Глав: 12 | Статей: 12
Оглавление
В начале Великой Отечественной войны тяжелый танк КВ-1 являлся самой мощной и самой передовой по конструкции машиной в мире. Сильное вооружение и толстая броня помогали ему выходить победителем в столкновениях с немецкими танками, для которых встреча с КВ-1 стала неприятным сюрпризом.

Трудно переоценить вклад, который внесли в победу наши тяжелые танки, принявшие на себя удар противника в самый трудный для нашей страны, первый год войны. Конструкция «кавэшки» послужила основой для проектирования и создания танков ИС, которые, переняв эстафету у КВ-1, с триумфом вошли в Берлин.
Максим Коломиецi

ОГНЕМЕТНЫЕ КВ

ОГНЕМЕТНЫЕ КВ

К началу Великой Отечественной войны в танковых частях Красной Армии имелось большое количество огнеметных танков XT-26, ХТ-130 и ХТ-133, разработанных в 1932–1939 годах. Однако опыт боевых действий на Халхин-Голе и, особенно, война с Финляндией показал, что эти машины имеют недостаточную дальность огнеметания (до 70 метров) и часто не могут подойти к целям на дистанцию выстрела. Это было, прежде всего, связано с устройством пневматических огнеметов, в которых для выброса струи огнесмеси использовались баллоны со сжатым воздухом. Такая конструкция не позволяла бесконечно повышать давление для увеличения дальности стрельбы, а сами баллоны с воздушными шлангами сильно усложняли конструкцию огнемета.

Еще с 1938 года на заводах № 174 в Ленинграде и № 37 в Москве начались работы по созданию порохового танкового огнемета. В этой системе огнесмесь выбрасывалась при помощи поршня под давлением пороховых газов, образовавшихся при горении пороха в специальных патронах. За счет большего (по сравнению с пневматическим огнеметом) давления, дальность действия огнемета увеличивалась до 100 метров и даже более.



Танк КВ-13, вид справа. Челябинск, осень 1942 года. Машина оснащена гусеницами от танка Т-34, опорные катки литые, с отверстиями в диске (АСКМ).

В мае 1940 года на заводе № 37 под руководством инженера Данилова был изготовлен первый образец автоматического порохового огнемета. Его установили в танк БТ-7 и испытали. Но в связи со снятием с производства БТ-7 в ноябре 1940 года все работы по пороховому огнемету передали заводу № 174, который получил задание изготовить опытный образец огнемета для танка Т-50. Используя опыт испытаний БТ-7 и свои собственные разработки, группа конструкторов завода № 174 которую возглавляли инженеры И. Аристов и Елагин, предложила свою конструкцию огнемета. В ней вместо воздуха использовались пороховые заряды укороченных артиллерийских гильз небольшого калибра (20–37 мм). В ходе проведенных исследований удалось достичь дальности огнеметания до 120 метров, что почти в два раза превышало результат пневматических танковых огнеметов.

Почти одновременно был готов пороховой огнемет конструкции HATИ, спроектированный под руководством инженера Данилова, переведенного в HATИ с завода № 37. Однако последующие испытания показали, что конструкция Аристова и Елагина более удачная.

К концу февраля 1941 года испытания автоматического порохового огнемета завода № 174 были завершены. При массе в 45 кг он имел скорострельность до 20 выстрелов в минуту при емкости одного выстрела 10 литров (поэтому в документах он еще иногда именовался «10-литровым огнеметом»). В нем использовался автоматический затвор «типа пулемета ДС системы Дегтярева» и укороченные 37-мм гильзы от пушки Шпитального с пороховым зарядом массой 50–55 грамм. Гильзы (шесть штук) укладывались в смонтированный сверху магазин. Автоматика огнемета позволяла вести огнеметание как одиночными, так и групповыми выстрелами (до 6 штук), после чего нужно было перезарядить магазин. В целом проведенные испытания показали вполне удовлетворительную работу автоматического порохового огнемета завода № 174, хотя ряд узлов и требовал доработки.



Танк КВ-13, вид сзади. Челябинск, осень 1942 года. Хорошо виден съемный кормовой лист с люками для доступа к агрегатам трансмиссии (АСКМ).

13 марта 1941 года принимается постановление Совета народных комиссаров СССР и ЦК ВКП(б) № 525–224 ее, озаглавленное «О вооружении огнеметами танков КВ, Т-34 и Т-50». Согласно этому документу предполагалось в каждом танковом полку танковой дивизии иметь по две роты КВ (20 машин) и две роты Т-34 (32 штуки), а в танковом полку моторизованной дивизии четыре роты Т-50 (64 штуки), вооруженных автоматическими пороховыми огнеметами конструкции завода № 174. Установку предполагалось монтировать в передней части корпуса рядом с механиком-водителем.

К 1 мая 1941 года завод № 174 должен был изготовить четыре образца порохового огнемета, установить их в танки и провести испытания. А с 1 июля Люберецкий машиностроительный завод под Москвой, выпускавший 50-мм ротные минометы, обязан был начать серийный выпуск огнемета, который получил обозначение АТО-41 (автоматический танковый огнемет образца 1941 года). По первоначальному плану до конца года требовалось поставить в армию 1100 огнеметных танков, из них 700 КВ.

Проект установки огнемета в КВ-1 был подготовлен конструкторским бюро СКБ-2 к 25 марта 1941 года. Она размещалась в лобовом листе корпуса, справа от механика- водителя, и снаружи защищалась шарообразной бронировкой. Однако с изготовлением самих огнеметов произошла некоторая задержка: из-за внесения ряда изменений в конструкцию чертежи были окончательно утверждены только 17 апреля, после чего их передали Люберецкому заводу Чуть позже три опытных образца порохового огнемета, изготовленных заводом № 174, начали монтировать в танки, но дело шло медленно. Лишь 12–13 июня 1941 года огнеметный вариант КВ-1 прошел испытания в окрестностях Ленинграда.



