Глав: 8 | Статей: 59
Оглавление
«Без этих амфибий десантные операции на островах Тихого океана были бы невозможны» — так оценил американские плавающие машины LVT (Landing Vehicle Tracked) ветеран Корпуса морской пехоты генерал Холланд М. Смит. Созданное на базе спасательного гусеничного транспортера «Аллигатор», семейство американских десантных амфибий и плавающих танков отличилось на всех фронтах Второй Мировой, от Великого океана до Европы, а затем воевало в Корее, Вьетнаме, зоне Суэцкого канала.

В этой книге, основанной не только на открытых источниках, но и доступной лишь специалистам технической и патентной документации, вы найдете исчерпывающую информацию по истории создания, производства и боевого применения этих плавающих транспортеров, ставших отдельным классом бронетехники. Для полноты картины приводятся сравнительные данные аналогичных машин, созданных в Японии и Третьем Рейхе. Коллекционное издание иллюстрировано сотнями эксклюзивных схем, чертежей и фотографий.

От «Аллигатора» к LVT-1

От «Аллигатора» к LVT-1

Недовольный ходкостью[2] и поворотливостью своей машины на плаву, Роблинг весной 1936 года создал ее новый вариант, в котором двигатель «Крайслер» заменил на автомобильный 8-цилиндровый двигатель «Форд» мощностью 85 л.с., зато общую массу уменьшил более чем на тонну. Лопатка-гребок теперь крепилась болтами на звеньях роликовой цепи гусеницы по диагонали, чтобы отбрасывать воду назад и в сторону борта. Для улучшения плавучести корпус дополнился поплавками из пробкового дерева. Хотя скорость хода по суше уменьшилась до 29 км/ч, скорость на плаву возросла до 8,8 км/ч, улучшилась и маневренность[3].



Рисунки из патента Джорджа Е. Пауэлла на «наземноводную машину» от 1940 г. (заявка подана в 1937 г., США) свидетельствуют о попытке создать свой вариант «гребной» гусеницы на основе шарнирной цепи.


Патент Дональда Роблинга от 1938 г. на плавающую гусеничную машину с движением на плаву за счет перемотки гусениц.

В 1937 г. машина снова меняется — прежде всего, изменена конструкция ходовой части с целью несколько облегчить ее и сделать надежней. Масса этой машины уменьшена до 4 т. Согласно сообщению Роблинга, скорость хода по суше достигала 29 км/ч, на плаву — 14 км/ч. Заметим, что приводимая обычно скорость хода на плаву измеряется на глубине (при большом отношении глубины воды к осадке машины). На мелководье растет сопротивление воды движению (из-за увеличения скорости движения частичек воды под днищем машины и сопротивления трения) и волновое сопротивление, в результате при подходе к берегу скорость плавающей машины значительно уменьшается. С этим еще предстояло столкнуться водителям «Аллигаторов».

Пока же Роблинг, как и всякий предприимчивый изобретатель, пытался пропагандировать свою машину в надежде заинтересовать потенциальных заказчиков. 4 октября 1937 г. еженедельный иллюстрированный новостной журнал «Лайф» в разделе «Наука и индустрия» поместил статью «„Аллигатор“ Роблинга для спасательных работ во Флориде» с большой фотографией. Статья сыграла свою роль.



Испытания Корпусом морской пехоты США плавающего колесно-гусеничного танка (самоходной артиллерийской установки) М1923 Уолтера Кристи во время зимних маневров 1924 г. на о. Кулебра.


Фото этой машины, именуемой иногда «Аллигатор второй», появилось в журнале «Лайф» 4 октября 1937 г. Обратим внимание на клепаный корпус и диагональную установку лопаток-грунтозацепов гусеницы.

