке английских респираторов в том виде, как их употребляли сами англичане.

В этом извещении было установлено 4 основных правила: а) маска должна давать полную защиту против газов, и опыты показали, что защита эта может быть осуществлена только при протекании воздуха через коробку, наполненную химическими веществами и древесным углем; б) зрение не должно быть затуманено; согласно опытов, метод Тиссо, по которому вдыхаемый воздух проходит около очков, является наилучшим; в) маска, согласно основным принципам своего назначения, должна быть удобна для ношения, поэтому необходимо отбросить загубник и зажим для носа; г) маска должна быть по возможности совершенна по конструкции и легко надеваться в темноте и в траншеях; раз она надета, то сдвинуть ее или повредить чем-либо должно быть трудно.

Обучение газовой борьбе и бой на Пикардийских равнинах. — 21-ro марта 1918 года, как известно, германцы начали большое наступление от Камбре через Пикардийские равнины на Амьен. Хотя наступление это давно ожидалось, но первые атаки явились полной неожиданностью как в тактическом отношении, так равно по силе и размерам. Подполковник Льюис, командированный в начале марта в английские газовые школы и получивший назначение в одну из них, находившуюся вблизи расположения канадских войск, очутился таким образом вблизи места сражения. Это дало ему возможность наблюдать некоторые из этих атак и научиться многому по собственному опыту. Школа, вследствие развития боевых действий, была распущена, и обучающиеся отозваны к своим частям. Льюис сделал два кратких доклада относительно применения германцами газов и дымов. Эти доклады представляли такое ясное изложение тактики газовой и дымовой борьбы, что Льюис немедленно получил назначение в штаб-квартиру, в качестве консультанта по вопросам Газового Дела, т.-е. по обучению войск защите от газов. До этого времени никто не умел организовать газовую оборону так, чтобы она была вполне удовлетворительной. Месяц спустя Лвюис был поставлен во главе Секции Газовой Обороны, а через два месяца она стояла уже на должной высоте. После этого Льюис был откомандирован в Соединенные Штаты для того, чтобы организовать там обучение газовой обороне.


Рис. 10. Близкий разрыв газового снаряда.

6-й батальон морской пехоты на участке Сомдьен около Вердена 30 апреля 1918 года.

Телеграмма о сражении в Пикардии. — На основании письменных и устных отчетов полковника Льюиса, а также сведений, появившихся в известиях Информационного Бюро и газетах, в Соединенные Штаты была послана телеграмма, более чем в 300 слов, с рассказом о характерных перипетиях этого сражения, поскольку они касались применения газов. Телеграмма заканчивалась словами: "все вышеизложенное ясно показывает, насколько настоятельно необходимо сделать маску удобной для ношения", — и "в будущем маска не должна иметь ни загубника, ни носового зажима".

Доклад генеральному штабу о работе. — В первой половине мая 1918 года американцы находились поблизости от Мондидье, к югу от Амьена, в наиболее угрожаемом пункте западного фронта. 18 мая 1918 г. американцы атаковали, взяли и, несмотря на многие контр-атаки неприятеля, удержали город Кантиньи. Вскоре после этого они подверглись сильному обстрелу снарядами с горчичным газом, при чем за одну ночь оказалось больше 900 пострадавших. Расследование обнаружило, что большинство несчастных случаев зависело главным образом от того, что солдаты должны были носить маски в продолжение 12–15 часов во избежание опасности быть отравленными газами. Такое продолжительное употребление английской маски с загубником и носовыми щипцами является практически невыполнимым и многие пострадали от газов, вследствие истощения и непривычки носить маску.

