6. Второй этап боя

После отступления шведов к Будищенскому лесу Петр I построил часть пехоты на флангах укрепленного лагеря, «для того ежелиб неприятель атаковал ретраншемент, чтоб свободно из оного стрельбе быть можно было; в выведенным на стороны со флангом оного атаковать». Между тем шведы продолжали стоять в логовине у леса без действий. Это было наглядным доказательством сильной «конфузии» шведской армии после первого этапа боя.

Петр I, внимательно следивший за противником, не мог не заметить этого и начал беспокоиться о том, чтобы шведы, испытавшие уже частичную неудачу, не уклонились от решительного боя и не предприняли мер к планомерному отступлению за Днепр. При сложившейся обстановке шведам разумно было бы принять такой вариант.

Допуская такую возможность в действиях Карла XII, Петр I приказал немедленно вывести армию из ретраншемента, стеснявшего маневр, и быть готовыми перейти немедленно в наступление на шведов, если они даже начнут отступать за Днепр. Если же шведы будут медлить с наступлением, то самим перейти в наступление на противника.

На решение Карла XII уклониться от боя с русскими могло также повлиять и то обстоятельство, что русская армия выстраивалась в боевой порядок на глазах у противника, вследствие чего шведы не могли не заметить количественного превосходства сил у Петра I.

Учитывая все эти соображения, Петр I принял следующее решение: большую часть армии вывести из ретраншемента и построить боевой порядок так, чтобы обеспечить свободу маневрирования; меньшую часть армии оставить в ретраншементе в качестве резерва, продолжая окончательно выяснять обстановку. В резерв Петр I назначил восемь пехотных батальонов, один батальон гренадер и несколько сот человек из резерва дивизий. Командование резервом было возложено на полковника Гинтера. Для охраны коммуникации с Полтавой Петр I направил через Яковцы к Воздвиженскому монастырю три батальона под командованием полковника Головина, «дабы тот пас в руках наших был для всякого случая», а шесть драгунских полков под начальством Волконского послал к Скоропадскому, чтобы, установив с ним связь, образовать заслон на случай отступления шведов за Днепр и для преследования разбитого врага.

Около 6 часов утра главные силы русской армии стали выходить из лагеря и выстраиваться фронтом к Будищенскому лесу.

В центре боевого порядка построились 42 батальона пехоты под командованием фельдмаршала Шереметева, на правом фланге — 18 драгунских полков под начальством Боура, на левом фланге — 6 драгунских полков под начальством Меншикова, который успел уже к этому времени разбить отрезанную колонну Шлиппенбаха.

Русская армия выстроилась в две линии, имея впереди артиллерию, расположенную по всему фронту. При этом первая и вторая линии были составлены из батальонов одного полка; за каждым батальоном первой линии стоял второй линейный батальон того же полка. Этим была обеспечена взаимная выручка. Вторая линия превратилась в линию поддержек. Боевой порядок русской армии получил глубину, что в бою обеспечивало необходимую устойчивость. Петр дал классический образец применения линейной тактики. Это был крупный шаг вперед в развитии тактических форм боя. Всего в строю русские имели около 32 тысяч против 30 тысяч шведов. В первой линии русская армия имела не более 10 тысяч человек.

Боевой порядок русской армии в Полтавском сражении.

Боевой порядок русской армии в Полтавском сражении.

Шереметев крайне беспокоился за успех действий главных сил в связи с тем, что к моменту решительной битвы значительная часть войск была выделена для охраны коммуникаций с Полтавой и для организации заслона на случай отступления шведов. Петр ему заметил на это, что «больше побеждает разум и искусство, нежели множество».

Характерно отметить исключительно высокий подъем духа русской армии. Солдаты, оставленные в резерве, просили царя, чтобы он дал им возможность, тоже принять участие в битве. Они говорили ему: «Мы, надежда-государь, ни в чем не провинились перед тобой, мы несли равные с другими труды и тяготы и ожидали с нетерпением сего дня. За что же отлучаемся от них?» На это им царь ответил: «Вы ни в чем конечно не проступились, но надобно вам охранять „ретраншемент“. Вы равную со сражающимися получите милость мою и награду».

Закончив построение частей к бою, Петр еще раз обращается к войскам: «Воины! Вот пришел час, который решит судьбу отечества. И так не должны вы помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру порученное, за отечество… Не должна вас также смущать слава неприятеля, будто бы непобедимого, которой ложь вы сами своими победами над ними неоднократно доказывали… А о Петре ведайте, что ему жизнь его не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и в славе для благосостояния нашего!».

После объезда войск Петр сказал Шереметеву:

«Господин фельдмаршал! поручаю вам мою армию и надеюсь, что в начальствовании оною вы поступите согласно предписанию, вам данному, а в случае непредвиденном, как искусный полководец. Моя же должность надзирать за всем вашим начальствованием и быть готовым на сикурс во всех местах, где требовать будет опасность и нужда». Петр I, имевший в это время чин полковника, принял на себя должность начальника пехотной дивизии.

