Глава 7. Мощная и блестяще исполненная атака

Подразделения пикировщиков понесли тяжелые потери во время первой фазы Битвы за Англию. После этого их отвели для переформирования и пополнения, чтобы использовать в роли тактической авиации уже после того, как высадка будет произведена. Поэтому «Штуки» были переброшены на север в район Па-де-Кале в тылы 16-й армии. Начались переговоры с командирами передовых пехотных и танковых частей, которые были включены в первую волну десанта, относительно того, как лучше наладить взаимодействие с пикировщиками в день высадки.

Было решено, что в ходе операции «Морской лев» «Штуки» сосредоточат свои усилия на поддержке армейских частей в боях вокруг Дувра, Фолкстона и Сандгейта. Для этого были выделены две полные эскадры. На том же совещании, состоявшемся 13 сентября, было решено сформировать специально подготовленную эскадрилью для уничтожения тяжелых береговых орудий, обнаруженных в районе Данджнесса. Две другие группы должны были поддерживать VII корпус, a I/StG.3 предполагалось оставить в резерве в Бретани на тот случай, если высадившимся войскам потребуется дополнительная помощь.

Истребители КВВС уже доказали, что являются самой грозной опасностью для пикировщиков. Британская зенитная артиллерия полностью уступала немецкой. К этому моменту окончательно выяснилось, что, несмотря на ранее высказывавшееся мнение, зенитный огонь не может остановить решительного пилота, когда он бросил самолет в пике. Гельмут Мальке вспоминает один из эпизодов Битвы за Англию, который имел место несколько ранее:

«16 августа III/StG.lатаковала двумя эскадрильями (7 и 9 самолетов соответственно) авиабазу в Ли-он-Солент, а вместе с другой эскадрильей, состоящей из 8 пикировщиков под командованием обер-лейтенанта Шкамбаракса, — радарную станцию в Вентноре. В ходе этих атак мы не понесли никаких потерь. По нашему мнению, это стало результатом того, что после сброса бомб мы пролетали над островом Уайт на максимально малой высоте. Это захватило врасплох систему ПВО. На обратном пути нас обстреляли только с маленького корабля, стоящего на якоре к северу от Уайта. Однако эту зенитку подавил один из наших Ju-87, пилот которого во время атаки забыл снять с предохранителя кнопку сброса бомб».

Новая диспозиция подразделений пикировщиков не осталась незамеченной британским командованием, которому предстояло защитить страну от предстоящего вторжения более чем скудными средствами. Поэтому они не поддались охватившей командование КВВС эйфории. Маршалы Авиации бодро заявляли, что истребили вражеские пикировщики. Армейские генералы не заблуждались относительного того, что произойдет, если германская армия сумеет закрепиться на берегу.

Генерал Алан Брук в своем дневнике 7 сентября пишет: «Все сообщения указывают на то, что вторжение близится. Собираются корабли, пикировщики сосредоточены, захвачено несколько парашютистов».

А тем временем под ковром клокотали страсти: КВВС занялись обсуждением требования армии обеспечить войскам непосредственную воздушную поддержку. Генерал Айронсайд вспоминает, что у него практически ежедневно происходили стычки с министерством авиации, которое он пытался убедить в необходимости создания такого самолета. Министерство упрямо отказывалось видеть факты. Мур-Брабазон при поддержке Хор Белиши потребовал от министерства авиации спроектировать и построить небольшое количество пикировщиков для взаимодействия с сухопутными частями. В конструкции предполагалось использовать сталь. Массовое производство таких самолетов правительство намеревалось развернуть в Канаде. Никакого ответа не последовало.

Позднее руководство КВВС выступило категорически против такой попытки протащить пикировщик через заднюю дверь. С упрямством маньяков они твердили: «Мы должны занять жесткую позицию и не позволять отвлекать штаб КВВС писанием бумаг для опровержения этого проекта». Начальник штаба КВВС заявил: «Если армия будет настаивать на непосредственной воздушной поддержке, я полагаю, мы должны идти прямо к премьер-министру и поднять вопрос об основных принципах стратегии».

Другими словами, все было подчинено интересам стратегической авиации. Но не все были с этим согласны. Одним из таких несогласных оказался сам Бивербрук. Его биограф пишет:

«Он не верил, что независимые, или, как он их называл, стратегические, бомбардировки могут выиграть войну сами по себе. Министерство авиации слепо уверовало в эту догму, что стало причиной бесконечных придирок со стороны Маршалов Авиации».

Но Черчилль тоже бредил зрелищем германских городов, обращенных в руины. Поэтому появление пикировщиков по-прежнему было связано с обещаниями американских компаний наладить производство этих самолетов для Англии. К счастью, для Англии стратегическое наступление Люфтваффе летом и осенью 1940 года завершилось провалом, поэтому немцам не удалось опробовать на английских войсках новые тактические методы использования пикировщиков. Операция «Морской лев» оказалась блефом.

