Глава седьмая Я снова хочу учиться

В 1923 г. Георгий Эрихович по собственному желанию уходит слушателем в Артиллерийскую (ныне – Ракетноартиллерийская имени Петра Великого) академию РККА. Во время учебы вместе с другими слушателями академии выполняет заказы Лаборатории Н.И. Тихомирова (с 1928 г. – ГДЛ).

Весь период его пребывания в Академии отражен в приказах по строевой части и в дополнительных материалах о слушателях, сохранившихся в Российском государственном военном архиве (бывший ЦГАСА), из этих документов мы узнаем о следующих событиях1.

С 14 декабря 1923 г. по 1 октября 1925 г. Г.Э. Лангемак состоял слушателем Артиллерийской академии2.

После поступления в Академию Г.Э. Лангемак был переведен (на время учебы и в случае, если по ее окончании он вернется обратно во флот) в артиллерию, и в январе 1924 г. он надевает форму образца 1922/23 г. На его черных с красным кантом прямоугольных петлицах красовались тонкие латунные буквы «Ак.» и эмблемы артиллерии, а на нарукавном клапане такого же черного, как и петлицы, цвета с красными кантами и звездами в верхнем их треугольнике, размещавшимся впритык к левому обшлагу, по центру его вытянутой части лежал один красный ромб. Эта категория соответствовала командиру бригады и равные с ним должности. В новой хорошо пошитой зимней шерстяной гимнастерке цвета хаки, в защитных галифе Г.Э. Лангемак очень эффектно смотрится на фотографии, сделанной в марте 1924 г., где он стоит вместе с сидящими слева от него женой и дочкой.

Глава седьмая Я снова хочу учиться

Елена, Ася и Георгий Лангемаки. Ленинград. Март 1924 г.

Фото из архива автора

1 октября в числе остальных слушателей во исполнение идеи начальника Штаба РККА М.Н. Тухачевского о создании одной (общей) Военной академии в Красной Армии он становится слушателем Военно-технической академии РККА имени Ф.Э. Дзержинского3.

С 8 по 13 мая 1926 г.4 и с 30 мая по 12 июня5 Г.Э. Лангемак тяжело болел, находясь у себя дома. Вероятнее всего, сказались последствия дней, проведенных в тюрьме, во время Кронмятежа, а 12 июня его перевели в Клинический военный госпиталь6.

В субботу, 22 января 1927 г., в присутствии всего личного состава ВТА в Ленинском зале состоялось траурное заседание, посвященное годовщине смерти В.И. Ленина и связанных с этим январских событий7. Они почтили память вождя мирового пролетариата и заслушали выступления специально приглашенных участников революции, а также тех, кто знал В.И. Ленина. Откровенность и любовь этих людей к своему делу, а также их вера в победу мирового пролетариата производили впечатление и слушатели выходили с них одухотворенными и готовыми, в свою очередь, сделать для этой победы все, что от них потребуется.

14 февраля 1927 г. Г.Э. Лангемак пишет рапорт на имя начальника ВТА М.М. Исаева, в котором высказывает просьбу об использовании его на поприще научно-исследовательской деятельности:

«Во время прохождения курса Академии я уделял наибольшее внимание наукам физико-математического цикла, а в областях же непосредственного приложения – вопросам внутренней баллистики, что и побудило меня избрать для дипломной работы тему по внутренней баллистике.

Приобретенные мною познания, а так же навыки в лабораторной практике, позволяют мне заключить, что наиболее соответствующим полученной мною в Академии подготовке было бы назначение меня в одну из лабораторий Военного ведомства, разрабатывающей вопросы баллистики.

Насколько мне известно, в текущем году предстоит выделение Лаборатории порохов и взрывчатых веществ из Государственного института прикладной химии и передача ее в Военное ведомство. Назначение в эту лабораторию вполне соответствовало бы моему личному желанию…»8.

27 марта 1927 г. в 9 часов утра вместе со всеми находившимися в Академии слушателями Г.Э. Лангемак прибыл на плац Академии9 откуда под командованием помощника начальника Учебной части А.А. Плетнева, назначенного командиром учебного батальона слушателей, все двинулись к 11 часам утра на площадь Урицкого10, где принимали участие в параде войск Ленинградского гарнизона.

