Глав: 15 | Статей: 23
Оглавление
В книге о Северной войне изложен ход этой войны, на конкретных операциях показаны полководческая деятельность Петра I и новые оперативно-тактические принципы ведения войны, разработанные им. Рассказано о героической партизанской борьбе русского, украинского и белорусского народов против шведских захватчиков. В книге изложен ряд других вопросов, связанных с организацией, обучением и воспитанием русской регулярной армии, ставшей при Петре I одной из самых сильных армий в Европе.

Настоящий труд является результатом длительного исследования автором этой темы. Материалом для исследования служили документы о Северной войне, опубликованные в XVIII, XIX веках и в начале XX века. Кроме этого, были привлечены новые архивные материалы Центрального военно-исторического архива. По Государственному архиву феодально-крепостнической эпохи (ГАФКЭ) использованы два фонда — кабинетные дела Петра I и дела Министерства иностранных дел.

Книга рассчитана на офицерский состав Красной Армии, преподавателей истории военного искусства, преподавателей вузов и партийный актив.

2. Первый период обороны Полтавы

2. Первый период обороны Полтавы

В первых числах апреля в сопровождении старших начальников и Мазепы Карл XII отправился к Полтаве для личной рекогносцировки. После нее король сделал вывод, что эта крепость будет не в состоянии долго держаться. Захват Веприка позволил королю предположить, что такая же участь постигнет и Полтаву. В 20-х числах апреля Карл XII решил штурмом захватить ее в свои руки.

Сравнительно небольшая крепость Полтава располагалась на правом высоком берегу Ворсклы, при впадении в нее р. Коло- мак. В месте своего слияния эти реки образовали множество рукавов, протекавших в широкой низменной долине, покрытой непроходимыми болотами, чрезвычайно затруднявшими сообщение города с восточным берегом Ворсклы. Крутые возвышенности правого берега не подходили к реке вплотную, а были отделены расстоянием до 1 километра от ее русла.

Восточная и западная части крепости окаймлялись оврагами; на востоке они подходили вплотную к ограде, а на западе не доходили до нее на 100 саженей. Небольшой овраг разделял крепость на две части.

Оборонительная ограда, имевшая форму бастионов, состояла из земляного вала и палисада, обнесенного рвом. Такие укрепления не представляли серьезной преграды для первоклассной в то время армии шведского короля. Незадолго до осады Петр I приказал исправить прежние и выстроить новые укрепления. Гарнизон Полтавы состоял из 4 тысяч солдат и 2 500 вооруженных жителей при 28 орудиях. Во главе их стоял храбрый, энергичный и верный воинскому долгу полковник А. С. Келин.

В конце апреля шведы появились под стенами Полтавы. Одна часть их расположилась в укрепленном лагере, а вторая — в окрестных деревнях, прилегающих к Полтаве. В Будищах для прикрытия предстоящей осады был оставлен под командованием генерала Росса обсервационный отряд в составе двух драгунских и двух пехотных полков.

Сосредоточив свои войска у Полтавы, шведы приступили к осадным работам, руководство которыми было возложено на генерал- квартирмейстера шведской армии Гилленкрока, — «маленького Вобана», как его называл шведский король.

У генералитета шведской армии не было единого мнения о целесообразности осады Полтавы. Многие генералы не верили в возможность взятия Полтавы и убеждали Карла отказаться от этой операции. Такого мнения, в частности, придерживался Гилленкрок. Но Карл приказал начать работы и форсировать осаду Полтавы.

Карл XII хвастливо заявлял своим генералам, что русские, засевшие в такой «ничтожной» крепости, сдадутся шведам при первом пушечном выстреле по городу. Однако небольшой гарнизон крепости проявил изумительную стойкость и задержал шведскую армию у своих стен на три месяца.

После тщательной рекогносцировки окрестностей Полтавы Гилленкрок составил план осады: было решено атаку вести с западной стороны города, а осадные работы ограничить тремя параллелями, соединив их между собой простыми ходами сообщения. Для производства работ был организован большой наряд солдат с таким расчетом, чтобы в первую же ночь наступления добраться до крепостного рва, а потом внезапно атаковать русских.

