Главная / Библиотека / Неизвестный Лангемак. Конструктор «катюш» /
/ Глава шестая Треснувший лед Кронштадта

Глав: 18 | Статей: 47
Оглавление
Он был одним из величайших конструкторов XX века, главным инженером первого в мире Реактивного института, пионером космонавтики (именно Г.Э. Лангемак ввел этот термин), соавтором легендарной «Катюши» – но звание Героя Социалистического Труда получил лишь посмертно. Его арестовали по доносу подчиненного, осудили как «вредителя», «заговорщика» и «врага народа» и казнили в январе 1938 года. Полвека спустя маршал Устинов сказал: «Если бы Лангемака не расстреляли, я был бы у него замом, а первым космонавтом стал бы не Гагарин, а Титов». Успей Георгий Эрихович завершить свои разработки – мы бы сейчас осваивали систему Юпитера, а на Луну летали бы (как мечтал Королев) «по профсоюзным путевкам».

Почему все эти великие начинания пошли прахом? Кто погубил великого конструктора и присвоил его открытия? Как разгромили Реактивный институт, замедлив развитие космонавтики на десятилетия? Воздавая должное гению Лангемака, эта фундаментальная биография проливает свет на самые героические и трагические страницы родной истории.
Александр Глушкоi / Олег Власовi / Литагент «Яуза»i

Глава шестая Треснувший лед Кронштадта

Глава шестая Треснувший лед Кронштадта

В июне1 добровольно (по другим данным, в июле)2 1919 г. по офицерской мобилизации его забирают в Красную Армию3. Одесский военный комиссариат призвал его для дальнейшей службе во флоте1. Эта повестка станет очередным спасением Г.Э. Лангемака от очередного давления его матери и ее видения дальнейшей судьбы своего младшего сына. Ведь судьба-то была его, и только он один был вправе ею распоряжаться по своему усмотрению.

В периоде 1 июля по 15 августа 1919 г. прошло 21 дневных и ночных комбинированных совместно с торпедными катерами налетов англичан и финнов на Кронштадт и Петроград (в т. ч. один из них был 8 августа 1919 г.). Попав в Кронкрепость, Г.Э. Лангемак окончательно вырвался из-под влияния своей матери, которая больше не могла навязать сыну свою волю, лишь иногда (впоследствии) сетовала на то, что из него мог бы получиться прекрасный учитель, тем более что опыт преподавания, полученный им в детстве, потом ему очень сильно пригодится.

С 31 июля по 10 августа 1919 г. – всего лишь 10 дней он занимает должность Помкомбата 2-го артиллерийского дивизиона Кронкрепости. Создается впечатление, что этот налет от 8 августа стал роковым для его командира, после смерти которого заместитель был поставлен на его место. Либо произошел тот самый вариант, когда «целиком» партийный краском оказался бездарным в военном отношении человеком, и для пользы дела его заменили на более грамотного специалиста, хоть и из бывших, хоть и не члена партии…

Далее с 10 августа 1919 г. по 16 июля 1920 г. он командир 1-й батареи 2-го артиллерийского дивизиона Крон-крепости. В период этих 11 месяцев он успевает принять участие в отражении сентябрьских атак англичан на Крон-крепость,

Именно эти события описаны в книге «Торпедой – пли! История малых торпедных кораблей»: «Случилось так, что первой крупной жертвой английских торпедных катеров стал отнюдь не германский, а русский военный корабль. Произошло это событие во время гражданской войны в России летом 1919 года…

Потопление «Олега» стало пробой сил перед налетом английских катеров на Кронштадт на рассвете 18 августа 1919 года. Результаты этой комбинированной операции, в которой участвовали семь 55-фунтовых катеров СМБ, один 40-фунтовый и 8 самолетов поддержки с авианосца «Виндиктив» (Vindicti?), неприятно поразили англичан. Кроме повреждения одной торпедой линкора «Андрей Первозванный» (спущен на воду в 1906 г.) и потопления старого крейсера «Память Азова» (спущен на воду в 1888 г.), служившего плавбазой подводных лодок, русский флот не понес больше никаких потерь. А вот потери англичан оказались очень серьезными: в течение какого-то получаса три из восьми торпедных катеров потопила артиллерия эсминца «Гавриил», два затонули во время отхода от полученных в результате обстрела повреждений и еще один катер экипаж сам пустил ко дну из-за аварии (у него взорвался мотор)…»4.

А в октябре 1919 г. защищает крепость от наступления Юденича. Вот как описана эта ситуация в одной из книг по истории Гражданской войны в СССР: «…7-я армия, командование которой с 24 сентября (1919 г. – А.Г.) принял С.Д. Харламов, по-прежнему занимала позиции на большом протяжении фронта – до 460 километров. На нарвском направлении 120-километровый участок прикрывали 2-я и 6-я дивизии, имевшие общую численность около 10 тыс. бойцов. На лужско-псковеком направлении располагались 10-я и 19-я дивизии, насчитывавшие до 12 тыс. бойцов. Остальные войска находились в Петроградском укрепленном районе и Кронштадтской крепости, оперативно подчинявшихся 7-й армии. Соединения и части армии имели 560 орудий, 900 пулеметов, 28 аэропланов, 2 бронепоезда и 8 бронемашин.

После трудных наступательных боев армия не успела еще восполнить в полной мере потери и создать необходимые резервы. Из-за тяжелого экономического положения в стране в войсках ощущался недостаток в хлебе и других продуктах питания, не хватало шинелей, обуви, белья.

В Петроградском укрепрайоне ввиду недостатка материально-технических средств и рабочей силы не были выполнены все предусмотренные проектом оборонительные работы, в особенности в гатчинском секторе.

Английские интервенты воздушными бомбардировками Кронштадта, налетами торпедных катеров на боевые корабли пытались ослабить Балтийский флот и тем самым лишить приморский фланг 7-й армии поддержки с моря.