После того как немцы окончательно отказались от высадки в Англии, Гитлер все свое внимание обратил на подготовку вторжения в Советский Союз. Теперь «Штукам» предстояли бои на юге и на востоке Европы. Однако характерный силуэт Ju-87 в 1940 году еще не раз появился в небе Британии. Когда было решено перейти к политике морской блокады Великобритании, появилась возможность снова использовать пикировщики для ударов по английским торговым судам. После этого была проведена серия таких атак, прежде чем весной «Штуки» отправились на новый театр военных действий. В подразделении Гельмута Мальке, III/StG.l, служило много бывших моряков, они уже добились хороших результатов во время противокорабельных операций. Поэтому именно эта группа была в ноябре 1940 года выбрана для удара по британскому судоходству.

Ее целью должны были стать крупные конвои, следующие в Лондон и обратно, так как широкое устье Темзы находилось в пределах досягаемости пикировщиков и истребителей сопровождения. Налеты проводились 1, 8 и 11 ноября и принесли неплохие результаты. В первых трех операциях не был потерян ни один пикировщик, зато сами они повредили 7 судов: «Летчворт», «Катфорд», «Файрглоу», «Юэлл», «Колонель Кромптон», «Кардифф» и «Кореи». Несколько раз британские истребители перехватывали пикировщики, и еще очень долго историки обеих стран рассказывали самые дикие истории о невероятных победах. Гельмут Мальке рассказывает, как это было на самом деле:

«В каждом из этих вылетов нас сопровождали две истребительные группы. В результате происходили самые крупные воздушные сражения, какие я только видел за всю войну. Совершенно неожиданно наши потери оказались очень низкими. Как вы знаете, некоторые подразделения пикировщиков серьезно пострадали во время Битвы за Англию.

В то время мы полагали, что наша безопасность зависит от нашего решения общей проблемы, возникающей перед пикировщиками. Мы обнаружили, что наш метод действует отлично. Эта проблема заключалась в том, как сократить период максимальной уязвимости пикировщика после атаки, пока соединение не восстановит строй, что обеспечит самолетам взаимную огневую поддержку.

Во время Битвы за Англию «Штуки» летали по одиночке над достаточно большими территориями, и потому истребители просто физически не могли защитить всех их. Поэтому в наших приказах имелся стандартный пункт, требующий, чтобы пилоты как можно быстрее пристраивались к командиру группы или эскадрильи. Но, как легко догадаться, такой приказ гораздо легче отдать, чем выполнить.

Когда цели разбросаны на большой площади, как конвои в устье Темзы, группа идет на сближение в сомкнутом строю, надежно прикрытая истребителями. Затем мы разделялись на звенья по 3 самолета для атаки самых крупных судов в составе конвоя. Всегда оказывалось довольно трудно пристроиться за командиром звена и разобраться, кто есть кто. Молодые пилоты были склонны воображать, что командир находится далеко впереди. Они давали полный газ, и восстановить строй становилось просто невозможно.

Мы долго думали над этой проблемой, но не видели никакого выхода. Наконец мы получили приказ из штаба. Теперь наши командиры не должны были лететь впереди группы (из-за больших потерь в командном составе). Им полагалось держаться в самой середине строя. Это дало нам ключ к решению проблемы. Мы знали, что пикировщики не смогут выполнить этот приказ, потому что мы должны были сохранять радиомолчание. Мы не должны были привлекать к себе вражеские истребители до того момента, когда неприятная встреча уже становилась неизбежной. Это означало, что командир соединения пикировщиков должен лететь впереди, чтобы руководить действиями остальных. Но, чтобы остальные летчики твердо знали, где находится командир, особенно в период сбора группы после атаки, мы стали раскрашивать «штаны» самолетов командиров групп яркой желтой краской, которую можно было заметить издалека. На самолете командира эскадрильи красился только один обтекатель.

В приказе было написано, что если во время сбора кто-то обгонит самолет с желтыми обтекателями шасси, то будет наказан. И это подействовало.

Во время этих операций мы опробовали схему, когда я, как командир группы, летел на малой скорости змейкой. Остальные самолеты пристраивались ко мне так быстро, что были вынуждены сбрасывать скорость, чтобы не обогнать меня. Мы возвращались домой на самой малой возможной высоте плотной массой, не пытаясь выстроиться каким-то определенным образом. Мы просто держались как можно ближе друг к другу, сохраняя малую скорость.

Когда появлялся вражеский истребитель, он обычно направлялся к замыкающему самолету. Пилот «Штуки» просто давал полный газ и тут же оказывался в середине группы или даже перед ней, поэтому истребитель попадал под сосредоточенный огонь всех остальных самолетов. Хотя Ju-87 имел всего 2 курсовых пулемета и 1 сзади на турели, как мы обнаружили, пилоту вражеского истребителя очень не нравилось, когда несколько пулеметов открывали огонь по его самолету. Поэтому они в каждом случае прекращали атаку и делали новый заход. Такой метод нам очень помог».