Еще до начала осадных работ (28 и 29 апреля) шведы сделали попытку штурмом взять Полтаву. Встретив мужественное сопротивление полтавского гарнизона, они вынуждены были отступить.

На следующий день с наступлением темноты шведы приступили к осадным работам. Как только гарнизону стало известно, что шведы проводят осадные работы у стен крепости, полковник Келин решил немедленно сделать вылазку.

Отряд, вышедший из крепости, быстро опрокинул сторожевые пикеты шведов, прикрывавшие осадные работы, и напал на них столь внезапно, что те и оглянуться не успели, как русские оказались в траншеях. Овладев их шанцевым инструментом, русские благополучно вернулись в Полтаву.

В связи с тревогой шведов, начавшейся на месте работ, к ним на подмогу было послано подкрепление, но оно уже не нашло русских в окопах и двинулось к крепости. В час ночи 1 мая у крепостной ограды завязался горячий бой, продолжавшийся до рассвета. В этом бою шведы потеряли около 500 человек и вынуждены были отступить. Русские потеряли 212 человек убитыми и ранеными.

На следующий день с наступлением ночи шведы снова приступили к осадным работам, но гарнизон Полтавы неоднократно повторял внезапные налеты на шведов. Еще в течение апреля был совершен ряд успешных вылазок, во время которых разрушались осадные сооружения шведов, захватывалось оружие и шанцевый инструмент. Осажденные полтавчане успешно отбили ряд штурмов. Несмотря на большие потери, понесенные во время штурмов, шведы продвигали вперед свои осадные сооружения и им удалось дойти до крепостного рва.

«Вчерашнего дня, — писал Меншиков государю 5 мая, — получили мы от коменданта Келина письмо, что шанцы под самый ров подведены»[129].

Гилленкрок, руководивший осадными работами, считал свою задачу выполненной и советовал королю попытаться открытой силой овладеть крепостью. Но король, располагавший к этому времени уже точными сведениями о состоянии крепостных валов, считал необходимым продолжать и дальше инженерную атаку, «пройти сапами (траншеями) через ров и заложить мины под крепостной вал»[130].

Полковник Келин, предвидя бомбардировку города, занялся утолщением крепостных валов и время от времени производил вылазки на шведов.

Время с 4 по 14 мая прошло в тщательной подготовке сторон к сражению.

Когда весть об осаде Полтавы дошла до главных сил русской армии, она была передвинута из Богодухова к р. Ворскла. 2 мая главные силы расположились между Котельной и Лихачевкой.

Сосредоточение русской и шведской армий к Полтаве совершалось почти одновременно, что затрудняло командованию оценку обстановки, и только к 5 мая для Меншикова она частично стала ясна. Меншиков считал, что гарнизон сам справится с обороной крепости. Это свидетельствует о том, что в русском лагере еще твердо не знали о намерении шведов штурмовать крепость всеми своими силами.

Только на следующий день, когда Меншиков получил донесение от Келина, ему стало совершенно ясно, что дело под Полтавой принимает серьезный оборот. В донесении говорилось, что «неприятель оную крепость уже несколько раз жестоким приступом атаковал и хотя с великим уроном отбит и через вылазки многих людей потерял, однако же до сего времени помянутой город в крепкой блокаде держится».

Меншиков, получив сведения о тяжелом положении осажденных, 28 апреля созывает военный совет и на нем «за благо разсудили», «дабы сильную какую подвесть над неприятелем диверсию и онной крепости отдых учинить». На совете было решено произвести нападение на Опошню и Будище для того, чтобы отвлечь внимание противника от крепости.

Нападение на шведов предполагалось произвести одновременно в трех направлениях. Главные силы должны были оставаться на левом берегу Ворсклы и быть в полной готовности «сикурсовать» в том направлении, «куда неприятель сильнее наступит».