На рассвете 28 сентября ударная группировка войск Юденича в составе восьми полков при поддержке английских танков неожиданно нанесла отвлекающий удар по частям 7-й армии из района озера Самро на Струги Белые. Прорвав оборону на псковско-лужском участке, неприятель занял 4 октября Струги Белые и прервал сообщение между Псковом и Петроградом. Командование 7-й армии, считая, что основная цель противника – Псков, начало перебрасывать в район Луги войска с нарвского участка.

10 октября Северо-западная армия перешла в наступление на главном – петроградском направлении. Три дивизии переправились южнее Ямбурга через реку Луга и образовали две группы. Одна наступала на Молосковицы, а другая при поддержке танков захватила Ямбург с юга. 6-я дивизия под натиском превосходящих сил противника начала отходить.

Противник продолжал развивать наступление и захватил станцию Волосово, после чего путь на Гатчину оказался открытым.

13 октября на гатчинском и лужском направлениях активность армии Юденича еще больше возросла. Несмотря на упорное сопротивление 19-й дивизии и коммунистических отрядов, Лугу пришлось оставить. Для захвата береговых фортов белоэстонцы высадили крупный десант. Правый фланг приморского участка отошел к Шепелеву, и над фортами Серая Лошадь и Красная Горка с суши нависла непосредственная опасность. Однако прибывший на фронт 3-й экспедиционный отряд моряков и 622-й стрелковый полк при поддержке артиллерии фортов остановили врага. В связи с отходом 6-й дивизии командующий 7-й армией возложил оборону краснофлотского сектора на флот.

Обойдя с севера Гатчину, противник занял 16 октября Красное Село, глубоко вклинился между Гатчинской группой и войсками, находящимися на южном побережье Финского залива, и в ночь на 17 октября захватил Гатчину и Вырицу…»

И: «…на Петроградском фронте создались боеспособные соединения и необходимые резервы. К 29 октября 7-я армия имела уже около 40 тыс. штыков и сабель, более 490 орудий, почти 930 пулеметов, 23 самолета, 11 бронемашин и 4 бронепоезда. Все это позволяло успешно развивать дальнейшее наступление.

25 октября группа Одинцова, взаимодействуя с 6-й дивизией, захватила участок железной дороги между Красным Селом и Гатчиной. Находившиеся на Красносельских высотах белые встретили наступающие по равнине полки 6-й дивизии яростным огнем. Некоторые населенные пункты переходили по нескольку раз из рук в руки. Полк белой Ливенской дивизии, пытавшийся обойти с севера 6-ю дивизию, был почти полностью уничтожен. Атаку танков у деревень Онтолово и Нижний Бугор красноармейцы отбили ручными гранатами. После упорных боев противник был выбит из Красного Села. В этот же день группа Харламова освободила Царскую Славянку и станцию Антропшино.

В боях на петроградском направлении 7-я армия сковала основные силы Юденича. Правый фланг и глубокий тыл белых оказались неприкрытыми. Сложилась благоприятная обстановка для нанесения нашими войсками удара с юга.

26 октября начала наступление 15-я армия, имевшая до 16 тыс. бойцов. Главный удар наносился на лужском направлении. Перед 19-й дивизией и бригадой 11-й дивизии была поставлена задача – разгромить лужскую группу противника и выйти в тыл его основных сил в районе Волосово, Молосковицы. Остальные части 11-й дивизии наступали из района станции Новоселье на север по труднопроходимой местности в тыл ямбургской группе белых. 10-я дивизия, двигавшаяся по восточному берегу Чудского озера, должна была занять Гдов и выйти западнее Ямбурга.

Операция по ликвидации войск Юденича предусматривала, таким образом, осуществление широкого маневра против их правого фланга и тыла в сочетании с фронтальным наступлением. Успех зависел от четкого взаимодействия 15-й и 7-й армий.

С 28 октября по 2 ноября на гатчинском направлении шли тяжелые бои с переменным успехом. Юденич пытался удержаться на гатчинском рубеже и сохранить возможность для нового наступления на Петроград.

В ходе ожесточенных боев войска 7-й армии отбили все попытки белых вновь захватить Красное Село, Детское Село и другие населенные пункты. Потерпела неудачу и попытка белоэстонского десанта захватить при поддержке английских кораблей форт «Передовой». Напряженные бои на приморском фланге продолжались несколько дней. При содействии фортов 622-й полк и морские отряды заставили противника отступить и вышли к реке Коваши.

31 октября 11-я и 19-я дивизии после пятнадцатичасового боя освободили город Лугу и продолжали наступать на Волосово. В боях за Лугу особо отличился 93-й полк, ранее награжденный Почетным революционным Красным знаменем. За доблестное взятие Луги полк 17 ноября наградили орденом Красного Знамени. Это первая часть, удостоенная боевого ордена Советской республики.

Узнав о движении советских войск на Волосово, Юденич начал поспешно отводить главные силы на запад…»

Все свободное время он опять проводит в Петрограде. Их отношения с Леночкой продолжают развиваться дальше. Уже давно ухаживает за ней в открытую, а она, 18-летняя девушка, видя перед собой своего Жоржа, счастливая и не замечающая трудностей военного времени, уже давно не скрывает от своих родных, что она его любит.

1919–1921 гг., в течение полутора лет пытаясь отвлечься от царившего тогда голода и болезней, по линии ликбеза Г.Э. Лангемак преподает грамоту на фортах «Риф» и «Тотлебен»5. В письмах того времени, которые посылал в Елисаверград, он обязательно описывал эту часть своей службы, чем вызвал у своей матери не малую радость, тем более что это была (и то вынужденная) единственная уступка ее гордого сына.

За храбрость в бою и прекрасные командирские качества в феврале 1920 г. он становится кандидатом в члены, а в июне членом Кронштадтской организации ВКП(б). Комиссар штаба Кронкрепости И.Г. Новиков лично вручил ему партбилет и поздравил с принятием в члены партии.

16 сентября его назначают на должность коменданта форта «Тотлебен» 2-го артиллерийского дивизиона Крон-крепости6.