Инспектор от генерального штаба в докладной записке о снаряжении 1-ой дивизии указал на настоятельную необходимость введения более удобной маски. 1-ая дивизия предложила маску, по принципам подобную новой французской, не имевшей загубника и носовых щипцов. Стремления американского Отдела Газовой Службы во Франции дать усовершенствованную маску без загубника и щипцов были так хорошо известны в армии и считались настолько заслуживающими внимания, что предложение не вызвало с ее стороны никаких возражений. Помощник Начальника Штаба, представлявший Начальнику меморандум по этому поводу, просто сказал, что вопрос уже рассматривался в Отделе Газовой Службы. Это обстоятельство доказывает, насколько важно было своевременно информировать генеральный штаб обо всем, что являлось необходимым для снабжения войск, расположенных на боевой линии.

Тогда-то и было решено, что лучше немедленно дать войскам удовлетворительную маску, чем откладывать это дело на неопределенное время, вплоть до создания вполне совершенного типа. Авторы этой книги по опыту убедились в том, что работающие в лабораториях, далеко от фронта, склонны переоценивать значение полной защиты, базируясь на лабораторных испытаниях. Для работающих в лабораториях трудно себе представить, что боевые условия всегда требуют компромисса между идеальным средством защиты и теми, которыми можно своевременно снабдить сражающихся. Для Отдела Газовой Службы во Франции было очевидно, что благодаря срыванию солдатом маски английского типа, мы теряем и будем терять больше людей, чем это могло быть при введении более удобной, хотя не идеально совершенной маски. Другими словами, когда защитное средство является настолько обременительным, что человек не может или не хочет его больше выносить, то нужно снабдить его другим, более удобным средством, хотя бы последнее было менее совершенно и открывало возможность для отдельных несчастных случаев. Безопасность во время сражения всегда бывает относительна. Единственный верный способ найти полную безопасность — это оставаться у себя дома, на ферме. Человек, который боится рисковать, не должен иметь дело с оружием, снаряжением и тактикой, употребляемыми на фронте.

Только в сентябре 1917 года были открыты курсы при 1-ой дивизии в Гондрекуре. Эти подготовительные курсы стали впоследствии 1-ой Корпусной Школой. Позднее в Лангре была организована Армейская Школа Газовой Обороны и две другие школы, получившие название школ 2-го и 3-гo корпусов, в других местах. Первоначальная программа курсов для находившихся во Франции войск требовала трех-месячного обучения. Из них два дня были предоставлены Отделу Газовой Службы. Впоследствии эти два дня были сокращены до 6 часов, несмотря на энергичный протест Газовой Службы. После первых газовых атак, направленных против американцев из немецких газометов в марте 1918 года, и последовавших за ними интенсивных обстрелов горчичным газом, Школа Газовой Обороны амер. экспед. корпуса была перенесена на Газовый Полигон. Ее краткий 6-дневный курс должны были проходить по 200 офицеров, присылаемых с фронта. Число слушателей в действительности не превышало в среднем 150 человек, так как начальники дивизий не считали возможным откомандировывать большее количество офицеров.

Курсами руководили Начальник Ганлонского Полигона, подполковник Гильдебранд и капитан английской Газовой Службы — Бёш. Школа Газовой Обороны стала одной из лучших школ эксп. корпуса и знакомила своих слушателей с наиболее успешными методами противогазовой защиты на поле сражения.

Недостаток газов у германцев. — Потери американцев от германских газовых атак колебались в весьма широких пределах. Было время в первые периоды обучения, когда они достигали 65 % всех потерь в сражении. Были и другие случаи, когда потери от газовых атак, по сравнению с чрезвычайно высоким числом выбывших из строя от пулеметного огня, казались незначительными. В общем число потерпевших от газовых атак достигло 27,3 % всего числа потерь. Такой малый процент являлся следствием того, что во время ожесточенных американских атак на Сен-Миель и в Аргонне у немцев стало не хватать запасов газа. Это было в особенности справедливо по отношению к горчичному газу.

