Главная / Библиотека / Неизвестный Лангемак. Конструктор «катюш» /
/ Глава четвертая «Японский язык или морская бескозырка?»

Глав: 18 | Статей: 47
Оглавление
Он был одним из величайших конструкторов XX века, главным инженером первого в мире Реактивного института, пионером космонавтики (именно Г.Э. Лангемак ввел этот термин), соавтором легендарной «Катюши» – но звание Героя Социалистического Труда получил лишь посмертно. Его арестовали по доносу подчиненного, осудили как «вредителя», «заговорщика» и «врага народа» и казнили в январе 1938 года. Полвека спустя маршал Устинов сказал: «Если бы Лангемака не расстреляли, я был бы у него замом, а первым космонавтом стал бы не Гагарин, а Титов». Успей Георгий Эрихович завершить свои разработки – мы бы сейчас осваивали систему Юпитера, а на Луну летали бы (как мечтал Королев) «по профсоюзным путевкам».

Почему все эти великие начинания пошли прахом? Кто погубил великого конструктора и присвоил его открытия? Как разгромили Реактивный институт, замедлив развитие космонавтики на десятилетия? Воздавая должное гению Лангемака, эта фундаментальная биография проливает свет на самые героические и трагические страницы родной истории.
Александр Глушкоi / Олег Власовi / Литагент «Яуза»i

Глава четвертая «Японский язык или морская бескозырка?»

Глава четвертая «Японский язык или морская бескозырка?»

Подчиняясь настойчивым требованиям своей матери, Георгий соглашается посвятить свою жизнь изучению японской филологии. Хотя более всего его продолжает манить карьера военного. Образцом для этого был и остался отец его возлюбленной. Приехав в Петроград, юноша приходит в гости к генералу. Его встречает 15-летняя девочка, в которой он узнает Леночку. Прошел всего один год, но как она похорошела… «Ты уже так выросла!» – восклицает он. Леночка опускает глаза вниз и пропускает его в комнаты. Дома никого не оказывается, кроме прислуги. Лена отпускает Дуню и остается наедине со своим женихом…..Он рассказывает ей о своих планах, и она советует ему обратиться к ее отцу, зная, что он обязательно поможет, тем более что он хорошо отзывался о юноше и несколько раз спрашивал в шутку: «А что, Леночка, если бы Жорж тебя посватал, ты бы пошла?..» И, заливаясь каждый раз краской, она давала понять своему отцу, что с радостью!

Начиная с этой встречи, каждый раз бывая теперь у Камневых1, он все больше и больше времени уделяет Леночке. Они больше не скрывают от ее родителей своих отношений. И Лена рассказывает отцу о просьбе Георгия и просит его помочь, называя Лангемака своим женихом, а себя его женщиной. Не желая больше скрываться, они всё рассказывают родителям Лены. Генерал не удивляется, он давно уже ожидал подобной развязки и был рад, что не ошибся. Лучшей партии для дочери он не мог и желать. Но еще больше его радовало, что юноша не забыл про тот вечер, проведенный ими накануне отъезда его семьи из Елизаветграда. Значит, парень более чем серьезный. Ради такого стоит и напрячься. Поговорив с Георгием о дочери и договорившись о том, что он сначала окончит обучение и проявит себя как мужчина, а уже потом поведет речь

о свадьбе, они перешли к просьбе Лангемака. При этом генерал, да и сама присутствовавшая при разговоре Лена дали слово, что она дождется своего жениха, решив, что о помолвке они объявят в ближайшее же время.

Что касается его желания стать военным, В.Н. Камнев обещает помочь, однако посоветовав ему не перечить матери, а спокойно пойти туда, куда он с ней договорился и начать изучение японской филологии, тем более что эти знания все равно даром не пропадут и живой ум юноши обязательно найдет им применение. Все же самое сложное – организацию перехода Георгия из Петроградского университета в военное училище – генерал брал на себя. Причем, что важнее всего, нужно было придумать такой ход, при котором Марфа-Мария ничего бы не могла этому противопоставить. Согласившись с этим вариантом, Лангемак поступает на филологический факультет Петроградского университета.

Чтобы успеть в университет к утренним занятиям, приходилось рано вставать. Около самого университета квартиру снять не удалось, а ездить от Лермонтовского проспекта, в 3 доме (кв. 14)2, по которому он жил, было далеко.