Однако настроения, которые «ходили» в крепости, привели к трагедии, известной как Кронштадтский мятеж, участником, а точнее жертвой, которого стал и Г.Э. Лангемак. 21 января 1921 г. конфликт между Советской властью и Кронштадтом еще более осложнился. По распоряжению Л.Д. Троцкого в крепость была прекращена поставка продовольствия, а гарнизон крепости поставлен в известность, что это будет продолжаться до тех пор, пока не будет избран новый состав партийного руководства крепости7.

Главной причиной этого явились многочисленные отпуска личного состава, которые, побывав дома в деревнях и посмотрев на условия жизни родственников, своими глазами увидели все ее «прелести» и наслушались упреков в адрес Советской власти и за содействие оной. Под воздействием этого они возвращались обратно уже убежденными противниками существовавшего строя8.

2 марта 1921 г., во время Кронштадского мятежа (Крон-мятежа), вместе с еще одним командиром, только беспартийным, и почти со всеми членами партии Г.Э. Лангемак был арестован, посажен на гарнизонную гауптвахту и приговорен к расстрелу. Причиной ареста послужил его прямой отказ от участия в мятеже. Он считал, что восстание преждевременно и обречено на поражение. Необходимо начинать активные действия против власти только поздней весной, после того как сойдет лед и крепость станет неприступной, но революционный порыв масс…

По воспоминаниям одного из военспецов (адъютанта генерал-майора А.Н. Козловского), начальник Управления артиллерии крепости и один из руководителей восстания (решивший, как и многие другие военспецы, примкнуть к нему только для того, чтобы помочь матросам в грамотном ведении военных действий), приехал к нему в форт и предложил примкнуть к восставшим, на что Г.Э. Лангемак ответил, что будет первым, кто повернет оружие своего форта против «советов», но только в том случае, если будут соблюдены вышеприведенные условия…9 Генерал сказал, что, спасая от расправы, он вынужден арестовать Г.Э. Лангемака, на что командир форта только саркастически усмехнулся…

По приказу А.Н. Козловского бывший шорник (на тот момент красноармеец 9-й батареи форта «Тотлебен») И.И. Куркин10 и Трофимов (бывший делопроизводитель, руководивший арестами)11 взяли Г.Э. Лангемака под стражу. После ареста командира форт был занят без единого выстрела.

По воспоминаниям одного из арестованных, условия содержания были невыносимыми: «Издевательства и мучения были выше всех преград, давали кушать 01/4 фунта кофейного хлеба и 2 раза в день водичку, притом сняли сапоги, а прочие ценные вещи у меня отобрали в тюрьме – пор[т]сигар, часы, кольцо, сапоги, деньги, наган и белье…»12. Если такие условия были у тех, кто содержался в морской следственной тюрьме, то понятно, что они ни чем не отличались и в других местах. Естественно, что они были продиктованы сложным положением с продовольствием, когда в 10-х числах марта через Русский Красный Крест были налажены поставки продовольствия в город, то (судя по этому тексту) ситуация осталась прежней.

В воспоминаниях одной из дочерей Г.Э. Лангемака, Майи Георгиевны, есть такой абзац: «Со слов мамы знаю, что во время Кронштадтского мятежа отец, как a все защитники крепости, был арестован, несколько дней в одном белье провел в каком-то сарае, ожидая расстрела, a чудом был спасен, когда мятеж был побавлен…»13.

На это счет имеются воспоминания председателя Кронштадтского ВРК С.М. Петриченко, где сказано следующее: «3 марта утром стали в городе распространяться слухи, что арестованные коммунисты расстреливаются, над ними издеваются и производят насилие всякого рода. Явились в Ревком члены бюро коллективов Коммунистической партии для того, чтобы им разрешил РК осмотреть помещение, где и как содержатся коммунисты, на что РК согласился и дал двух своих представителей. Убедившись в целостности коммунистов и ознакомившись с их положением, члены коллектива написали воззвание к населению, где опровергались провокационные слухи и указывалось, что арестованные находятся в хороших условиях и что все они живы и насилий над ними никаких не чиниться…»ы.

Потом это воззвание было опубликовано 4 марта 1921 г. в газете «Известия Временного революционного комитета»… Вот его текст: «Временный революционный комитет считает необходимым опровергнуть всякие слухи о том, что арестованным коммунистам чиниться насилие.

Арестованные коммунисты находятся в полной безопасности.

Многие из них арестовывались и частью потом освобождались.

В комиссию по расследованию причин ареста коммунистов войдет представитель Коммунистической партии. Явившимся в революционный комитет тт. Ильину, Кабанову и Первушину было предоставлено право видеть находящихся под арестом на «Петропавловске», и они лично своими подписями подтверждают вышеуказанное.

Ильин Кабанов Первушин15

Однако в оперативно-информационной сводке от 8 марта 1921 г., направленной В.И. Ленину, есть подтверждение этим словам С.М. Петриченко: «…Над арестованными ответственными коммунистами насилий до сих пор не производится. За их содержанием установлено наблюдение особыми выборными лицами…»16.

Что же касается обуви, что С.М. Петриченко пишет, что

8 марта: «Ввиду недостатка обуви у защитников Кронштадта Ревком распорядился снять сапоги у арестованных коммунистов, а им дать лапти, что дало хороших сапог 280 пар, которые и были розданы гарнизону»17.

5 марта в Кронштадской газете выходит статья «Злоба бессильных», автор которой пишет: «Все кронтштадтские коммунисты на свободе, и им не угрожает никакая опасность. Задержаны только те, кто пытался бежать и был перехвачен патрулями.

Но и они находятся в полной безопасности, в безопасности, которая гарантирует их от мести за «красный террор»18.

11 марта на делегатском собрании при ревкоме слушался вопрос об освобождении арестованных коммунистов, а 12 марта на собрании служащих Кронштадтского морского госпиталя заслушивали разъяснения по этому поводу В конечном итоге было решено никого не освобождать, т. к., ввиду персонального момента, данное мероприятие было признано несвоевременным19.