Продольный разрез танка КВ-13, копия заводского чертежа (АСКМ).

Огнемет монтировался в лобовом листе корпуса справа, огонь из него вел механик- водитель при помощи заряжающего, так как расположение магазина и укладки патронов не позволяли водителю перезаряжать огнемет и устранять задержки в работе автоматики. В своих выводах комиссия, проводившая испытания, отмечала:

«1. Огнеметная установка в основном отвечает тактико-техническим требованиям, за исключением горизонтальной наводки, которая отсутствует, и угла подъема (3,5 град, вместо 10 град).

2. Всего было произведено 72 выстрела (7 зарядок).

3. Огнемет размещен за счет снятия 19 снарядов боевой укладки танка справа от водителя.

4. Расположение огнемета требует для обслуживания, при огнеметании с хода, двух членов экипажа (водителя и заряжающего)».

Несмотря на то, что в работе самого огнемета было отмечено большое количество различных недоработок, в своем заключении комиссия записала:

«Установка огнемета в танке КВ-1 в основном соответствует тактико-техническим требованиям.

Предложить заводу № 174 устранить указанные в акте дефекты в установке.

После устранения выявленных дефектов установка огнемета в танке КВ-1 может быть рекомендована на серийное производство».

Однако после начала Великой Отечественной войны работы по доводке огнеметной установки в КВ прекратились — конструкторам Кировского завода пришлось решать вопросы увеличения выпуска танков КВ-1. Кроме того, Люберецкий завод до своей эвакуации осенью 1941 года так и не смог начать серийный выпуск огнеметов.

Однако в сентябре 1941 года несколько танков КВ-1, изготовленных в Ленинграде, вооружили огнеметами. Скорее всего, это были изготовленные заводом № 174 образцы для проведения испытаний. Огнеметы монтировались в лобовом листе корпуса КВ-1, справа от механика-водителя в бронированной установке. В документах военной приемки фигурируют три таких машины, именовавшихся «КВ-1 с установкой огнеметов» — №№ 5156, 5157 и 5158. 13 сентября 1941 года эти машины отправили в распоряжение АБТВ Ленинградского фронта. Причем в документах отгрузки указаны четыре машины: № 5156, 5157 и 5158 «плюс одна ремонтная». Возможно, ремонтный танк также получил огнеметную установку, подтверждением чего служат документы 124-й танковой бригады, в состав которой включили эти танки. Бригада начала формирование 17 сентября 1941 года и, по сведениям о численном составе на 23 сентября в ней имелось 46 танков КВ, из них 4 огнеметных. В ходе боев 8-10 октября 1941 года под Урицком (ныне Гатчина) все огнеметные КВ были потеряны.

Существовал еще один вариант вооружения КВ-1 огнеметом, разработанный летом 1941 года. 15 июля провели испытание одно- стрельного порохового огнемета, разработанного конструктором Люберецкого завода С. Новиковым. Устройство представляло собой цилиндр диаметром 145 мм и длиной 1300 мм с емкостью выстрела 21,4 л.



Танк КВ-13, вид спереди. Челябинск, осень 1942 года. Хорошо видна форма литой передней части корпуса. Машина оснащена гусеницами от танка Т-34 (АСКМ).

Огнемет установили на правой надгусеничной полке КВ-1, причем крепление на танке осуществили «с помощью подручных средств (проволока и другое)». В ходе испытаний удалось достичь дальности стрельбы до 90 м.

Производившая испытания комиссия предложила устанавливать на КВ-1 по шесть таких огнеметов (по три на каждой надгусеничной полке), а также после устранения недостатков «срочно изготовить 300 штук огнеметов для вооружения 50 танков КВ-1 и испытать огнеметы в боевых условиях». Однако данная работа не получила дальнейшего распространения.

Работы по созданию огнеметного танка на базе КВ-1 продолжились уже в Челябинске осенью 1941 года. Новая машина получила обозначение КВ-8 («объект 228»).

Для производства танковых огнеметов АТО-41 (помимо КВ ими вооружались танки Т-34) в конце ноября 1941 года на базе эвакуированного оборудования цеха огнеметов Люберецкого завода и части завода «Комсомолец» создается специализированный завод по производству огнеметов, включенный в состав наркомата танковой промышленности и получивший № 222. Предприятие разместилось на станции Тогузак Кустанайского района Челябинской области. Главным конструктором завода № 222 был назначен И. Аристов. По первоначальному плану предполагалось, что предприятие до конца 1941 года соберет 20 АТО-41 из задела, вывезенного при эвакуации Люберецкого завода, в январе 1942-го даст 200 штук, и затем перейдет на выпуск 15 штук ежедневно.

Огнемет АТО-41, который предстояло выпускать заводу № 222, являлся доработанным вариантом огнемета завода № 174. Он состоял из резервуара для огнесмеси с трубопроводом, цилиндра с поршнем, затворной коробки с механизмом автоматической перезарядки, насадки с задвижкой и зажигалкой, бензобачка с бензопроводом, краном и форсунками, воздушных баллонов и системы воздухопроводов, приборов управления. Огнесмесь выбрасывалась поршнем, перезарядка происходила автоматически под давлением огнесмеси, создаваемым в резервуаре с помощью сжатого воздуха из воздушных баллонов.



Автоматический 10-литровый танковый огнемет системы Аристова и Елагина, вид слева. Февраль 1941 года (ЦАМО).

Зажигание струи огнесмеси, выбрасываемой из насадки огнемета, производилось от факела бензина, который, в свою очередь, воспламенялся от запальных свечей. В течение 10 секунд из АТО-41 можно было произвести до трех выстрелов. Дальность огнеметания стандартной смесью (мазут-керосин) составляла до 90 м, а вязкой огнесмесью до 110 м.