В один из октябрьских вечеров, когда Георгий пришел в гости к Камневым, генерал пригласил его к себе в кабинет и попросил показать приписное свидетельство. Извещенный об этом заранее, Лангемак достает его из кармана кителя и протягивает будущему тестю. В.Н. Камнев читает, что «…вышепоименованный Георгий Эрихович Лангемак подлежащий исполнению воинской повинности в тысяча девятьсот девятнадцатом г. обязуется доставить к 1 числу декабря 1918 года в Елизаветградское Уездное по воинской повинности присутствие, не позже первого марта означенного года (1919) сведения о семейном его составе…»3.Задав несколько вопросов о более точном желании в выборе пути, по которому тот бы хотел пойти, Камнев сложил и убрал приписное свидетельство в карман. В ответ на вопросительный взгляд юноши он улыбнулся и сказал, что в Ораниенбаумской школе прапорщиков по Адмиралтейству через неделю начнется набор.


Билет студента Императорского Петроградского университета Г.Э. Лангемака.

Петроград. Осень 1916 г. РГАВМФ.

Она готовит офицеров морской береговой артиллерии. Все как раз и получается: море и что-то посложнее…

– Я поговорю с начальником Школы генерал-майором флота Николаем Павловичем Петровым4 и скажу тебе, когда прибыть для поступления.

– А как я объясню это своей матери?..

– Очень просто… Тебя призовут в армию… Я договорился об этом с одним из призывных пунктов Петрограда… А документ о призыве и будет твоим оправданием…

Таким образом, «Георгий настоял на своем, сделал так, как считал нужным. Это был один из первых его Поступков, непростых самостоятельных решений. В будущем он не раз будет поступать не так, как того требовали обстоятельства, а так как будет велеть совесть и сердце, даже если за это придется платить дорогой ценой…»5.

Через несколько дней генерал сам принял Лангемака у себя в кабинете.


Главный вход в Петроградский Императорский университет (ныне – СПбГУ).

Фото автора

– Идти вольноопределяющимся6 или добровольцем во флот для вас, молодой человек, нет смысла… Поэтому, лучше сделать так, как предложил Владимир Николаевич. Давайте Ваше направление к нам… Пишите прошение на мое имя7, я его сейчас же распишу. После этого вы пойдете оформлять необходимые документы и вставать на довольствие…

Да, генерал был прав: идти в армию рядовым вольноопределяющимся не было смысла. У офицера всегда было больше возможностей для самореализации, чем у того же вольноопределяющегося, хотя они и стояли всего на одну ступень ниже, чем офицеры, и были первыми кандидатами на офицерский чин.

– Благодарю вас, Николай Павлович, – Лангемак встал, готовый идти выполнять сказанное.

– Не спешите, юноша… Прошение напишите здесь…

Тем временем в кабинет генерала вошел капитан по Адмиралтейству и сказал, что все подготовил и готов забрать нового курсанта с собой.

– Познакомьтесь: Николай Юльевич Татаринов, адъютант Школы… Георгий Эрихович Лангемак, наш новый учащийся…

– Здравствуйте, капитан по Адмиралтейству Татаринов Николай Юльевич…

– Здравствуйте, господин капитан, будущий учащийся вверенной Вам и господину генерал-майору Флота Школы Лангемак Георгий Эрихович…

– Это за вас просил генерал Камнев?

– Да, Николай Юльевич, – Лангемак прямо смотрел на офицера.

– Итак, сегодня, 29 октября 1916 года, вы будете на один шаг ближе к осуществлению своей мечты – блестящей карьеры морского офицера.

9 ноября 1916 г. приказом по Школе № 306 его зачисляют в 4-й взвод8. 12 декабря Г.Э. Лангемака приводят к присяге на верность службы Его Императорскому Величеству Государю Императору, Наследнику Престола и Родине и через 18 дней, 30 декабря, назначают и.о. отделенного командира, а 14 января 1917 г. утверждают в этой должности и производят в строевые унтер-офицеры9.