Тут стоит сделать небольшое отступление. Для американских военных к тому времени плавающие машины тоже не были новостью. Еще в 1920-е годы ВМФ США проявил интерес к опытным плавающим колесно-гусеничным самоходным 75-мм пушкам М1921 и М1923 конструкции Уолтера Кристи (рассматривали даже возможность спуска машин Кристи на воду с палубы подводной лодки). Но они, как и плавающие бронеавтомобили и танки, были, прежде всего, средством ускорить форсирование водных преград (хотя и участие их в морских десантах считали возможным). Позже испытывали установку жестких понтонов по бортам легкого танка «Мармон-Хэррингтон», но этот опыт, как и испытания машин Кристи, признали неудачным. Не слишком вдохновили американскую армию и военно-морской флот и испытания в Великобритании малых плавающих танков «Виккерс-Армстронг». К тому же финансирование таких работ в США было невелико. Между тем во второй половине 1930-х годов американцы, наконец, всерьез занялись разработкой вопросов морских десантных операций в современных условиях. В 1937–1938 гг. происходил пересмотр планов войны с Японской империей на Тихом океане (т. н. Оранжевый план). В ноябре 1938 года опубликована новая «Доктрина морских десантных операций Военно-морского флота США». Флот и Корпус морской пехоты[4] были кровно заинтересованы в новых способах сократит время высадки морского десанта за счет быстрой доставки личного состава, вооружения, техники и предметов снабжения с кораблей, стоящих на открытом рейде, непосредственно на берег. Ускорение десантирования способствовало бы успешному захвату и удержанию плацдарма и в конечном счете успеху самой ответственной части морской десантной операции — высадки и выполнению десантом задач на берегу. Однако для перевода теории «амфибийных операций» в практику требовались соответствующие технические средства. Десантные транспорты, катера и баржи лишь частично решали задачу, особенно если на пути от открытого моря на берег лежали отмели или коралловые рифы. Поскольку именно в таких условиях пришлось бы высаживать морские десанты на островах Тихого океана, в свете новых стратегических планов задача оказывалась особенно актуальной. Скажем, в том же 1938 году министерство ВМФ испытывало и десантные катера Андрю Хиггинса (прототип принятого позже десантного катера типа LCVP), и скоростной глиссер с очень малой осадкой, способный высаживать солдат и технику у самого уреза воды.

Машина-амфибия сравнительно большой вместимости, способная выходить на необорудованный берег со слабым грунтом, не могла не привлечь внимания. Как гласит легенда, на коктейле после одной из конференций по проблемам десантных операций командующий надводными силами Флота адмирал Эдвард Калбфус показал журнал «Лайф» с упомянутой статьей и фотографией «Аллигатора» генерал-майору Луису МакКарти Литтлу, командовавшему десантными силами Флота. Вскоре генерал Литтл передал статью коменданту Корпуса морской пехоты генералу Томасу Холкомбу, тот, в свою очередь, переслал ее председателю Комиссии по вооружению Корпуса бригадному генералу Фредерику Брэмэну с распоряжением изучить возможности этой машины.



Так в журнале «Попьюлар Сайенс» в 1938 г. изображалось применение скоростного частично бронированного глиссера для высадки на берег боевых машин.


«Аллигатор», доработанный согласно пожеланиям морской пехоты, демонстрирует способность выхода на сравнительно крутой берег.

3 февраля 1938 г. Комиссия по вооружению Корпуса морской пехоты официальным письмом запросила у Дональда Роблинга более подробные сведения о его спасательной машине. Роблинг, понятно, не затянул с ответом, и в марте секретарь Комиссии майор Джон Калуф посетил его завод в Клиэрвотер, лично опробовал машину и заснял на кинопленку ее движение по суше, воде и мангровым болотам. Вернувшись в учебный центр Морской пехоты в Квантико, Калуф написал благоприятный отзыв об «Аллигаторе», который отослали коменданту Корпуса. Поскольку за закупку десантных средств отвечал Флот, в мае того же года комендант Корпуса направил командованию ВМФ запрос о закупке одной машины для проведения испытаний в ходе учений по высадке десанта. Но Управление кораблестроения Флота, ссылаясь на нехватку средств, закупку отклонило, о чем и сообщило коменданту Корпуса морской пехоты 28 июня. У флотских специалистов «Аллигатор» энтузиазма не вызвал, поскольку явно уступал по мореходным качествам обычным десантным средствам — таким, как уже разрабатывавшиеся танкодесантные корабли типа LCT и катера типа LCVP.