Первый образец огнеметного КВ-8 изготовили в декабре 1941 года. В отличие от варианта, созданного в Ленинграде, теперь огнемет установили в башне, он монтировался в одной установке с 45-мм танковой пушкой и пулеметом ДТ. Для того, чтобы внешне огнеметный танк не отличался от линейных, 45-мм пушку снаружи прикрыли массивным маскировочным кожухом, таким образом, создавая иллюзию 76-мм орудия. Для огнесмеси имелось три бака: один емкостью 450 л размещался на дне боевого отделения, а два по 120 л в нише башни. Боекомплект для 45-мм пушки составлял 85 выстрелов, для огнемета — 90 выстрелов (гильз). Экипаж КВ-8 был сокращен до четырех человек. Никаких изменений в конструкцию корпуса или ходовой части танка по сравнению с серийным КВ-1 не вносилось. Основным назначением КВ-8 являлось подавление укрепленных огневых точек типа ДОТ и ДЗОТ, уничтожение живой силы, танков и бронеавтомобилей противника.

В конце декабря 1941 года первый экземпляр танка КВ-8 отправили в Москву. 5 января 1941 года на полигоне завода № 8 в Мытищах машину осмотрели члены Государственного Комитета Обороны СССР и представители промышленности и наркомата обороны. Среди присутствующих были Н. Вознесенский, К. Ворошилов, В. Малышев, Н. Воронов, Я. Федоренко, И. Зальцман, Н. Яковлев и другие. Танк был показан в движении, и произвел несколько выстрелов из пушки и огнемета. В своем заключении присутствующие отмечали хорошие ходовые качества машины, высокую дальность огне- метания (95 м), и удовлетворительное размещение вооружения и боекомплекта. Среди замечаний отмечались:

«1. Устранить горение поджигающего бензина между выстрелами.

2. Устранить попадание бензина и огня через маску внутрь танка.

3. Обеспечить при нормальном темпе стрельбы и полной заправке резервуаров горючей смесью не менее 60 выстрелов.

4. Проверить и устранить все отмеченные неполадки в работе автоматики АТО-41.

5. Считать необходимым один из танков КВ-8 программы завода на январь-февраль месяцы подвергнуть испытанию с целью проверки устранения всех отмеченных недочетов при изготовлении опытной партии».



Автоматический 10-литровый танковый огнемет системы Аристова и Елагина, вид справа. Февраль 1941 года. Сверху видна вертикальная обойма для укладки патронов (ЦАМО).

На следующий день, 5 января 1942 года, И. Сталин подписал постановление ГКО № 1111сс в котором говорилось:

«Принять на вооружение и приступить к производству КВ-8.

Изготовить КВ-8 в январе 10 штук, в феврале 50 штук, устранив недостатки, отмеченные в акте от 5 января 1942 года».

Однако сразу наладить производство КВ-8 не удалось из-за отсутствия огнеметов — завод № 222 разворачивал их выпуск с большим трудом. В донесении о выпуске КВ-8 по поводу этого предприятия говорилось:

«Этот завод не имеет гальванической и термических мастерских, литейной для ковкого чугуна, аппаратов для автогенной сварки, кислорода и т. п.

Часть станочного оборудования завода, металл, заготовки, топливо и строительный материал с железнодорожной ветки ст. Тогузак Южно-Уральской железной дороги на завод не вывезены, и с наступлением весенней распутицы завод окажется еще в более тяжелом положении».

В феврале опытный танк КВ-8, после доработки конструкции, прошел всесторонние испытания в районе городов Челябинска и Копейска. Комиссия под председательством генерал-майора танковых войск Попова, проводившая эти испытания, дала высокую оценку качества машины.

За январь Челябинский Кировский завод не сумел изготовить ни одной машины, а в феврале сдал всего два КВ-8:

«На 20 февраля изготовлено два образца, один из них принят. Работа по доводке в основном закончена. Огнемет рассчитан на 15–20 выстрелов. При увеличении количества выстрелов и ускорения темпа стрельбы происходят осечки в результате большого нагарообразования. Чертежи и техусловия на изготовление КВ-8 согласованы».

Фактически серийное производство КВ-8 началось лишь в апреле 1942 года. В своей докладной записке в БТУ КА по поводу выпуска огнеметных машин военпред завода подполковник Петров сообщал:

«Выпуск танков КВ-8 во II квартале проходил при общем подъеме, подкрепленным письмом т. Сталина. По КВ-8 завод испытывал трудности освоения и наличия дефектов по АТО-41.

В III квартале КВ-8 и АТО Кировским заводом освоены, и программа двух месяцев полностью выполнена».



Танк КВ-1 с установкой огнемета в лобовом листе корпуса. Хорошо видна форма бронировки. Машина из состава 124-й танковой бригады Красной Армии, подбитая в октябре 1941 года в боях за Петергоф (ЯМ).

Планом предусматривалось изготовить в апреле, мае и июне по 40 КВ-8, в июле, августе и сентябре — по 20. Реальный выпуск КВ-8 выглядел следующим образом: апрель — 22, май — 26, июнь — 13, июль — 18, август — 21, всего 100, а с учетом двух февральских машин — 102 КВ-8. В дальнейшем ЧКЗ перешел на выпуск КВ-8С на базе танка КВ-1C (об этом подробнее см. книгу автора «Модернизированные танки „Клим Ворошилов“ КВ-1C и КВ-85»).

