Глав: 23 | Статей: 23
Оглавление
Советский легкий танк Т-26, созданный как дальнейшее развитие английского «Виккерса 6-тонного», являлся уникальной боевой машиной. Во-первых, это был самый массовый советский танк 1930-х годов (изготовлено более 11000 штук), на базе которого создали рекордное количество опытных образцов (несколько десятков). Во-вторых, этот танк являлся настоящей рабочей лошадкой Красной Армии — у озера Хасан и реки Халхин-Гол, в Испании и Китае, советско-финляндской войне и польском походе 1939 года, в Великой Отечественной и войне с Японией. Т-26 поставлялся в Испанию, Китай и Турцию, а трофейные образцы состояли на вооружении вермахта, Румынии, Финляндии и Венгрии.

И несмотря на то, что конструкция Т-26 не получила дальнейшего развития после 1940 года, этот танк вошел в историю как надежная и неприхотливая боевая машина, которая своей стальной грудью вставала на защиту нашей страны в самые тяжелые моменты.
Максим Коломиецi

НА ПИКЕ КАРЬЕРЫ

НА ПИКЕ КАРЬЕРЫ

Если рождение Т-26 сразу поставило его в особые условия — наиболее сильного среди танков малой массы, то уже к 1935–1936 годам положение изменилось. В разных странах появились модели сходной боевой массы (до 10 т), имевшие по сравнению с Т-26 сходную или более мощную бронезащиту, более высокую скорость и маневренность при аналогичном вооружении. Наиболее интересными с точки зрения советских специалистов стали чехословацкие танки Lt. vz. 34, S-IIа, японский «Ха-Го», французские R 35, Н 35, FCM 36.

В справке, подготовленной в мае 1936 года С. Гинзбургом для начальника Автобронетанкового управления (АБТУ) РККА говорилось: «В настоящее время лучшие иностранные танки по всем характеристикам, кроме вооружения, обгоняют отечественные образцы, являющиеся развитием конструкций, разработанных шесть-семь лет назад…



Т-26 выпуска 1936 года на маневрах МВО. Зима 1937 года. Танк имеет сварной корпус и штампованную маску пушки (АСКМ).

Наибольший интерес для отечественного танкостроения представляют танки „Шкода“, имеющие чрезвычайно мягкий ход, французские „Форж и Шантье обр. 1936 г.“ (речь идет о танке фирмы FCM 36. — Прим. автора), как имеющие корпус из толстых броневых листов, соединенных сваркой, а также танки „Рено обр. 1935 г.“, использующие броневое литье». Хоть справка была посвящена только обзору новых образцов иностранных танков, в ней также были мысли и об отечественных боевых машинах: «В настоящее время развитие отечественных танков идет по пути наращивания их массы без изменения двигателя и конструкции ходовой части. Это приводит к тому, что ходовая часть и подвеска отечественных танков сегодня являются перегруженными и склонными к выходу из строя во время их боевой эксплуатации».

Уже в сентябре 1936 года С. Гинзбург разрабатывает эскизный проект принципиально нового танка сопровождения пехоты, который предлагает для рассмотрения в АБТУ РККА. Однако, в силу целого ряда причин, проект «положили под сукно». Данная разработка Гинзбурга была очень интересна и заслуживает отдельного более подробного описания. Но сегодня нам важно понять только, то что к началу 1937 года, по мнению многих отечественных конструкторов, Т-26 себя исчерпал.



Парад в Куйбышеве 7 ноября 1940 года. На фото танки Т-26 выпуска 1938 года (РГАКФД).


Радийный танк Т-26 на маневрах. Лето 1937 года. Машина имеет штампованную маску пушки. Обратите внимание на резиновый коврик (на верхнем листе корпуса), предохранявший танкистов от соскальзывания при посадке в танк (ЦМВС).

Тем не менее, в программе модернизации танка на 1937 год остались лишь следующие пункты, продиктованные опытом войсковой эксплуатации, а также опытом боев в Испании: «Поднять мощность двигателя до 105–107 л. с.; усилить подвеску танка; довести боекомплект танка до 204 снарядов и 58 пулеметных дисков; улучшить броневую защиту корпуса и башни установкой более толстых броневых листов (20–22 мм) преимущественно под наклоном; улучшить возможности безопасной эвакуации из танка под обстрелом».