В ночь с 6 на 7 мая русские отряды успешно переправились на правый берег Ворсклы у Опошни и двинулись на обсервационный отряд Росса. Но наступление русских шведы быстро обнаружили и открыли сильный пушечный и оружейный огонь. Однако натиск русских был настолько стремительным, что им удалось сбить линию прикрытия и захватить одно знамя, две пушки и 180 пленных, в числе которых оказался майор Лоде. Остальная часть солдат линии прикрытия разбежалась, и для русских открылся путь к Опошне.

Но Росс, осведомленный о наступлений русских, быстро поднял по тревоге главные силы своего отряда — два пехотных и два драгунских полка — и двинул их против русских, направляющихся к Опошне. Убедившись в превосходстве сил русских, Росс не решился вступить с ними в бой, и после первого залпа со стороны наступающих он зажег предместье и, «не дождавшись шпажного бою, с великой конфузней и стыдом» отступил в Опошненский замок[131].

Русский отряд уже подошел к замку и приготовился к его штурму. Но Меншиков, стоявший во главе этой операции, получил сведения о движении к Опошне шведских подкреплений. Сам король с двумя гвардейскими батальонами и с четырьмя драгунскими полками двигался на помощь осажденным.

Тогда русские отвели свои части снова на левый берег Ворсклы, и королю удалось догнать только часть русского арьергарда, находившегося у переправы на правом берегу реки. «Наши, остановясь, дали по них из пушек и из мелкого ружья несколько добрых залпов, от чего они, шведы, принуждены с уроном отступить к Опошне. И наши потом с добрым порядком перешли через реку Ворсклу паки в обоз свой счастливо». Итак, намеченный план отвлечения шведов от Полтавы не привел к желанным результатам.

Русским удалось только временно отвлечь шведов от Полтавы и освободить несколько сот украинских казаков, которых «с женами и детьми… шведы за крепким караулом и непрестанной жестокой работе держали».

Шведский король простоял с ночи на 7 по 8 мая в ожидании нового нападения русских, а затем решил подтянуть свои войска ближе к Полтаве. Шведская пехота расположилась около крепости, а конница заняла деревню Жуки. «Неприятель после бывшей акции из Опошни и из Будищ и из других мест пошел с великим поспешением к главному своему корпусу, который обретается около Полтавы и оную облегли и желают, чтобы достать»[132].

Русская кавалерия, оставленная Меншиковым на правом берегу Ворсклы, расположилась севернее деревни Жуки и вела непрерывное наблюдение за противником. Она уничтожала отдельные шведские отряды, как только они отделялись от главных сил своей армии. Обессиливая таким образом неприятеля, Меншиков сообщил Петру: «Мы повседневно чиним здесь неприятелю диверсии, но желаю к тому скорого к нам прибытия вашей милости, ибо ко всему знатная прибудет резолюция; баталии елико возможно оберегаемся, а понеж неприятель со всей силой против нас собрался, и по вашему указу послал к Шереметеву, чтобы, оставя Волконского с тремя полками при гетмане, к нам поспешал, також Долгорукову велел сюда итти».

9 мая Меншиков получил письмо от Петра с советом «в осаде полтавской гораздо смотреть надлежит, дабы оная… освобождена (была) или по крайней мере безопасна была от неприятеля, к чему предлагаю два способа: первое — нападение на Опошню и тем диверсию учинить; буде же то невозможно, то лучше притить к Полтаве и стать при городе по своей стороне реки (как было у Новгородка-Северского), понеже сие место зело нужно… и сим способом неприятель достать ево не может, ибо всегда возможно в город людей прибавливать и амуницию; протчее дается на ваше доброе рассуждение»[133].

Один из рекомендованных Петром способов борьбы был уже испытан и не дал желательных результатов, поэтому Меншиков применил второй способ.