16 марта в ревкоме обсуждали вопрос о расстреле арестованных коммунистов. Инициатором этого был комендант следственной тюрьмы анархист Шустов. Это предложение было отклонено большинством голосов ревкома («за» высказались только Петриченко и Тукин), однако ревком предоставил ему право их расстрела при попытке к бегству или покушения на него (Шустова). Таким образом, судьба всех арестованных стала зависеть от коменданта, и только быстрое падение крепости помогло сохранить их жизни20.

Узников морской следственной тюрьмы освободили 18 марта, и осталось описание того, как это происходило: «…слышим в тюрьме сильную стрельбу, ч[е]рез несколько минут вдруг ломают в нашей тюрьме с воли стекла и……наши наступающие части в тюрьму подают гранаты и винтовки. Вооружившись, но все босые, поднялся у нас дух революционный, выбили двери, уничтожили администрацию и вышли на волю, какой восторг. Но нас ожидала работа, пошли в бой, занимать город под грохот сильных 12-дюй[мовых] орудий и мелкокалиберных, треск пулеметов, взрывы ручных гранат и винтовочная стрельба – все слилось в одно время..21. Можно предположить, что арестантов, освобожденных с гарнизонной гауптвахты, где содержался Г.Э. Лангемак, также, как и их товарищей, сразу после освобождения отправили в бой22.

Есть еще одно свидетельство того времени, рассказывающее о том, где именно сидел Г.Э. Лангемак: «Освобождение из тюрьмы наполнило чувством избытка энергии, потребности каких-то действий.

Проходя мимо двадцатки, до революции – полицейского участка, после помещался особый отдел, вспомнил: здесь сидит коммунист Лангемак, другие коммунисты…»23.

Сильно простудившийся военмор слег на два месяца в госпиталь, а тем временем партийная тройка во главе с начальником политотдела Володиным, вела перерегистрацию членов партии и выдавала новые партийные билеты. По ее данным, вместо бывших 2000 членов партии до мятежа на 31 марта 1921 г. оставалось всего 400 с чем-то человек24. Непонятно, когда Г.Э. Лангемак получил свой партбилет № 53847725, в госпитале или уже по выходе из него, одно ясно, что тот у него был. Согласно донесению тройки, занимавшейся перерегистрацией членов ВКП(б) Кронкрепости, всего было арестовано и заключено в тюрьму (а потом и перерегистрировано) 177 человек26.

Все свободное время Г.Э. Лангемак по-прежнему проводит в доме В.Н. Камнева, в общении с его дочерью Еленой. Еще в госпитале, когда она навещала больного военспеца, решили, что пришло время для свадьбы, и теперь обсуждалась ее дата.

Вернувшийся к своим обязанностям командира форта «Тотлебен», Георгий Эрихович сталкивается с большим недостатком артиллеристов-специалистов, находит, удовлетворительным настроение личного состава. Артиллеристов на форту осталось 53 человека, пехотинцев – 92 человека. Все орудия были исправлены, негодных не было. Дисциплина поддерживалась, все приказы выполнялись, сказывался только недостаток обмундирования27.

Г.Э. Лангемак понимает, что теперь их счастью больше ничего не мешает. Пока шла «чистка», он не мог гарантировать, что его тоже не «вычистят». Было арестовано очень много бывших офицеров, и судьба каждого из них висела от каприза случая. Теперь, когда все закончилось, он мог спокойно взять ее в жены, не боясь испортить своей возлюбленной жизнь…

Определив день свадьбы, стали думать о венчании. Тут же встал вопрос: традиции русского народа или этика члена ВКП(б)? Семья Камневых на это смотрела однозначно… И Лангемак тоже. Будучи сыном принявших русское подданство выходцев из Швейцарии, во всех анкетах он писал, что является великороссом. Сын статского советника, дворянин, воспитанный в любви и уважении к традициям своего нового Отечества, он, морской офицер, осознавший за этот короткий срок (24 года) всю меру и глубину лежащей на нем ответственности перед Родиной, будет поступать так, как поступали его предки!

Местом для венчания избрали Морской собор в Кронштадте. Датой – 25 апреля 1921 г.

Но в военной форме в церковь не пойдешь. Надо где-то искать черный костюм… Пиджак нашли быстро, а с брюками были проблемы. Побегав по знакомым, нашли две пары. Одел одну пару, а на штанинах дырки, одел вторую – там тоже. Что делать? Других-то нет. Попробовали одеть одни на другие, может, дырки не совпадут. Посмотрели, вроде нормально. Так и венчался в двух брюках…

20 мая Г.Э. Лангемака назначают заведующим строевой и учебной частью 4-го артиллерийского дивизиона Крон-крепости. 1 июня заканчивается окончательная фильтрация всех морских сил РСФСР, а также оздоровление партийных организаций28. Видимо, назначение Г.Э. Лангемака на этот пост было продиктовано освободившейся в результате мятежа вакансии, следующее, когда 22 июня 1921 г. он был назначен командиром 2-го артиллерийского дивизиона, явилось результатом этой самой «фильтрации».

За это время сохранилась аттестация партработника: «…1. Обладает-ли организационными способностями…. обладает. 2. Обладает-ли агитационно-пропагандист-скими способностями (как агитатор, лектор и литератор)…. обладает по всем вопросам. 3. Теоретическая подготовка…. хорошая. 4. Были-ли случаи отказа от партработы и не подвергался-ли партийным взысканиям?…. нет. 5. Каков как Начальник-Администратор?…. Хороший. 6. Каковы его отношения к комсоставу и обратно. Пользуется-ли авторитетом среди комсостава?…. Удовлетворительное, пользуется авторитетом. 7. Пользуется-ли авторитетом среди красноармейцев?… среди красноармейцев вращается мало. 8. Как проявлял себя в боях?…. неизвестно. 9. Обладает-ли инициативой, энергичен-ли и тверд-ли характером?…. Инициатива есть, энергичен, характером тверд, т. к. во время крон-мятежа в тюрьме и вел себя, как подобает коммунару.


