Главная / Библиотека / Северная война 1700-1721 [Полководческая деятельность Петра I] /
/ Глава девятая Внешнеполитические итоги Северной войны и ее значение в истории развития военного искусства

Глав: 15 | Статей: 23
Оглавление
В книге о Северной войне изложен ход этой войны, на конкретных операциях показаны полководческая деятельность Петра I и новые оперативно-тактические принципы ведения войны, разработанные им. Рассказано о героической партизанской борьбе русского, украинского и белорусского народов против шведских захватчиков. В книге изложен ряд других вопросов, связанных с организацией, обучением и воспитанием русской регулярной армии, ставшей при Петре I одной из самых сильных армий в Европе.

Настоящий труд является результатом длительного исследования автором этой темы. Материалом для исследования служили документы о Северной войне, опубликованные в XVIII, XIX веках и в начале XX века. Кроме этого, были привлечены новые архивные материалы Центрального военно-исторического архива. По Государственному архиву феодально-крепостнической эпохи (ГАФКЭ) использованы два фонда — кабинетные дела Петра I и дела Министерства иностранных дел.

Книга рассчитана на офицерский состав Красной Армии, преподавателей истории военного искусства, преподавателей вузов и партийный актив.

Глава девятая Внешнеполитические итоги Северной войны и ее значение в истории развития военного искусства


Глава девятая

Внешнеполитические итоги Северной войны и ее значение в истории развития военного искусства

Северная война для России окончилась успешно. В семье европейских государств появилось новое могущественное государство — Россия, которая стала оказывать большое влияние на международные отношения.

Могущество Швеции было сломлено. Она навсегда потеряла то значение, которое занимала раньше как крупнейшее государство Европы.

К. Маркс, в «Тайной дипломатии XVIII в.», оценивая значение и результаты Северной войны, писал: «Благодаря завоеванию Балтийских провинций, России было обеспечено превосходство над соседними Северными государствами, благодаря ему же, она была втянута в непосредственный и постоянный контакт с любым пунктом Европы, и, наконец, благодаря ему были заложены основания для установления материальных связей с морскими державами, которые, получая из России необходимые для их кораблей материалы, оказались в зависимости от нее».

Русское государство превратилось в крупнейшую европейскую державу. Внешняя политика Петра увенчалась блестящим успехом. «Сила внешней политики Петра заключалась в том, что он не разбрасывался на несколько проблем, а сосредоточивался на одной; этой одной проблеме он и подчинял все усилия своей дипломатии…»[188].

После Северной войны решающее значение на северо-востоке Европы приобрела Россия, умело использовавшая плоды своей победы. «Именно с раздела Шведской империи начинается эра современной международной политики», — писал К. Маркс.

С Россией, ставшей первоклассным европейским государством, вынуждены были считаться в Европе. На протяжении всего XVIII в. Россия играла большую роль в международной политике, крупнейшие европейские государства считались с ней как с равной. Они добивались установления дипломатических и торговых отношений с Россией.

Война Русского государства со Швецией, продолжавшаяся 21 год, была справедливой, прогрессивной войной за возврат территорий «отчич и дедич», захваченных шведами в XVII в.

К. Маркс указывал, что «Россия не могла оставлять устья Невы, этого естественного выхода для продукции Северной России, в руках шведов», так как без него не могли дальше успешно развиваться производительные силы страны.

Фашистские «историки» пытались использовать и извратить историю дипломатических отношений России в своих захватнических целях. Для этого они прибегали к мошенническим подлогам и фальшивкам. Одной из таких фальшивок является облетевшее все немецкие газеты в 1941 г. так называемое «Завещание Петра I». В этом «Завещании» будто бы указывалось, что Русское государство должно стремиться к непрерывным завоеваниям для утверждения мирового господства. Впервые, как известно, эта фальшивка появилась свыше 100 лет назад во Франции, накануне 1812 г.; вторично пытались оживить ее во время Крымской войны, затем в период первой мировой войны. Поддельный характер этого «Завещания» неоднократно был разоблачен историками. Гитлеровские фальсификаторы истории пытались пустить его в ход в 1941 г. В советской исторической литературе[189] убедительно показано, что этот подложный документ пускается в ход каждый раз, как только захватчики, предпринимая поход против нашей Родины, пытаются прикрыть свои захватнические планы.

Добившись выхода к берегам Балтики, Россия установила более тесную экономическую связь с Западной Европой. Широким потоком потекли товары сельскохозяйственной продукции из России на международный рынок.

В 1726 г. структура экспорта Петербургского и Архангельского портов составляла:

Пенька — 494 362 пуда.

Лен — 59 424 пуда.

Сало — 49 145 пудов.

Железо — 55 149 пудов.

Нефть — 172 009 пудов.

Льняные ткани — 10 319,3 тысячи аршин.

Парусина — 7 747 кусков.

Шелк персидский — 2 192 пуда.