Фрайс был в штабе 1-й Армии и штабах 1-ro, 3-го и 4-го Корпусов за два дня до начала сражения в Аргонне и пробыл на фронте еще 4 дня после битвы. Он видел донесения о сражении каждое утро в штабах армии и корпусов; никаких сведений о потерях от газа не было получено. Такое положение продолжалось в течение всего дня. Это было настолько удивительно, что он сказал начальнику штаба, что считает возможным приписать неудачу немецких газовых атак только двум причинам: либо у противника не хватает газа, либо он подготовляет какой-нибудь неожиданный удар. Первая причина была более близка к истине, так как при расследовании германского склада огнеприпасов, захваченного во время наступления, оказалось, что среди имевшихся в нем снарядов менее 1 % содержали горчичный газ. Но даже при этих обстоятельствах неприятель нанес газовыми атаками большой урон в последней стадии сражения в секторе Аргонна — Маас.

Очевидно, германцы немедленно после начала атак, или, что более вероятно, за несколько дней до них начали собирать весь имевшийся налицо запас горчичного газа и других газов со всего западного фронта и отправлять на американский сектор. Это предположение, повидимому, подтверждается, так как неприятель никогда не имел лучшего случая применить газ с успехом, как в первые 3–4 дня сражения в Аргонне; зная это, он, конечно, не преминул бы применить газ, если бы только таковой имелся в наличии. Если бы 50 % выпущенных артиллерийских снарядов было начинено горчичным газом, наши потери в боях при Аргонне — Маасе были бы, по крайней мере, на 100.000 человек больше действительного количества, и вполне возможно, что нам никогда бы не удалось взять Седан и Мезьер во время наступления 1918 г.


Рис. 11.

Германские приборы для газовой треноги.

Лагерь для обучения офицеров. — Первая партия офицеров в количестве около 100 человек была послана во Францию в июле 1918 года после кратковременной подготовки, а частью совсем без нее. Вследствие этого было сделано распоряжение ознакомить офицеров с обязанностями, как рядового солдата, так и офицера. Их подготовка к газовой защите и нападению потребовала месяца упорной работы.

Лагерь был устроен недалеко от полигона (опытного) близ небольшого городка Шуань. В программу входило обучение рядового солдата в составе звена и роты. Каждый офицер должен был поочередно командовать ротой при упражнениях, знакомиться с чтением карт и обязанностями, как строевыми, так и административными.

Эта небольшая команда являлась образцом чистоты и военной дисциплины; она заслужила самый похвальный отзыв со стороны штабных офицеров, находившихся при главной квартире, расположенной менее, чем в двух милях расстояния от лагеря. Незадолго до заключения мира было сделано распоряжение о переводе курсов в Шиньон, на 25 миль восточнее Тура, где имелись обширные здания и площадки, дававшие возможность производить подготовку не только офицеров, но и солдат на различные командные должности, начиная от взводного командира до обязанностей начальника газовой службы дивизии.

Подготовка войск к применению газов. — Как было указано выше, Медицинский Департамент, начавший изготовление газовых масок и других защитных средств, и Горное Бюро, принявшееся за исследование ядовитых газов и материалов для обороны, были единственными официальными учреждениями, которые с самого начала проявили интерес к газовой борьбе. Благодаря работе Медицинского Департамента и Горного Бюро по изготовлению масок и обучению их ношению, газовая оборона стала известна войскам гораздо раньше, чем газовое нападение. С другой стороны, в виду того, что Артиллерийское Ведомство, на которое было возложено заготовление ядовитых газов, в действительности не сделало в течение месяцев ничего, — применение газов с целями нападения не было известно войскам Соединенных Штатов вплоть до их прибытия во Францию.

Более того, даже во Франции не было позволено производить ни одного выстрела газовым снарядом, так что вся подготовка к газовой борьбе ограничивалась пределами газовой обороны, сопровождаемой только лишь лекциями по газовым атакам.

Обучение газовых частей было начато в конце 1917 г. и, так как работа с газами имеет чисто специальный и очень опасный характер, то войска на американском фронте могли приступить к активным действиям не ранее июня 1918 г.

К этому времени армия была достаточно хорошо обучена газовой обороне, но к применению газов относилась почти враждебно. Среди некоторых штабных офицеров, так же как и среди начальников отдельных воинских частей, это враждебное отношение порой доходило до крайних пределов.

