Главная / Библиотека / Броненосец " ПЕТР ВЕЛИКИЙ" /
/ 5. Кто будет строить корабль?

Глав: 29 | Статей: 29
Оглавление
В истории развития науки и техники бывают периоды, когда какое-либо новшество делает коренной переворот и все, создававшееся до этого в течение десятилетий, устаревает, открывая дорогу новому. В судостроении к таким новшествам следует отнести появление на кораблях сначала паруса, а потом и артиллерии. Переворот, тесно связанный с развитием техники и металлургии, произвела появившаяся на судах в начале девятнадцатого века паровая машина, а спустя полстолетия защита кораблей от вражеской артиллерии броней.

5. Кто будет строить корабль?

5. Кто будет строить корабль?

Предстоящее строительство монитора ставило перед Морским министерством и МТК довольно трудную задачу. Корпус "монитора-крейсера" в то время являлся весьма сложным техническим сооружением, и постройка его на заре железного судостроения была вовсе непростым делом. В мировой практике большее водоизмещение имели лишь знаменитый исполин английского инженера И. Брюнеля "Грейт Истерн", построенный в 1858 году, и несколько батарейных броненосцев британского флота. В России корабли подобного водоизмещения еще не строились.

С началом броненосного судостроения Морское министерство выбрало три направления в строительстве кораблей для флота. Первое заключалось в том, что корпус и машины строились за границей с последующим вооружением корабля в России. Это был наиболее простой путь, но он не способствовал развитию наших заводов и обогащению опытом судостроителей. К нему прибегли лишь при строительстве броненосной батареи "Первенец", которую заказали в Англии. Вторым способом являлось строительство корабля с "подряда". Корабль заказывали одному из частных заводов с поставкой ему в процессе работ от Морского министерства брони, орудий, механизмов и дельных вещей. Третьим являлся способ строительства "казенными средствами". В этом случае корабль строило непосредственно Морское министерство на одном из своих заводов, привлекая в качестве подрядчиков на изготовление различного оборудования множество заводов в России, а в исключительных случаях – и за границей.

От постройки корабля за границей отказались сразу же, так как к тому времени, построив у себя ряд кораблей для защиты Кронштадта, наши заводы имели уже достаточный опыт.

После этого Морское министерство объявило так называемые "торги" – конкурс на более выгодное размещение заказа, поместив в одном из приложений газеты "Санкт-Петербургские ведомости" объявление.

Незадолго до торгов, в начале февраля 1868 года, составленные чертежи и спецификацию корпуса МТК отправил в контору Санкт-Петербургского порта для ознакомления с ними представителей заводов.

На торгах, состоявшихся 20 февраля, взвесив свои возможности, оказались только три претендента: известный заводчик Митчель, построивший на Галерном островке батарею "Не тронь меня"; завод Карра и Макферсона, строивший трехбашенный фрегат "Адмирал Лазарев"; Невский завод Семянникова и Полетики, который строил двухбашенный фрегат "Адмирал Чичагов".

К концу февраля заводы подали свои соображения и предположительную стоимость постройки корпуса. Самая большая стоимость постройки оказалась у Митчеля – 1 млн. 375 тыс. рублей, а наименьшая у завода Карра и Макферсона – 1 млн 212 тыс. рублей. Видимо, частные предприниматели занижали истинную стоимость, так как цена, определенная в МТК, была большей. Причем сюда не входили расходы на эксплуатацию выделенного для строительства фрегатского эллинга на Галерном островке с примыкающими к нему плазом, мастерскими и кранами.

Несмотря на более выгодные условия, предложенные заводом Карра и Макферсона, МТК, ответственный за техническую сторону вопроса, вместе с управляющим Морским министерством адмиралом Н. К. Краббе настаивал на передаче заказа английскому заводчику Митчелю, давнему и опытному подрядчику министерства.


В пользу предоставления заказа Митчелю имелись следующие соображения. Успешную постройку нового броненосца нельзя было подчинить исключительно дешевизне, и, кроме того, завод Карра и Макферсона помимо строительства трехбашенного фрегата был загружен строительством большого плавучего дока, а завод Семянникова и Полетики – строительством трех фрегатов. Учитывалось и то, что Митчель являлся "серьезным предпринимателем и отличным техником", который уже изготовил два броненосных корабля и строил еще три. С заказом ему "монитора-крейсера" наша промышленность получила бы "серьезного наставника", рабочие и техники, бывшие в Морском министерстве, в процессе строительства приобрели бы большой опыт. Немаловажным являлось и то, что через Митчеля МТК мог получить из заграницы многие новшества в постройке броненосных судов, и как преуспевающий капиталист, он не ограничивал Морское министерство в уплате денег строго определенными сроками.

