8.5. Вооружение

8.5.1. Вооружение главного калибра

Восемь 20-см/50 орудий типа 3 года №2 (203-мм), еще до окончания постройки кораблей установленных вместо планируемых 12 155-мм, размещались в четырех двухорудийных башнях модели “Е” в носовой части корпуса с возвышенной второй. Эти башни с углом возвышения 55° создавались на основе башен модели «Е», но несколько отличались размерами, поскольку структура корпуса сначала проектировалась под 3-орудийные башни 155-мм орудий. В результате постоянного усиления вооружения ГК на японских тяжелых крейсерах 18 кораблей 6 типов в конце концов несли башни 7(!) проектов - беспрецедентный пример в истории военного кораблестроения. Желание обхитрить потенциальных противников в мирное время бумерангом ударило по японскому флоту в годы войны. Не говоря уже о том, что постоянная замена башен на крейсерах отняла у японцев много времени и средств, такое отсутствие унификации не могло не сказаться в ходе боевых действий, когда поврежденные башни просто было нечем заменить и их просто снимали, уменьшая ударную мощь кораблей. Это случилось и с «Аоба» (башни модели «С»), и с «Майя» (модель «Е ») и с «Могами» (модель «Могами»), На типе «Тоне» первые три башни располагались по схеме «пирамида», принятой на типах «Миоко» и «Такао», а четвертую развернули стволами назад, чтобы до минимума свести мертвую зону на кормовых углах. Вторая и четвертая башни имели 8-метровые дальномеры. Боезапас (120 снарядов на орудие) состоял из бронебойных типа 91, “коммон” типа 91, “коммон” типа 0 и типа 3, осветительных типа “В” и учебных. Несмотря на отказ от универсальности 20-см орудий, японцы считали возможным привлекать их для дальней ПВО (до 20000 м), но только для заградительного огня по низко летящим самолетам.

8.5. Вооружение
НОСОВАЯ НАДСТРОЙКА (аксонометрия и вид сбоку)

НОСОВАЯ НАДСТРОЙКА (аксонометрия и вид сбоку)

8.5.2. Зенитные орудия дальнего действия.

«Тоне» и «Тикума» получили стандартный набор из 8 12,7- см орудий типа 89 в спаренных установках со щитами модели “А ” модиф.1, расположенных на шельтердеке по бокам от дымовой трубы очень близко друг к другу. Нормальный боезапас насчитывал по 200 унитарных выстрелов на орудие, максимальный — по 210. Подача боезапаса производилась четырьмя подъемниками по той же схеме, что и на типе «Могами». Помещения готового боезапаса располагались у основания трубы в непосредственной близости от установок.

8.5.3. Зенитные автоматы.

Ближнюю (до 3000 м) ПВО на этих кораблях несколько усилили заменой 13-мм пулеметов на платформах перед носовой надстройкой двумя спарками 25-мм автоматов типа 96, доведя их общее число стволов до 12 по сравнению со стандартными 8. Нормальный боезапас состоял из 2000 снарядов на ствол. Более широкое расположение установок по длине корпуса обеспечивало полное полусферическое прикрытие корабля, тогда как на крейсерах «класса А» и типе «Могами» 4 спарки размещались у дымовых труб, имея из-за большого количества платформ и мостиков вокруг ограниченные углы обстрела в корму и оставляя не прикрытой носовую четверть, за которую «отвечали» 13-мм пулеметы.

ПАЛУБЫ НОСОВОЙ НАДСТРОЙКИ КРЕЙСЕРА “ТОНЕ”

ПАЛУБЫ НОСОВОЙ НАДСТРОЙКИ КРЕЙСЕРА “ТОНЕ”

8.5.4. Торпедное вооружение.

Благодаря концентрации башен ГК в носу, торпедное вооружение из четырех поворотных 3-трубных 61-см аппаратов типа 90 модели 1 удалось сместить дальше в корму, что позволило обойтись без спонсонов. Аппараты располагались по два на борт под шельтердеком и могли выпускать торпеды через специальные порты. В отличие от типа «Могами» «Тоне» и «Тикума» между портами ТА имели и порт для погрузки торпед с небольшим краном.

Каждая труба ТА имела систему быстрой перегрузки как на типе “Могами”. Всего на борт принималось по 24 кислородные торпеды типа 93 модель 1:12 в аппаратах и 12 резервных.

8.5.5. Устройства управления стрельбой.