Увеличение мощности двигателя осуществлялось установкой нового карбюратора и увеличением числа рабочих оборотов. Однако при этом начали происходить случаи массового обрыва клапанов при эксплуатации танков в частях. В условиях всеобщей борьбы с «вредительством» и «врагами народа» это привело к тому, что были отстранены от работ и арестованы многие ведущие специалисты, в том числе С. Гинзбург. Сборка и приемка танков на заводе была прекращена «впредь до выяснения причин поломок двигателей». В результате, план по выпуску Т-26 был не выполнен (в течение 1937 года в войска передали всего 550 Т-26), а репрессии среди инженеров КБ не позволили провести модернизацию машины. Тем не менее, проблему увеличения мощности мотора удалось решить: двигатель оснастили карбюратором новой конструкции и переводом танка на питание «грозненским бензином 1-го сорта». Хотя полностью провести намечаемую модернизацию Т-26 не удалось, некоторые изменения в конструкцию машины были внесены.

К выпуску новой модификации Т-26 приступили в 1938 году. На танк был установлен двигатель мощностью «до 100 л. с.», хотя согласно паспортам танков мощность двигателя в них составляла от 93 до 96 л. с. В качестве стартеров вместо импортных «Сцинтилла» (2 л. с.) и «Бош» (2,2 л. с.) все чаще устанавливался более мощный отечественный стартер МАЧ-4539 (2,6 л. с.)



Танк Т-26 выпуска 1938 года на испытаниях. НИБТ полигон, лето 1938 года. Машина имеет башню конической формы с поручневой антенной и фарами боевого света (РГАЭ).

Корпус танка с наклонным расположением броневых листов изготовить в срок не удалось. Поэтому он был полностью идентичным сварным корпусам выпуска 1935-36 годов, а начиная со второй половины 1938 года в днище был введен эвакуационный люк. Но коническая башня «улучшенной защиты» была подана во время и танк с прежним корпусом, усиленной подвеской (за счет установки более толстых листов рессор), форсированным двигателем и новой башней, поступил на испытания на НИБТ полигон.

В ходе испытаний, проведенных весной 1938 года, отмечалось, что танк уже является перегруженным и потому его проходимость недостаточна. Бронирование танка уже не отвечает современным требованиям, вооружение пока еще остается на уровне, но в ближайшее время может стать недостаточным, а резервов массы для его усиления нет. И в заключение испытатели изложили свое особое мнение: «Все недостатки Т-26 в том, что его модернизация проводилась исключительно по пути наименьшего сопротивления — увеличения брони, мощности мотора и вооружения. Необходимо же кардинально переработать подвеску, которая теперь значительно перегружена и не обеспечивает гарантированного пробега, даваемого заводом-изготовителем. Кроме того, недостатками Т-26 следует считать — угловатость форм и отсутствие обтекаемости, малая удельная мощность и недостаточные технические скорости. Большое удельное давление ввиду узких гусениц. Ненадежная конструкция длинного карданного вала. Вооружение для данного типа танка пока в общем соответствует своему назначению и несколько превосходит таковое у лучших зарубежных образцов. Конструкция траков гусениц не дает гарантии их выскакивания из опорных катков. Пальцы гусениц разрушаются от больших нагрузок при движении танка по пересеченной местности.

Т-26 является танком устарелой конструкции. Необходимо срочно разработать достойную замену этой боевой машине».

Однако для того, чтобы танк сопровождения пехоты претерпел радикальные изменения, потребовались бои у озера Хасан в 1938 году и на реке Халхин-Гол в 1939-м, а также советско-финляндская война. Но еще до описываемых событий в середине 1939 года танк обрел тот самый вид, который ему помешали обрести события 1937 года. Новая машина в документах завода № 174 и материалах военной приемки обозначалась как Т-26-1, но в отечественной и зарубежной литературе более известна как «Т-26 образца 1939 года».



Танк Т-26 выпуска 1938 года на испытаниях. НИБТ полигон, лето 1938 года. Машина преодолевает болото (РГАЭ).



Радийный танк Т-26 выпуска 1938 года. Машина имеет коническую башню со сварной маской пушки, фарами боевого света, люком для турели П-40, командирским перископом ПТК и установкой пулемета в кормовой нише.