Еще одной неотъемлемой частью жизни того времени являлись общие собрания слушателей Академии, на которых решались самые разнообразные вопросы. Одно из таких собраний состоялось 2 апреля 1927 г. Председательствовал на нем начальник Академии М.М. Исаев11, при секретаре З.Н. Шульмане. С докладом о пионерском отряде, состоящем при Академии, выступил Курдюков. По данным докладчика в отряде насчитывалось 83 пионера – 65 мальчиков и 18 девочек, половина из которых была детьми слушателей и служащих самой Академии. В результате обсуждения финансовых затруднений, возникших у пионерского отряда, постановили: отчислять ежемесячно, начиная с 1 апреля 1927 г., по 1/4 процента из жалования всего состава ВТА, что в результате давало около 200 рублей в месяц. Сумма вполне достаточная для поддержания лагеря12.

Кроме того, были дружеские выезды в различные города Советского Союза. Остались воспоминания об одном из таких визитов в г. Тулу. В актовом зале горкома комсомола слушатели Академии устроили театральное представление, в котором рассказывалось, как проходило за рубежом признание Советской России. Главную роль играл Г.Э. Лангемак, со свойственным ему юмором и сарказмом он так показал капиталистические государства, что весь зал долгое время хохотал над его шутками. Это выступление произвело на сокурсников такое впечатление, что и через 35 лет, в середине 1960-х гг., уцелевшие слушатели вспоминали об этом случае…

Актерские таланты Георгия Эриховича были замечены и членами его семьи. У него был очень красивый голос, и он мог по памяти читать монолог Арбенина из очень любимой им драмы М.Ю. Лермонтова «Маскарад», чтение это производило на всех большое впечатление. Когда же в доме устраивались дни рождения детей, то Г.Э. Лангемак сам ставил и играл главные роли в домашних театральных постановках, переодеваясь то Лешим, то Бабой-Ягой, то кем-то еще, вызывая восторг у всех присутствовавших на празднике. Он же придумывал различные конкурсы и шарады для развлечения приходивших детей.

16 апреля 1927 г. руководство Ленинграда решило отметить 10-ю годовщину возвращения в Россию В.И. Ленина. По этому поводу были устроены общегородская демонстрации и митинг трудящихся г. Ленинграда. Для участия в них личный состав Академии собрался на плацу13. В 14 часов 15 минут колонна слушателей и преподавателей ВТА двинулась на демонстрацию и к половине третьего прибыла на место назначения – к памятнику

В.И. Ленина у площади Финляндского вокзала. Слушатели шли в первом батальоне, под командованием помощника начальника Учебной части А.А. Плетнева, при (шефском) знамени. Одеты они были в зимнюю повседневную форму для строя14.

А в воскресенье, 1 мая, как всегда, праздновали День международной солидарности трудящихся. А какое 1 Мая без парада и демонстрации?.. В 7 часов 30 минут утра слушатели прибыли для построения на двор фортификационно-строительного факультета15, для участия в параде частям Ленинградского гарнизона на площадях Урицкого, Воровского и проспекте Рошаля16. Батальон слушателей ВТА17 под командованием помощника начальника учебной части А.А. Плетнева принял участие в параде в составе 1 – й группы (ВУЗ’ы)18. К месту парада батальон слушателей прибыл к 8 часам 30 минутам утра по маршруту: ул. Ракова, ул. 3-го Июля, проспект 25 Октября, ул. Герцена, Арка Красной Армии. В параде помимо Академии принимали участие 4 кавалерийских и 3 артиллерийских дивизии, а также приводили к присяге курсантов осеннего призыва. Парад принимал помощник командующего Войсками ЛВО А.И. Кук. На параде с батальоном слушателей несли знамя ГУБИСПОЛКОМа. Батальон прошел торжественным маршем поротно, в ротной линии на дистанции одного линейного – 15 м. После прохождения торжественным маршем и выходом с места парада через проход между зданием Дворца Искусств и Адмиралтейством слушатели и преподаватели ВТА направились по направлению к Республиканскому мосту, откуда проследовали по набережной Рошаля в расположение Академии. Перестроений в походе не производилось.

7 мая состоялось еще одно общее собрание личного состава ВТА под председательством Тихоненкова и секретаре Тимофеевой. В числе прочих вопросов обсуждали и доклад Курдюкова о пионерском отряде. Докладчик говорил о необходимости отвоза детей, нуждающихся в поправке здоровья, в Юкки, в лагерь. Для этого нужны средства. Решили произвести отчисление в размере 3/4 процента из жалования за июнь 1927 г. для отправки пионеров в лагерь. На основании этого денежное отделение ВТА произвело указанное удержание из содержания личного состава и сдало по принадлежности19.