С целью удлинения фронта Карл XII выстроил пехоту в одну линию. Кавалерия разместилась на флангах в две линии. Такое построение шведов привело к тому, что в количественном отношении силы противника, принимавшие непосредственное участие в бою, были почти равны. В 8 часов утра шведы перешли в наступление. Шведская армия в то время считалась одной из лучших европейских армий и имела в своих рядах испытанные в боях кадры офицеров и генералов. Таковыми были маршал Реншельд, генерал Фиельд, принц Виртембергский, граф Левенгаупт, генералы Стенбок, Штакельберг, Спар, Шлиппенбах, Розен, Горн, Гамильтон и другие. Все это были генералы, известные своей опытностью.

Накануне сражения шведский король в качалке еще раз объехал свои войска, напомнив им о прошлых победах. Но это была уже не Нарва. Перед ним стальными рядами стояла новая, прошедшая боевую выучку и уже имевшая неоднократные победы над шведами русская регулярная армия, во главе которой стояли русские, отечественные, офицеры и генералы.

«И злобясь, видит Карл могучийУж не расстроенные тучиНесчастных нарвских беглецов,А нить полков блестящих, стройных.Послушных, быстрых и спокойных,И ряд незыблемых штыков».

И все же…

«…слабым манием рукиНа русских двинул он полки».

Как только было замечено движение в шведской армии, русские колонны стройными рядами стремительно двинулись вперед до расстояния ружейного выстрела от шведов и стали «как неподвижные стены, во всякой исправности регула, и неслышно было никакого шуму, кроме командующих повелений». Загрохотала русская артиллерия, осыпая свинцовым дождем шведские колонны, но они продвигались вперед. Русские и шведы, стреляя залпами, сблизились. Начался рукопашный бой.

В результате первого натиска шведам удалось отодвинуть несколько назад первый батальон Новгородского полка, не выдержавший стремительного нажима неприятеля. Но прежде чем батальон отодвинулся назад, он вывел из строя несколько шеренг шведской пехоты, которая в этом месте имела численное превосходство. В первой линии русского боевого порядка образовался прорыв. Петр I сейчас же это заметил. Взяв из второй линии батальон новгородцев, он во главе их бросился в контратаку, чтобы ликвидировать прорыв. Новгородцы, воодушевленные личной храбростью Петра, с такой стремительностью ударили в штыки, что им удалось не только остановить натиск шведов, но и заставить их отступить. Положение было быстро восстановлено. Во время ожесточенной схватки одна пуля пробила шляпу на голове Петра, вторая расплющилась о висевший на его груди крест, третья застряла в седле.

Вслед за этим в русском лагере был дан сигнал для перехода в общее наступление по всему фронту. По нему кавалерия, охватывая фланги шведской армии, стала брать противника в клещи. Ментиков, командовавший кавалерией на левом фланге, как и на передовых позициях, храбро сражался: под ним были ранены три лошади. По всей линии закипел ожесточенный бой. Обе стороны подошли друг к другу вплотную, и началась страшная работа штыков, сабель, прикладов, пик. Облаком дыма покрылось небо над полем боя.

Сметая все на своем пути, шведы стремились остановить русскую пехоту. Но русская кавалерия уже охватывала фланги шведской. армии, и шведы дрогнули. Напрасно король кричал: «Шведы, остановитесь!» В этот момент ядро разбило носилки Карла, и он упал на землю. Придя в сознание, Карл приказал посадить его на скрещенные пики и, высоко подняв вверх, нести перед пехотой, чтобы воодушевить ее. Но и эта мера, как и многие другие, применявшиеся шведскими генералами, не помогла. Расстроенные шведские полки, боясь полного окружения русскими, в беспорядке хлынули назад к Будищенскому лесу.

К 11 часам окончательно определился исход сражения. Множество шведов было перебито и пленено. Сам король чуть не попал в плен. Русская конница стремительно преследовала отступающего противника. Битва, продолжавшаяся около двух часов, закончилась. Петр I в «Истории Свейской войны» так отзывается об этой «совершенной виктории»: «Хотя и зело жестоко в огне оба войска бились, однако-ж то все долее двух часов не продолжалось, ибо непобедимые господа шведы скоро хребет показали, и от наших войск с такою храбростью вся неприятельская армия (с малым уроном наших войск, еже наивяще удивительно есть) кавалерия и инфантерия весьма опровергнуты; так что шведское войско не единожды потом не остановились, но без остановки от наших шпагами и бойонетами колоты и даже до обретающегося леса, где оные перед баталией строились, гнали»[154].

В иностранной военной литературе неоднократно делались попытки умалить значение победы русских под Полтавой. Многовековый опыт войн показывает, что искусство полководца в том и состоит, чтобы быть сильнее противника в решающий момент битвы.

В Полтавском сражении количественное превосходство русских войск было крайне незначительно. Общеизвестно, что русских под Полтавой было не больше 42 тысяч человек (58 батальонов пехоты и 17 полков кавалерии). Надо учесть еще то обстоятельство, что «из нашей пехоты токмо одна линея, в которой с десять тысяч не обреталось, с неприятелем в бою была, а другая до того бою не дошла»[155].