Елена Камнева – невеста Г.Э. Лангемака. Петроград,

1921 г. Фото из архива автора

10. Бывают-ли случаи вспыльчивости, резкости и грубого отношения с подчиненными?…. Случаи вспыльчивости бывают вследствие молодых лет, остального нет. 11. Какие имеет еще положительные или отрицательные черты?…. Дисциплинированный. 12. Нуждается-ли в пополнении образования и в какой области?…. Нет. 13. Соответствует-ли занимаемой должности и по каким соображениям?…. Соответствует по выше перечисленным причинам. 14. В какой области работы и на какой должности может быть более рационально использован…. на административно-хозяйственной, специальную: как специалиста-артиллериста. 15. Особые замечания…. Нет. Заключение комиссии: оставить на занимаемой должности…»29.

То насколько быстро удалось ликвидировать последствия мятежа и вернуть обороноспособность Кронкрепости, можно узнать из доклада члена РВС Балтфлота Ф.А. Аверичкина от 4 октября 1921 г.: «В настоящий момент в Красном Балтийском флоте произошел резкий перелом в лучшую сторону. Несмотря на тяжелые условия самой службы, плюс отсутствие в достаточной мере самых главных материальных ресурсов, как-то топливных, техническо-ремонтных, шкиперских, интендантских и продовольственных, – все же за настоящую летнюю кампанию возложенные задачи на флот были выполнены с честью…

Что касается задачи воспитания и подготовки личного состава флота, то и здесь, если принять во внимание вышеуказанные ресурсы, сделано все возможное, даже сверх ожидаемого…

Военные моряки береговых частей Кронштадтской базы, как находящиеся в крепости на острове, несущие тяжелые работы и охрану складов огнеприпасов, миннопороховой лаборатории и снаряжательных мастерских, удовлетворяются наравне с плавающей эскадрой.

…В самом Кронштадте в общем масштабе для моряков, красноармейцев крепости и рабочих необходимо создать особые жизненные условия, улучшив таковые в смысле жилищ, отопления, освещения, снабжения предметами первой необходимости, культурно-просветительных развлечений и сообщения с Петроградом и берегом»30.

Однако, несмотря на подобные изменения в боевой и политической подготовке, личная жизнь гарнизона оставалась на низком уровне. И если комсостав еще мог как-то устроиться по квартирам у местных жителей, а в свободное время ездить в Петроград к друзьям, то рядовые матросы и красноармейцы, расквартированные в крепости и на фортах, вынуждены были спать в неотапливаемых зимой казармах.

В январе 1922 г. Г.Э. Лангемака назначают на должность помощника начальника артиллерии Кронкрепости31.

В мае информация о церковном браке доходит до командования Балтийского флота. Новое руководство, занятое «партийными чистками», сразу не обратило внимания на это факт, но теперь, спохватившись, они поняли, что бывший мичман над ними просто поиздевался. Поднимается скандал! Шутка ли, он венчался в Морском соборе, а его потом назначили за это помощником начальника артиллерии крепости! В ответ на это его исключают из партии и 3 июня 1922 г. снимают с партийного учета. Комиссар и комендант Кронкрепости Н.В. Куйбышев отбирает у него партийный билет, и с этого дня и до конца своей жизни Г.Э. Лангемак больше никогда не будет восстановлен в партии. Судя по всему, Георгий Эрихович не очень из-за этого и расстраивался, т. к. даже в анкете арестованного32 (заполненную им после ареста органами НКВД в 1937 г.) он спокойно укажет и этот факт, и его причину.

Однако его непосредственный командир, Анатолий Александрович Суслов, понимает сложившуюся ситуацию и 15 июля33 временно перемещает своего помощника на нижестоящую должность – начальника технической части Управления артиллерии Кронкрепости. Приказ о его перемещении был подписан и.д. начарта Чечулиным, комиссаром Абрамовым и начальником канцелярии Кублицким. Я более чем уверен, что между А.А. Сусловым и Г.Э. Лангемаком произошел разговор, результатом которого и стала эта временная мера, придуманная для обоюдного согласия. 2-го же декабря, когда улеглись страсти,

А.А. Суслов возвращает Г.Э. Лангемака обратно на прежнюю должность34. В это же время командование морской крепости Кронштадт награждает «вероотступника» Георгия Лангемака серебряными часами «за понесенные труды в деле восстановления в течение четырехлетнего периода, произведенных различными авантюрами разрушений… за неустанную работу по поднятию обороноспособности фортов и расположенных на них частей артиллерии крепости, а также за успешное воспитание и обучение красноармейских масс в политическом и военном отношениях»35 и присваивает ему 16 разряд по существовавшей тогда должностной сетке36. Через семь месяцев, в день пятой годовщины Красной Армии, помначарта Кронкрепости получает благодарность командования «за проявленную энергию, честное и усердное исполнение обязанностей в рядах Красной армии…»37.

Там же, в Кронштадте, 9 апреля 1923 г. у Лангемаков родилась старшая дочь Анна (Ася). Первые месяцы, пока не переехали в Ленинград, девочка круглосуточно кричала, и родители, сменяя друг друга, ее укачивали. Они никак не могли понять, в чем дело. Время было очень голодное, кушать было нечего, и молока у Елены Владимировны не было, а Асенька хотела есть. Потом, когда переехали в Ленинград и бабушка, увидев вместо внучки обтянутый кожей скелет, нашла ей кормилицу, девочка перестала кричать и начала быстро набирать вес. Вторая дочь, Майя, родилась уже в Ленинграде в 1925 г. Несколько позже, летом 1937 г., Г.Э. Лангемак уговорил Елену Владимировну попробовать еще раз, т. к. очень хотел сына. Но арест конструктора и дальнейшие неприятности привели к преждевременному выкидышу – это был мальчик.