14 мая 1927 г. Г.Э. Лангемак заканчивает курсовую работу для слушателей IV курса20 и с 16 по 21 мая занимается самостоятельной подготовкой к стратегической военной игре, проходившей с 23 мая по 3 июля 1927 г.

Во время подготовки к игре в среду, 18 мая, в связи со смертью профессора Академии К.И. Величко, для отдания последних воинских почестей при погребении весь личный состав ВТА прибыл к 15 часам 30 минутам к больнице «Памяти жертв революции»21. По прибытии поступили в распоряжение командира батальона Плетнева. За гробом шли второй колонной, следом за фортификационно-строительным факультетом, следовавшим за группой преподавательского состава22.

4 июня 1927 г. в 15 часов 30 минут в Ленинском зале ВТА состоялось общее собрание всего личного состава Академии, посвященное 5-й годовщине Конституции СССР и Международному Дню Кооперации23.

16 июня были утверждены темы дипломных проектов для слушателей дополнительного курса, руководители по темам, места и сроки командировок для производства работ по назначенным темам, согласно распределению, сделанному на каждом факультете. По «Списку дипломных тем, выбранных слушателями IV курса баллистического факультета в 1927 г.»24, Г.Э. Лангемак остановил свой выбор на теме: «Подробное исследование в бомбе Сарро и Вьеля порохов определенных марок с целью нахождения различных характеристик и выяснения различных условий заряжания»25. Руководителями проекта были назначены профессора И.П. Граве и О.Г. Филиппов26. Сама же тема предложена ВТА. Для работы над темой Г.Э. Лангемак командировался в Ленинградский НИАП на 10 поездок27.

С 1 июля по 15 августа 1927 г. в составе IV курса ВТА находился в каникулярном отпуске, получив вперед денежное содержание28.

С 5 сентября 1927 г. по 29 февраля 1928 г. занимался непосредственной работой над дипломом. Тем временем 1 октября 1927 г. Г.Э. Лангемак был переведен на дополнительный курс баллистического отделения артиллерийского факультета как сдавший все зачеты и курсовые проекты в назначенный срок29.

21 января 1928 г. в 15 часов в аудитории Химической лаборатории прошло общее собрание всего личного состава ВТА, посвященного 4-й годовщине смерти В.И. Ленина30. Все эти собрания были похожи одно на другое. Говорили о непрекращающейся агрессии со стороны капиталистических стран, о назревании мировой революции, обсуждали доктрину начальника Штаба РККА М.Н. Тухачевского о революции извне и повторяли слова о необходимости укреплять ряды в связи с растущей угрозой со стороны агрессивно настроенных к СССР соседей.

18 февраля 1928 г. в 14 часов в доме Красной Армии и Флота состоялось собрание начальствующего состава частей и ВУЗ Ленинградского гарнизона, посвященное 10-летию РККА. С докладом выступил Командующий войсками ЛВОА.И. Корк31.

Пока ждали начала доклада, обменивались новостями:

– Недавно я видел чудо! – восторженный тон одного из слушателей привлек внимание окружающих. – Она не только молода и прекрасна. В ней спрятана чудовищная энергия, удивительная сила! Она смутно напоминает мне мою Веру, нет, не внешне… Вера обладала красой бесовской, но в ней тоже жила эта неуемная энергия… Эта жажда жить и производить жизнь. Именно из-за таких женщин и происходили войны, и будут происходить. Занимательную даму зовут Татьяна, она играла Роксану в «Сирано де Бержераке»…

26 февраля на 9 часов 30 минут утра был назначен сбор батальона для участия в параде войск Ленинградского гарнизона в ознаменование юбилея РККА32. Слушатели выстроились на улице Ракова, от угла улицы 3-го Июля до улицы Пролеткульта (напротив здания фортификационно-строительного факультета), с таким расчетом, чтобы правый фланг находился у улицы Пролеткульта. После того как знамя ГУБИСПОЛКОМА передали одному из знаменосцев из ВТА, батальон двинулся на площадь Урицкого по следующему маршруту: улица Пролеткульта, проспект 25-го Октября, улица Герцена, Арка Красной Армии. В 10 часов 40 минут утра личный состав ВТА прибыл к месту парада. Батальон ВТА под командованием начальника Академии М.М. Исаева принял участие в параде, начавшемся в

11 часов утра, в составе 1 – й группы, в которую входили военно-учебные заведения города. Принимал Военный совет А ВО, командовал Помощник командующего войсками ЛВО Г.В. Зиновьев. Торжественным маршем части прошли побатальонно – на дистанции одного линейного, роты в ротных линиях. После прохождения по площади части направлялись к проходу между зданиями Дворца Искусств и Адмиралтейством по направлению к Республиканскому мосту, откуда следовали по набережной Рошаля к месту своего расквартирования. Никаких перестроений в походе не производилось.