В первой же линии находилось не более 10 тысяч человек, так что по количеству силы, непосредственно принимавшие участие в бою, были почти равны. Но русские генералы и солдаты сознавали, что они под Полтавой сражаются за судьбу родины, за независимость Русского государства, которое шведские захватчики стремились разделить по частям, превратить в свою колонию. Храбрые герои Полтавы видели, что Петр защищал интересы страны, поэтому они, как говорил Петр, «не щадили живота своего, на тысячу смертей устремлялись небоязненно». Итак, на стороне русских было огромное моральное превосходство солдат и офицеров.

Шведские же генералы вели своих солдат проливать кровь за чуждые им интересы. Это не могло не сказаться на моральном состоянии шведских солдат. Уже 8 лет они были оторваны от своей страны, кроме того, они были деморализованы холодной и голодной зимовкой на Украине, частыми набегами и стычками с русскими войсками и, наконец, безуспешной трехмесячной осадой Полтавы.

От былой самоуверенности и прославленной дисциплины шведской армии не осталось и следа. Участились случаи дезертирства и неповиновения начальникам. Король уже не имел авторитета среди солдат. Они говорили, что «он ищет смерти потому, что чувствует дурной конец». И, действительно, солдаты не ошиблись. Этот конец пришел: вся шведская армия, которая до этого времени казалась страшной, перестала существовать.

На поле битвы шведы потеряли убитыми 9 234 солдата и офицера. Взято в плен в ходе сражения у Полтавы и через два дня на переправе у Переволочны свыше 18 тысяч. Среди пленных был и весь шведский генералитет (с фельдмаршалом Реншельдом и министром Пилером во главе). Всего было захвачено в плен 1 160 офицеров. В качестве трофеев русские захватили в плен 246 штандартов и знамен. Кроме того, все оружие и обоз, который шведы не успели сжечь или бросить в Днепр, остались русским. Потери русских составляли 1 345 убитых и 3 290 раненых.

Так окончился Полтавский бой, в котором решалась будущность Русского государства. Разгром шведской армии был полным и окончательным. Остатки разбитой армии потянулись к Переволочне в надежде где-либо переправиться на правый берег Днепра.

Похожие книги из библиотеки

Общевоенная подготовка и общая тактика

В пособии изложен материал по тактической подготовке, общевоенным дисциплинам и предназначен для студентов лечебного, педиатрического, медико–психологического факультетов, обучающихся по программе подготовки офицеров запаса по военно–учетной специальности «Лечебное дело в наземных войсках». Пособие подготовлено в соответствии с типовой учебной программой по военной подготовке для студентов высших медицинских учебных заведений.

empty-line

2

Битва под Оршей 8 сентября 1514 года

Работа А.Н. Лобина — первое военно-историческое исследование, посвященное битве под Оршей 8 сентября (по старому стилю) 1514 г. На основании большого количества источников автор реконструирует ход сражения и разбирает основные историографические мифы. Для подсчета численности противоборствующих сторон используется ряд новых методик, которые позволяют ему по-новому осветить малоизвестные аспекты сражения.

Книга предназначена исследователям, преподавателям, студентам, краеведам и всем интересующимся военной историей.

Лобин Алексей Николаевич — кандидат исторических наук, автор более 30 публикаций по военной истории России XVI–XVII веков.

Развитие советской авиации в предвоенный период (1938 год — первая половина 1941 года)

Данная книга, написанная доктором исторических наук А.С. Степановым, является первой в серии монографий автора, посвященных развитию советской авиации в 30-х годах ХХ века, и отражает результаты его многолетних исследований. Несмотря на высокий интерес к авиации в кругу профессиональных исследователей и любителей, примеры комплексного и системного изучения данной темы встречаются крайне редко, как в России, так и за ее пределами. Настоящее исследование сделано на базе шести государственных архивов Российской Федерации, автором также проведен подробный анализ отечественной и зарубежной литературы. Приложение, включающее сто таблиц с различным фактическим материалом, может быть полезным для специалистов как гуманитарного, так и технического профиля.

В отличие от распространенной ныне тенденции давать минимальное количество ссылок на использованные источники и литературу, автор придерживается строгой традиции составления научных текстов, поэтому каждый раздел монографии снабжен соответствующими сносками.

Эту книгу автор хотел бы посвятил светлой памяти Владимира Венедиктовича Рогожина — своего первого научного руководителя

Военный канон в ста главах

Трактат Цзе Сюаня «Военный канон в ста главах» никогда не издавался за пределами Китая, но его значение трудно переоценить. Это настоящая энциклопедия китайского военного искусства и даже, можно сказать, всей китайской мудрости. Автор разъясняет сто важнейших понятий китайской стратегии, давая читателю очень редкую в китайской литературе возможность получить непосредственное и вместе с тем точное и полное представление о принципах китайской стратегической мысли. Книга будет полезна всем, кто интересуется цивилизациями Востока и военной стратегией.