Однако Корпус морской пехоты не упускал машину Роблинга из виду, а спорить с командованием Флота морским пехотинцам было не впервой. В январе 1939 года Роблинг отправил Комиссии по вооружению фотографии и техническое описание улучшенной модели.



Плавающий транспортер LVT-1.

В феврале майор Калуф снова посетил завод в Клиэрвотер. Почувствовав интерес со стороны военного заказчика, Роблинг в течение 1939 года внес в конструкцию «Аллигатора» ряд более существенных изменений. Он перекомпоновал машину, уменьшив общую длину на 1,2 м и увеличив ширину корпуса, дабы повысить остойчивость на плаву[5]. Роблинг увеличил высоту гусеничного обвода, тем самым подняв верхнюю ветвь гусеницы над ватерлинией и исключив ее отрицательную тягу при движении на плаву. Кроме того, диагональные лопатки-гребки получили изогнутую форму. Внутри гусеничного обвода разместились бортовые понтоны, увеличившие водоизмещение и улучшившие поперечную остойчивость. В результате, по опубликованным Роблингом данным, скорость хода на плаву возросла до 14–15 км/ч, скорость хода на суше достигала 32 км/ч. Гусеница в машине Роблинга представляла собой роликовую цепь, подобную тем, что используются в цепных передачах промышленных установок — Роблинг и его команда просто старались максимально использовать детали, узлы и агрегаты, доступные на коммерческом рынке. На продольные звенья цепи крепились «башмаки» (поперечины) с гребками-лопатками. Роликами, установленными в шарнирах цепи, гусеница обкатывалась по стальным полозьям-направляющим П-образного сечения, идущим по обводу бортового понтона и прерывавшимся только возле ведущего и направляющего колес, имевших небольшой диаметр. Подъем направляющего колеса увеличил высоту зацепа гусеницы. Увеличение высоты борта увеличило объем надводной части корпуса (то есть высоту над ватерлинией), а значит — и запас плавучести, определяющий количество груза, который машина может принять на борт, не теряя плавучести — и также способствовало увеличению поперечной остойчивости. С той же целью увеличить остойчивость Роблинг опустил ниже силовую установку — видимо, убедившись, что и при этом можно защитить ее от заливания водой. Уменьшение соотношения между длиной и высотой корпуса плавающей машины косвенно увеличивало его прочность. «Аллигатор» постепенно превращался из спасательной машины в плавающий десантный транспортер.



Устройство и способ крепления на гусеницы изогнутых лопаток-гребков. Из патента Д. Роблинга от 1938 г.

В конце года на заводе побывал новый председатель Комиссии по вооружению Корпуса морской пехоты бригадный генерал Е.П. Мозес (также участвовавший в упомянутой конференции) в сопровождении нового секретаря Комиссии майора Е. Линсерта. Весьма заинтересовавшись «Аллигатором», Мозес заказал Роблингу разработку модификации, которая удовлетворила бы требованиям военных. Разыскали даже деньги на закупку одной доработанной машины для проведения испытаний (за год до того Роблинг оценивал стоимость одной машины в 18 000 долларов, теперь ВМФ смог выделить на закупку 24 492 доллара).

В апреле 1940 года с Роблингом заключили соответствующий контракт, а в мае он представил новую машину, названную «Крокодайл» (упоминается также как «Аллигатор пятый»). По размерам и основным характеристикам она была аналогична опытному «Аллигатору четвертому», но облегчена примерно до 3,5 т и оснащена более мощным двигателем. Машина скомпонована по схеме с передним расположением отделения управления, средним — грузового отделения и кормовым — моторно-трансмиссионного. В закрытой рубке управления в носовой части размещались 3 человека, включая водителя, рубка имела большие окна из плексигласа. В кормовой части смонтированы 8-цилиндровый V-образный бензиновый двигатель «Меркьюри» мощностью 95 л.с., жидкостная система охлаждения, механическая трансмиссия (главное сцепление типа «Форд», два бортовых фрикциона, бортовые передачи с гидравлическими тормозами «Паккард»), обеспечивавшая только 2 скорости хода вперед и 1 назад. Управление машиной осуществлялось с помощью рычагов поворота, рукоятки переключения передач, педалей сцепления и акселератора. Грузовое отделение представляло собой открытую сверху платформу со съемным полом. Между полом и днищем размещались два топливных бака по 152 л, тросы и тяги управления. Грузоподъемность составляла 3180 кг (7000 фунтов). Корпус собирался из листов дюралюминия, соединявшихся клепкой (кроме листов пола грузового отделения, крепившихся на винтах). Звеньевая гусеница гребневого зацепления составлялась из стальных траков шириной 102 мм и шагом 83 мм, лопатки-гребки из алюминиевого сплава крепились на траки болтами. Регулировка натяжения гусеничной цепи осуществлялась с помощью гидравлического механизма, смещавшего ось направляющего колеса и управлявшегося с места водителя.