Источники и комментарии:

1 «Послужной список помощника начальника артиллерии Крон-крепости Лангемака Георгия Эриховича», РГВА, ф. 37976, оп. 4, ед. хр. 21355, лл. 3, Зоб.

2 «Служебная карточка № 147974, Г.Э. Лангемак», ЦГВА. Данное разночтение вполне понятно. В момент его приезда шла сильная бомбардировка крепости, и сразу заполнить послужной список не смогли, потом же все происходило по памяти, тем более что чаще всего все послужные списки заполнялись задним числом и как бы подгонялись к приказам.

3 Как стало известно теперь, данные о его призыве в начале июня 1919 г. ошибочны, т. к. только в конце июня вышел приказ Дзевмитовского о призыве бывших офицеров флота в ряды РККФ. А 25 июня 1919 г. вышел приказ № 483 Одесского окружного военного комиссариата по военным делам о пополнении РККФ бывшими офицерами и нижними чинами Флота сроков службы с 1910 по 1917 г. (ГАОО (г. Одесса), ф. р-4509, оп. 7, ед. хр. 1, л. 37.

4 «Торпедой – пли! История малых торпедных кораблей», под общей редакцией А.Е. Тараса, Минск, «Харвест», 1999, Библиотека военной истории», стр. 130–132.

5 Положение дел в Петроградском военном округе в целом и в Кронкрепости в частности осложнялось еще и тем, что в период с 28.09.1919 по 21.09.1920 число заболевших сыпным и возвратным тифом превысило 30 тыс. человек. Медики всеми силами боролись за жизнь людей, умиравших в таких же количествах, как и во время военных действий. Чрезвычайная тройка, действовавшая в этот период во главе с комендантом Петроградского укрепленного района Д.Н. Авровым, мобилизовала на борьбу с тифом воинские части и учреждения.

6 «Послужной список на помощиника командира 1 батареи 2-го дивизиона артиллерии морской крепости Георгия Эриховича Лангемака», копия, РГВА, ф. 37976, ед. хр. 121–470, лл. 14, 14об, 15, 15об.

7 «Из речи Г.Е. Зиновьева «Строительство жизни и Советская власть» на общегородском совещании представителей фабрик и заводов – об уроках кронштадских событий и роли в них эсеров, меньшевиков и эмиграции» от 13.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 629, стр. 53–57.

8 «Отчет «Деятельность Русского Красного Креста в Финляндии по организации продовольственной помощи Кронштадту» от 25.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 657, стр. 103–111.

9 Подобное поведение офицера русского Военно-морского флота можно объяснить тактическими соображениями. Данное положение вещей было целиком и полностью против мятежников, и начинать его в таких условиях было глупо и безграмотно. Этот же факт спонтанности и неорганизованности подтверждается и в докладе С.С. Агранова в Президиум ВЧК о результатах расследования мятежа: «Следствием, однако, не установлено, чтобы возникновению мятежа предшествовала работа какой-либо контрреволюционной организации среди комсостава крепости или работа шпионов Антанты. Весь ход движения говорит против такой возможности. Если бы мятеж был делом какой-либо тайной организации, существовавшей до его возникновения, то эта организация приурочила бы его, во всяком случае, не к тому времени, когда запасов топлива и продовольствия оставалось всего едва ли на 2 недели, а до вскрытия льда оставался слишком большой срок» («Доклад Агранова в Президиум ВЧК о результатах расследования по делу мятежа в Кронштадте от 05.04.1921», «Кронштадт 1921. Документы и события в Кронштадте весной 1921 г.», составление, введение и примечания В.П. Наумов, А.А. Косаковский, Москва, Международный фонд «Демократия», 1997, «Подготовка ко второму штурму Кронштадта. Взятие крепости», документ № 75, стр. 230–242.

10 «Доклад помощника уполномоченного 1 – го СПО OKPO ПП ГПУ в ПВО М.В. Павлова начальнику 1-го СПО по следственным делам вернувшихся из Финляндии бывших членов Кронштадтского BPK и других активных участников мятежа от 24.01.1923», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 828, стр. 301–310.

11 «Показания перебежчика из Кронштадта Власова, члена РКП от 06.03.1921, «Кронштадт 1921. Документы и события в Кронштадте весной 1921 г.», составление, введение и примечания В.П. Наумов, А.А. Косаковский, Москва, Международный фонд «Демократия», 1997, «Кронштадт в обороне», документ № 9, стр. 128. В его же показаниях есть и такие слова: «.. .Впоследствии в Кронштадте все коммунисты, за исключением ответственных работников, были освобождены». Ответственные работники – люди, занимавшие должности в руководстве Совдепа Кронкрепости. Почему же тогда на момент разгрома в тюрьмах Кронкрепости находилось более 200 человек? Вопросов остается еще очень много, но я надеюсь, что в конечном итоге ответы на них будут найдены.

12 «Письмо завхоза Кронштадтского отдела народного образования Н.М. Тарасова своему другу о событиях в Кронштадте от 31.03.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 607, стр. 15–16. При условии того, что ввиду ограниченных запасов продовольствия 07.03.1921 было решено установить ежедневную выдачу защитникам крепости по S фунта суррогатного хлеба и S банки консервов, взрослое гражданское население получало по 1 фунту овса в день, а дети по S фунта ячменя и пшеницы в день («Доклад особоуполномоченного ВЧК Я.С. Агранова в Президиум ВЧК о результатах расследования кронштадтских событий от 05.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 618, стр. 33–43.)

13Лангемак М.Г. «Воспоминания об отце». Рукопись. Архив автора.

14 «Воспоминания председателя Кронштадтского BPK С.М. Петриченко «Правда о Кронштадтских событиях» 25 февраля – 17 марта 1921 г.», написаны в 1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, приложение № 1, стр. 317–330.