Затем настал черед последнего вылета 14 ноября. Мальке вспоминал: «Последний вылет в этом районе завершился провалом из-за отданных нам боевых приказов».

Когда Ju-87 прибыли к устью Темзы, оказалось, что английских судов там нет, зато небо полно английских истребителей.

«Наши истребители сопровождения были вместе с нами, и сами все видели. Так как на море целей не оказалось, мы получили приказ от командира истребителей атаковать запасную цель — радиолокационную станцию в Дувре».

Однако самим истребителям этот приказ не понравился, и они не стали входить в зону действия зениток Дувра, бросив «Штуки» на произвол судьбы.

«Поэтому их не было с нами, когда нас атаковали британские истребители вместо зениток. Я полагаю, в небе находилось очень много английских истребителей, в любом случае они значительно превышали в числе мои пикировщики. В этом вылете я имел 19 самолетов, а вообще количество «Штук» в подобных операциях колебалось от 18 до 21. Однако над Дувром мы потеряли всего два Ju-87, причем экипаж одного из них спасся. Пилот, обер-лейтенант Блюмерс, и стрелок попали в плен. Хотя большинство моих самолетов было повреждено, все они сумели вернуться домой.

Два или три пикировщика совершили вынужденные посадки во Франции, как только перелетели береговую черту. Все остальные сели на своем аэродроме, несмотря на огромное количество попаданий. Один из самолетов имел 82 пробоины! Лишь один пикировщик вернулся, не получив повреждений. Обер-лейтенант Шрайрер сумел увернуться от всех атакующих истребителей.

Все наши самолеты, исключая два сбитых над Дувром, уже через несколько дней были отремонтированы и снова готовы к бою».

Мальке добавляет:

«Я думаю, этот случай является хорошим доказательством живучести Ju-87, а также свидетельством некомпетентности нашего высшего командования. Они знали более чем достаточно о тактике истребителей, но плохо представляли себе тактику пикировщиков. Я полагаю, это был первый случай, когда «Штуки» получали приказ от командира истребителей. Это была грубая ошибка, и уже на следующий день он пошел под суд».

В Англии 801-я эскадрилья тоже провела зиму в боях, нанося удары, когда подворачивались стоящие цели. Она по-прежнему действовала в составе Берегового Командования и летала над Ла-Маншем, пока не была переброшена на авианосцы для действий в Норвегии. Как и пилоты немецких пикировщиков, англичане вскоре обнаружили, что их новые боссы мало что понимают в тактике пикировщиков, если вообще хоть что-то понимают. Капитан Харрингтон вспоминал:

«Если говорить о тактике пикировщиков, то я имел два инцидента, которые проливают свет на некоторые вещи. Мы в то время базировались на аэродроме КВВС в Сент-Эвале, карауля знаменитую пару немецких линейных крейсеров «Сэмон» и «Глюк». Они в то время укрывались в гавани Бреста, и мы получили приказ атаковать их, используя 500-фн ПБрБ (каждый самолет мог нести не больше одной). Погода была облачной, и мы полагали, что нам крупно повезет, если мы сумеем увидеть немцев с высоты 7–10 тысяч футов.

Мы говорили, что должны пикировать с высоты по крайней мере 15000 футов под углом 70 градусов и сбрасывать бомбы на высоте 7000 футов. Тогда они сумеют набрать достаточно высокую скорость, чтобы пробить броневые палубы цели. Это техническое разъяснение было встречено взрывом негодования! Полковник почему-то взбесился и решил, что это ерунда, хотя эти цифры были подтверждены официальными наставлениями.

Наш командир Иен Сарел, а также несколько стариков вызвались лететь добровольно, в надежде, что, может быть, им повезет обнаружить несколько разрывов в тучах. Но этого не случилось.

Прямо противоположный случай произошел, когда все были охвачены паникой перед скорым немецким вторжением. Местное командование приказало нам атаковать с бреющего полета группу вражеских транспортов, предположительно направляющуюся к английским берегам. Приказано было взять 250-фн бомбу с мгновенными взрывателями и атаковать с высоты 100 футов. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что нам продали билет в один конец! Когда мы сказали, что взрыватели с замедлением все-таки лучше, так как они позволят уничтожить врага и не погибнуть самим, на нас посмотрели квадратными глазами».

Такая бестолочь царила в КВВС буквально на всех уровнях. В качестве примера можно привести безумные эксперименты по сравнению эффективности пикирующих и стратегических бомбардировщиков. Рапорт старшего лейтенанта И. Г.О. Фентона детально описывает эксперимент, в котором использовался бомбардировщик «Веллингтон». Он сбрасывал бомбы с пикирования с высоты 8000 футов. Фентон сделал несколько пробных заходов, а затем проинструктировал нового пилота. Был выбран сержант Милстид из учебной эскадрильи.