Весной 1942 года началось формирование отдельных огнеметных танковых батальонов, на комплектование которых поступали КВ-8 и огнеметные ТО-34. Каждый такой батальон включал в себя управление, три танковых роты (две тяжелых и одна средних), взводы обеспечения и хозяйственного снабжения, а также медицинский пункт. Тяжелая танковая рота состояла из двух взводов по два КВ-8 и КВ-8 командира роты. Всего по штату в батальоне насчитывалось 154 человека и 21 танк: 10 КВ-8, 9 огнеметных ТО-34 и 2 линейных Т-34. Однако на практике, из-за небольшого количества изготовленных огнеметных танков их штатная численность в батальонах могла не соблюдаться.

Боевая подготовка огнеметных танковых частей осуществлялась в подмосковных Кузьминках, где создали специальный учебный центр, по специально разработанной программе. Всего весной — летом 1942 года здесь было укомплектовано и подготовлено 19 отдельных огнеметных танковых батальонов (с 500 по 517-й включительно, и 519-й). Кроме того, приказом наркома обороны СССР от 3 сентября 1941 года в Кузьминках сформировали 235-ю отдельную огнеметную танковую бригаду На ее укомплектование поступили три огнеметных танковых батальона: 506, 508 и 509-й. Кроме того, в бригаду включили управление и мотострелковый батальон.

Боевой дебют танков КВ-8 состоялся на Волховском фронте в последних числах августа 1942 года. В ходе Синявинской операции в составе 8-й армии действовало четыре огнеметных батальона — 500, 502, 503 и 507-й — имевшие в своем составе 73 танка, из них 32 КВ-8. Последние находились в 500 (10 машин), 502 (10 машин) и 507-го (12 машин) батальонов. 503-й тяжелых огнеметных танков не имел, и насчитывал в своем составе лишь 13 ТО-43 и Т-34. Батальоны были введены в бой 27 августа 1942 года, в первый день наступления 8-й армии. На подготовку они имели порядка 3–4 суток, в течение которых командиры производили рекогносцировку местности и увязывали вопросы взаимодействия с пехотой, артиллерией и саперами. При этом к разведке местности привлекались все, от командира батальона, до механиков-водителей танков.



Первый образец огнеметного танка КВ-8, вид слева. Челябинск, декабрь 1941 года. Машина оснащена литыми опорными катками с отверстиями в диске (РГАЭ).

Большое внимание уделялось инженерному обеспечению действий танков, хотя детально вопрос так и не был полностью решен (способы разминирования минных полей, прокладка путей, наведение переправ). С артиллерией и пехотой действия увязывались по рубежам, устанавливались сигналы переноса и вызова огня, способы целеуказаний и т. п.

Местность, на которой предстояло наступать, была лесистой, с большим количеством болот и малым количеством дорог. При этом болотистые участки отделялись друг от друга узкими участками суши и по существу представляли собой естественные оборонительные рубежи. Таким образом, местность сильно ограничивала действия танковых частей, затрудняя их развертывание и вынуждая наступать вдоль дорог и полос суши, разделяющих болота. Кроме того, использование танков требовало проведения серьезной инженерной подготовки.

Выход танков с выжидательных на исходные позиции осуществлялся в ходе артподготовки, чем обеспечивалось скрытность перехода. Батальоны вводились в бой на участке Гонтовая Липка — Тортолово.

500-й отдельный огнеметный танковый батальон перед атакой разделили на две группы. Одна (3 КВ-8 и 2 ТО-34) должна была поддерживать атаку частей 11-й стрелковой дивизии южнее Тортолово, а вторая (7 КВ-8, 5 ТО-34 и 2 Т-34) во взаимодействии с 286-й стрелковой дивизией должна была занять Вороново и в дальнейшем наступать на Апраксин.

Первая группа, перейдя в атаку, заняла первую линию немецкой обороны без пехоты. В отчете об этом говорилось:

«Пламя огня из огнеметов производило на противника ужасающее действие, и немцы в панике и беспорядке устремились во вторую линию траншей, неся потери».

При дальнейшем движении саперы, сопровождавшие танки, отошли назад, в результате чего четыре машины подорвались на немецком минном поле. Несмотря на это, экипажи продолжали вести огонь с места, но к вечеру 27 августа три танка были подожжены немецкой артиллерией.

В ходе атаки второй группы шесть машин застряли в болоте, и два подорвались на минах. Но оставшиеся ворвались в Вороново с двух сторон: 4 КВ-8 с севера, а 2 Т-34 — с юго-востока, и несколько раз «прочесали Вороново, уничтожая ДЗОТы, давя пушечные и пулеметные огневые точки, поджигая дома, но пехота за танками не шла». Машины возвратились к своей пехоте, но она по-прежнему оставалась на месте. В ходе повторной атаки 4 КВ-8 были подбиты артиллерией, но их экипажи продолжали вести огонь, попутно пытаясь восстановить свои машины.



Первый образец огнеметного танка КВ-8, вид спереди. Челябинск, декабрь 1941 года. Машина оснащена дополнительными топливными баками на надгусеничных полках (РГАЭ).

К вечеру 27 августа два КВ-8 сгорели от попаданий артснарядов, а экипажи двух других машин обороняли их в течение 9 дней, ведя огонь по позициям противника. 28–31 августа 1942 года 500-й батальон занимался эвакуацией и восстановлением матчасти, а также мелкими группами танков выполнял задачи по уничтожению отдельных огневых точек противника.

502-й батальон перешел в атаку в 8.10 27 августа 1942 года, и действовал двумя эшелонами. В первый же час боя танкисты выбили немцев из Тортолово, но при этом потеряли 7 машин: 4 подорвались на минах и 3 были подбиты артогнем. Продолжая выполнять поставленную задачу, батальон атаковал немецкие позиции на насыпи железной дороги, но неудачно: при переправе через реку Черная 7 танков застряли. Это произошло из-за того, что мосты немцы взорвали, а саперы не навели новую переправу. Ночью застрявшие и подбитые танки удалось эвакуировать.