12—13 мая русская армия спустилась вниз по левому берегу Ворсклы и сосредоточилась у деревни Крутой Берег, против Полтавы. Главное внимание сейчас русское командование обращает на оказание немедленной помощи осажденному гарнизону. 15 мая Меншикову путем сложного маневра в сопровождении местных жителей под прикрытием темноты удалось перебросить в крепость отряд Алексея Головина в составе 1 200 человек[134].

Переодетый в шведское обмундирование, отряд перешел скрытно через болото и подошел к окопам шведов, которые приняли смельчаков за своих и пропустили их. На окрик «Кто идет?» — бригадир Головин ответил по-немецки, что он ведет команду для осадных работ под Полтаву. Шведы обнаружили свою ошибку, но было уже поздно: русский отряд штыками проложил себе дорогу к крепостным воротам. Причем русские перекололи до 200 шведов, потеряв сами в этой смелой операции 33 человека. «Каждый из солдат отряда принес по мешку с порохом, перенеся его через воду на голове»[135].

Карл XII, узнав об искусно исполненной операции, сказал: «Я вижу, что мы научили русских воевать».

После этой операции русские пытались каким-либо образом оказать еще помощь осажденным в Полтаве. Так, через непроходимые болота у реки Ворскла начали строить гати из фашин, отдельные конные отряды продолжали производить нападения на шведов в целях отвлечения их внимания от крепости. Но эти меры не помогли, и шведы продолжали окружать Полтаву тесным кольцом.

Первый период осады Полтавы представляет собой поучительный урок в истории военного искусства. Сравнительно небольшой гарнизон храбрых патриотов, обложенный лучшей в то время европейской армией, дал возможность русскому командованию выиграть время и сосредоточить свою армию для решающей схватки с врагом.

Полтавский гарнизон под руководством мужественного полковника Келина вел активную оборону крепости. Келин внимательно следил за действиями шведов, производил почти ежедневно вылазки на противника, во время которых у рабочих команд шведов захватывался шанцевый инструмент и разрушались построенные ими саперные сооружения. Обороняющиеся наряду с применением обычных средств борьбы — артиллерийский огонь, постройка внутренней линии обороны, саперные работы — изобрели совершенно новые средства борьбы, например применялась особая машина с крюком, при помощи которой шведы «вынимаются из сапов».

Мужественные защитники Полтавы своевременно поддерживались полевой армией. Как только дошли тревожные слухи о тяжелом положении Полтавы, Меншиков принял срочные меры по оказанию помощи осажденному гарнизону (принцип взаимоподдержки). Он сосредоточил всю армию у Полтавы, предвидя неизбежность генерального сражения со шведами.

Однако, имея указания Петра I избегать пока решительного сражения со шведами, Меншиков принял ряд мер по оказанию помощи гарнизону: произвел нападение на Опошню, усилил гарнизон посредством переброски отряда Головина, пытался установить непосредственную связь с гарнизоном, стремился удержать в своих руках мост через Ворсклу.

За мост развернулась упорная борьба между шведами и русскими. Шведы, имея большой опыт в инженерном искусстве, не дали русским установить непосредственную связь с Полтавой. Но меры, принятые Меншиковым, хотя и не всегда приводили к положительным результатам, все же усиливали стойкость гарнизона и значительно подтачивали силы противника.

Следует признать, что Карл XII правильно оценил значение Полтавы: падение ее укрепило бы стратегическое положение шведов. Правильно он выбрал главное направление инженерной атаки с западной стороны. Не прекращая осады Полтавы, он сумел отразить наступление русских отрядов и оказать своевременную поддержку отряду Росса.

Ошибочным действием шведов было производство штурмов крепости без достаточной подготовки и малыми отрядами. Идея осады Полтавы была вообще бессмысленной. Если Карл XII решил дать генеральное сражение русской армии, ему нужно было обеспечить сохранение сил своей армии. Чтобы прорваться на Белгород, не обязательно было идти через Полтаву.

Оглавление книги

Реклама
Похожие страницы

Генерация: 0.147. Запросов К БД/Cache: 3 / 1