15 «Сообщение Временного революционного комитета от 04.03.1921», «Кронштадт 1921. Документы и события в Кронштадте весной 1921 г.», составление, введение и примечания В.П. Наумов, А.А. Косаковский, Москва, Международный фонд «Демократия», 1997, «Кронштадт в обороне», документ № 3, стр. 122. Вот так! Все живы, здоровы и, будучи в тюрьме, чувствуют себя прекрасно! Возникает вопрос: а интервью о прекрасной жизни под арестом они не дали? Если они были только на линкоре «Петропавловск», то ничего не стоило разыграть спектакль, что, видимо, и было сделано.

16 «Из оперативно-информационной сводки секретно-оперативного управления ВЧК Ленину за 8-е марта 1921 года», «Кронштадт 1921. Документы и события в Кронштадте весной 1921 г.», составление, введение и примечания В.П. Наумов, А.А. Косаковский, Москва, Международный фонд «Демократия», 1997, «Волнения в Кронштадте. Требования матросов, солдат и рабочих крепости», документ № 32, стр. 80–82.

17 Интересно, по спискам в тюрьме сидело 177 человек и 45 человек, бывших арестованными при своих частях, всего 222 человека. Получается, что у 58 человек пришлось отобрать по две пары сапог. В то время это была роскошь. Так что можно предположить, что цифры, приведенные в воспоминаниях С.М. Петриченко, либо не точные, либо он сам не знал истинного их количества. («Сведения № 1 о членах РКП бывшей Кронштадтской организации по пе[ре] регистрации тройкой после Кронштадтского мятежа», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 708 и приложение к нему, стр. 160–163.) Далее в своих воспоминаниях С.М. Петриченко пишет о том, что когда 17 марта рано утром войска М.Н. Тухачевского завладели следственной тюрьмой, то освободили 174 коммуниста, содержавшихся там под стражей. Разница в 3 человека незначительна и заставляет верить и 250 парам сапог. Но тогда возникает вопрос: где они эти 58 человек и куда они потом исчезли?..

18 «Статья «Злоба бессильных», опубликована в «Известиях Временного революционного комитета…» от 05.03.1921», «Кронштадт 1921. Документы и события в Кронштадте весной 1921 г.», составление, введение и примечания В.П. Наумов, А.А. Косаковский, Москва, Международный фонд «Демократия», 1997, «Кронштадт в обороне», документ № 7, стр. 126. Интересно получается. Значит, раздетые и больные люди (если верить самому Г.Э. Лангемаку и последующему состоянию его здоровья, основательно подорванному за эти дни пребывания на «комфортабельном» аресте), бежавшие из-под стражи, содержались под ней, дабы жители Кронкрепости не могли устроить самосуда над ними?..

19 «Протокол общего собрания служащих Кронштадтского морского госпиталя от 12.03.1921», «Кронштадт 1921. Документы и события в Кронштадте весной 1921 г.», составление, введение и примечания В.П. Наумов, А.А. Косаковский, Москва, Международный фонд «Демократия», 1997, «Кронштадт в обороне», документ № 16, стр. 131–132.

20 «Доклад особоуполномоченного ВЧК Я.С. Агранова в Президиум ВЧК о результатах расследования кронштадтских событий от 05.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 618, стр. 33–43.

21 «Письмо завхоза Кронштадтского отдела народного образования Н.М. Тарасова своему другу о событиях в Кронштадте от 31.03.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 607, стр. 15–16.

22 В ЦА ФСБ РФ хранится многотомное дело о Кронштадтском мятеже, в котором должны быть собраны показания всех участников этого события, в том числе и Г.Э. Лангемака, а также описание событий очевидцев, с которыми он вместе сидел или был арестован. Чтобы восполнить недостаток информации, имеющей к нему прямое отношение, автором было написано письмо с просьбой о разрешении работать с этим делом:

«Начальнику Управления регистрации

и архивных фондов ФСБ РФ

B.C. ХРИСТОФОРОВУ

№ 458 /2005

от «14» октября 2005 г.

Уважаемый Василий Степанович!

Выполняя обещание, данное в 1989 г. своему отцу (перед смертью), я на протяжении 11 лет работаю над книгой с биографиями пионеров ракетно-космической техники Н.Я. Ильина, И. Т. Клеймёнова, Г.Э. Лангемака, Б.С. Петропавловского и Н.И. Тихомирова.

Несколько раз для ознакомления с архивно-следственными делами, я обращался во вверенный Вам архив. В результате я получил возможность частичного ознакомления с делами Г.Э. Лангемака, И. Т. Клеймёнова и Н.Я. Ильина.

Однако, в судьбе одного из вышеперечисленный пионеров космонавтики – Г.Э. Лангемака есть еще один эпизод, материалы о котором хранятся в Вашем архиве. Это многотомное дело № 114728 (по имеющимся у меня сведениям), о событиях, касающихся кронштадтского мятежа. Дело в том, что выше означенный Г.Э. Лангемак был командиром форта «Тотлебен» и со 2 по

18 марта 1921 г. находился на гарнизонной гауптвахте г. Кронштадта, будучи арестованным мятежниками в ночь со 2 на 3 марта «на боевом посту».

В связи с этим, прошу Вас разрешить мне работу с данным делом, в части поисков упоминаний и информации, а также собственноручных показаний Лангемака, данных им потом, на следствии по этому делу. Прошу Вас разрешить мне просмотр всех документов дела, т. к. любой из них может нести интересующую меня информацию.

Обязуюсь полученную информацию не использовать во вред указанным там людям. Хотелось бы заметить, что полный объем информации мне нужен для составления наиболее полной картины происходивших с Лангемаком событий.

В Вашем архиве хранится несколько доверенностей выданных мне дочерью Г.Э. Лангемака – Майе Георгиевной Беляниной, проживающей в г. Павлодар (Республика Казахстан). Кроме того, я являюсь биографом авторов «катюши» И.Т. Клеймёнова и Г.Э. Лангемака.

Убедительно прошу Вас, об удовлетворении моей просьбы.

Заранее благодарен,

с уважением, А.В. ГЛУШКО»

(«Письмо академика-секретаря геральдической секции МАДЕНМ (при ЮНЕСКО) А.В. Глушко в адрес начальника ЦА ФСБ РФ B.C. Христофорова № 458/005 от 14.10.2005», копия, архив автора.)