В течение 28 августа батальон трижды атаковал позиции противника между поселком 1-й Эстонский и линией железной дороги, но безуспешно из-за плохой поддержки пехоты и артиллерии. В результате, один танк сгорел, 2 было подбито артогнем и 2 застряло в болоте.

Вечером противник пехотой с 10 танками при поддержке артиллерии перешел в контратаку, пытаясь выбить наши части из Тортолово. Оставшиеся в строю 4 танка батальона под командованием политрука Клюпкина были немедленно выдвинуты вперед, и огнем из засад помогли пехоте в отражении атаки. В ходе этого боя было подбито 5 немецких танков. Общие потери 502-го батальона за день составили: сгорело — 3 танка, подбито артогнем — 2, застряло в болоте — 4, подорвалось на минах — 4.

За ночь с 28 на 29 августа удалось эвакуировать 10 машин и часть из них восстановить. 29 августа батальон получил задачу — совместно с пехотой захватить поселок 1-й Эстонский. В атаке участвовало 9 машин (3 КВ-8 и 6 ТО-34) под командой майора Поборского. Танки несколько раз врывались в поселок, но пехота не закрепляла их успех, и при контратаках противника отходила. В отчете об этом сказано:

«Задача была выполнена благодаря упорству и настойчивости танкистов. В упорной борьбе пос. 1-й Эстонский был захвачен, противник в панике бежал, но пехота не использовала благоприятную обстановку и на преследование противника не пошла.

В этом бою были потеряны все 9 танков, в результате совершенно неудовлетворительного обеспечения и помощи танкам со стороны пехоты и артиллерии. Всю тяжесть боя с огневой системой противника танки приняли на себя, и понесли при этом потери. Подбито противником 3 танка, сожжено 3 танка, подорвалось на минах 2 танка и 1 танк пропал без вести».



Первый образец огнеметного танка КВ-8, общий вид. Челябинск, декабрь 1941 года. Хорошо видна форма бронировки установки, а также маскировочный кожух на стволе 45-мм орудия (РГАЭ).

Следует сказать, что пропавший танк (это был КВ-8) был захвачен немцами и вывезен в тыл для изучения.

1 сентября 1942 года группа из шести КВ-8 502-го батальона и четырех Т-34 из 503-го, участвовала в уничтожении опорного пункта противника в районе Березовой и Липовой Рощи. Танки действовали самостоятельно, так как пехота за ними не шла. Подавив часть огневых точек, машины вышли к железной дороге, но, не поддержанные ни артиллерией, ни пехотой отошли на исходные позиции. При этом было потеряно 4 КВ-8. 3 сентября 1942 года 502-й батальон вывели в район Городище для отдыха и ремонта матчасти.

27 августа по сигналу атаки 507-й батальон форсировал реку Черная и ворвался на позиции противника, оттеснив его на запад, В течение дня было потеряно три машины. В течение следующих дней батальон поддерживал части 24-й гвардейской стрелковой дивизии, выйдя к восточному берегу озера Синявинское. 31 августа танкисты получили задачу занять оборону северо-западнее Тортолово. К этому времени в батальоне осталось 9 боеспособных танков.

503-й батальон, имевший на вооружении ТО-34, 27–28 августа поддерживал атаки 3-й гвардейской стрелковой дивизии, потеряв при этом 9 машин.

Всего за три дня боев батальоны потеряли более половины матчасти — 38 танков. Еще часть машин требовала ремонта. В отчете о боевых действиях отмечалось, что «основные потери танков в этот период были от мин и фугасов противника, а также из-за застревания танков в болотах». Из- за больших потерь, к 11 сентября все оставшиеся в строю танки свели в одну группу, включенную в состав 500-го батальона.

Как видно, каких-то серьезных успехов огнеметные танки в Синявинской операции не достигли, а потери были весьма чувствительными. Это произошло из-за тяжелых условий лесисто-болотистой местности, сильно затруднявшей использование танков, плохой постановки инженерного обеспечения, а также слабой организации взаимодействия с пехотой и артиллерией.

В ходе боев в Синявинской операции имело место и ночное использование огнеметных танков в наступлении:

«В практике наступательных боев танковых частей фронта в условиях лесисто-болотистой местности ведение наступательного боя ночью — явление редкое, и еще мало изученное, а поэтому описываемый ниже опыт ночного наступательного боя 507 отб представляет тем больший интерес для его изучения, хотя он и имел свои специфические особенности, вытекающие из применения огнеметных танков, а поэтому способы воздействия на противника несколько отличались от линейных танков, но тактическая сторона ночного боя одинакова для всех танков, что представляет из себя большой интерес…



Огнеметный танк КВ-8 с надписью на башне «Смерть немецким оккупантам». Лето 1942 года (кадр кинохроники).

Головной батальон противника с танками к исходу дня 29 августа 1942 года овладел отметкой 40,4 и перерезал дорогу. Связь командного пункта 70 сп 24 гв. сд со своими батальонами, действующими у оз. Синявинское, была прервана. Командир 70 сп, встретив прибывшего на рекогносцировку командира 507 отб майора Николаевцева, поставил ему задачу уничтожить прорвавшегося противника.

Имея точные данные о противнике и его силах (усиленный пехотный батальон, до взвода танков и 2–3 ПТО), и зная характер местности, командир 507 отб принял решение атаковать противника ночью, не дожидаясь рассвета, и отдал приказ:

2 танковой роте двигаться по высоковольтной линии и атаковать противника с северной опушки леса западнее отм. 40,4, в дальнейшем прорваться на большой скорости к оз. Синявинское, где забрать десант автоматчиков (рота 70 сп), и доставить его на отм. 40,4.

3 танковой роте, достигнув отм. 40,4 свернуть на юг по просеке и разгромить противника атакой с востока, удерживая захваченный рубеж до прибытия автоматчиков.