Иначе думали представители конторы Санкт-Петербургского порта, ответственные за организационную и хозяйственную стороны строительства. Они склонялись к тому, что постройку "монитора- крейсера" следует вести "казенными средствами", а не с подряда, так как "столь новое дело" – сооружение такого большого корабля – не могло быть заранее обусловлено контрактом. Ведь множество особенностей самой постройки, предстоящие нововведения в проекте и в процессе работ требовали дальнейших разработок и финансирования, а все это учесть заранее не представлялось возможным.



Поперечный, разрез эллинга на Галерном островке. На стапеле броненосная батарея "Не тронь меня"

Не следует забывать, что одновременно с развитием броненосного судостроения острее и острее возникала проблема уменьшения стоимости. Если за десять лет до этого полумиллионные затраты на постройку деревянного линейного корабля считались громадными, то ко времени начала строительства "монитора-крейсера" они выглядели уже ничтожными. По предварительным подсчетам в МТК строительство корпуса обходилось в 1 млн. 475 тыс. рублей, а «машин – в 835 тыс.* рублей, что в сумме составляло более 12,5 % ежегодно отпускаемых на судостроение средств. Да и само строительство корабля средствами порта давало больше возможностей для централизованного управления работами и позволяло нашим кораблестроителям не в качестве учеников, а на практике проверить свои возможности и усовершенствовать накопленный до этого опыт.

Аналогично рассуждал и сам генерал- адмирал великий князь Константин Николаевич, что собственно и являлось решающим. 8 июля 1868 года в беседе с Александром II он акцентировал внимание на необходимости постройки "монитора-крейсера" "казенными средствами". В этой беседе император Александр II дал свое "согласие" на строительство "двухбашенного судна по проекту свиты его Величества контр-адмирала А. А. Попова". Вопрос о постройке корабля "казенными средствами" был окончательно решен. Местом строительства избрали фрегат- ский эллинг верфи Галерного островка.

Галерный островок, находящийся между двумя рукавами реки Фонтанки при впадении ее в Неву, с давних пор являлся местом строительства галер для русского флота, отчего и получил свое название. С 1828 года после некоторой реконструкции на нем строились уже и фрегаты. Особенную известность Галерный островок получил с началом внедрения в России железного судостроения, после избрания его комиссией под председательством адмирала С. А. Воеводского местом постройки подрядчиком Митчелем броненосной батареи "Не тронь меня". На верфи сразу же началось строительство дополнительных сооружений, причем все они строились с расчетом не только на постройку батареи, но и с перспективой дальнейшего строительства броненосцев. Для этого по приказанию генерал-адмирала бывший в Англии агент Морского ведомства капитан-лейтенант А. П. Колокольцев основательно изучил опыт перестройки верфей под железное судостроение, в чем большую помощь ему оказал и Митчель. Непосредственно переоборудованием верфи на островке руководил заведующий Охтинским адмиралтейством капитан 1 ранга Ф. Ф. Гагман, а его помощниками являлись: по механической части – прапорщик К. К. Буш, по строительной – инженер штабс-капитан Васильев.

В июне 1862 года на верфи начали строительство эллинга длиной 91,5 м, шириной 27,5 м и полной высотой 28 м. Эллинг снабдили рельсовыми путями для паровых кранов грузоподъемностью 2,5 т, а вблизи его построили "железообрабатывающую" мастерскую с паровым прессом и станками. Для хранения железа, изготовленных частей корпуса, угля и других материалов построили специальные "магазины-склады, часть из которых имела отопление. Одновременно оборудовалась и пристань. На ней установили новые краны и проложили железнодорожные пути. На всем островке и в эллинге было газовое освещение. Через капитан-лейтенанта А. П. Колокольцева в Англии заказали судостроительное оборудование, которое установили к началу февраля 1863 года, то есть через восемь месяцев с начала работ, и уже 5 февраля началась установка на стапеле нового эллинга стапель-блоков для батареи "Не тронь меня".

В ноябре 1863 года на Галерном островке заложили два монитора "Единорог" и "Стрелец" и двухбашенную броненосную лодку "Смерч", спуск которых совместно с батареей "Не тронь меня" состоялся в мае-июне 1864 года. После этого началось строительство еще одной механической мастерской для обработки поступающего на верфь листового и профильного металла. Затем на верфи строилась броненосная лодка "Русалка", спущенная на воду в августе 1867 года. А спустя полгода фрегатский эллинг начали готовить к строительству океанского "монитора- крейсера".

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги
Реклама

Генерация: 0.186. Запросов К БД/Cache: 3 / 1