Всего на сумму 2688,8 тысячи рублей.

Структура импорта Петербургского и Архангельского портов в 1726 г. составляла:

Сахар — 11 339 пудов.

Кофе — 494 пуда.

Шелк — 3,5 пуда.

Красильные вещества — на 275 661 рубль.

Шелковые товары — на 15 464 рубля.

Шерстяные товары — на 662 956 рублей.

Бумажные товары — на 28 632 рубля.

Льняные товары — на 935 рублей.

Напитки — на 141203 рубля.

Всего на сумму 1585,5 тысячи рублей.

Общий оборот внешней торговли всех русских портов в 1726 г. составлял 6 364 000 рублей, из него вывоз — 4 238 000 рублей, ввоз — 2 126 000 рублей. Причем основной поток товаров шел главным образом через балтийские порты. Россия добилась активного торгового баланса. Это было значительным шагом вперед в экономическом развитии страны.

Таковы в кратких чертах внешнеполитические итоги Северной войны.

* * *

Северная война имела громадное значение в истории развития военного искусства не только для России, но и для Западной Европы. Накануне войны русская регулярная армия только начала складываться. В ходе же войны она проделала такой путь, какой западноевропейские армии прошли в предшествующие два столетия. Кроме того, русская армия во многом опередила лучшие европейские армии. Петр I со своими сподвижниками Меншиковым, Шереметевым и Апраксиным создал первоклассную регулярную армию и военно-морской флот. Это дало возможность успешно закончить войну со Швецией и возвести Россию в ранг европейской державы.

Северная война, прославившая русское оружие, выдвинула русскую армию в ряд первоклассных европейских армий. Петр I заложил основы русского военного искусства, определившие дальнейшее его развитие при Румянцеве, Суворове и Кутузове.

Северная война дала для истории военного искусства больше, чем война за испанское наследство. Петр I, казалось с внешней стороны, перестраивал свою армию по западноевропейским образцам, но он не был слепым подражателем Запада. Он внес много нового, самобытного в развитие стратегических и тактических форм борьбы, вытекавших из русской действительности. Петр I заложил основы новой системы обучения и воспитания войск, опирающейся на высокий комплекс идей патриотизма, воинского долга, чувства товарищеской взаимопомощи и дисциплины, что отвечало общим прогрессивным целям, за которые велась Северная война. Задачей военного искусства Петр I считал умение нанести противнику решительное поражение «с легким трудом и малой кровью».

Сила полководческого искусства Петра I заключалась в том, что он умело использовал все формы ведения войны и гибкие принципы стратегического руководства. От стратегической обороны на первом этапе войны он переходит к стратегическому наступлению на втором этапе войны.

Основы стратегических и тактических приемов ведения войны, заложенные при Петре, опередили почти на столетие европейские армии и являлись тем фундаментом, на котором создавалось военное могущество России.

В ходе Северной войны ярко выявились две стратегии. Стратегия Петра I вытекала из его прогрессивной политики, имевшей целью возвратить исконные русские земли в состав Русского государства, без которых не могла дальше успешно развиваться страна, отрезанная от естественных выходов к Балтийскому и Черному морям.

Стратегия Карла XII порождалась его захватнической политикой, имевшей целью удержать в неволе чужие порабощенные народы и захватить новые территории.

Стратегия Петра, отражавшая коренные интересы своей страны и народа, была прогрессивной в самой своей основе и ставила перед собой вполне достижимые цели. Стратегия Карла XII, исходя из захватнической политики, переоценивала свои силы и недооценивала силы противника, была авантюристической по своему существу.

Отличительной особенностью стратегии Петра являлось то, что он ставил перед своими войсками реальные задачи, учитывающие соотношение сил сторон. При этом он стремился использовать свою армию на театре войны так, чтобы изменить общую обстановку в свою пользу и тем самым подготовить генеральное сражение, которому Петр придавал решающее значение для исхода всей войны. Сообразуя свои действия с реальной обстановкой, учитывая соотношение сил, Петр I считал главной задачей разгром армии противника. Он прекрасно понимал, что только разгромом вражеских сил можно добиться благоприятного исхода войны. От Петра ведет свое начало русская наступательная стратегия и тактика.

Сравнивая стратегию Петра со стратегией Суворова и Наполеона I, нетрудно установить общность их основных принципов, а следовательно, и принадлежность их к одной и той же школе. Именно от Петра, а не от Фридриха II, как это пытались утверждать немецкие «историки», идет к Наполеону новейшая стратегия.

Считая бой самым решительным средством достижения успеха, он весьма осторожно относился к нему, как к «зело опасному делу». Однако осторожность Петра как полководца не означала нерешительности. В необходимых случаях Петр действовал смело и решительно. Он требовал возможно более полного изучения обстановки и создания необходимых условий для достижения цели. Учитывая превосходство противника в силах и в боевой подготовке на первом этапе войны, Петр I, пользуясь возможностью маневрировать, намечал план активной стратегической обороны, рассчитанный на изматывание противника, на выигрыш времени для полного развертывания сил страны и армии. Однако уже на первом этапе войны Петр I вел и наступательные операции и добился больших стратегических успехов.