Во время 6 заходов в сложных погодных условиях был показан большой разброс результатов. Во время первой атаки Милстида средняя ошибка составила 350 ярдов. Во время третьей серии (19 ноября 1940 года) он пикировал с высоты 5000 ярдов до 3000 ярдов и добился одного прямого попадания в первой серии бомб и трех во второй. Фентон добился среднего отклонения 31 ярд во второй серии (29 октября). Оба экипажа сообщили, что не испытывали никаких неприятных ощущений во время пикирования. Милстид заявил, что мог бы улучшить свои результаты, если бы потренировался. Эксперименты проводились на «Веллингтонах» и «Хэмпденах».

В это же время экспериментальный центр КВВС в Фарнборо подготовил детальный отчет о методах действий германских пикировщиков Ju-87 и Ju-88 по сравнению с предложенной британской системой. Совершенно не удивительно, что немецкая система оказалась лучше по всем статьям. На совещании командования 14 декабря 1940 года еще раз обсудили развитие немецких методов при использовании систем автоматического сброса бомб и выхода из пикирования. Целью совещания была «оценка немецкого метода вместо создаваемой ныне в Фарнборо системы с использованием гироскопов. Предусматривалось ее принятие, если она окажется удовлетворительной, на всех самолетах, которые смогут пикировать».

Можно подумать, что немецкая система в руках пилотов Люфтваффе за последние 12 месяцев так ни разу и не показала себя удовлетворительной! Но руководство КВВС это не удовлетворяло…

Работы продолжались. Требовалось усовершенствовать альтиметр, модифицировать стандартную систему сброса бомб. Выбранный самолет проходил массу испытаний, в том числе в аэродинамической трубе, проверялись сервомоторы системы триммеров, проводились испытательные полеты и пробное бомбометание.

Метод «требовал аэроплана, способного пикировать с относительно постоянной скоростью под углом от 40 до 70 градусов к горизонтали». После недолгого обсуждения в качестве британского ответа Ju-88 Геринга был выбран… Фэйри «Альбакор»! «Поскольку бомбометание с пикирования является одной из его боевых задач, Воздушные Силы Флота сумеют немедленно использовать преимущества нового метода». «Скуа» не был выбран, хотя имел более прогрессивную конструкцию и был специально создан для бомбометания с пикирования, «потому что вскоре он будет использоваться только в учебных целях». Когда кто-то в министерстве авиации все-таки усомнился, стоит ли использовать архаичный биплан с низкими летными характеристиками, ему было сказано, что «Альбакор» создан в том же году, что и «Веллингтон». А значит, его можно считать «вполне подходящим»! Разумеется, все это не могло дать КВВС настоящий пикирующий бомбардировщик. 9 декабря 1940 года министерство авиации отправило письмо Бивербруку с новыми требованиями, на сей раз несколько изменив тон:

«Вторжение следующей весной. Армия потребовала от нас перевооружить эскадрильи «Лизандеров» на Брюстеры и Валти. Из ваших писем мы поняли, что они начнут поступать в феврале. Но теперь стало известно, что из-за задержек они не появятся раньше мая.

Нам кажется, что это невозможно, поскольку эти фирмы поставляют армии США те же самолеты. Как вы считаете, возможно ли убедить правительство Соединенных Штатов передать нам все эти машины, произведенные с января по апрель включительно?»

Однако задержки и проволочки привели к тому, что ни Брюстеры, ни Валти не поступили в Англию в течение нескольких лет. При этом заказы продолжали увеличиваться, и с сентября 1940 по июнь 1941 года было заказано в общей сложности 1850 самолетов этих типов.

* * *

Пока англичане лихорадочно метались во все стороны, пытаясь преодолеть последствия 20 лет пренебрежения пикировщиками, немцы в это время занимались переброской подразделений смертоносных «Штук» туда, где их можно было использовать с максимальным эффектом. Сейчас они решили поддержать своего пошатнувшегося союзника, поскольку ситуация на Средиземном море принимала неблагоприятный оборот.

Одной из главных причин дискомфорта, который испытывал итальянский флот, был авианосец «Илластриес». Этот корабль имел бронированную полетную палубу, теоретически способную противостоять 500-фн бомбам. Именно с него взлетели торпедоносцы, которые нанесли сокрушительный удар итальянским линкорам, стоящим в Таранто. Сейчас линкоры адмирала Каннингхэма в сопровождении «Илластриеса» свободно разгуливали по всему Восточному Средиземноморью, тогда как итальянский флот отсиживался в базах. Поэтому не удивительно, что он стал целью номер один для пикировщиков X авиакорпуса генерала авиации Гейслера. Начальником штаба корпуса был специалист по борьбе с кораблями полковник Харлингхаузен. В конце 1940 года авиакорпус был переброшен в Сицилию. На итальянских аэродромах в Катании и Комизо заревели моторы Ju-87, когда туда прибыли I/StG.l и II/StG.2 майора Эннекеруса и капитана Хоццеля. Начались интенсивные тренировки. Пикировщики бомбили плавучий макет авианосца, сооруженный рядом с Трапани.