29 февраля 1928 г. вместе со всеми сокурсниками Г.Э. Лангемак сдал свой дипломный проект начальнику факультета, а 14 марта стало известно, что работа была сделана правильно и принята к защите.

Первоначально защита дипломов назначалась на период с 15 по 25 марта 1928 г., а выпуск собирались провести 1 апреля33, однако потом все было сдвинуто на более поздние сроки.

Она проходила с 4 по 7 апреля с 10.00 в помещении читального зала СЭК. Состав комиссии по рассмотрению и защите дипломных работ по артиллерийскому факультету был следующим: 1. Начальник артиллерийского факультета – И.И. Граве; 2. Старший руководитель – И.Ф. Дроздов; 3. Старший руководитель – Н.П. Цытович; 4. Старший руководитель – В.А. Микеладзе; 5. Старший руководитель – И.А. Строжаров; 6. Старший руководитель – С.Г. Михайлов; 7. Старший руководитель П.А. Гельвих; 8. Старший руководитель – А.А. Байков; 9. Преподаватель– Г.Л. Сахаров; 10. Преподаватель – Б.Д. Яшнов34. В качестве докладчиков на защите также присутствовали все руководители дипломных работ или их проверявшие. Очередь рассмотрения работ устанавливал начальник факультета.

По результатам защиты диплома Г.Э. Лангемаку было поставлено – «очень хорошо»35. Окончил со следующими оценками: «общая успешность по курсу академии – «очень хорошо», дисциплинированность – «очень хорошо/хорошо», политразвитие – «хорошо», общественно-политическая активность – «активен в достаточной степени», заключение об использовании – а) НИАМ, б) Артком. Окончил полный и дополнительный курсы баллистического отделения артиллерийского факультета Академии с присвоением звания «артиллерийского инженера»36.

По результатам медкомиссии, пройденной Г.Э. Лангемаком после защиты: имел бронхоаденит (опять результат 15-дневного сидения в Кронштадтской тюрьме во время Кронмятежа); состояние здоровья было признано удовлетворительным и рекомендована строевая служба в южном районе37.

В отзыве о беспартийных слушателях 4-го курса баллистического факультета ВТА РККА, данному на Г.Э. Лангемака президиумом ячейки ВКП(б) (1928 г.), было отмечено следующее: «Общее и политическое развитие хорошее. Общественно-политич. активность проявляет в достаточной мере. Работал в кассе взаимопомощи и был активным участником живой газеты «Сигнал». Подчас посещает открытые партсобрания и на собраниях выступает. Бывший член партии, исключенный за религиозный обряд. Человек очень настойчивый, но для себя. Обладает элементами карьеризма. Эти качества особенно проявляются во взаимоотношениях с профессурой, где он отменно подобострастен. Умный, осторожный и не искренний человек»38.

Интересен факт, что после реабилитации, в 1960-х гг. сокурсники Георгия Эриховича напишут вдове очень теплое письмо с отзывами о нем, как о человеке и артиллеристе. В конце 1990-х гг. дочь Г.Э. Лангемака – М.Г. Белянина переслала это письмо мне. Ниже я привожу его полный текст:

«Мы, бывшие слушатели Артиллерийской Академии РККА имени тов. Дзержинского Ф.Э., выпуска 10 апреля 1928 года собрались 20 апреля 1958 г., чтобы отметить 30-летие окончания нами Академии.

Вспоминая учебу в Академии и совместную работу после ее окончания, мы хотим этим письмом отдать должное товарищеское чувство уважения памяти Георгия Эриховича и пожелать Вам, многоуважаемая Елена Владимировна успехов в жизни и здоровья.

Примите наш сердечный привет.

«20» апреля 1958 года.

Москва.

А.Ф. Горохов, С.Л. Ананьев, И.А. Маханов, П.П. Забелин, А.Д. Чернозубов, Б.И. Левитин, И.Н. Феклистов, А.М. Талакин, А.Е. Кащеев, П.П. Гладких, Н.А. Холево, И.И. Иванов, М.М. Струсельба, К.К. Снитко, Никаноров, В.В. Стромский, А.П. Овсянников, М.К. Покровский, Г.И. Лявдин, КС. Норейко»39.