Быстро расширяя военно-промышленную базу, он сумел создать в кратчайший срок необходимые условия для вооружения и снабжения армии. В ходе войны были подготовлены кадры национального офицерского состава. Русские солдаты прошли суровую, но полезную школу войны.

Все эти обстоятельства учитывались Петром при подготовке к генеральному сражению. Они явились условием победы под Полтавой.

Организационные принципы петровской армии, методы ее обучения и воспитания, стратегические и тактические приемы ведения войны сложились не сразу, не по какому-либо заранее разработанному шаблону, а вырабатывались на боевом опыте, в ходе войны. Они подвергались изменению и дальнейшему совершенствованию и были обобщены в знаменитом «Уставе Воинском» (1716 г.) и «Дополнительных артикулах» (статьи к Воинскому Уставу 1722 г.), в «Учреждении к бою», в «Морском регламенте» (уставе) и в ряде регулов (правил) диспозиций «к бою», данных в различное время. По этим документам мы можем судить о развитии военного искусства при Петре, о стратегических и тактических приемах ведения войны петровской армией.

Воинский Устав 1716 года обобщил опыт русской регулярной армии, подвел итог важной исторической эпохе ее преобразования, закрепил организацию регулярной армии, применяемые ею оперативно-тактические и стратегические принципы ведения войны. В нем изложены основы обучения и воспитания войск. Это гениальное творение русской военной мысли некоторые немецкие «историки» пытались представить делом рук какого-то неизвестного немца. Грубые извращения этих фальсификаторов истории, касающиеся книги II «Устава Воинского», были разоблачены еще в 80-х годах XIX века историком военного права П. О. Бобровским, обнаружившим в архиве Главного Штаба подлинную черновую рукопись Артикула с многочисленными поправками и дополнениями, сделанными рукою Петра I. П. Епифанов, автор статьи «Воинский Устав Петра»[190], привлечением нового архивного материала, ранее не опубликованного, представляющего русский оригинал книги I («О должности генералов») и книги III («О экзерциции») Устава 1716 г., правленного и подписанного Петром, окончательно разоблачил легенду о немецком происхождении Воинского Устава 1716 года. Эта рукопись, как и материалы, ранее использованные П. О. Бобровским, достоверно свидетельствует о том, что текст Воинского Устава от начала и до конца был составлен и отредактирован под непосредственным руководством Петра. Многие из его (свыше 200) собственноручных поправок и дополнений имеют принципиальный характер. Следовательно, Петр был не только составителем, но и подлинным творцом Воинского Устава, основоположником русского военного искусства, организатором русской регулярной армии.

Не механическое перенесение в русскую действительность, не подражание готовым «образцам», а внимательное всестороннее глубокое и критическое изучение и освоение лучших достижений западно-европейского военного искусства на первом этапе войны, проверка, усовершенствование и дальнейшее творческое развитие этих достижений на основе собственного боевого опыта на втором этапе войны — вот что характеризует Петра как великого полководца и крупнейшего военного реформатора.

Петр I на протяжении всей своей деятельности усиленно изучал военное дело. Во время своего первого путешествия и впоследствии он пользовался каждым случаем, чтобы расширить свои военные знания. Изучение опыта прошлых войн, знакомство с состоянием западноевропейских армий, их стратегией и тактикой, системой обучения и воспитания помогли Петру I критически отнестись ко всему тому, что он наблюдал в русской армии, а также и в других армиях. Ведь не все применяемое в иностранных армиях было достойно подражания, также далеко не все применяемое в старой русской армии было плохим, которое нужно было отвергнуть.

Таким образом, великой заслугой Петра I было то, что он, не стал на путь слепого подражания: воспринял лучшее, что было создано военным искусством древнего и нового времени, и, прежде всего, использовал военный опыт, накопленный русской армией. Этот опыт был основой в полководческой и реформаторской деятельности Петра I.

Петр I обращал особенное внимание на организацию вооруженных сил страны, причем в центре его внимания стояли все роды войск.

Накануне вторжения шведов в Россию петровская армия насчитывала до 135 тысяч. По штатам 1711 г. пехота состояла из 47 полков, из них 2 гвардейских (Преображенский и Семеновский) и 5 гренадерских. В 1721 г. в связи с подготовкой войны с Персией было сформировано еще 9 полков «Низового» (Приволжского. — Б. Т.) корпуса.

Ошибочно было бы считать, что русская армия при Петре сразу получила законченную организационную структуру. В ходе войны по мере приобретения боевого опыта организационная структура армии подвергалась существенным изменениям.