Катастрофа с «Томодзуру» сказалась на форме и размерах носовой надстройки этих крейсеров даже в большей степени, чем на типе «Могами». Ее сделали короче и уже, за счет чего высоту удалось увеличить: включая шельтердек, она насчитывала 8 ярусов. Верхние два яруса занимали башенки директора ГК типа 94 и дальномерного поста типа 94 с 6- метровым бинокулярным совмещающим дальномером типа 14, градуированными стереотрубами и биноклями для обнаружения целей; имелся также бинокль для горизонтального наводчика башни дальномерного поста. Внутри центрального ствола имелось помещение для передачи данных стрельбы в башни ГК. Ниже располагались ходовой и сигнальные мостики с большим количеством биноклей, закрытых наблюдательных постов, парой 60-см сигнальных прожекторов, постами управления боевыми прожекторами, устройствами управления торпедной стрельбой и 1,5-метровыми штурманскими дальномерами. Вторая башенка директора ГК располагалась перед треногой грот-мачтой, а еще два 8-метровых дальномера типа 14 - в башнях ГК. Остальное оборудование СУАО ГК было стандартным для японских тяжелых крейсеров конца 30-х годов (см. главу 7, Приложение 1).

Система УЗО 12,7-см орудий включала два новых директора типа 94, размещенных вместе с 4,5-метровыми дальномерами в отдельных башенках по бокам носовой надстройки на цилиндрических платформах. Это были первые крейсера, получившие эту новейшую японскую систему, заметно превосходившую предшествующую — типа 91. Основное отличие систем УАО ГК и УЗО заключалось в том, что вторая выдавала к орудиям кроме углов наводки еще и время срабатывания взрывателей.

Зенитные автоматы дистанционно управлялись при помощи системы типа 95 с синхронизаторами Уорд-Леонарда. Носовая пара установок обслуживались директором, расположенном над ними в башенке на лобовой части носовой надстройки, а кормовые - двумя такими же директорами, установленными рядом с резервным директором ГК.

Для ночного боя предусматривалось три 110-см прожектора типа 92: два на платформах по бокам дымовой трубы (над носовыми 12,7-см установками) и один на надстройке за трубой (там находилась главная радиорубка), т.е. на борт могли действовать два прожектора. Два поста управления типа 94 (левого и правого борта) стояли в башенках по бокам носовой надстройки.

Система УТС состояла из двух директоров типа 91 модели 3 и двух визирных постов типа 93 по бокам компасного мостика. Дополнительный пост управления торпедной стрельбой стоял на верхушке фок-мачты.

8.5.6. Авиационное вооружение.

Усиление авиационного вооружения на японских тяжелых артиллерийских кораблях на «Тоне» и «Тикума» достигло апогея. Японский МГШ считал, что с помощью бортовых гидросамолетов самых мобильных боевых единиц флота, которыми считались тяжелые крейсера, он сможет контролировать большую часть Тихого океана, своевременно обнаружить американский флот и наносить ему беспокоящие удары на протяжении всего времени до контакта главных сил. Немаловажная роль отводилась гидросамолетам и в ночном бою, когда они должны были освещать противника при проведении массированных торпедных атак. Понятно, что при таких видах на использование бортовой авиации, 3-4 самолетов уже считалось недостаточно.

На предыдущих тяжелых крейсерах усиление авиагруппы и эффективность ее использования вступали в противоречие не только с остальными видами вооружения (пространство и вес), но и с расположением орудий ГК. При стрельбе кормовых башен стоящие открыто самолеты могли быть повреждены дульными газами и даже стать причиной опасного пожара. А. о запуске их в воздух во время боя можно было и не думать. Серьезной была проблема с повреждениями самолетов, находившихся вне ангаров, на переходах в штормовом океане.

С освобождением от артиллерии кормовой части корпуса на типе «Тоне» большинство проблем решалось. Корабли получили по две новейшие 19-метровые пороховые катапульты типа Куре №2 модели 5 на бортовых спонсонах сразу за грот- мачтой, мощный подъемный кран с длинной стрелой, а также развитую рельсовую систему с шестью поворотными платформами и транспортными тележками для хранения и перемещения самолетов последних типов. В кормовой части шельтердека можно было разместить 4 готовых к старту гидросамолета типа 95: 2 на катапультах и 2 на поворотных платформах. Дальше в корме на верхней палубе имелись места для трех более тяжелых ГСМ типа 94, которые можно было быстро подать под стрелу крана и установить на катапульты. Еще один самолет со сложенными крыльями мог храниться в небольшом ангаре перед грот-мачтой. По бокам дымовой трубы хранились запасные плоскости и поплавки.

По проекту авиагруппа насчитывала 8 машин: по 4 типа 94 и типа 95. Однако из-за проблем с хранением и обслуживанием число первых пришлось сократить до двух. Реально же в первый год войны оба крейсера, ставшие «глазами» ударного авианосного соединения 1-го Воздушного Флота, несли по 5 ГСМ (2 типа 94 и 3 типа 95), а затем - по 4 (2 и 2).