За время учебы в Школе он получил несколько денежных переводов из дома. 23 января 1917 г. по повестке № 3071 – 25 рублей10, 27 января 1917 г. по повестке № 4149 – 200 рублей11 и 22 февраля 1917 г. по повестке № 213 почтовый перевод на сумму 50 рублей12. Все почтовые переводы были получены под расписку матросом

1-й статьи А. Пуповским на основании писем, адресованных в Ораниенбаумскую почтово-телеграфную контору13. Частично деньги были потрачены на изготовление формы одежды. Согласно общему списку вычетов за обмундирование14 из Г.Э. Лангемака было вычтено 150 рублей, причитающиеся портному Сидорову за работу. Остался и еще один документ – счет на эти 150 рублей. В нем сказано, что эта сумма состоит из касторового кителя за 85 рублей и сатиновых брюк «трико» за 65 рублей. А также расписка портного от 8 марта 1917 г. в получении денег.

В 1917 г., будучи строевым унтер-офицером, он оканчивает школу по первому разряду, 16-м по списку, с общей суммой баллов – 138,68 (при среднем балле за каждый экзамен, равном, как было написано в приказе, 10,67). Первым по списку Школы закончил Б.Н. Абрамов (общая сумма баллов – 146,8, средний – 11,29), последними, 152-м и 153-м, М.А. Лисин и Н.И. Амелин (соответственно) (у них было одинаковое количество баллов: общая сумма – 113,78, средний – 8,75)15.

По окончании школы приказом по флоту и Морскому ведомству № 486 от 27 февраля 1917 г. его производят в прапорщики по Адмиралтейству с жалованием 600 рублей9 в год и тем же приказом вместе с 22 товарищами16 распределяют на Приморский фронт Морской Крепости Петра Великого (г. Ревель)17.

«ПРИКАЗ

Командующего Флотом Балтийского Моря

Посыльное судно «Кречет»

21-го апреля 1917 года № 143

Назначаются:

Прапорщики по Адмиралтейству:

Владимир Голов, Александр Григорьевич Васильев, Николай Румельский, Иван Белин, Владимир Розанов, Николай Мельковский, Николай Нестеров, Сергей Смонин, Борис Хоцевич, Арсений Сосновский и Алексей Николаев.

Все одиннадцать – в Службу Связи.

Михаил Каменский, Борис Товарковский и Николай Брежнев.

Все трое – на Воздушную дивизию.

Виктор Панов, Владимир Селиванов, Стефан Богданович, Михаил Романов, Борис Дорошенко, Иван Носин, Владимир Бочаров, Клементий Шуманский, Михаил Видавский, Борис Троицкий, Георгий Лангемак, Владимир Ушаков, Георгий Бергольц, Василий Александров, Виталий Шокальский, Юрий Рыхлинский, Николай Малокиенко, Иван Иванов, Казимир Лышковский, Леонид Назариани и Алексей Жаринов.

Все двадцать три – на Приморский фронт Морской крепости Императора Петра Великого.

Леонид Стражевский, Карл Кейре, Виталий Дружиловский, Дмитрий Сатин, Владимир Мегельский, Леонид Петров, Константин Сперанский, Оскар Гильде, Александр Доронин и Николай Париков.

Все десять – в Моонзундскую укрепленную позицию.

Петр Кондратенко и Сергей Селезнев.

Оба – на посыльное судно «Кречет».

Николай Капустин, Леонид Ульковский, Глеб Покровский и Александр Огородников.

Все четыре – в береговую роту Минной обороны (в распоряжение Штаба Командующего флотом Балт. моря).

Владимир Максимов, Макарий Ничипоренко, Александр Орсич и Александр Щитков.

Все четыре – в Свеаборгской флотилии полуэкипаж.

Виктор Белоусович, Петр Белов и Михаил Месин.

Все трое – в Ревелъский флотский полуэкипаж.

Михаил Байков, Константин Руцкий, Борис Абрамов, Александр Шишкин и Игнатий Макаров.

Все шятъ – в Або-Оландскую укрепленную позицию.

Сергей Аров – в тыловую морскую позицию Финского залива.

Максимилиан Вольф – в Сатакундскую позицию.

Станислав Деривиль – в Отряд судов и охраны Ботанического залива.

Иосиф Кучинский, Николай Носов, Леонид Мелик-Мура-тов, Александр Барминский, Лев Бирман, Виталий Яременко и Всеволод Чернышев.

Все семь – в Дивизию Траления.

Мечислав Добро ко вский, Юрий Благой и Виктор Бук.

Все трое – на Отряд Заградителей.

Борис Ворошилин – на Дивизию подводных лодок.

Сергей Сафронов – на 2 Бригаду крейсеров.