Типичной воинской частью был полк, в личном составе которого насчитывалось 40 офицеров, 80 унтер-офицеров и 1200 солдат. До 1711 г. полк состоял из 2 батальонов, по 5 рот в каждом; по новым штатам полк состоял из 2 батальонов, по 4 роты в каждом. В состав полка до 1711 г. входила одна гренадерская рота, укомплектованная из наиболее храбрых, хорошо обученных солдат, дополнительно вооруженных ручными гранатами. Впоследствии из этих рот были созданы особые гренадерские полки. Численный состав полка в мирное и военное время был неизменным. В зависимости от оперативной задачи полки сводились в высшие войсковые соединения: бригады, сформированные из 2–3 полков; особые отряды, например «корволант», как это было у Лесной; дивизии, корпуса (Меншиков в Померании, Гольц в Польше). Высшим соединениям придавались специальные части.

Петр I большое внимание обращал на взаимодействие в бою всех частей, сведенных в крупное соединение. «Устав Воинский» 1716 г. гласит: армия «либо великая, либо малая, от 10.000 человек до 100.000 человек, но Юлиус Цезарь в одном корпусе никогда свыше 50.000 человек не употреблял. Притом в таком порядке и прилежном обучении были, что ими мог надежно великие дела творити, о чем из истории в разных книгах видеть можно. Нужно есть сочинять армию свою, смотря неприятельской силы и оного намерения, дабы его во всех делах упреждать и всячески искать неприятеля опровергнуть».

В организации конницы и ее боевом применении Петр опередил Европу на столетие. Он создал стратегическую конницу, которая самостоятельно выполняла оперативные задачи. Конница была драгунского типа, она могла действовать на конях и в пешем строю. Она имела свою артиллерию и действовала огнем и холодным оружием. Основной тактической единицей был полк, состоявший из пяти «шквадронов» (эскадронов), в каждом эскадроне две роты. Состав полка: 38 офицеров, 80 унтер-офицеров и 920 рядовых. В начале войны было сформировано два драгунских полка; по штатам 1711 г. уже имелось 33 полка, из них 3 гренадерских. К 1720 г. конница значительно выросла и уже состояла из 36 тысяч всадников.

Петровская конница самостоятельно выполняла сложные стратегические задачи. Замечательным кавалерийским начальником был Меншиков. Он умело совершал глубокие рейды по тылам противника (разгром Батурина, бой у Калиша, бой со шведами и поляками Станислава Лещинского у предместья Варшавы). Таких решительных рейдов конницы мы не можем встретить даже спустя столетие в наполеоновской армии.

При взаимодействии с пехотой конница внезапными налетами, «ища неприятельскую инфантерию во фланг атаковать должна». «В его (противника) землю впасть и чинить диверсию». Конница широко применялась для разведки и охраны колонн пехоты при переходах.

Новатором Петр I был и в области артиллерии. Ему принадлежит первенство в уточнении функций различных видов артиллерии. Он разделил артиллерию по ее специальному назначению на осадную, полевую и полковую. Петр I ввел артиллерию на вооружение кавалерийских полков, опередив в этом Европу на 50 лет. Между тем фальсификаторы истории эту идею приписывают Фридриху II.

По «ведомости» 1723 г. русская артиллерия состояла из 261 орудия. Она делилась на осадную, полевую и полковую.

После нарвского поражения артиллерия в короткий срок была создана заново. По своим образцам она была лучше, чем в западноевропейских армиях. Во главе артиллерии стоял очень энергичный, талантливый «надзиратель артиллерии» думный дьяк А. Виниус. Позже артиллерию возглавлял генерал Брюс. В 1707 г. открылась артиллерийская школа.

Сам Петр был лучшим артиллеристом. Он много работал над усовершенствованием материальной части артиллерии и над ее тактическим применением. Он очень часто беседовал с полковником Леметри, руководившим изготовлением материальной части артиллерии, и давал ему ряд ценных указаний.

Особенное внимание Петр обращал на подвижность, маневренность артиллерии. До 1706 г. артиллерию перевозили на обывательских подводах, а затем был установлен специальный набор людей и лошадей для обслуживания артиллерии.

В тактическом применении артиллерии Петр I не придерживался принятого в западных армиях шаблона — ставить артиллерию на возвышенности и перед фронтом. Он отверг эту традицию и ставил артиллерию там, где требовала обстановка. Часто артиллерия ставилась и на флангах, и даже в глубине. Несмотря на все это, подвижность артиллерии оставляла желать много лучшего. Петр часто упрекал Шереметева в том, что он сражается старым обычаем, уходит вперед, оставляя артиллерию далеко за собой.

Соединение штыка с ружьем, проведенное в русской армии при Петре I, имело большое значение в разработке тактических форм боя. Мощный штыковой удар, которого обычно не выдерживала ни одна европейская армия, был сильным наступательным средством русской пехоты.

