Войсковая разведка в эпоху Сэнгоку

Профессиональные ниндзя решали далеко не все проблемы обеспечения своих хозяев разведданными. Как правило, они выполняли разовые поручения особого рода или действовали в глубоком вражеском тылу под прикрытием. Насущные же проблемы войсковой разведки решались другими органами. К концу XVI в. японские армии располагали четкой системой организации войсковой разведки. Представление о ней дают такие классические сочинения конца XVI в., как «Хосокава Юсай обоэгаки» («Памятные записки Хосокавы Юсая») [39], «Гунтю сэкко сё» («Книга о разведке на войне»), «Корай никки» («Дневник войны в Корее») [40] и др.

Поскольку основным методом войсковой разведки является наблюдение, то и разведчиков японцы называли «наблюдателями» — мономи. По функциям различались тика-мономи — «ближние наблюдатели», располагавшиеся на переднем крае, тоо-мономи — «дальние наблюдатели», высылавшиеся вперед, ближе к противнику, а также синоби-мономи — «невидимые наблюдатели», действовавшие во вражеском тылу. «Легконогие наблюдатели» — асигару-мономи — занимались разведкой местности, а сутэ-камари — «брошенные и пригибающиеся» — снайперским уничтожением командиров противника. Для осуществления налетов, засад, поисков и рейдов создавались специальные разведывательные отряды, различавшиеся численностью. Согласно «Корай никки» оо-мономи — «большой отряд наблюдателей» — отбирался в числе 100 воинов от каждой тысячи солдат, нака-мономи — «средний отряд наблюдателей» — в числе 50 бойцов от каждой тысячи, тииса-мономи (ко-мономи) — «малый отряд наблюдателей» — в числе от 1 до 45 воинов от каждой тысячи. Для наблюдения за настроениями своих войск использовались «цепляющие к глазам» — мэцукэ, часть из которых действовала тайно — синоби-мэцукэ. Вопросами контрразведки ведали «прочищающие глаза» — мэакаси, специализировавшиеся на раскрытии и захвате вражеских шпионов.

Войсковая разведка в эпоху Сэнгоку

Отряд мономи в засаде. Со старинной гравюры

Таким образом, японские феодальные армии располагали разветвленной разведывательной организацией. Появились даже специальные наставления для войсковых разведчиков. Вот что, например, написано в «Гунтю сэкко сё»:

«1. Когда во время войны выходишь на разведку, даже если отъезжаешь на расстояние хотя бы 1 тё [41], коней нужно поставить кругом и в сердце постоянно повторять священное имя божества войны; если выезжаешь на разведку в одиночку, ехать верхом нужно зигзагообразно; когда выезжаете на разведку втроем, нужно ехать друг за другом; есть на этот счет устное наставление…

3. Если вражеские наблюдатели выходят в большом числе, обмениваются взглядами с передним наблюдателем и указывают дорогу, должно знать, что за ними следует вражеский полководец…

4. Если на горном поле всполошились птицы и звери, должно знать, что сбоку укрылась засада.

5. Если над вражеской крепостью собираются коршуны, должно знать, что враги убегают.

6. Если вражеские флаги установлены в лесу, но в той стороне есть птицы и животные, и если они выглядят спокойными, должно знать, что это — хитрость врага, и людей в том месте нет.

7. Когда осматриваешь вражескую крепость посреди ночи, обрати внимание на воду рва: если вода во рве двигается, должно быть настороже.

8. Чтобы узнать, глубок ли ров вражеского замка, нужно ночью тайно подъехать к нему, привязать к камню веревку, прикрепить ее к кончику шеста, опустить камень в ров и померять, глубок ли он; в ночной разведке хороша черная одежда, применяй «шпионские удила» [чтобы заставить пленного молчать].

9. О ночном пожаре: если огонь перекинулся на передовой лагерь врага, используй возможность исследовать объекты, виднеющиеся в близком огне.

10. Когда выходят в дозор лунной ночью, бывает, что вражеский частокол принимают за людей; когда поджигают лагерь, или когда враг поджигает лагерь, если поджигают изнутри, виден густой столб дыма, и пламя распространяется вширь; если поджигают снаружи, пламя видно только с одной стороны, а столб дыма негустой; но всё нельзя предвидеть.