Похожие книги из библиотеки

Grumman Avenger. Часть 1

В 1939 году флот Соединенных Штатов (US Navy) начал амбициозную программу, по модернизации старых и постройке целого ряда новых авианосцев. На новых авианосцах должны были базироваться истребительные (VF — «fighter») и разведывательно-бомбардировочные (VSB — «scout-bomber») эскадрильи, которые вооружались уже находящимися в производстве самолетами F4F Уайлдкет и SBD Донтлесс соответственно. Кроме того, предусматривалось, что вскоре эти самолеты будут заменены более совершенными машинами, прототипы которых уже проходили на тот момент испытания (F4U Корсар, F6F Хеллкет и SB2C Хеллдайвер). Однако торпедные эскадрильи (VT- «torpedo-bomber») по своему оснащению существенно отставали от истребительных и разведывательно-бомбардировочных, до сих пор имея на своем вооружении самолеты Douglas TBD-1 Девастайтор, которые были приняты на вооружение еще в 1937 году. Флот США сознавал, что устаревший Девастайтор не может быть модернизирован таким образом, чтобы устранить два его основных недостатка, недостаточную скорость и малый радиус действия. Был необходим совершенно новый самолет. Начало немецкой агрессии в Европе и японской в Китае еще раз подчеркнуло безотлагательность замены Девастайторов новым торпедоносцем-бомбардировщиком с лучшими боевыми характеристиками.

Секретные автомобили Советской Армии

Новая книга от автора бестселлера «Автомобили Советской Армии»! Первая энциклопедия сверхсекретных проектов военного автопрома, неопровержимо доказывающая, что в этой области СССР был «впереди планеты всей» и что высшим достижением нашего автомобилестроения стали даже не всем известные массовые армейские машины, а разработанные в условиях абсолютной секретности уникальные многоосные полноприводные шасси для ракетных комплексов стратегического назначения, которые несли боевое дежурство в постоянном движении по специальным скрытным грунтовым дорогам и были фактически неуязвимы для противника. Непревзойденные скоростные амфибии и специальные плавающие грузовики, активные автопоезда и многосекционные транспортные средства, самые передовые агрегаты и материалы: многотопливные, газотурбинные, электрические и даже реактивные двигатели, сверхпрочные титановые сплавы – советские инженеры и конструкторы поистине не знали себе равных!

Новая энциклопедия ведущего историка автотехники, иллюстрированная сотнями эксклюзивных фотографий, дает полный обзор этих секретных разработок, на многие десятилетия обогнавших свое время и превративших СССР в лидера военного автомобилестроения.

Зиновий Колобанов. Время танковых засад

В начале войны с Советским Союзом немцы применили на Восточном фронте ту же тактику молниеносной войны, что и в Европе. В приграничных сражениях наши танковые дивизии пытались контратаками остановить немецкие бронированные колонны, но это привело к катастрофе. Немцы были лучше подготовлены, у Вермахта было идеально отлажено взаимодействие между родами войск. Постепенно от тактики контрударов советские танкисты стали переходить к очень эффективной тактике танковых засад, и именно она стала своего рода «противоядием» от «Блицкрига».

Август 1941 года стал поистине временем танковых засад. Именно в этот месяц советские танкисты 1-й Краснознаменной танковой дивизии на дальних подступах к Ленинграду стали массово применять эту новую тактику. 4-я немецкая танковая группа неожиданно натолкнулась на глубокоэшелонированную систему танковых засад, и это стало для Панцерваффе очень неприятным сюрпризом.

20 августа 1941 года экипаж тяжелого танка КВ-1 старшего лейтенанта Зиновия Колобанова провел один из самых результативных танковых боев в мировой истории. На дальних подступах к Ленинграду, при обороне предполья Красногвардейского укрепрайона, наши танкисты из засады уничтожили, 22 танка противника, а всего рота Колобанова, состоящая из 5 танков КВ, уничтожила в этот день 43 танка. Танковый погром, который учинили Панцерваффе танкисты Зиновия Колобанова, – это пик развития данной тактики, своего рода идеально проведенная танковая засада.

Вот уже многие годы среди историков не затихают ожесточенные споры.

Подтверждают ли немецкие документы феноменально высокий результат советских танкистов? Технику какой немецкой дивизии уничтожили наши воины? Как повлиял бой Колобанова на обстановку под Ленинградом в целом?

В своей книге автор представляет на суд читателя развернутые ответы на эти важные вопросы.

Мясищев. Неудобный гений. Забытые победы советской авиации

Его вклад в историю мировой авиации ничуть не меньше заслуг Туполева, Ильюшина, Лавочкина и Яковлева – однако до сих пор имя Владимира Михайловича Мясищева остается в тени его прославленных коллег.

А ведь предложенные им идеи и технические решения по праву считаются революционными. Именно его КБ разработало первый отечественный межконтинентальный бомбардировщик М-4, первый сверхзвуковой стратегический бомбардировщик М-50 и первый в мире «космический челнок».

Но несмотря на все заслуги, огромный талант и организаторские способности, несмотря на то что многие историки прямо называют Мясищева «гением авиации», его имя так и не обрело всенародной известности – возможно, потому, что руководство советской авиапромышленности считало его «неудобным» конструктором, слишком опередившим свое время.

Эта книга, созданная на основе рассекреченных архивных материалов и свидетельств очевидцев, – первая отечественная биография великого советского авиаконструктора.