Перевооружение русской пехоты ружьем с ударно-кремневым замком и штыком вызвало необходимость введения линейного построения и линейной тактики, которые являлись более прогрессивными в тот период, так как позволяли развить «полную мощь пехотного огня, равно как и полный эффект кавалерийской атаки, позволяя одновременно действовать максимальному числу людей» (Энгельс).

Переход петровской армии к линейной тактике совпал с аналогичным процессом в европейских армиях. Утверждение немецких военных историков о том, что Петр I перестроил свою армию и тактику по иностранным образцам, расходится с исторической действительностью. Не подражание готовым образцам и формам, а глубокое и, главное, критическое изучение достижений западного военного искусства, самостоятельная разработка оперативно-тактических и организационных форм применительно к особенностям русской армии — вот что характерно для Петра как реформатора русской армии, создателя ее военного искусства.

В западноевропейских армиях строго придерживались шаблонного линейного строя, который позволял командиру постоянно наблюдать за каждым шагом подчиненных ему наемных солдат, обычно старавшихся уклониться от боя. В русской армии такой необходимости не было. Это обстоятельство дало возможность Петру внести в линейную тактику существенные поправки, а в нужных случаях видоизменять боевой порядок настолько, что он приближался к глубокому построению. Еще в 1706 г. Петр предписывал Брюсу: «Становить бой по ордеру баталии: будеже кому места не будет с левой руки, становились с правой, позади один другого во столько линий, сколько ширина позволит».

Если в Западной Европе считали, что применение линейной тактики требовало специальных «плацей» и «полей» сражения, то Петр нарушил этот принцип и первый оценил выгоды проведения боя на пересеченной местности. Учитывая этот опыт, он писал в своем приказе Апраксину (октябрь 1708 г.), действовавшему против Либекера на Карельском перешейке: «Только зело прошу, чтобы не гораздо на чистом поле, но при лесах, в чем привеликая есть польза, как я сам испытал на сей (Лесной) баталии».

В инструкции, данной армии в 1713 г. перед Фридрихштадтским боем, Петр указывал: «Накрепко смотреть, чтобы друг другу секундовать… когда неприятель пойдет на одно крыло, то другому крылу неприятеля с тыла во фланг атаковать». Наряду с этим он большое значение придавал использованию огня пехоты.

Укомплектованная надежным солдатским составом, заинтересованная в защите Родины, русская армия могла применять не только залповый огонь из линейного построения, но и вести прицельную индивидуальную и групповую стрельбу, которой солдаты обучались. В западноевропейских армиях, где наемные солдаты были пригодны только к механическому действию в сомкнутом строю, применялся лишь залповый бесприцельный огонь. Петр I усиливал огневую мощь своих войск и тем, что он обязывал первую шеренгу стрелять лежа, вторую с колена, а третью стоя. Введение ружья со штыком придало русской пехоте большую наступательную мощь.

Являясь противником шаблона в военном деле, Петр указывал, что расположение войск в бою «зависит от осторожности, искусства и храбрости генерала, которому положение земли, силу неприятеля и обыкновение оного знать и потому свое дело управлять надлежит».

Обращает также внимание решение им вопроса о месте начальника в бою. Петр требовал от начальников занимать такое место во время боя, чтобы иметь возможность управлять войсками, но «когда необходимая нужда того требует», служить примером доблести, ведя за собой солдат.

Огромное значение в истории военного искусства имели новаторства Петра в области полевой фортификации. Подготавливая поле Полтавской битвы, Петр I совершил переворот в применении полевых укреплений, а вместе с тем нанес сокрушительный удар линейной тактике, применявшейся тогда всеми передовыми европейскими армиями. Созданная им система редутов была могучим средством для расстройства линейного порядка войск, идущих на обороняющуюся русскую армию. Она давала возможность обороняющимся расстроить ряды противника, выбить инициативу из его рук и перейти на него в решительное наступление. Петровские редуты имели не только оборонительное значение, как это думают некоторые историки, но и наступательное. После Полтавской битвы они применялись во всех европейских армиях.

Петр I обращал большое внимание на организацию четкого управления войсками. В учреждении им должности «генерал-квартирмейстера» с определенным штатом офицеров можно видеть зачатки современного генерального штаба.

Устав гласил: «Генерал-квартирмейстера требует мудрого, разумного и искусного человека в географии и фортификации, понеже ему надлежит учреждать походы, лагери и, по случаю, фортификации и ретраншементы и над оными надзирание иметь, а особливо при небольших войсках, в которых инженеры обыкновенно под его надзиранием и командою обретаются. А ежели таковой и артиллерию при том же разумеет, то может и оною командовать, а особливо надлежит ему генерально оную землю знать, в которой свое и неприятельское войско обретается. Такожде какие реки, проходы, дифилеи и горы, леса и болота находятся». Причем «когда определится, что войску маршировать и в ином месте стать, которое место ему не весьма знакомо и от неприятеля опасное, тогда осматривает он за день с добрым экскортом кавалерии таковое место, какое положение имеет и какими надежными путями войско туда маршировать может. Еже все оное через своих подчиненных офицеров ландкартой нарисовать и изобразить должен, а при возвращении своем доносить, что при том внимать надлежит, дабы генералитеты наперед не только положение места знать, но и меры свои по тому восприять могли».