Харлингхаузен был убежден, что если как следует подготовить экипажи «Штук», они сумеют добиться 4 попаданий, чего было бы достаточно для потопления любого авианосца. 10 января 1941 года немцы получили свой шанс. Средиземноморский флот начал операцию в центральном бассейне и вошел в Сицилийский пролив, чтобы прикрыть конвой. Каннингхэм не боялся ни итальянского флота, ни горизонтальных бомбардировщиков Реджиа Аэронаутика, которые уже показали свою полнейшую беспомощность. Однако англичане уже знали, что немцы перебросили в Сицилию свои пикировщики, поэтому не слишком понятной выглядит эта попытка сунуть голову в петлю.

Адмирал Каннингхэм не боялся вообще ничего, как показывает его послужной список, причем это не было следствием глупости. Скорее всего, недальновидные, назовем это так, советники из КВВС убедили адмирала, что соединения пикировщиков серьезно потрепаны в ходе Битвы за Англию. Они убедили самих себя, а потом и кое-кого вокруг, что КВВС уничтожили сотни «Штук». Каннингхэм был профессионалом до мозга костей и привык полагаться на мнение профессионалов в таких вопросах. Поэтому, когда один из старших офицеров КВВС заявил, что «Штуки» являются легкой добычей и «ваши истребители без труда перестреляют их, как только заметят», адмирал сделал вывод, что ему нечего опасаться. Заблуждения были развеяны очень быстро.

Эта классическая атака пикировщиков была описана много раз, и теперь мы лишь приведем официальный рапорт командира авианосца, которому не было необходимости приукрашивать достижения немцев. Используя отвлекающую атаку двух торпедоносцев SM-79, бомбардировщики завлекли истребители авианосца на малые высоты, и они просто не успели встретить пикировщики. Поэтому корабли остались беззащитными и были вынуждены полагаться только на свои зенитки. Линкоры «Вэлиант» и «Уорспайт» были буквально нашпигованы зенитными орудиями и смогли поставить плотную огневую завесу. Однако немцы бросили против них небольшую группу Ju-87, которые отвлекли огонь линкоров на себя и помешали им оказать помощь авианосцу. Основная масса «Штук» обрушилась на «Илластриес», сбрасывая 500-кг бронебойные бомбы после предварительной атаки 250-кг фугасками, которые уничтожили часть зенитных орудий корабля. Каждая фаза атаки была исполнена образцово. Авианосец спасла лишь оказавшая прочной сверх всяких ожиданий броневая палуба.

Сначала в 12.22 были замечены 2 торпедоносца, приближающиеся на малой высоте. Их встретили огнем, но итальянцы сбросили торпеды в 2500 ярдах по правому траверзу «Илластриеса». Авианосец легко уклонился от них. После этого за торпедоносцами погнался воздушный патруль, но итальянцы ушли от Фэйри «Фулмаров». «Илластриес» описал циркуляцию, чтобы занять место в строю за кормой «Вэлианта», и скорость соединения была увеличена до 18 узлов. Тем временем радар обнаружил большую группу самолетов на расстоянии 28 миль, которая приближалась с севера. Офицер наведения истребителей тут же отозвал 4 «Фулмара» и приказал немедленно подготовить к взлету остальные. Авианосец получил приказ развернуться против ветра, и в 12.34 сделал это, но уже через минуту «Штуки» стали видны невооруженным глазом. «Большое соединение из 30–40 самолетов появилось слева по носу. Они летели на высоте около 12000 футов».

В 12.36 авианосец открыл огонь из тяжелых 114-мм зенитных орудий, хотя в это время на палубе находились стартующие «Фулмары». Последний из них взлетел в 12.37, флот изменил курс и разомкнул строй.

Вскоре стало видно, что приближаются две группы Ju-87 с германскими опознавательными знаками. Пилоты «Фулмаров», которые видели немцев вблизи, потом сообщили, что самолеты были закамуфлированы: черные и серые разводы сверху и черно-белые снизу. Как только пикировщики вошли в зону действия зениток, они разделились. Одна группа вышла под корму флоту, а другие сразу бросились в атаку.

«Было трудно точно сосчитать, сколько их. Но первая группа состояла из 15, а вторая из 20 или 30 самолетов. Они шли очень свободным и гибким строем, постоянно меняя относительное положение и разделяясь, когда попадали под огонь тяжелых зениток. Пикирование начиналось на высоте около 12000 футов и было свободным до 6000–8000 футов, где самолеты выходили в точку прицеливания. Первая волна сбрасывала бомбы с высоты 1500 футов, вторая — с 800 футов. Большая часть самолетов продолжала пикировать после сброса бомб и выходила из пике над самой водой, пролетая на уровне полетной палубы. По крайней мере один самолет обстрелял авианосец из пулемета.

