Глав: 8 | Статей: 30
Оглавление
Безвозвратно ушедшие от нас корабли и их, уже все покинувшие этот мир, люди остаются с нами не только вошедшими в историю судьбами, но и уроками, о которых следует многократно задумываться. Продолжавшаяся ничтожно короткий исторический срок – каких- то 10 с небольшим лет, активная служба “добровольцев” оказалась, как мы могли увидеть, насыщена огромной мудростью уроков прошлого. Тех самых уроков, которые упорно отказывалось видеть 300-летнее российское самодержавие, и, что особенно удивительно, не хотят видеть и современные его перестроечные поклонники и радетели.

Корабли несостоявшихся эскадр

Корабли несостоявшихся эскадр

В официальном труде МГШ "Русско-японская война 1904-1905 гг." в книге шестой, посвященной походу 2-й Тихоокеанской эскадры и выпущенной, увы, лишь в 1917 году, упоминались и корабли, строившиеся на добровольные пожертвования.

Необходимость посылки добавочных подкреплений вслед ушедшей 2 октября 1904 г. из Либавы эскадры З.П. Рожественского была признана на особом совещании 11 декабря 1904 г. Еще на предшествовавшем совещании 11 августа в Петергофе собравшиеся сознавали, что ко времени прихода эскадры на театр военных действий порт-артурская эскадра, которую будто бы должен был выручить З.П. Рожественский, существовать уже, по-видимому, не будет. В декабре 1904 г. гибель флота на Дальнем Востоке стала свершившимся фактом. Уравновесить силы с японским флотом можно было только отправив на Восток практически все наличные корабли, еще остававшиеся в Балтийском море.

Минные крейсера войти в состав отрядов уходящих кораблей не успели. Их теперь в числе девяти единиц собирались послать вместе со вторым эшелоном. Он включал броненосцы "Слава", "Император Александр II" (безнадежно устарелый), столь же "боевые" крейсера "Адмирал Корнилов" (1887 г.) и "Память Азова" (1888 г.), а также восемь 350-тонных миноносцев из числа заказанных по довоенным проектам. Командовать этим "2-м отдельным отрядом судов Тихого океана" 16 мая 1905 г. был назначен контрадмирал Н.А. Беклемишев. Такова была инерция и фатальное запаздывание мышления в верхах Морского министерства, где даже произошедшая двумя днями ранее Цусимская катастрофа еще не могла произвести свое отрезвляющее действие.

В Записках Императорского русского технического общества, опубликовавших в 1907 г. лекции Н.Н. Беклемишева, о только что закончившейся войне говорилось с большой определенностью. И без постыдных придворных приседаний. Выпускник минного офицерского класса времен турецкой войны и Морской академии 1886 г., Н.Н. Беклемишев из прапорщика корпуса флотских штурманов сумел перейти в строевой состав флота, участвовал в двух больших заграничных плаваниях на клипере "Стрелок" (18801882) и крейсере "Память Азова" (1890-1892). С 1887 г. состоял в чине лейтенанта, в 1897 г. на основании правил ценза переведен на капитан-лейтенантский оклад. С 1898 г., оставаясь зачисленным по флоту в чине лейтенанта, перешел на службу "для управления частными мореходными предприятиями". Хорошо зная флот и душой за него болея, Н.Н. Беклемишев стал инициатором создания сыгравшей большую роль "Лиги обновления флота", ее первым председателем и издателем популярного журнала "Море". В лекциях Н.Н. Беклемишева впервые было обращено внимание на коренной изъян стратегического руководства в минувшей войне, где "многие решения принимались под влиянием последних впечатлений, а не целостного плана".

"Комитет великого князя, – писал (и говорил ранее) Н.Н. Беклемишев, – начал производить постепенную постройку минных крейсеров на русских и финляндских заводах по иностранным чертежам и с заказом механизмов за границей". "Такая система была принята ввиду ускорения и с расчетом, что большего размера минные крейсера пригодятся для посылки вокруг Европы и Азии с другими подкреплениями". Не обсуждая прямо это решение, Н.Н. Беклемишев напоминал о том, что "для быстрого подкрепления Тихоокеанского флота существовали и другие пути. Так. например, очень была бы полезна "постройка малых, перевозимых по железной дороге миноносок, о которых ходатайствовал адмирал Макаров, или постройка корпусов во Владивостоке для готовых уже машин миноносцев балтийских".

Объясняя позицию, занятую великим князем, Н.Н. Беклемишев приходил к горькому выводу о том, что "очевидно, распорядители надеялись на заграничную технику более, чем на русскую". Но, наверное, дело было не столько в технике, сколько в удовлетворении интересов тех самых "посредников" в заказах народных крейсеров, о чем и говорилось в уже упоминавшейся другой статье из того же журнала "Море и его жизнь".

Между тем действительно государственный подход мог бы обеспечить гораздо более быстрое и эффективное пополнение флота. Даже согласившись с первой серией заказов на заводе Ланге (чтобы корабли успели войти в состав первоочередно уходящих подкреплений), можно было остальные строившиеся корпуса, как и их машины, отправлять для полной сборки во Владивосток. Так же могли, очевидно, поступить и с миноносцами, строившимися заводом "Германия". Ведь именно так в конце-концов и сделали со строившимися тогда миноносцами фирмы Крейтон, а частью и с подводными лодками.

Но судьба с удивительным, как никогда, постоянством не переставала в той войне давать России (и под Порт-Артуром и в Цусиме) новые и новые шансы на успех. Так, капитан I ранга В.А. Лилье, прошедший курсы наук в Морской академии, в двух офицерских классах – минном и артиллерийском и работавший в МТК в качестве помощника адмирала Ф.В. Дубасова, обращаясь к своему прежнему начальнику высказывал убеждение в том, что строящиеся сейчас большие миноносцы попасть на войну явно не успеют, и предлагал начать постройку скоростных торпедных катеров. Но феномен российской рутины, взращенный косностью самодержавия, был непробиваем.

Таков был разброс тех средств из казны и из добровольных пожертвований, которыми бюрократия пыталась восполнить все те неполноправные промахи, которые она допустила в предвоенное время. Велик их масштаб и неисчислимы убытки, понесенные при заказах всех этих кораблей несостоявшихся эскадр. Только за катера Никсона заплатили без малого 1,5 млн. руб. (640 000 долларов). ВА. Лилье каждый из предлагаемых им катеров оценивал в 5000 руб. Флот из 150 таких катеров (если даже удвоить их стоимость), бесспорно, вымел бы из-под Порт-Артура не только все японские катера и миноносцы, но, наверное, мог бы добраться и до более крупных японских кораблей. Более рационально, как мы увидим, могли быть использованы и деньги, затраченные на "народные крейсера".

Оглавление книги


Генерация: 0.079. Запросов К БД/Cache: 3 / 1