В полках, бригадах и дивизиях были введены должности «квартирмейстера». Петр I требовал от командиров частей и соединений документации всех оперативных планов, изучения и описания театра войны, путей сообщений, географического и экономического описания районов предполагаемого театра военных действий. Причем Петр I обращал особенное внимание на изучение опыта войны. Всеми этими вопросами занимались квартирмейстеры, которые должны были иметь «Записную книгу или протокол» и «все походы и бывшие лагери записывать и чертежи оным рисовать». Они должны были поддерживать теснейшую организационную связь с начальниками частей и соединений, быть их ближайшими помощниками. Однако не всем квартирмейстерам удавалось осуществить такую связь вследствие их слабой подготовки.

В практику управления войсками после Нарвского поражения Петр ввел русский язык и для иностранцев, находившихся на русской службе. Он создал командные кадры из русских людей, так как иностранцы не всегда добросовестно служили и не пользовались доверием у солдат. Некоторые из них, как это было при Нарве, изменяли воинскому долгу. Офицеры-иноземцы зачастую не знали ‘русского языка и, будучи очень далекими от нужд солдат, мало заботились об их обучении. Солдаты в свою очередь ненавидели иноземных офицеров.

На основании Устава 1716 г. офицерами могли быть выходцы из различных слоев населения, «ежели таковые люди не только в экзерциции при кавалерии или инфантерии, но и в протчих военных науках, особливо в артиллерии или фортификации обученные, то толь лучше еще могут при некоторых акциях себя оказать и от других, которые в таковых науках неискусны, отличиться и скорее чин получить».

Учрежденный Петром I в 1722 г. «Табель о рангах» являлся венцом петровских реформ не только гражданских учреждений, но и армии. Согласно «Табеля о рангах» все должности разделялись на 14 рангов или классов. В армии это были чины от фендрика (прапорщика) до генерал-фельдмаршала, во флоте — от корабельного комиссара до генерал-адмирала, на гражданской службе — от коллежского секретаря до канцлера. Все чины первых восьми рангов причислялись (с потомством) к дворянству «во всяких достоинствах и авантажах, хотя бы они и никакой породы не были». «Табель о рангах» давал возможность отдельным наиболее способным выходцам из других слоев населения, защищавшим интересы господствующего класса, тоже продвигаться в чинах. Воспользоваться этим, разумеется, могли только единицы. «Табель о рангах» заставил помещиков учиться. Тем самым обеспечивалась подготовка командных кадров для русской армии.

В XVII в. европейские армии, а частично и русская армия, комплектовались посредством вербовки наемников. Петр покончил с такой системой и ввел военную обязанность всего населения, кроме духовенства.

Воинская служба при Петре для дворянства становится повинностью, а не службой за землю, как это было раньше. Состав рядовых формировался из «рекрутов» (так стали называть даточных людей с 1705 г. — Б. Т.) по 1 человеку с определенного количества дворов, после подушной переписи с определенного количества душ (в разные годы разное количество. — Б. Т.).

Первый рекрутский набор был проведен в 1699 г. До 1709 г. наборы проводились ежегодно. В особенности большой набор был в 1705 г.[191] Каждый набор давал в армию до 30–40 тысяч молодых солдат.

Длительная война поглощала очень много людей, на ней немало «перебирали людишек». Наряду с общими наборами Петр I проводил специальные. Так, в 1703 г. призвали в армию всех вольноотпущенных кабальных людей и крепостных, хозяева у которых умерли, а в 1704 г. — московских стрельцов.

Служба в армии была очень тяжелой. Многие, подлежащие приему в солдаты, не только из крестьян, но и из детей дворянских, пытались скрываться от записи в армию. Тут на помощь Петру пришли «прибыльщики и доносители». Брянский дворянин Безобразов донес, что в Брянске и в уезде… «умножилось подьячих и дьяков и прочих нижних чинов, из которых гораздо возможно довольное число набрать в службу в драгуны или в солдаты». Такие же сведения сообщал и князь Трубецкой, получивший за это 500 рублей. Петр издал указ: «Разобрать и годных в службу написать», и впредь запретил постригать в монахи до 60 лет[192].

В армию ежегодно принимались дворянские «недоросли». Одних из них, которые были склонны к учебе, готовили офицерами, а тех, которые не хотели учиться, записывали рядовыми в драгунские полки. Так из «недорослей» в 1704 г. были сформированы драгунские полки.

Таким образом, порядок комплектования офицеров и солдат для русской армии, установленный Петром I, позволил ему создать массовую единообразную по своему национальному составу армию, принципиально отличную от наемных западноевропейских армий. Созданная Петром новая вооруженная организация была прототипом будущих национальных армий Европы, которые возникли только лишь сто лет спустя — после французской буржуазной революции.