В аттестации по окончании ВТА РККА (1928 г.) сказано:

«Учебная успеваемость хорошая, наилучшим образом может быть использован на научно-исследовательском артиллерийском полигоне или других учреждениях Арткомитета»40.

В марте 1928 г. начальник ВТА РККА М.М. Исаев подписал на Г.Э. Лангемака блестящую итоговую аттестацию за полный курс Академии: «На строевых командных должностях до поступления в Академию пробыл с 1919 года, в последней должности (Помощник начарта Кронштадтской Крепости) пробыл один год. Необходимый строевой стаж имеет.

Работоспособность проявлена большая. Дисциплинированность обща очень хорошая, учебная хорошая.

Учебная успеваемость ОЧЕНЬ ХОРОШАЯ.

Обладает большой усидчивостью и упорством. Способности хорошие, энергичный, с большой силой воли и инициативой; а обстановке ориентируется быстро.

Общее и политическое развитие достаточное.

В общественно-политическом смысле активен в достаточной мере.

При выполнении дипломной работы (научно-исследовательского характера) по внутренней баллистике обнаружил хорошую подготовку, большую работоспособность и умение самостоятельно работать.

Здоровье недостаточное.

Глава седьмая Я снова хочу учиться

Аттестация за полный курс ВТА РККА имени Ф.Э. Дзержинского, выпускника баллистического отделения артиллерийского факультета 1928 г. Г.Э. Лангемака. Ленинград, март 1928 г. РГВА

По окончании Академии наилучшим образом может быть использован на Научно-исследовательском Артиллерийском Полигоне или других учреждениях Артиллерийского Комитета…»41

А заключение о подготовке слушателей рекомендуемых для занятия должностей по линии ВСНХ гласило: «Окончил артиллерийский факультет по баллистическому отделению. Учебная успеваемость очень хорошая, последнее время специализировался по вопросам внутренней баллистики, в каковой приобрел очень солидные теоретические познания и экспериментальные навыки. Дипломную работу научно-исследовательского характера по внутренней баллистике выполнил очень хорошо»42.

Первоначально по окончании Академии в соответствии с проектом замещения вакансий должностей Г.Э. Лангемак планировался к распределению в Военнохимический трест в НИКЛ (Научно-исследовательская контрольная лаборатория) Центрального опытного завода им. Авдеева43.

24 марта 1928 г., согласно аттестационным выводам, Г.Э. Лангемак был предложен в качестве помощника начальника артиллерии береговой обороны43 и назначен помощником начальника артиллерии береговой обороны Черного моря, с присвоением категории «К-9» или «К-10» с 15 апреля 1928 г.44.

В период с 17 апреля по 17 июня 1928 г. Г.Э. Лангемак был в отпуске, положенном ему по случаю окончания ВТА45, т. к. по возвращении из отпуска Г.Э. Лангемак заболел и пробыл еще месяц в Ленинграде. Полностью восстановив свое здоровье, он собирался отправиться к новому месту службы, однако…

Во время его болезни у него пропадает револьвер системы «Наган»46.

Поиски ни к чему не приводят, и Г.Э. Лангемак вынужден писать объяснительную на этот счет. К сожалению, она не сохранилась, остались только приказы, говорящие об этом событии…

…Когда он впервые начал изучать проблему движения магнитных полюсов Земли и их влияния на события, происходящие на планете. Наверное, в Академии, имея всю необходимую для начальных опытов аппаратуру, он начал ставить опыты, оставаясь после учебы и дополнительных поручений. Начал получать результаты и к середине 1930-х гг. написал несколько работ, одна из которых была опубликована в конце 1940-х гг. в закрытом сборнике под его фамилией. Все остальные пропали после его ареста. То, как уцелела эта, непонятно до сих пор.

В это же самое время в стране начинается подъем изобретательства и особенно высоко ценятся так называемые «лучи смерти». УВИ было завалено подобными предложениями, а некоторые из них даже рассматривались на совещаниях в Техштабе начальника вооружений РККА. Не обошло это увлечение и Г.Э. Лангемака. Прочитав статьи на эту тему, печатавшиеся тогда в журналах (по большей степени), улыбаясь увиденному в них, он задумался над тем, можно ли что-то сделать на этой основе на самом деле. И, что самое главное, в какую сторону повернуть эти исследования и какой должна быть их конечная цель. Да, страна была на пороге войны, и ждать ее приходилось отовсюду, но… Не все же должно было решаться силой оружия. Должно же быть и что-то от разума. Или убийство осталось единственным в мире доказательством своей правоты?..