Немцы атаковали «Илластриес» тремя волнами, каждая из которых состояла из 2 звеньев по 3 самолета. Они атаковали синхронно с разных направлений. Большинство самолетов заходило с кормы или с обеих раковин, но почти вдоль диаметральной плоскости. В каждую секунду корабль должен был обстреливать не менее 6 самолетов. Средний угол пикирования составлял около 60 градусов, хотя некоторые самолеты пикировали под углом 80 градусов. Каждый пикировщик сбросил одну бомбу, ориентировочно 1000-фн. После осмотра повреждений стало ясно, что первые бомбы имели взрыватели мгновенного действия, чтобы уничтожить личный состав, находящийся наверху, а последующие бомбы должны были пробить броню».

«Штуки» добились не менее 6 прямых попаданий и 3 близких разрывов в течение 7 минут. Это было потрясающее достижение.

1. Попадание в зарядную платформу пом-пома Р1. Бомба пробила ее и ударилась о поясную броню, не взорвавшись.

2. Бомба пробила полетную палубу по левому борту в самом носу, прошла сквозь кубрик, прежде чем взорваться. Она сделала две большие пробоины в борту, вызвала несколько пожаров. Были затоплены малярка и отсек моторов шпиля.

3. Взрыв на платформе пом-пома S2. Погиб весь расчет и большая часть расчета установки S1. Бомба едва не поразила мостик.

4. Попадание в кормовой элеватор. Бомба взорвалась по левому борту в шахте, выведя элеватор из строя.

5. Попадание в правый передний угол шахты кормового элеватора. Бомба срикошетировала и взорвалась на заднем срезе шахты.

6. Бомба пробила полетную палубу и взорвалась на ангарной, в которой сделала большую пробоину и вызвала большой взрыв в кают-компании. Этот взрыв выбил платформу нового элеватора и выгнул ангарную палубу в носовой части корабля. Эта бомба и бомба № 4 уничтожили противопожарные экраны в ангаре. В ангаре «С» начался большой пожар. Взрывы привели к большим потерям в ангаре и офицерской кают-компании. Начались пожары в каютах на верхних палубах.

Если попадания № 1 и № 2 вызвали относительно небольшие повреждения, третья бомба разбила подъемный кран на полетной палубе. Его стрела упала на пом-пом S1 и заклинила его. Четвертое попадание уничтожило платформу элеватора и стоящий на ней «Фулмар», уничтожило кабели питания кормовой группы 114-мм орудий и перебило матросов группы боепитания. Начались пожары, которые вынудили артиллеристов покинуть кормовые установки. Авианосец сразу лишился половины зенитной артиллерии. № 5 и № 6 вызвали дополнительные повреждения в корме, но, к счастью, ни одна из бомб не прошла в машинные отделения, иначе авианосец был бы обречен.

А так «Илластриес», хотя и получил тяжелейшие повреждения, спасся. Снова обратимся к рапорту командира: «Когда эта мощная и блестяще исполненная атака пикировщиков завершилась, корабль пылал от носа до кормы. Полетная палуба была искорежена, и я сразу решил идти на Мальту».

Так и сделали, несмотря на серьезные проблемы и новые атаки. Но спасение «Илластриеса» можно считать не менее блестящим достижением команды корабля. Для Средиземноморского флота прибытие немецких пикировщиков означало потерю господства в Центральном Средиземноморье. Это серьезно осложнило все действия англичан как на море, так и на суше.

Первая атака против авианосца была вообще самым мощным разовым ударом, который нанесли пикировщики военному кораблю. Последующие атаки против «Илластриеса», стоявшего в порту Ла-Валетты, не принесли особого успеха, потому что у немцев не было бомб, способных покончить с авианосцем.

Истребители «Фулмар» в конце концов догнали уходящие «Штуки» и сумели сбить несколько отставших самолетов. Командир желтого звена сообщил:

«Я заметил несколько Ju-87, уходящих на север. Атаковал один из них и увидел, как он перевернулся, вывалился из строя и полетел вниз, пока не рухнул в море».

Другой пилот сообщил:

«Почти сразу после того как пересек линию берега, встретил около семи Ju-87, летящих на север после сброса бомб. Атаковал крайний левый самолет группы, два других отстали и попытались зайти мне в хвост. Выполнив первый заход, повернул, чтобы атаковать одного из этой пары, который находился позади. Отметил большое количество попаданий в фюзеляж, после чего стрелок прекратил огонь. Других повреждений не заметил. Он продолжал лететь на север».

Сводный отчет «Фулмаров» о бое с немецкими пикировщиками раскрывает некоторые детали воздушных боев.