Это письмо было принято к производству и в течение некоторого времени, сотрудник архива Н.П. Савенков мужественно прочитал все тома этого дела (за что ему низкий поклон), местами с трудом разбирая выгоревшие строчки, написанные на плохой бумаге. Результатом этой работы стал ответ, который очень сильно поразил автора этой книги:

«Академику-секретарю

Международной академии

Духовного единства народов мира

(ЮНЕСКО)

А.В. Глушко

15.12.2005 г. № 10/А-6185

На № 458/2005 от 14.10.2005

Уважаемый Александр Валентинович!

В связи с Вашим обращением сообщаем, что каких-либо сведений в отношении Лангемака Г.Э. в материалах архивного следственного дела по обвинению участников Кронштадтского мятежа в 1921 г. не выявлено.

Заместитель начальника архива Ю.Н. Титов» («Письмо заместителя начальника ЦА ФСБ РФ Ю.Н. Титова в адрес академика-секретаря геральдической секции МАДЕНМ (при ЮНЕСКО) А.В. Глушко № 10/А-6185 от 15.12.2005», подлинник, архив автора.)

Таким образом, выясняется, что Г.Э. Лангемак не проходит не по каким спискам арестованных и допрашивавшихся, как подозреваемых, так и свидетелей. Выходит, что его там не было вовсе… Хотя во всех документах периода его службы в Кронкрепости есть упоминание о его аресте во время мятежа.

В результате, воспоминания о причинах ареста Г.Э. Лангемака в ночь со 2 на 03.03.1921 превращаются в такую же легенду, как и история с Л.Ю. Шервинским. С другой стороны, легенда о Л.Ю. Шервинском более правдоподобна, чем история с причиной ареста. В свете этого напрашивается вопрос: а что же такое артиллерийские временные классы – не разведшкола ли? И арестовывался ли он на самом деле? Не написано ли всё это позже, чтобы скрыть его истинную роль в ликвидации мятежа? Надеюсь, что и эти факты мне тоже скоро удастся выяснить.

23 Михеев Н.А. «Разгром кронштадтских мятежников. О последних часах перед победой. Рассказ свидетеля-очевидца этих событий», рукопись, первый вариант, РГАСПИ, ф. 74, оп. 1, ед. хр. 361, л. 28. Из второго варианта был исключен кусок про Г.Э. Лангемака и удалена фамилия М.Н. Тухачевского. Дошло до того, что автор написал о вошедшем командующем операцией по подавлению мятежа, имени которого он не помнит.

24«Доклад комиссара Оперативного управления Морских Сил Республики П.Г. Бойкова комиссару коморси И.Д. Сладкову о политическом состоянии Балтфлота после ликвидации Кронштадтского мятежа, полученного 04.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 615, стр.29–31.

25«Личная карточка коммуниста для личного дела № 1040. Форма № 2», РГАВМФ, р-52, оп. 4, ед. хр. 430, л. 4об.

26«Донесение тройки по перерегистрации членов Кронштадтской организации РКП(б) в Петроградский губернский комитет РКП(б) о результатах перерегистрации членов партии после подавления мятежа № 110 от 08.06.1921» и приложение № 1 «Сведения № 1 о членах РКП бывшей Кронштадтской организации по пе[ре] регистрации тройкой после Кронштадтского мятежа», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 708 и приложение к нему, стр. 159–160 и 160–163.

27 «Информационный бюллетень Кронштадтского особотделения ОО Охфингран Республики с 20 по 27 апреля 1921 г. об обстановке на кораблях, фортах и воинских частях крепости» от 28.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 661, стр. 115–118. В таком случае кажется непонятным, каким образом шел обстрел форта «Тотлебен» при штурме крепости, если вся его материальная часть оказалась исправной? Да и вообще, был ли штурм этого форта или он сдался после бегства руководителей мятежа в Финляндию сам, не оказав какого-либо сопротивления?..

28«Циркуляр комиссара при коморси Республики И.Д. Сладкова комбалтфлота И.К. Кожанову о порядке проведения фильтрации на флоте № 4578/пох от 27.04.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 660, стр. 113–115.

29«Аттестация партработника Лангемака Георгия Эриховича», копия, РГАВМФ, р-52, оп. 4, ед. хр. 430, лл. 5, 5об.

30«Доклад члена РВС Балтфлота Ф.С. Аверичкина комиссару при помощнике командующего Вооруженными Силами Республики по морским делам И.Д. Сладкову с планом улучшения материальных и бытовых условий несения службы личным составом Балтфлота и крепости Кронштадт» от 04.10.1921», «Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы», в 2-х книгах, книга 2, Москва, «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999, документ № 746, стр. 201–203.

31«Служебная карточка № 147974, Г.Э. Лангемак», РГВА.

32«Анкета арестованного Лангемака Георгия Эриховича от 03.11.1937», ЦА ФСБ РФ, архивно-следственное дело № Р-3284 Лангемака Георгия Эриховича, л. 8.

33«Выписка из приказа по артиллерии приморской крепости Кронштадт № 155 от 15.07.1922 по строевой части», РГВА, ф. 37976, ед. хр. 121–470, л. 2.

34«Послужной список помощника начальника артиллерии Крон-крепости Лангемака Георгия Эриховича», РГВА, ф. 37976, оп. 4, ед. хр. 21355, лл. 3, Зоб. Во время службы в Кронкрепости проживал по адресу: г. Кронштадт, Гражданская ул., д. 23, кв. 2.

35«Приказ по Кронкрепости № 830 от 22.07.1922», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 30, л. 13, вручены 20.07.1922.

36«Приказ РВСР № 298-22 г.»

37«Приказ по Кронкрепости № 109 от 23.02.1923», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 30, л. 13. Объявлена командованием Приморской крепости Кронштадт 23.02.1923.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 1.080. Запросов К БД/Cache: 3 / 1