11. Обращай внимание на то, в какой час во вражеском замке едят, а в какой — наказывают, размышляй о лжи и истине, и сможешь понять ситуацию во вражеском стане; когда во вражеском лагере собаки вдруг поднимают лай, знай, что прибыл провиант.

12. У противника, который поднимает много флагов, мало воинов.

13. На противника, который неожиданно переправляется на твою сторону, можно эффективно напасть, поражая его воинов ниже пояса.

14. Если противник, скапливающийся на берегу реки, высылает вперед дозорных, и эти дозорные высматривают мелководье, где должно переправляться, должно знать, что противник будет переправляться разом в этом месте.

15. О том, как наблюдать за глубоким полем: «глубоким полем» называют такое поле, на котором межей меньше, чем на обычном поле; когда смотришь с близкого расстояния, нужно смотреть, привставая на копье или бамбуковый шест; если же копья или бамбукового шеста нет, поднимись на межу; если лилии качаются, значит, в четыре стороны двигаются люди.

16. Когда выступают в дозор, устанавливают обоюдные сигналы, за пазуху кладут несколько флажков пяти цветов и передают сведения, показывая их в определенной последовательности, и так оповещают союзников.

17. Что касается обоюдных сигналов, то если расстояние велико, эффективны разные дымы, если же расстояние невелико, опять-таки, верхом на коне подают сигналы пятицветными флагами.

18. Если даже повстречаешь вражеских синоби, отступать не следует, нужно прибегнуть к хитрости и заставить врагов поверить, что ты их союзник.

19. Когда из вражеской крепости выходят воины на ночную вылазку, с той стороны, откуда они выходят, никогда не стреляют из ружей.

20. Замок, располагающийся на возвышенности, виден издалека, но чем больше приближаешься, тем больше он скрывается из вида».

Интересно, что сами японцы отнюдь не считали свою систему войсковой разведки чем-то выдающимся. Напротив, подтверждая ее рациональность и ценность, они ссылались на зарубежные аналоги. Например, в «Кайкоку хэйдан» («Военные беседы для морской страны») [42] говорится: «В стране Кара (то есть в Китае. — А.Г.) и Голландии наблюдателей используют более-менее сходным образом».

Похожие книги из библиотеки

Американские фрегаты 1794 – 1826

В наши дни принято представлять фрегат как 44-пушечный корабль с главной батареей из тяжелых 24-фунтовых пушек. Авторы авантюрных романов любят помещать своих героев на палубу 44-пушечного французского или американского фрегата. Это беллетристика, но под ней есть определенное основание. Последний, сохранившийся до нас американский фрегат, был USS Constitution, принадлежавший именно к классу 44-пушечных фрегатов. Наиболее известный британский фрегат эпохи Наполеоновских войн — HMS Indefatigable — был одним из немногих британских фрегатов с 24-фунтовыми пушками.

Образцовые броненосцы Франции. Часть I. “Жорегибери”. 1891-1934 гг.

«Жорегибери» безупречно прослужил 37 лет, первые 20 лет которых приходятся на постоянные учебные плавания и боевые походы. Механизмы ни разу не подводили. Несмотря на неудачи во время испытаний и призывы поменять котлы, за всю службу они ни разу не менялись и не давали повода к нареканиям. Артиллерия, скорость хода также удовлетворяли моряков, хотя и отмечались недостаточность 14-см калибра в качестве среднего и избыточность вертикального бронирования при отсутствии за" щиты лёгкого борта. Корабль не проходил ни одной модернизации. - это наилучший показатель перспективности самой концепции многобашенного броненосца. Постепенно французская школа кораблестроения в большей или меньшей степени получит признание и в остальных странах; Австро-Венгрии, Германии, Италии, России, СШСА.

Очевидно, что "Жорегибери" строился против броненосцев Англии, поскольку у Франции не было интереса рисковать броненосцами у мелководных берегов Германии.

Штурм Корфу

Военно-исторический очерк о славной победе русского флота — освобождении Черноморской эскадрой под командованием выдающегося российского флотоводца адмирала Ф. Ф. Ушакова острова Корфу и других Ионических островов во время ее Средиземноморского похода 1798–1800 годов.