В апреле 1940 г., когда Корпус морской пехоты заказал Роблингу машину для испытаний, другой американский изобретатель Фрэнк Дэррэг подал заявку на свой вариант плавающего «водного трактора» — также с водоходным движителем гусеничного типа.

Морская пехота сочла этот прототип вполне пригодным для дальнейшей работы и снова запросила у ВФМ фонды на проект. К тому моменту ситуация изменилась — разгоралась война в Европе и Азии, и средства на разработки новой военной техники отпускались щедрее. Роблинг получил официальный заказ Флота стоимостью 20 000 долларов на разработку второго прототипа с более мощным V-образным 12-цилиндровым автомобильным двигателем «Линкольн-Зефир» мощностью 120 л.с. и трансмиссией типа «Форд»[6]. В августе 1940 года еще незаконченную машину осмотрели офицеры Морской пехоты, которые сочли конструкцию удачной. Постройка машины, именуемой иногда «Аллигатором шестым» (скорее, по варианту конструкции, нежели по количеству построенных к тому времени опытных машин), завершилась в середине октября.

18 октября Министерство ВМФ распорядилось создать «подкомиссию» во главе с бригадным генералом Мозесом для проведения окончательных испытаний машины Роблинга. Испытания проводились вначале в Клиэрвотере, затем до 31 октября — на базе ВМФ в Норфолке (шт. Вирджиния). Машина развивала на плаву скорость до 16 км/ч, на суше — до 46,5 км/ч. Результаты признали успешными.

4 ноября машину отправили в Квантико. Ее задействовали во флотских учениях по высадке десантов в течение января и февраля 1941 года. Работа новой амфибии вызывала живой интерес, комендант Корпуса морской пехоты генерал Холкомб даже пригласил на испытания высокопоставленных офицеров армии и флота и репортеров. После Квантико машину отправили на о. Кулебра в Карибском море, в распоряжение 1-й бригады морской пехоты США. Непосредственно испытания машины проводил капитан Виктор Г. Крулак, экипаж испытателей составляли сержант К. Рэпир и капрал У. Гибсон. Американский исследователь Ричард Роан, опираясь на мемуары генерал-лейтенанта Крулака, описывает забавный эпизод испытаний. По просьбе командира 1-й бригады морской пехоты бригадного генерала Холланда Смита, видимо, желавшего показать «кураж» морской пехоты пред флотским руководством, Крулак подошел на «Аллигаторе» к флагманскому кораблю линкору «Вайоминг» и предложил находившемуся на нем командующему Атлантическим флотом адмиралу Э. Кингу «прокатиться». Адмирал не очень охотно согласился и спустился на «Аллигатор». Крулак, опять же из куража, направил машину к берегу прямо через коралловый риф, но не рассчитал глубину и скорость. Задев верхушку кораллов, «Аллигатор» повредил одну гусеницу и оказался обездвиженным. Адмирал гневно выругался и, не дожидаясь катера, прямо в белоснежном мундире спрыгнул за борт и добрался до берега вброд. Характерный случай — впоследствии бойцам десанта еще придется вброд добираться до берега с застрявших на мелях и кораллах транспортеров, и это будет уже не так забавно.



Ранний вариант плавающего транспортера LVT-1 «Аллигатор» в учебном центре Морской пехоты США.