Тяжелая, изнурительная, требующая большого опыта и искусства работа офицеров Военно-Химической Службы должна была бы убедить штабных офицеров и командующих частями войск в пользе газа и понудить их к демонстрации его на своем фронте. Но часто офицеры Военно-Химической Службы при дивизионных штабах слышали от фронтовых офицеров, что газ не может играть никакой роли при наступлении, и что дело Военно-Химической Службы только оборона. Однако, никто, кроме офицеров газовых отрядов, не имел точных сведений о применении газов. Постепенно, путем постоянных указаний генеральному штабу и другим на результаты газовых атак, произведенных германцами, англичанами, французами и нами самими, удалось понудить нашу армию к активному употреблению газов при наступлении.

Эта перемена взглядов шла однако очень медленно; необходимо было сначала подготовить людей, которые вели бы пропаганду среди командного состава. Следующая фраза, произнесенная полковником Май-Смитом, стала лозунгом Газовой Службы за последний период войны: — "офицерам Военно-Химической Службы надо рекламировать газ в армии". Другими словами, чтобы доказать пользу применения газов, нам приходилось прибегать к тем же приемам, при помощи которых изобретатель нового предмета распространяет его в публике.

Эта работа была в высшей степени утомительной, требовала много искусства, терпения и, прежде всего, знания в совершенстве своего предмета. Иллюстрацией постоянно встречавшихся затруднений может служить тот факт, что начальник штаба операт. отделения одного американского корпуса отказывался разрешить применение газов в определенном пункте во время боев в Аргонне до тех пор, пока офицер Газовой Службы' не дал ему письменного заверения, что употребление газа не может нанести никакого ущерба американским солдатам. Такое отношение было в высшей степени нелепым.


Рис. 12.

Типичный полевой склад снарядов вблизи фронта.

Пехота всегда может ожидать некоторых потерь от собственных бризантных снарядов при подвижном заградительном огне и, хотя ему была понятна огромная губительная сила газа, этот штабной офицер отказался употребить его до получения полной письменной гарантии в том, что от этого не пострадает ни один американский солдат.

Часто приходилось слышать и другие возражения, что применение газа вызывает ответный огонь неприятеля на то место фронта, откуда он был пущен. Но это возражение обнаруживает только ограниченность сделавшего его лица, так как ответный огонь показывает успешность газовой атаки, а всякому известно, что неприятель не станет отвечать на то, что его мало тревожит.

Когда армия вполне ознакомилась, наконец, с значением газовых войск, спрос на них стал так велик, что часто один взвод назначался на целую бригаду и даже, иногда, на всю дивизию. Офицерам, командовавшим этими взводами, приходилось сноситься с начальниками дивизий и штабов и давать им указания, как, где и когда следует применять газ, при этом требовалась большая настойчивость, чтобы убедить тех и других приступить к делу. Тот факт, что не было ни одного случая неудачи, доказывает превосходное знание своего дела офицерами газовых отрядов. Работа их во время больших боев американцев достигала небывалых размеров, и если бы хоть один из офицеров сделал в это время крупную ошибку, то о ней, конечно, было бы известно, и Фрайс, как Начальник Газовой Службы, был бы о ней осведомлен.

Такой же, а иногда даже и более трудной, была работа офицеров Химической Службы при штабах дивизий, корпусов и армий, где они руководили обучением людей, формировали газовые войска, учили употреблению газа в артиллерийских снарядах и применению дымов при атаках пехоты. Работы этих офицеров Газовой Службы на полях сражений были так же успешны, как в Газовом Полку

К великой чести всех офицеров, состоявших при армейских штабах и в Газовом Полку, начиная от полковника Аткиссона, следует отметить, что все они работали в полном согласии, с единственной целью победить германцев.

Оглавление книги


Генерация: 0.072. Запросов К БД/Cache: 0 / 0