И была еще одна тема. Ее подсказала новая советская фантастика. Кроме того, работы Николо Теслы, которые указывали на существование иных миров и иных измерений, тоже заставляли задуматься над перспективами, открывающимися для исследователей и изобретателей. А это значит, что, если существует какое-то пространство, нужно найти способ войти в него. Сначала в теории, а уже потом постараться реализовать это на практике. То есть необходимо создать портал для выхода в самое ближайшее к нам, четвертое, измерение.

Но все это было делом будущего, а пока настоящим была отмена приказа о первоначальном распределении и направление в ГДЛ. Ожидая нового приказа, Лангемак гулял по Ленинграду и думал о возможностях, которые для него откроются, как только он попадет к Н.И. Тихомирову. Думал и ждал приказа.

Источники и комментарии:

1 Я специально хочу подробно остановиться на этой части биографии Г.Э. Лангемака потому, что хочется показать и то, как слушатели жили помимо учебы и сдачи экзаменов.

2«…Успешно прошедшего I-й курс академии, считать переведенными на второй курс той же академии, по строевому факультету…» («Приказ Управления РККА по личному составу № 28 от 11.11.1924», РГВА, ф. 37837, оп. 1, ед. хр. 53, лл. 45, 45об, 46).

3 «Приказ ГУ РККА № 182-25 г.», «Приказ по ВТА РККА № 2 от 01.09.1925», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 4, лл. 2, 2об, 3, Зоб, 22, 22об, 23.

4 «Рапорт Г.Э. Лангемака от 13.05.1926, вх. № 41305, инд. № 121»; «Приказ по ВТА № 21 от 20.05.1926»; РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр.10, л.366.

5 «Рапорт Г.Э. Лангемака от 01.06.1926»; «Приказ по ВТА № 135 от 04.06.1926»; РГВА, ф.39338, оп.1, ед. хр. 10, л.41.

6 «Рапорт Г.Э. Лангемака от 12.06.1926»; «Приказ по ВТА № 143 от 15.06.1926»; РГВА, ф.39338, оп. 1, ед. хр. 10, л.447об.

7 «Приказ по ВТА № 18 от 20.01.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл. 1, 1 об, 2.

8 «Рапорт начальнику ВТА РККА от слушателя дополнительного курса Г.Э. Лангемака от 14.02.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, лл. 18, 18об.

9 Академия располагалась тогда по адресу: Арсенальная набережная, д. 17.

10 Ныне – Дворцовая площадь.

11…Наверное, они встречались и разговаривали об этом… Узник мятежников – Георгий Эрихович Лангемак и один из его освободителей – и начальник Артиллерийской академии РККА Михаил Михайлович Исаев, получивший за подавление мятежа орден Красного Знамени. Подобное служение одним и тем же «богам» тогда для человека значило очень много… Возможно, что это событие послужило и скорому перераспределению Г.Э. Лангемака уже после окончания ВТА. В 1931–1934 М.М. Исаев был помощником начальника вооружений РККА, соответственно, пути их пересекались и дальше.

12 «Приказ по ВТА № 83 от 07.04.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, л. 290.

18 «Приказ по ВТА № 91 от 15.04.1927», РГВА, ф. 39338, оп.1, ед. хр. 15, л. 347.

14 Она предполагала – шлем (буденовка) шинель с ремнем на поясе, галифе и сапоги.

15 Располагался по адресу: ул. 3-го Июля, угол ул. Ракова.

16 Форма одежды – летняя караульная: шинель в скатку (для красноармейцев), головной убор – фуражка, летние шаровары и летняя рубаха казенного образца (слушатели и комсостав без шинелей). Командир батальона, командиры рот и взводов, знаменщик и ассистенты при наганах в форменных кобурах.

17 Трехротного состава, в роте по 3 взвода, во взводе по 4 отделения, в отделении по 8 человек, считая в том числе и командиров отделения.

18 «Приказ по ВТА № 103 от 29.04.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл. 364, 364об.

19 «Приказ по ВТА № 137 от 08.06.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл. 636, 636об.

20 «Приказ по ВТА № 87 от 12.04.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл.342, 342об.

21 Располагалась по адресу: проспект Володарского, д. 56.

22 «Приказ по ВТА № 118 от 17.05.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл. 541, 541 об.

23 «Приказ по ВТА № 157 от 30.06.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, л. 769.

24 «Список дипломных тем слушателей дополнительного курса Артиллерийского факультета (баллистическое отделение) в 1928 году», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, лл. 69, 69об; «Приложение к протоколу № 143-27, приложения к приказу по ВТА № 143 от 16.06.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл. 664, 664об, 665, 665об.