«Если атакован одиночный Ju-87, пилот поднимает нос самолета, чтобы стрелок имел хорошие углы обстрела. Если атакована группа, пара самолетов отстает и обстреливает атакующие самолеты из курсовых пулеметов. «Фулмар» не должен иметь проблем при перехвате Ju-87, превосходя его в скорости и маневренности. Металлическая конструкция Ju-87 не загорается, как итальянские самолеты. Судя по всему, Ju-87 хорошо защищен от атак сзади. Следует прилагать все усилия, чтобы атаковать его сбоку».

Истребители заявили, что наверняка сбили 2 самолета, зенитчики уничтожили еще 3.

«Около 20 футов крыла Ju-87 упали в шахту кормового элеватора, самолет должен был разбиться. Капеллан видел, как один Ju-87 упал в море, другой рухнул в воду прямо за хвостом одного из «Суордфишей» противолодочного патруля».

Кроме попаданий в «Илластриес», самолеты первой волны сумели прорваться к линкорам и добиться одного попадания в «Уорспайт». Однако 250-кг бомба отскочила от его толстой брони и не взорвалась. Несколько бомб разорвались рядом с «Вэлиантом», но его зенитчики заявили, что уничтожили один Ju-87. Самолет был разнесен на куски, когда выходил из атаки недалеко от линкора.

Затем в 16.04 радар «Вэлианта» обнаружил еще одну группу самолетов. Через 5 минут они были замечены визуально, корабли поставили огневую завесу. Эта группа состояла из 15 Ju-87 в сопровождении 5 Me-109.

«Эта атака не была такой хорошо скоординированной и решительной, как первая. Первая волна из 6 самолетов атаковала с кормы и с обеих раковин. Стрельба велась непрерывно, хотя цели по левому борту было трудно видеть из-за дыма от пожара в ангаре. Только 2 бомбы упали рядом с кораблем. Еще 3 самолета атаковали с правого борта примерно через минуту после первой волны. Последний самолет этой группы действовал очень решительно и добился близкого разрыва напротив трубы. Остальные 6 самолетов отошли на северо-восток на большой высоте. Два из них попытались атаковать с левого борта сквозь разрыв в тучах, но были обстреляны и отвалили, не сбросив бомб. Всего было сброшено 9 бомб, одна попала в кормовой лифт (седьмое попадание в общей сложности), вызвав потери среди тех, кто тушил пожары и оказывал помощь раненым. Две бомбы разорвались рядом с кораблем. Та, что взорвалась по правому борту, вызвала новые повреждения кормовой части и убила часть раненых, собранных на квартердеке».

В 18.08 «Илластриес» подошел к входу на протраленный фарватер, ведущий в гавань Ла-Валетты. По пути он подвергся атаке горизонтальных бомбардировщиков. Это произошло на закате. В 19.22 два SM-79 попытались атаковать его торпедами, используя темноту, но успеха не имели. В 22.15 поврежденный авианосец подошел к пирсу Парлаторио, но на этом его страдания не закончились.

Темнота лишила «Штуки» законной добычи, однако на следующий день они вернулись. Самолеты прочесали район к востоку от Мальты, полагая, что авианосец попытается добраться до Египта под прикрытием темноты. Не обнаружив «Илластриес», майор Эннекерус атаковал крейсера, которые сопровождали его на Мальту. Теперь «Глостер» и «Саутгемптон» в сопровождении эсминцев «Дифендер» и «Дайамонд» на большой скорости следовали на восток. По неизвестной причине командиры кораблей решили, что находятся в полной безопасности, за пределами досягаемости «Штук». Ни один из крейсеров не имел радара, поэтому появление немецких самолетов оказалось для них совершенно неожиданным. Не-111 навел Эннекеруса и 12 его Ju-87 прямо на английскую эскадру. Еще год назад Ju-87R, имевшие увеличенный радиус действия, появились во время Норвежской кампании. Более того, «Саутгемптон» имел схватку с ними, поэтому такая беспечность просто необъяснима. В любом случае, 12 «Штук» спикировали со стороны солнца, захватив эскадру врасплох. Самолеты разделились, чтобы атаковать оба крейсера. «Глостер» получил попадание 500-кг бомбы, которая попала в КДП и разрушила мостик, убив 9 человек и ранив 14. Бомба не взорвалась, иначе потери были бы гораздо выше.

«Саутгемптону» повезло меньше. В этот корабль попали две бомбы. Одна из них взорвалась в кают-компании, вторая попала в кубрик унтер-офицеров. Там было полно людей, сменившихся с вахты. Они отдыхали, потому что корабли находились «в безопасности». Потери в личном составе оказались ужасающими. Начавшиеся пожары захватили машинное отделение и вскоре вышли из-под контроля. В 16.05 крейсер потерял ход и остановился, весь охваченный пламенем. Позднее его пришлось затопить. «Саутгемптон» временно стал самым крупным кораблем, потопленным одними самолетами. Его гибель вызвала большой переполох, потому что крейсер был современным кораблем, вооруженным многочисленными зенитками, и был спроектирован так, чтобы выдерживать попадания 203-мм снарядов. Пикировщики не понесли никаких потерь.