Отказавшись от принципа наемных войск, Петр значительные средства мог высвободить для вооружения армии.

О том, насколько введенная Петром военная обязанность населения опередила порядок комплектования, применявшийся в большинстве европейских армий, можно судить по следующим фактам: в Австрии правильный рекрутский набор был установлен лишь с 1722 года, а в Пруссии — лишь с начала XIX века. Принятая Петром система комплектования обеспечивала органическую связь армии со своим народом и государством. Поэтому русская армия обладала более высокими моральными качествами, чем европейские армии. Воспитание солдата и его обучение, построенные на новых принципах, заложенных Петром I, создавали условия для выработки у него стойкости и воли к победе. Высоко поднимая звание солдата, Петр I говорил: «Солдат есть имя общее, знаменитое, солдатом называется первейший генерал и последний рядовой».

В представлении русского солдата служба в армии была прежде всего государственным делом, требующим сознательного к нему отношения.

Петр старался поднять нравственные достоинства солдата и развить в нем не механическое, а сознательное исполнение воинского долга перед Родиной. Это давало возможность применять такие стратегические и тактические формы борьбы, которые были совершенно неприемлемы для наемных армий.

Основным принципом в стратегии Петр I считал «искать неприятеля на его земле», считая обязательным разобщение сил противника и разгром его по частям.

Во время пребывания Карла XII в Польше этот принцип обучения и воспитания внедрялся в русскую армию и был блестяще применен при разгроме шведов.

Этому принципу Петр I твердо следовал во всех проводимых им войнах. Азовские походы, войны со Швецией и Персией проводились Петром по принципу наступательной стратегии. Живая сила противника являлась для Петра главным стратегическим объектом войны. Этим целям были подчинены все операции Петра.

Классическим образцом в этом отношении является Ингерманландский период Северной войны. Уже тогда Петр I проявил себя как крупный дипломат и талантливый полководец. Он прекрасно помнил уроки Нарвского поражения, но он понимал и допущенные политические и стратегические ошибки противника, не сумевшего использовать свою победу. Правильно оценив политическую и стратегическую обстановку, Петр решил выиграть время, для того чтобы реорганизовать и обучить армию и, пока Карл XII был занят в Польше, путем «малой войны» уничтожить силы противника по частям.

Ингерманландский период Северной войны тем и замечателен, что в это время русская армия прошла боевую школу и подготовилась к решающим действиям. Вместе с тем была решена важнейшая стратегическая задача — овладение береговой линией Нева — Нарова. Характерно заметить, что Петр I после Нарвы изменил традиционное направление главного удара и вместо Нарвы избрал направление через Ладогу к Неве, а потом к Нарве. Это было не случайно: нужно было разобщить силы противника и бить его по частям. План операции был выполнен блестяще. Изменившаяся политическая обстановка заставила Петра перенести направление главного удара на литовско-польский театр войны, чтобы оказать помощь своему союзнику.

Петр I верил в силу своего народа, в силу своей армии. Он требовал от них твердой, железной дисциплины, преданности воинскому долгу и интересам Родины. Петр I добивался от командиров инициативы, решительности, смелости и отваги.

Он говорил: «В уставах порядки писаны, а время и случаев нет, а посему не следует держаться устава яко слепой стены». Петр I, в противоположность Карлу XII, охотно выслушивал советы ближайших помощников. Большую роль в этом отношении играли военные советы генералов и министров. Протоколы этих советов дают ценный материал для изучения военного искусства русских в Северной войне.

В управлении войсками можно найти немало примеров умения Петра и его ближайших помощников быстро оценивать создающуюся обстановку и принимать правильное решение. Образцом в этом отношении является операция, проведенная Петром против Левенгаупта. Основной замысел этой операции заключался в том, чтобы не дать Карлу XII подтянуть к себе корпус Левенгаупта и собрать силу в один кулак для прорыва оборонительной линии на пути в глубь страны. Петр решил бить противника по частям, организовав для этой цели летучий отряд «корволант». При разработке плана разгрома Левенгаупта были предусмотрены вопросы взаимодействия, указывалось командирам частей «накрепко смотреть, чтоб друг друга секундовать».

Разгром корпуса Левенгаупта в значительной степени предрешал дальнейший успех борьбы со шведами. Недаром Петр I назвал победу у Лесной «матерью Полтавской баталии». Инициатива на театре войны была выбита из рук противника.

Широкий стратегический и тактический кругозор, кипучая военная и дипломатическая деятельность Петра обеспечили победу русских над шведами в Северной войне. Все это ставит Петра I в ранг великих полководцев.