25 К сожалению, на момент выхода книги эту работу обнаружить не удалось. Сроки хранения дипломов равнялись трем годам и работу могли уничтожить в 1931 по истечении срока. Однако поиски работы не прекращаются, и я надеюсь, что смогу найти хотя бы ее часть, хотя и шансов на это мало.

26 «Приложение к протоколу № 143-27, приложения к приказу по ВТА № 143 от 16.06.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл. 664, 664об, 665, 665об.

27 «Приказ по ВТА № 87 от 12.04.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл.342, 342об.

28 «Требовательные и раздаточные ведомости от 23.06.1927 за №№ 127248, 127249, 127250, 127251, Приказ по ВТА № 149 от 23.06.1927».

29 «Приказ ГУ РККА № 68–27 г.; приказ по ВТА № 143 от 16.06.1927, РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, л. 662об.

30 «Приказ по ВТА № 15 от 18.01.1928», РГВА, ф. 39338, оп.1, ед. хр. 20, л. 46.

31 «Распоряжение Реввоенсовета ПВО»; «Приказ войскам Гарнизона Ленинграда № 16 от 16.02.1928»; «Приказ по ВТА № 41 от 17.02.1928», РГВА, ф. 39338, оп.1, ед. хр. 20, л. 110.

32 «Приказ по ВТА № 44 от 21.02.1928», РГВА, ф. 39338, оп.1, ед. хр. 20, лл. 114, 114об. Форма одежды – зимняя караульная.

33 «Приказ по ВТА № 87 от 12.04.1927», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 15, лл.342, 342об.

34 «Приказ по ВТА № 72 от 26.03.1928», РГВА, ф. 39338, оп.1, ед. хр. 20, лл 180, 180об.

35 РГВА, ф.39338, оп.1, ед. хр. 135, л.69, 69об, 70.

36 «Приказ РВС СССР № 220 от 10.04.1928»

37 «Сведения о состоянии здоровья слушателей, оканчивающих Военно-техническую академии РККА имени т. Дзержинского», РГВА, ф. 39338, оп. 1. ед. хр. 195, лл. 139, 139об, 140.

38 «Отзывы о беспартийных слушателях 4-го курса Артиллерийских факультетов, данные Президиумом ячейки ВКП(б). РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, лл. 155, 156, 157, 158, 159, 160). Письмо сокурсников Г.Э. Лангемака в адрес его семьи от 20.04.1958. Оригинал. Архив автора.

39 «Аттестование слушателей Военно-технической академии имени т. Дзержинского по окончании оной Академии в 1928 г.», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, л. 176.

40 «Аттестация за курс Академии на слушателя артиллерийского факультета баллистического отделения Военно-технической академии РККА им. тов. Дзержинского выпуска 1928 года т. Лангемака Георгия Эриховича», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 29, л. 9.

41 «Заключение о подготовке слушателей, рекомендуемых для занятия должностей по линии ВСНХ», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, лл. 175, 175об.

42 «Проект замещения вакантных должностей Артиллерийскими инженерами выпуска 1928 года по учреждениям Артиллерийского управления», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 42, лл. 165, 165об, 166.

43 «Протокол № 4 заседания подкомиссии ВАК от 24.03.1928», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, лл. 247, 247об, 248, 248об, 249, 249об, 250.

44 «Список выпуска 1927/28 г. с указанием аттестационных выводов и назначений», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 195, лл. 170, 170об, 171, 171об, 172, 172об.; «Приказ РВС СССР № 226 от 14/28.04.1928»; «Приказ по ВТА РККА № 116 от 15.05.1928», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 21, лл. 121, 121 об, 122, 122об, 123, 123об, 124.

45 «Приказ по ВТА № 89 от 13.04.1928», РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 20, лл. 253, 253об, 254, 254об.

46 Впервые информация об оружии прошла в 09.1925, когда проходил переучет имеющегося у слушателей оружия: «Запасать на приход по книге заведывающего оружием и книге общей описи оружия Военно-технической академии – оружие и огнеприпасы, переданные б. Арт. Академией, а именно…». У Г.Э. Лангемака был взят на учет револьвер системы «Наган» № 25122 (Приложение к приказу Академии № 46, Приказ по хозяйственной части ВТА РККА (по вещевому отделу) № 17 от 30.09.1925. РГВА, ф. 39338, оп. 1, ед. хр. 4, лл. 213, 213об, 214, 214об, 215, 215об, 216, 216об, 217.