Поручил по Адмиралтейству Храбрецов (1 Балт. флот, экип.) – в Ревельский флотский полуэкипаж.

Вице-Адмирал Максимов».

Виза на документе: «Для руководства при рассылке послужных списков, n/n 19.IV-17»18.

Источники и комментарии:

1 По приказу императора Николая II в 1916 г. генералу В.Н. Петерсу и его семье разрешили поменять свою фамилию на Камнева; тем более что «peter» в переводе с немецкого – это «камень». Таким образом, генерал просто переводит свою фамилию с немецкого на русский язык.

2 «Прошение на имя начальника Школы прапорщиков по Адмиралтейству от Г.Э. Лангемака с просьбой о приеме в Школу от 29.10.1916, вх. № 541», РГАВМФ, ф. 436, оп. 2, ед. хр. 481, л. 3.

3 «Свидетельство о приписке к призывному участку сына статского советника Георгия Эриховича Лангемака», копия, РГАВМФ, ф. 436, оп. 2, ед. хр. 481, л. 6.

4 Интересное совпадение. Сначала и.д. адъютанта Школы, а с 02.1917 еще и и.д. инспектором классов был капитан (с 28.07.1917 – подполковник) по Адмиралтейству Н.Ю. Татаринов. Эта фамилия отчетливо читается по подписанным им документам, в частности письма начальника Школы в Ораниенбаумскую почтово-телеграфную контору № 155 и списка к нему от 23.01.1917 (РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, лл. 131, 131 об) и т. д. Выходит, что прототипом героя романа В.А. Каверина «Два капитана» был реально существовавший капитан Татаринов, только ведавший совсем другими вопросами и звали его не Иван Львович, а Николай Юльевич.

5Постолатий В.В. «Лангемак. Елизаветградский период», рукопись статьи, копия, архив автора.

6 Вольноопределяющийся – солдат, из студентов добровольно поступивший на службу в армию и имеющий незаконченное высшее образование (причем, если он не имеет унтер-офицерских нашивок, то это студент 1-3-го курсов, а если имеет, то соответственно от 4-го и выше, далее их количество определяет курс) и несущий службу на льготных основаниях. По окончании службы вольноопределяющийся обязан был держать экзамен на чин прапорщика запаса. В условиях войны он мог получить чин прапорщика, как за боевые отличия, так и быть уволенным с этим чином в запас по окончании военных действий.

7«Его превосходительству господину начальнику школы прапорщиков по Адмиралтейству.

Студента Императорского

Петроградского университета

Георгия Эриховича Лангемака.

Прошение.

Прилагая при сем все требующиеся документы, имею честь покорнейше просить Ваше превосходительство принять меня во вверенную Вам Школу.» Ниже, по окончании списка документов, был написан и адрес: «Лермонтовский пр. 3, кв. 14. Петроград». («Прошение на имя начальника Школы прапорщиков по Адмиралтейству от Г.Э. Лангемака с просьбой о приеме в Школу от 29.10.1916, вх. № 541», РГАВМФ, ф. 436, оп. 2, ед. хр. 481, л. 3). В левом верхнем углу листа стоит проставленная трафаретом цифра «340», что может означать и номер поступившего прошения.

8 «Список обучающихся Школы прапорщиков по Адмиралтейству от 27.02.1917», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, лл. 280, 281, 282, 283, 284.

9 «Полный послужной список прапорщика по Адмиралтейству Георгия Эриховича Лангемак. Составлен 22.02.1917», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 4, лл. 1, 1 об, 2об.

10 «Письмо начальника Школы в Ораниенбаумскую почтово-телеграфную контору № 155 и списка к нему от 23.01.1917», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, лл. 131, 131 об.

11 «Письмо начальника Школы в Ораниенбаумскую почтово-телеграфную контору № 185 и списка к нему от 27.01.1917», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, лл. 137, 137об.

12 «Письмо начальника Школы в Ораниенбаумскую почтово-телеграфную контору № 479 и списка к нему от 22.02.1917», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, лл. 231, 231 об.

13 «Ведомость вычетов 2-го выпуска Школы прапорщиков по Адмиралтейству при Морской учебно-стрелковой команде 1917 года», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, лл. 285, 285об, 286, 286об, 287, 287об, 288, 288об.

14 «Счет военного портного Сидорова господину Лангемаку 4 взвода от 02.1917», РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, л. 308.