Тем не менее, морские пехотинцы в целом остались довольны результатами испытаний, но, главное — оценили потенциал, заложенный в прототипе, пока еще не слишком удачном конструктивно и надежном технически. Специалисты ВМФ составили по результатам испытаний перечень замечаний и требований по доработке машины. Наибольшее беспокойство вызывал дюралюминиевый корпус, который, по мнению руководства ВМФ и Морской пехоты, был недостаточно прочен для боевых условий. Главное же — алюминиевые сплавы были сравнительно новым и дефицитным материалом, требовавшим для массового производства новых технологий, да и авиационная промышленность нуждалась в них гораздо больше. Выдвинули также требование увеличить живучесть гусениц — ведь им предстояло работать в сложных, агрессивных условиях — в соленой морской воде, на песчаных и каменистых грунтах. Также выдвигалось требование установки менее быстроходного и более мощного и надежного двигателя.

22 февраля 1941 г. Роблинг получил от ВМФ контракт на 200 машин при условии внесения требуемых изменений и перехода на полностью стальную сварную конструкцию. Первоначально опытная машина получила «армейскую» классификацию «плавающий трактор» или «плавающий грузовик» и обозначение Т33, соответствующее опытной модели. С принятием машины на вооружение от такой классификации отказались, и новый тип машин получил официальное обозначение по стандарту ВМФ США — LVT (Landing Vehicle Tracked), то есть «десантные гусеничные машины». Но сохранилось и название «плавающий трактор» (Amphibious Tractor), сокращенное сначала до AMPHTRAC, а затем — до AMTRAC. Последнее название — AMTRAC — для машин этого типа используется в литературе даже чаще, чем LVT или «Аллигатор».

LVT стали новым типом десантно-высадочных средств — сочетанием десантного катера или самоходной баржи с вездеходным наземным транспортером. Хотя непосредственно применяли машины Армия и Корпус морской пехоты, за их заказ и поставки по-прежнему отвечал ВМФ США.

Поскольку сам Роблинг имел в своем распоряжении, по сути, только мастерскую, он обратился к Дж. Крумми, президенту компании «Фуд Мэшинери энд Кемикл Корпорэйшн» (FMC Corp.), имевшей свой завод во Флориде в городе Данидин. Эта компания занималась в основном оборудованием для изготовления фруктовых соков, но по заказам Роблинга уже изготавливала некоторые узлы для его опытных машин. Площади и оборудование завода FMC более подходили для серийного изготовления корпусов и окончательной сборки машин, нежели небольшой завод Роблинга. К тому времени фирма выполняла и некоторые заказы Корпуса морской пехоты. Контракт был подписан в июле 1941 г. Для работы по новой теме на FMC сформировали группу во главе с главным инженером компании Джеймсом Хайтом (James Hait). Роблинг вместе с Хайтом разработал полностью стальную машину с корпусом клепаной конструкции. Приемщиком на завод FMC назначили майора морской пехоты Дж. МакГенри, а с середины 1941 года в Данидине уже работал «Отдел плавающих тракторов морской пехоты» во главе с майором У. Дэвисом, который не только проводил приемку вновь выпущенных машин LVT, но и стал первым курсом подготовки их водителей. Результаты испытаний двух первых предсерийных машин производства FMC вполне удовлетворили военных заказчиков.

Благодаря использованию ряда готовых, имевшихся на рынке узлов и агрегатов, стоимость серийных машин не превысила 4000 долларов за штуку — это было даже меньше того, на что рассчитывало руководство Флота. Машина получила обозначение LVT-1, но от своего прародителя унаследовала и неофициальное имя «Аллигатор». FMC начала серийное производство на заводе в Риверсайд, и первые серийные машины были переданы Корпусу морской пехоты в августе 1941 года. С сентября установилась регулярная сдача серийных машин.



Об актуальности темы десантно-высадочных средств свидетельствует хотя бы рисунок, опубликованный «Модерн Мекэникс» в августе 1941 г., незадолго до вступления США во Вторую мировую войну. В фантазии автора гигантская гусеничная плавающая машина не только высаживала многочисленный десант, но и подавляла огнем береговые укрепления противника и прикрывала десант от атак с воздуха.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.312. Запросов К БД/Cache: 0 / 0