Убедившись в уяснении задачи, в 2.30 30 августа 1942 года командир батальона подал сигнал на атаку. Танки стремительно двинулись вперед, ведя огонь из пушек, пулеметов и огнеметов. Противник в панике заметался в роще, но благодаря быстрым и решительным действиям танков, был окружен и полностью уничтожен. Доставленная на танках рота автоматчиков 70 сп закрепила успех танков. На поле боя было подсчитано до 250 трупов солдат и офицеров противника, уничтожено 2 ПТО, 1 танк, захвачены трофеи и пленный. Танковый батальон потерь в мат- части и личном составе не имел».

Первое боевое применение огнеметных танковых батальонов было тщательно изучено, причем на самых высоких уровнях. При подготовке отчетов были опрошены командиры подразделений и члены экипажей танков, участвовавших в тех боях. Было составлено несколько документов о боевых действиях, которые направили в самые разные инстанции: и командованию автобронетанковых войск Волховского фронта, ГБТУ КА, наркомат обороны, наркомат танковой промышленности. Любопытно, что из приведенных отчетов следует, что экипажи огнеметных танков имели специальные огнестойкие комбинезоны. К сожалению, пока не удалось найти подробной информации о том, из чего они были изготовлены и что собой представляли.



Танк КВ-8 «Смерть немецким оккупантам» производит огнеметание. Лето 1942 года (кадр кинохроники).

15 сентября 1942 года заместитель командующего Волховским фронтом по автобронетанковым войскам генерал-майор Н. Болотников направил начальнику ГАБТУ КА генерал-лейтенанту Я. Федоренко донесение о применении огнеметных танков в ходе Синявинской операции, в котором сообщалось:

«Доношу, что огнеметные танковые батальоны 500, 502 и 507 прибыли в состав 8-й армии Волховского фронта 22–24 августа 1942 года. Батальоны материальной частью и личным составом укомплектованы полностью. Состояние матчасти батальонов вполне удовлетворительно. Сколоченность экипажей, взводов рот и в целом батальонов, удовлетворительная.

Боевая работа батальонов в течение нескольких боев дает возможность сделать следующие выводы об их тактическом применении и технических недостатках.

1. Тактическое применение и организация.

Подразделения танков КВ-8, будучи по своей огневой мощности слабее частей и подразделений линейных танков той же марки применять их самостоятельно не целесообразно, наиболее выгодно применять при прорыве укрепленной полосы противника в боевых порядках с линейными танками или же во втором эшелоне. Отсюда следует, что организация отдельных огнеметных танковых батальонов не целесообразна, а желательно ввести в штаты танковых частей огнеметные подразделения. В лесистоболотистой местности требуется особенно тщательная увязка вопросов взаимодействия с пехотой, так как не исключена возможность поражения огнеметной струей своей пехоты. Как правило, пехота не должна находиться впереди огнеметных танков, вследствие ограниченной видимости на данной местности, а должна двигаться в интервалах между танками. Эффект действия огнеметов как по поражению противника, так и по моральному воздействию на него, хорош, но необходимо обеспечение подхода огнеметных танков к объекту огнеметания на действительный выстрел огнеметов. Дальность огнеметного выстрела достигает 80- 100 метров, в лесистой местности дальность ограничивается до 40–70 метров. Особенно большой моральный эффект огнеметание производит в ночных условиях. При атаке в ночь с 29 на 30 августа в районе отметки 40,4 и на участке 24-й гвардейской стрелковой дивизии, немцы бежали, срывая с себя верхнее обмундирование и белье.

2. Технические недостатки огнеметных установок.

1). После выстрела из патрона АТО выделяется много ядовитого газа, который сильно влияет на состояние экипажа. Были случаи, когда после работы огнемета экипаж впадал в обморочное состояние (507-й огнеметный танковый батальон). Необходимо улучшить вентиляцию в танке, и по возможности изменить заряд патрона с целью уменьшения выделения газов.

2). В танке КВ-8 размещены три бака для огнесмеси — один внизу на 450 литров и два по бокам в башне, по 120 литров каждый. Практически для боя 450 литров огнесмеси хватает. Боковые же баки не удобны тем, что при попадании в них снаряда смесь разливается по танку и танк загорается. Подобные случаи были в 502 и 507-м огнеметных танковых батальонах. Желательно боковые баки для огнесмеси снять.

3). Наблюдались случаи неполного закрытия задвижки, и горящая смесь обливала танк. Необходимо заменить задвижку на такую, которая бы обеспечивала безотказную работу.

4). Необходимо уплотнение поршня ставить таким, чтобы исключалась возможность проникновения огнесмеси в камеру сгорания, так как в данной конструкции это явление наблюдается очень часто.

5). Желательно с наружной стороны головки огнемета иметь предохранительный щиток от пыли, так как при движении танка пыль засоряет форсунку и задвижку.

6). Золотники редукторов и мембраны часто выходят из строя. Необходимо мембраны изготавливать из бензиноустойчивого материала и иметь в ЗИПе золотники и мембраны…

3. Огнестойкие костюмы для экипажей показали себя с положительной стороны. Личный состав, пользующийся ими, дает положительные отзывы. Пламя горящей огнесмеси в танке легко гасится рукой в защитной перчатке. К недостаткам костюма следует отнести то, что при воздействии влаги на защитную пленку костюма, она отстает от ткани и рвется. Длительное пребывание в костюме утомительно. Костюмы следует ввести на снабжение танковых экипажей».



Постановка задачи экипажу танка КВ-8. Лето 1942 года. Машина имеет башенный номер 445 и наименование «Суворов». (ЦМВС).