15 «Список по старшинству баллов обучающихся Школы прапорщиков по Адмиралтейству, прослушавших полный курс. РГАВМФ, ф. 438, оп. 1, ед. хр. 2, л. 237, 237об, 238, 238об, 239.

16 Полный список распределенных на Приморский фронт в Морскую Крепость Императора Петра Великого следующий: Александров Василий Александрович (3-й взвод, 15-й по списку, баллы – 139,01/10,69), Бергольц Георгий Львович (3-й взвод, 107-й по списку, баллы – 127,96/9,84), Богданович Стефан Петрович (2-й взвод, 101-й по списку, баллы – 128,23/9,86), Бочаров Владимир Иванович (3-й взвод, 29-й по списку, баллы – 136,70/10,52), Видавский Михаил Викторович (2-й взвод, 127-й по списку, баллы – 126,08/9,70), Дорошенко Борис Алексеевич (4-й взвод, 123-й по списку, баллы – 126,41/9,72), Жаринов Алексей Николаевич (1-й взвод, 110-й по списку, баллы – 127,75/9,83), Иванов Иван Николаевич (1-й взвод, 75-й по списку, баллы – 130,55/10,04), Лангемак Георгий Эрихович (4-й взвод, 16-й по списку, баллы – 138,68/10,67), Лыщковский Казимир Иванович (1-й взвод, 159-й по списку, баллы – 132,65/10,20), Малокиенко Николай Николаевич (1-й взвод, 68-й по списку, баллы – 131,93/10,15), Назариани Леонид Иванович (4-й взвод, 151 – й по списку, баллы – 116,76/8,98), Носин Иван Васильевич (1-й взвод, 85-й по списку, 129,83/9,99), Панов Виктор Николаевич (2-й взвод, 126-й по списку, баллы – 126,15/9,70), Романов Михаил Георгиевич (4-й взвод, 102-й по списку, баллы – 128,08/9,85), Рыхлинский Юрий Карлович (2-й взвод, 83-й по списку, баллы – 130,01/10,00), Селиванов Владимир Иванович (2-й взвод, 25-й по списку, баллы – 136,96/10,54), Троицкий Борис Михайлович (3-й взвод, 116-й по списку, баллы – 127,35/9,80), Ушаков Владимир Александрович (1-й взвод, 122-й по списку, баллы – 126,41/9,72), Шокальский Виталий Казимирович (1-й взвод, 50-й по списку, баллы – 134,10/10,32), Шуманский Климентий Васильевич (2-й взвод, 129-й по списку, баллы – 125,95/9,70). Из приведенных данных видно, что только двое (Александров и Лангемак) окончили Школу в первой двадцатке, все остальные (кроме Селиванова – 25-й по списку) показали очень низкий уровень знаний. Помимо этого, из 4-го взвода, которым командовал Г.Э. Лангемак, вместе с ним распределили только троих (еще двое – Назариани и Романов). Таким образом, по имеющимся на данный момент сведениям можно сделать вывод, что во время службы в Крепости Петра Великого в основном Г.Э. Лангемак был окружен офицерами, с которыми он имел «шапочное» знакомство и не был связан какими-либо дружескими узами.

17 В конце 1912 г. началось строительство артиллерийской Ревель-Поркалаудской позиции, названной «Крепостью Петра Великого». С началом мировой войны соглашение о демилитаризации Аландских островов утратило свою силу, и в 05.1915 командование Военно-морского флота начало оборудование артиллерийской Або-Аландской шхерной позиции, которая была включена в крепость Петра Великого. К 12.1917 число береговых и полевых орудий на территории Финляндии еще увеличилось, однако точное их число указать невозможно из-за бардака, царившего в русской армии и на флоте. В Кронштадтской крепости располагалась часть орудий Владивостокской крепости, пушки, купленные в Японии в 1915–1916 гг., также пушки с разоруженной Амурской флотилии. Но в 1918 г. вся береговая артиллерия и почти вся артиллерия сухопутных войск, дислоцированных в Финляндии, а также огромное число боеприпасов оказались в руках «независимых» финнов.

18 «Приказ Командующего Флотом Балтийского Моря № 143 от 21.04.1917», ЦГАВМФ,ф. 438, оп. 1, ед. хр. 1, лл. 118, 118об.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 1.011. Запросов К БД/Cache: 0 / 0