После того как поврежденный авианосец был обнаружен на верфи Мальты, где его спешно ремонтировали, «Штуки» немедленно вернулись. Немцы были полны решимости потопить его раз и навсегда. Они едва не преуспели, но удача не покидала «Илластриес» до конца. Массированные налеты бомбардировщиков X авиакорпуса причинили большие разрушения в районе доков, пострадали соседние аэродромы. Однако здесь немцы столкнулись с сопротивлением в воздухе, и сами понесли серьезные потери.

16 января были проведены две атаки, в 14.40 и 16.10 соответственно. «Илластриес» получил восьмое попадание. Бомба пробила заднюю оконечность полетной палубы и взорвалась на квартердеке. Рулевое управление не пострадало, но взрыв вызвал новые повреждения ослабленных кормовых конструкций. Потребовался новый ремонт, и выход авианосца в море пришлось отложить. Во время этих атак серьезные повреждения получили легкий крейсер «Перт» и транспорт «Эссекс».

18 января пикировщики переключились на аэродромы Халь-Фар и Лука, чтобы уничтожить английские истребители. На аэродромах имелись большие разрушения, но в ответ англичане сбили 10 пикировщиков. Или полагали, что сбили. К вечеру того же дня «Илластриес» был отремонтирован почти достаточно, чтобы попытаться выскочить с острова, но 19 января немцы провели еще два сильных налета — в 10.15 и 13.10. Около 70 бомб разорвались рядом с кораблем, хотя прямых попаданий не было. По заявлениям англичан, в этот день было сбито 19 немецких пикировщиков[6]. Тем не менее, авианосец получил новые повреждения и начал крениться на левый борт.

I/StG.l капитана Хоццеля во время этих налетов использовала особые тяжелые бомбы[7]. Если бы они попали в цель, с авианосцем было бы покончено. Однако такая нагрузка делала «Штуку» слишком неуклюжей, и потери были так высоки, что подразделения пикировщиков приостановили налеты, чтобы переформироваться и пополниться. Но «Илластриес», получив передышку, ускользнул. Сначала он прибыл в Александрию, а оттуда отправился на американские верфи, где провел почти год, пока не был завершен обширный ремонт.

Гитлер приказал «Штукам» перекрыть Сицилийский пролив для Королевского Флота, и они почти сделали это. Год назад так же почти был перекрыт Ла-Манш. Более двух лет крупные корабли не рисковали появляться в этих водах. Флот наметил несколько районов вокруг Мальты, которые легкие силы должны были, по возможности, обходить. Эти опасные районы определялись радиусом действия немецких пикировщиков. За их пределами находились «Убежища от «Штук», как их называли моряки Королевского Флота. Однако они находились в пределах досягаемости другого пикировщика — Ju-88.

Похожие книги из библиотеки

Do 335 «Pfeil» Самый быстный поршневой истребитель. Часть 1

Если бы проводился конкурс на са­мый необычный самолет, созданный в годы 2-й Мировой войны, Dormer Do 335 «Pfeil» имел бы все шансы занять одно из призовых мест. В отличие от своих конкурентов, которые, несмотря на пе­редовую конструкцию, не имели замет­ной боевой ценности, «Pfeil» представ­лял собой удачную боевую машину. Это был один из самых быстрых истребите­лей с поршневым двигателем в истории авиации. Если бы немцам удалось ре­шить технические проблемы, преследо­вавшие самолет на всех этапах его со­здания, и организовать его серийный вы­пуск, то в их руках оказался бы исключи­тельный по своим качествам истреби­тель, способный эффективно бороться с любым самолетом противника.

Поэтому нет ничего удивительно­го в том, что после войны союзники ак­тивно испытывали попавшие им в руки Do 335. Однако стремительное разви­тие реактивной авиации вскоре сделала Do 335 неактуальным.

Советские танки Второй мировой войны

Выпуск содержит информацию о советских танках, принимавших участие во Второй мировой войне, а также сведения об организации танковых войск Красной Армии.

Броненосные крейсера типа “Адмирал Макаров”. 1906-1925 гг.

Данная книга является продолжением книги автора “Броненосный крейсер “Баян”” (С-Пб. 2005 г.) и посвящена однотипным кораблям “Адмирал Макаров”, “Баян” и “Паллада”.

Все три корабля участвовали в первой мировой войне, а один из них — “Паллада” погиб от торпеды подводной лодки в октябре 1914 г. В книге описываются строительство, предвоенная служба, операции первой мировой войны, в которых участвовали эти корабли.

Для широкого круга читателей, интересующихся военной историей.