Помимо военных, составляли отчеты по огнеметным танками и представители наркомата танковой промышленности. В конце августа 1942 года завод № 222 командировал на фронт инженера, который должен был собрать материалы о работе огнеметов АТО-41 и недостатках конструкции, если таковые найдутся. Полученную таким образом информацию предполагалось использовать при дальнейшем совершенствовании автоматического танкового огнемета. Отчет о действиях огнеметных танков был направлен с завода № 222 в наркомат танковой промышленности в 20-х числах сентября 1942 года. Ниже приведены выдержки из этого документа:

«…В 502 и 503-м отдельных танковых батальонах огнеметные танки использовались в единичных случаях и все же командование батальонов и экипажи дают высокую оценку боевому эффекту от применения огнеметов. Так, например комиссар 502 отб заявил, что огнеметы применялись мало и редко в виду того, что не позволяла местность и немецкая пехота убегает на дистанции, не позволяющие применять огнеметы. Эффективность применения хорошая. Противник при огнеметании выбегает из ДЗОТов, бросая все.

Механик-водитель танка КВ-8 т. Патурнак рассказывает, что им сделано всего 4 выстрела из огнемета. По танку вели огонь из противотанковой пушки, но как только был дан выстрел из огнемета в направлении расположения противотанковой батареи, расчет, обслуживавший пушку, бежал, а два немца с испугу легли на землю и были раздавлены гусеницами танка.

Командир 503 ОТБ капитан Дроздов заявил, что при огнеметании в районе Гонтовая Липка огнеметная смесь до противника не долетала, но противник в панике бежал. Однако он считает, что применять огнеметы в лесисто-болотистой местности нецелесообразно.

Командир 507 отб майор Николаевцев рассказывает, что танк КВ-8 под командованием политрука т. Осатюк сделал 15 огневыстрелов по пехоте, залегшей в кустах. При применении огнемета пехота в панике бежала. Часть гитлеровцев бежала в горящей одежде. Один танк КВ-8 применил огнемет ночью. Немцы в панике бежали, при чем часть из них сбрасывала с себя горящее обмундирование, и даже белье. Командование 507 отб в докладе, представленном в АБТО 8-й армии, пишет, что „огнеметы оправдали свое назначение“ и далее, после перечисления недостатков, выявленных еще на занятиях в пос. Кузьминки, делает вывод: „При устранении вышеуказанных недостатков огнемет будет являться замечательным оружием против врага…“

Огнемет отличное средство для борьбы с контратакующей пехотой в условиях лесисто-болотистой местности. Практика показала, что в ночных условиях применение огнеметов действует ошеломляюще на противника.

Во всех огнеметных батальонах, действовавших на Волховском фронте, применялись главным образом танки КВ-8. Танки ТО-34 применяли очень редко, так как по заявлению механиков-водителей вести танк по полю боя, изрытому воронками, преодолевать инженерные препятствия и производить огнеметание механику-водителю невозможно.



Фрагмент фотографии подбитого КВ-8 одного из огнеметных танковых батальонов Волховского фронта. Сентябрь 1942 года. Хорошо видна форма бронировки огнемета, а также маскировочный кожух, установленный на ствол 45-мм орудия (ЯМ).

Запчасти к огнеметам не израсходованы ни одним батальоном. Вязкая огнесмесь при продолжительном хранении теряет вязкость, но при добавлении порошка она становится вязкой и при применении дает хороший результат.

Огнестойкие костюмы, изготовленные опытной партией и выданные экипажам огнеметных танков 500 отб, оправдали свое назначение. Экипажи горевших танков заявляли, что защитная одежда помогла им выбраться из горящего танка целыми и невредимыми.

Механик-водитель т. Згерский и радист т. (фамилия написана неразборчиво. — Прим. автора), ходившие в бой на танке КВ-8, заявили, что если бы на них не было огнестойких костюмов, то экипаж из подбитого танка не выбрался и сгорел бы.

ВЫВОДЫ:

1. Опыт боевого применения огнеметных танков на Волховском фронте показывает, что они дают хороший эффект при огнеметании по скоплениям пехоты, ДЗОТам и скрытым огневым точкам противника.

2. Огнеметные танки не используются как огнеметные и придаются пехотным подразделениям повзводно, а это приводит к тому, что они выполняют задачи линейных танков с незначительным использованием боевой мощи огнеметов.

3. Установка резервуаров в башне танка КВ-8 приводит к тому, что при простреле башни снарядом в танке возникает пожар, и он выходит из строя как безвозвратная потеря.

4. Огнеметы на танках ТО-34, как правило, не используются, так как управление танком и огнеметом сосредоточено у механика-водителя, а на поле боя все его внимание сконцентрировано на боевом курсе танка и ему трудно оторваться от рычагов управления без ущерба выполнению боевой задачи.

5. Применение огнеметных танков в условиях лесисто-болотистой местности не дает желаемых результатов, так как в данных условиях моральный эффект от применения огнемета распространяется на небольшом участке плохой видимости.

6. Индивидуальный и групповой ЗИП, выдаваемый огнеметным подразделениям, почти не израсходован, поэтому менять его в сторону увеличения не следует. Для израсходованного в процессе учебных занятий ЗИП достаточно иметь наиболее дефицитные детали и узлы в пункте прохождения учебы.

7. Несмотря на то, что действовавшие батальоны не израсходовали всего запаса патронов для порохового огнемета и порошка для приготовления вязкой огневой смеси, уменьшать существующую комплектацию огнеметных танковых батальонов не следует до получения более полных данных об использовании огнеметных танков на других фронтах.

8. Огнестойкая одежда вполне оправдала свое назначение, а поэтому экипажи огнеметных танков надо снабжать этой одеждой».



Один из застрявших и оставленных экипажем танков КВ-8. Волховский фронт, 1942 год (ЯМ).