Похожие книги из библиотеки

Главные мифы о Второй Мировой

?Усилиями кинематографистов и публицистов создано множество штампов и стереотипов о Второй мировой войне, не выдерживающих при ближайшем рассмотрении никакой критики.

Ведущий российский военный историк Алексей Исаев разбирает наиболее нелепые мифы о самой большой войне в истории человечества: пресловутые «шмайсеры» и вездесущие пикирующие бомбардировщики, «неуязвимые» «тридцатьчетверки» и «тигры», «непреодолимая» линия Маннергейма, заоблачные счета асов Люфтваффе, реактивное «чудо-оружие», атаки в конном строю на танки и многое другое – эта книга не оставляет камня на камне от самых навязчивых штампов, искажающих память о Второй мировой, и восстанавливает подлинную историю решающей войны XX века.

?Книга основана на бестселлере Алексея Исаева «10 мифов о Второй мировой», выдержавшем 7 переизданий. Автор частично исправил и существенно дополнил первоначальный текст.

Война. Полная энциклопедия.

Энциклопедия Ричарда Эрнеста и Тревора Невитта Дюпюи – всеобъемлющее справочное издание, отображающее эволюцию военного искусства от Античности до наших дней. В одном томе собран и систематизирован богатейший материал: колоссальный объем архивных документов, редкие карты, сводки статистических данных, выдержки из научных трудов и детальные описания величайших сражений.

Для удобства пользования энциклопедией история человечества условно разделена на двадцать две главы, каждая из которых посвящена временному периоду с 4-го тысячелетия до нашей эры до конца XX века. Очерки, предваряющие главы, содержат сведения о принципах тактики и стратегии того или иного периода, особенностях вооружения, развитии военно-теоретической мысли и выдающихся военачальниках эпохи. Энциклопедия содержит два указателя: упомянутых в тексте имен, а также войн и значимых вооруженных конфликтов. Все это поможет читателю воссоздать и воспринять историческое полотно в целом, разобраться в причинах той или иной войны, проследить ее течение и оценить действия полководцев.

Неизвестный Лавочкин

Легендарные самолеты Героя Социалистического Труда С.А. Лавочкина по праву считаются одним из символов Победы. Хотя его первенец ЛаГГ-3 оказался откровенно неудачным, «заслужив» прозвище «лакированный гарантированный гроб», установка нового мотора и усовершенствование конструкции буквально преобразили эту тяжелую неповоротливую машину, превратив в лучший истребитель Великой Отечественной – прославленные Ла-5, Ла-5ФН и Ла-7 сначала перехватили у немцев господство в воздухе, а затем и сломали хребет Люфтваффе. Именно на этих самолетах воевали двое из пяти лучших советских асов, а Иван Кожедуб первым сбил новейший реактивный Me.262. Именно Лавочкин стоял у истоков советской реактивной авиации – это его истребители первыми преодолели сверхзвуковой, а межконтинентальная крылатая ракета «Буря» – и тепловой барьер. Это в его ОКБ были созданы и первые отечественные беспилотники, и зенитные управляемые ракеты, прикрывавшие Москву в разгар холодной войны.

Прорывая завесу тотальной секретности, многие десятилетия окружавшую проекты Лавочкина, эта книга по крупицам восстанавливает творческую биографию великого авиаконструктора и подлинную историю его авиашедевров.

Все авиа-шедевры Мессершмитта. Взлет и падение Люфтваффе

Как бы ни были прославлены Юнкерс, Хейнкель и Курт Танк, немецким авиаконструктором № 1 стали не они, а Вилли МЕССЕРШМИТТ.

Эта книга – первая творческая биография гения авиации, на счету которого множество авиашедевров – легендарный Bf 109, по праву считающийся одним из лучших боевых самолетов в истории; знаменитый истребитель-бомбардировщик Bf 110; самый большой десантный планер своего времени Ме 321; шестимоторный военно-транспортный Ме 323; ракетный перехватчик Ме 163 и, конечно, эпохальный Ме 262, с которого фактически началась реактивная эра. Случались у Мессершмитта и провалы, самым громким из которых стал скандально известный Ме 210, но, несмотря на редкие неудачи, созданного им хватило бы на несколько жизней.

Сам будучи авиаконструктором и профессором МАИ, автор не только восстанавливает подлинную биографию Мессершмитта и историю его непростых взаимоотношений с руководством Третьего Рейха, но и профессионально анализирует все его проекты.