Карл XII, будучи талантливым полководцем, не внес ничего нового в историю военного искусства. Ему в наследство досталась замечательно подготовленная армия, с крепкими боевыми традициями. Пехота и кавалерия Карла XII действовали по принципам выдающегося шведского полководца Густава-Адольфа. Карл XII был замечательным исполнителем установившихся стратегических и тактических форм борьбы, но в его искусстве как полководца отсутствовали элементы новаторства. До тех пор пока он имел перед собой слабо обученные армии противника, действующие по установленному шаблону, он был непобедим. Но по мере укрепления боевой мощи русской армии и применения ею новых стратегических и тактических форм борьбы — армия Карла XII начала сдавать, так как в ней не разрабатывались новые приемы борьбы. Она вступила в полосу кризиса и на полях Полтавы потерпела невиданное поражение.

После Полтавы Петр I широко использовал плоды победы и применил свой основной стратегический принцип: «в его (противника. — Б. Т.) землю впасть и чинить диверсии».

Петр I был не только талантливым полководцем по управлению сухопутными войсками, но и крупным флотоводцем. Разработанный и осуществленный им оперативный план Гангутского сражения, в котором галерный флот одержал блестящую победу над мощным шведским корабельным флотом, вызывал удивление у современников. Глубокое знание всех видов военного и военно-морского искусства дало возможность Петру разработать и осуществить гениальный план овладения Финляндией посредством комбинированных действий сухопутной армии и военно-морского флота. Операции Петра I по овладению Финляндией являются классическим образцом такого взаимодействия.

Военная деятельность Петра I неразрывно связана со всей его реформаторской деятельностью. Великая заслуга Петра I заключается в том, что он понял значение для России выхода к берегам Балтийского моря и девизом своей жизни поставил борьбу за этот выход. Он сумел возглавить господствующий класс крепостников-помещиков и нарождающийся купеческий класс для решения этой великой исторической задачи. Он сумел привлечь и мобилизовать народ и армию на борьбу против иноземных захватчиков за коренные интересы страны. Сила полководческого гения Петра заключалась не только в правильном понимании природы войны и боя, но и в глубоком знании особенностей русской армии и народа. В этом величие Петра.

Обширные военные знания, кипучая государственная деятельность, энергия, самостоятельное творчество, вера в своих помощников, вера в народ и войско, уверенность в окончательной победе — все это характеризует Петра как крупного государственного деятеля и полководца, много сделавшего для укрепления своей страны, для развития русского военного искусства.

Его военное искусство в основе своей являлось оригинальным и самостоятельным, было глубоко национальным, русским. Петр создал замечательную школу русского военного искусства, из которой вышел ряд талантливых полководцев — его учеников и сподвижников.

Петр I заложил основы русского военного искусства. Справедливо считали себя русские великие полководцы и флотоводцы учениками Петра I. Когда 146 лет тому назад, в марте 1799 г., русско- турецкая эскадра под флагом вице-адмирала Ушакова одержала блистательную победу в Средиземном море, захватив остров и крепость Корфу, и принудила к капитуляции французский гарнизон, великий русский полководец Суворов, получивший известие об этой победе, воскликнул: «Великий Петр наш жив!.. Ура! Русскому флоту! Зачем я не был при Корфу хотя мичманом?».

Основные принципы петровского военного искусства были восприняты и развиты великими русскими полководцами XVIII и начала XIX века — П. А. Румянцевым, А. В. Суворовым и М. И. Кутузовым. Петр I был в числе учителей и Наполеона I. Готовясь к походу против России, Наполеон тщательно изучал историю Северной войны и причины поражения в этой войне Карла XII.

Особенность Северной войны состоит в том, что обычно армии тщательно готовились к войне, между тем как армия Петра одновременно и формировалась, и обучалась, и сражалась.

Русский, украинский и белорусский народы в борьбе с иноземными захватчиками проявили чудеса храбрости и героизма.

Петр I хорошо знал исторически сложившиеся черты русского народа: любовь к родине, выносливость, стойкость, твердый характер, сметку, терпение и храбрость. Без этих качеств невозможно было преодолеть трудности, вызванные войной. На эти качества русских людей и рассчитывал Петр. Они стали традицией нашего народа. Эти традиции народы нашей страны свято хранят, и каждый раз, когда враги пытаются поработить нашу страну, они всегда встречают сокрушительный отпор.

После Северной войны и преобразований, проведенных Петром I, внешнеполитическое положение России укрепилось, и она значительно продвинулась вперед в экономическом и культурном отношении, частично преодолев свою отсталость.

Однако «ни один из старых классов, ни феодальная аристократия, ни буржуазия, не мог разрешить задачу ликвидации отсталости нашей страны»[193]. И только рабочий класс под руководством партии Ленина — Сталина после победы Октябрьской социалистической революции смог решить эту задачу.



Маневренные действия во время вторжения шведов в русское государство с 5. VII.1708 г. по 30.VI.1709 г.


Общая карта театра Северной войны.

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги
Реклама

Генерация: 0.499. Запросов К БД/Cache: 3 / 1