Единственная в Красной Армии танковая бригада, полностью укомплектованная огнеметными танками — 235-я — убыла на фронт в сентябре 1942 года. Ее направили под Сталинград, где тяжелые бои шли уже в самом городе. Однако тут ее применение носило ограниченный характер. В декабре 1942 года бригаду перебросили в состав 51-й армии, а затем придали 4-му механизированному корпусу. В его составе бригада вела бои с наступающими немецкими войсками, которые пытались деблокировать окруженную под Сталинградом группировку. 14 декабря 1942 года 235-я бригада атаковала хутор Верхне-Кумский, занятый частями 6-й танковой дивизии немцев. В течение нескольких дней в районе этого хутора грохотало танковое сражение, но в конечном итоге немецкое наступление удалось остановить. В этих боях 235-я бригада понесла большие потери, и в конце декабря ее отвели в тыл, и передали в состав 57-й армии Донского фронта. В то же время бригаду посетил представитель ГБТУ КА майор Васютченков, направленный в командировку специально с целью сбора сведений о ее боевых действиях. В отчете, датированном 2 января 1943 года, говорилось:

«Командование Сталинградского фронта, в распоряжение которого поступила 235 отбр, оценило специфичность бригады, вооруженной огнеметными танками, и держало ее в резерве фронта, стремясь использовать специальные танки с наибольшим эффектом.

10 танков 506-й танкового батальона были переправлены через р. Волга в г. Сталинград, где только один танк был применен как огнеметный. Огнеметанием был уничтожен гарнизон двух бетонированных дотов. Остальные танки не применяли огнеметов из-за того, что местность, на которой им приходилось действовать, была вся в воронках от снарядов и авиабомб, благодаря чему танки не могли свободно маневрировать.

14.12.1942 г. 235-я огнеметная танковая бригада вступила в бой с танками противника, шедшими на соединение с противником, окруженным в районе г. Сталинграда, не имея поддержки пехоты и артиллерии. В этом бою бригада действовала главным образом как линейная, так как танки противника не подходили ближе, чем на 500 метров. В этом оборонительном бою с нашей стороны участвовало 52 танка, а со стороны противника 80 танков, 70 орудий ПТО. По данным нашей разведки и показаниям пленных, было установлено, что противник имел в этом районе 215 танков, 3 артдивизиона и два полка мотопехоты.



Танк КВ-8, захваченный немцами в боях в районе Тортолово и доставленный в тыл для изучения. Сентябрь 1942 года. Обратите внимание на значительное количество снарядных отметин на броне танка (ЯМ).


Тот же захваченный немцами КВ-8, что и на предыдущем фото. Стрелками показаны различные детали и узлы машины. Танк из состава 502-го огнеметного батальона (ЯМ).

В этом же бою рота танков КВ-8 508-го танкового батальона ворвалась в боевые порядки противника и применила огнеметание. Огнеметание по танкам произвело ошеломляющий эффект: три танка противника моментально вспыхнули, а экипажи других боевых машин побросали танки и разбежались.

26.12.1942 г. при подходе к населенному пункту Чиков танк КВ-8 произвел несколько выстрелов из огнемета; противник, не приняв боя, оставил населенный пункт.

Командующий бронетанковыми и мотомеханизированными войсками Сталинградского фронта генерал-майор танковых войск т. Новиков дает высокую оценку боевым действиям 235-й огнеметной танковой бригады и считает необходимым вывести ее на переформирование для пополнения бригады огнеметными танками.

Давая высокую оценку боевым действиям 235 отбр, военный совет фронта направил документ на имя народного комиссара обороны т. Сталина с просьбой присвоить 235-й огнеметной танковой бригаде звание гвардейской особой танковой бригады.

На 31.12.1942 г. 235-й огнеметная танковая бригада имела 11 танков, отработавших по 200 и более моточасов; часть этих танков имеют сквозные пробоины. Все 11 танков требуют капитального ремонта. 27.12.1942 г. командир 235 отбр полковник т. Бурдов получил задачу сосредоточиться с оставшимися танками в районе Рубежный и занять оборону на случай атак противника из района г. Сталинграда. Танки вышли из населенного пункта Чиков 26.12.1942 г., и к 16.00 30.12.1942 г. ни один танк еще не прибыл к месту сосредоточения из-за технических неполадок.

2 танка ТО-34 и 1 КВ-8 были отремонтированы на заводе № 264 и поступили в 235 отбр.

Таким образом, 235 отбр имела на 31.12.1942 г. только три танка, которые могут быть использованы с полным боевым эффектом.

235-я огнеметная танковая бригада имеет 3 боекомплекта к пороховому огнемету и полностью обеспечена порошком для приготовления вязкой огнесмеси. Кроме того, бригада имеет одну зарядку приготовленной вязкой огнесмеси.

Несмотря на тяжелые бои, которые пришлось принять 235-й огнеметной танковой бригаде, она сохранила основные кадры обученных людей, знающих огнеметы и убедившихся на практике, какой боевой эффект могут дать огнеметные танки.

Предложения;

1. Огнеметные танки 235 отбр, не требующие капитального ремонта, передать 234-му танковому полку.

2. Огнеметные танки, требующие капитального ремонта, вывозить на рембазу № 6 и восстановить их как огнеметные.

3. 235-ю огнеметную танковую бригаду вывести на переформирование в Кузьминки Московской области и укомплектовать ее огнеметными танками».

8 января 1943 года 235-ю бригаду вывели в резерв Ставки ВГК, и перебросили в Московский военный округ. А 57 февраля приказом наркома обороны СССР часть преобразовали в 31-ю гвардейскую огнеметную танковую бригаду. Она получила новую матчасть — танки ТО-34 и КВ-8С, и осенью 1943 года убыла в Действующую Армию, на 3-й Украинский фронт.

Что касается танков КВ-8, то к середине 1943 года их в войсках почти не осталось.

Оглавление книги


Генерация: 0.511. Запросов К БД/Cache: 3 / 1