Танк получил, наконец, подбашенную коробку с наклонными бортами, а также усиленные рессоры с пятью коренными листами (вместо трех). Кроме того, для облегчения ремонта вышедших из строя резиновых бандажей опорных колес, крепление съемного бандажа начали осуществлять болтами вместо шпилек. Толщину бортовых листов подбашенной коробки увеличили до 20-мм, правда броневая защита осталась примерно на прежнем уровне, так как вместо цементованных листов на изготовление корпуса теперь шли листы гомогенной брони. Лобовой щиток башни теперь изготавливался штамповкой. Также штамповкой начали изготавливать щиток механика-водителя. Но не удалось поднять боекомплект танка до 204 выстрелов 45-мм пушки и 58 дисков к пулеметам. За счет изъятия укладки дополнительного пулемета и исключения установки кормового пулемета боекомплект линейного танка удалось довести до 186 выстрелов и 56 пулеметных дисков (в радийном танке — до 165 выстрелов и 49 пулеметных дисков). Вместо радиостанции 71-ТК-1 на оснащение радийных танков начали поступать радиостанции 71-ТК-1 с дополнительным емкостным блоком и переговорным устройством ТПУ-2 (вместо ТПУ-3), а с начала 1940 года радиостанцию сменили на 71-ТК-З. С конца 1939 года на танке начали устанавливать бакелитовые топливные баки, которые меньше страдали от пробития пулей. По опыту войны в Испании с 1 февраля 1939 года ввели надмоторные жалюзи с решетками типа «елочка», которые «предохраняли радиатор от прострела пулей и прокола штыком». Параллельно с этим шли работы по испытанию жалюзи «предохраняющих от заливания горючей жидкостью сверху».

Данная конструкция, представлявшая собой специальную двугорбую крышку (некоторые ветераны-танкисты называли ее «задница»), стала устанавливаться на Т-26 с лета 1939 года. Также на некоторых танках Т-26 установили компасы для слепого вождения, которые вскоре были сняты из-за несовершенства конструкции. В январе 1939 года была упразднена пулеметная установка в кормовой нише башни и установке фар боевого света, а поручневая антенна заменена на штыревую. Кроме того, на линейных танках была введена установка прибора ПТК на башне (до этого ПТК устанавливался только на радийных машинах.



Продольный разрез конической башни танка Т-26 выпуска 1939 года (из книги «Танк Т-26. Руководство службы» издания 1940 года).


Поперечный разрез конической башни танка Т-26 выпуска 1939 года (из книги «Танк Т-26. Руководство службы» издания 1940 года).

Естественно, что все эти конструктивные изменения привели к увеличению массы танка, которая у Т-26-1 составила 10,3 т. Несмотря на усиление конструкции, ходовая часть машины работала на пределе. Значительно снизилась плавность хода, часто соскакивала гусеница, особенно на поворотах. Поэтому первоочередной задачей инженеров являлась разработка новой конструкции подвески для Т-26. Летом 1939 года в КБ завода № 185 под руководством С. Гинзбурга был разработан проект танка Т-26М с усиленным вариантом подвески. Она была выполнена по несколько переработанной схеме подвески чехословацкого танка Skoda IIа (эта машина в 1938 году проходила испытания в СССР и советское правительство рассматривало вопрос о ее покупке).



Вариант укладки ЗИП на корпусе танка Т-26 выпуска 1939–1940 годов с наклонной подбашенной коробкой (из книги «Танк Т-26. Руководство службы» издания 1940 года).

В конструкции новой подвески использовались опорные катки танка Т-28 и уширенная до 350 мм гусеница с увеличенной высотой гребней траков. За время испытаний танк прошел 655 км со средней скоростью 26,74 км/ч. Выводы комиссии, проводившей испытания, были следующими:

«Ходовая часть Т-26М прочна, надежна и дает значительно лучшую плавность хода, что позволяет применить на танке также более мощный двигатель. Гусеницы обеспечены от спадания, в том числе и при поворотах с креном до 40 градусов, что невозможно на других типах танков.

Сцепные качества гусеницы Т-26М выше, чем гусеницы серийного танка. Уширенные гусеницы, хоть и требуют затраты несколько больших усилий на поворотах, но улучшают проходимость на слабых грунтах и сцепление траков при преодолении препятствий».

Еще в ходе работ над Т-26М завод № 185 приступил к проектированию машины Т-26-5. В отличие от своего предшественника, новый танк должен был иметь форсированный до 130 л. с. двигатель и увеличенную до 20-мм броню бортов корпуса. Кроме того, на Т-26-5 предполагалось установить подвеску, испытанную на Т-26М и несколько модернизированную. Кроме того, на Т-26-5 планировалось опробовать подвеску конструкции инженера Переверзева с цилиндрическими пружинами (это подвеска была испытана на обычном Т-26-1. — Прим. автора).



Общий вид передней фары, заднего фонаря (стоп-сигнала), звукового сигнала старого (до 1938 года) и нового образцов (из книги «Танк Т-26. Руководство службы» издания 1940 года).


Общий вид на корму корпуса танка Т-26 выпуска 1939–1940 годов (из книги «Танк Т-26. Руководство службы» издания 1940 года).

В конце лета танк Т-26-5 прошел испытания, показавшие хороший результат. Предполагалось, что с 1940 года новая модификация танка будет запущена в серию. Однако начавшаяся 30 ноября 1939 года советско-финляндская война внесла свои коррективы. С самого начала боевых действий заводы № 174 и № 185 переключились на выполнение заданий для нужд Действующей Армии — выпуск машин XT-133 (подробнее о химических танках — на стр. 82–89), проектирование и изготовление противоминных тралов, шпор для траков гусениц, экранировку танков и т. п. Поэтому времени на организацию производства Т-26-5 не осталось. Кроме того, так и не удалось довести до нормального работоспособного состояния двигатель мощностью 130 л. с. Правда, еще с начала 1939 года в КБ завода № 185 велись работы по созданию дизельного мотора «744», выполненного в габаритах двигателя Т-26. Предполагалось, что мощность дизеля «744» будет порядка 150–180 л. с.

К январю 1940 года было изготовлено два варианта такого двигателя, один из которых прошел испытания в танке Т-26-1. Несмотря на ряд выявленных недостатков, доработка дизеля «744» обещала значительно повысить скоростные и маневренные качества Т-26. Однако после того, как в марте 1940 года завод № 185 был влит в состав завода № 174, все работы по дизелю «744» прекратили.



Танк Т-26-1 выпуска 1939 года. НИБТ полигон, 1946 год. Машина прошла ремонт и имеет несвойственные для Т-26-1 черты: отсутствие броневого колпака на фаре, нестандартный ящик ЗИП на левом крыле (АСКМ).



Радийный танк Т-26-1 выпуска 1940 года. Машина имеет подбашенную коробку с наклонными стенками, коническую башню со штампованной маской пушки, установку командирского перископа ПТК и штыревую антенну.


Танк Т-26-5 с подвеской по типу чехословацкого танка «Шкода».


Танк Т-26М с ходовой частью по типу чехословацкого танка «Шкода» на испытаниях. 1940 год (АСКМ).

Боевое использование Т-26 в ходе советско-финляндской войны окончательно показало, что танк устарел и возможности для его модернизации полностью исчерпаны. Еще в феврале 1940 года Автобронетанковое управление Красной Армии выдало тактико-технические требования на проектирование нового танка СП («сопровождения пехоты») с броней не менее 45-мм. Помимо завода № 174 к работам по созданию новой машины привлекался ленинградский Кировский завод.

Весной 1940 года КБ завода № 174 разработало проект танка Т-126, который по сути представлял собой коренную модернизацию Т-26. Новая машина имела броню толщиной 40–45 мм, подвеску Т-26-5, дизельный двигатель «744» разработки завода № 185 и курсовой пулемет в лобовом листе подбашенной коробки. Расчетная масса нового танка составляла 14 тонн. Проектом также предполагалось довести все танки Т-26-1 до уровня Т-126 путем установки на них дизельного двигателя, новой подвески и экранировки брони. Однако к этому времени на испытания вышли опытные образцы танка Т-126СП с 45-55-мм броней, торсионной подвеской и дизелем В-4 («половинка» дизеля В-2 мощностью 250 л. с.). По результатам испытаний заводом № 174 был спроектирован новый танк Т-50, который зимой 1940 года был принят на вооружение взамен Т-26. С 1 января 1941 года производство танка Т-26 было прекращено.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.143. Запросов К БД/Cache: 0 / 0