Обмундирование морских солдат

1725–1761 гг.

Особая символика морской пехоты начала складываться еще при Петре I. Но впервые специальные эмблемы для нее установили в марте 1728 г. в связи с формированием парадной Гренадерской роты. Обмундирование офицеров этой роты должно было отличаться особой роскошью. Материалы для него закупались за границей в Любеке и Данциге. Кафтаны унтер-офицеров и рядовых шили из лучшего василькового сукна. Обшлага кафтанов, а также камзолы и штаны делали из сукна красного. Вместо шляп морским гренадерам полагались высокие конические шапки — синие суконные (у офицеров бархатные) колпаки остроконечной формы с красными отворотами. Шапки обшивались у офицеров и унтер-офицеров золотым позументом, а у рядовых желтой гарусной шерстяной тесьмой. Кисточки на макушке шапок у офицеров были золотые, у унтер-офицеров желтые шелковые, у рядовых гарусные[25]. Отвороты шапок украшались медными бляхами. Первоначально планировалось всей роте иметь бляхи посеребренные — налобник с воинской арматурой и вызолоченными короной и двуглавым орлом, а задник с вызолоченными двумя якорями и гранатой («связав два якоря накрест и наверх их гранату с пламенным знаком»). Но Адмиралтейская коллегия урезала аппетит проектировщиков. Первоначальные образцы сохранили только для офицеров и сержантов. Капралам разрешили золотить лишь императорский герб на налобнике, а заднюю бляху только серебрить. Для рядовых передняя и задняя бляхи полагались только серебреные.

Всем чинам роты полагались гренадные сумы и патронные лядунки, крышки которых покрывались медными чеканными бляхами «с арматурою воинскою и со знаком флота». Под «знаком флота» в те годы подразумевался адмиралтейский герб — четыре скрещенных якоря. Бляхи серебрились и золотились также в зависимости от чина. Офицерская кожаная амуниция (поясная портупея и плечевая перевязь) выкладывалась красным бархатом и золотым позументом[26].

Флаг с адмиралтейским гербом на укреплениях Санкт-Петербургского Адмиралтейства. Фрагмент картины художника Б. Патерсена. 1801 г. (ГЭ).

Флаг с адмиралтейским гербом на укреплениях Санкт-Петербургского Адмиралтейства. Фрагмент картины художника Б. Патерсена. 1801 г. (ГЭ).

21 декабря 1728 г. Адмиралтейская коллегия в очередной раз уточнила сроки носки и количество предметов, входивших в комплект обмундирования морского солдата. Новое положение отличалось от прежних правил и норм снабжения, принятых при Петре I. У унтер-офицеров появились епанчи из василькового сукна на красной байковой подкладке сроком носки на 1 год. В отличие от солдат унтер-офицерам отныне каждый год полагалось выдавать по паре сапог, сократив при этом ежегодное количество башмаков до одной пары. Солдаты получали одну пару сапог в 2 года (см. табл. на стр. 43).

Приступив к реформированию флота, Воинская морская комиссия в 1732 году решила, что васильковые кафтаны для морских солдат не удобны, поскольку «ежели когда случится быть с кораблей на земле и стоять в строю в одной линии, то от полевых будут отменно, яко другой армии; того ради Комиссия рассуждает впредь иметь и делать на них колером равной мундир, как и на армейские полевые полки определено». 3 июля 1732 г. Анна Иоанновна утвердила это предложение, и морские солдаты получили вместо васильковых зеленые суконные кафтаны с красными обшлагами и подкладкой из красной каразеи. Несколько позднее, 31 декабря 1733 г., особо указали «на воротники лежачие прибавить сукна от излишества в камзолах». Камзол и короткие, чуть ниже колена, штаны остались по- прежнему из красного сукна. Поля солдатских шляп полагалось теперь обшивать по верхней кромке белой шерстяной тесьмой, а на левом поле, над мундирной пуговицей, крепить белый бант, сделанный из той же тесьмы. Правда, поначалу в морские полки отдали со складов излишки шляп старого образца «со шнуром, с кистями и с пуговицой». У шляп старого образца поля обшивались белым шерстяным галуном, но не пришивался на левом поле из такого же галуна бант, утвержденный в 1731 году; как «Российский полевой знак». В последующем через 1,5 года, по истечению положенного срока носки, эти шляпы уже заменили регламентными «против палевых». Верх гренадерских шапок также вместо василькового был установлен зеленого цвета. Медная арматура не изменилась, на налобниках сохранился государственный герб под короной, а на затыльной части два скрещенных якоря под одноогневой гренадой. Всем солдатам и унтер-офицерам на 4 года теперь следовало выдавать по красному суконному плащу-епанче на каразейном подбое, а также по две пары красных чулок, одной паре сапог и паре башмаков. Но уже 25 июля вместо красных епанчей было предложено «унтер-офицерам и солдатам: епанчи для лучшего способа делать васильковые». Адмиралтейская коллегия одобрила это предложение, и васильковые епанчи сохранялись до конца царствования Елизаветы Петровны.

Унтер-офицеры и сержанты нашивали на воротнике и обшлагах кафтана в качестве отличия своего звания золотой позумент, причем на обшлагах он нашивался рядами: «сержантам, каптенармусам и гефрейт-капралам в два ряда, фурьерам и капралам в один, писарям иметь разрезные малые обшлаги и окладывать в один ряд таким же позументом». Кроме того, вместо тесьмы им полагалось края шляпы также обшивать позументом. Барабанщики и флейтщики имели мундир солдатский, но с пришитыми на плечах зелеными суконными полукружиями, обшитыми по краям тесьмой полкового цвета. Такой же тесьмой обшивались барабанные перевязи.

Латунная кружка, сделанная из бляхи гренадерской лядунки морских полков. (ГИМ).

Латунная кружка, сделанная из бляхи гренадерской лядунки морских полков. (ГИМ).

Гренадер морских полков в строевом мундире. 1733–1744 гг. <emphasis>Рисунок художника С.А. Летина. 2005 г. По регламенту, принятому в 1732/1733 гг. на кафтанах морских солдат появился отложной воротник из красного сукна. Количество кафтанных пуговиц возросло с 17 до 24 штук. Галстуки вместо фланелевых и пестрядных стали делать из холста. С 1733 г. в морских полках солдаты поверх чулок стали носить белые полотняные штиблеты. Основное отличие морских гренадер в царствование Анны Иоанновны от гренадер палевых полков состояло в адмиралтейской символике на крышках сум и подсумков. На задниках шапок под одноогневой латунной гранатой помещалось изображение двух скрещенных якорей.

Гренадер морских полков в строевом мундире. 1733–1744 гг. <emphasis>Рисунок художника С.А. Летина. 2005 г. По регламенту, принятому в 1732/1733 гг. на кафтанах морских солдат появился отложной воротник из красного сукна. Количество кафтанных пуговиц возросло с 17 до 24 штук. Галстуки вместо фланелевых и пестрядных стали делать из холста. С 1733 г. в морских полках солдаты поверх чулок стали носить белые полотняные штиблеты. Основное отличие морских гренадер в царствование Анны Иоанновны от гренадер палевых полков состояло в адмиралтейской символике на крышках сум и подсумков. На задниках шапок под одноогневой латунной гранатой помещалось изображение двух скрещенных якорей.

Обмундирование морских солдат 1725–1761 гг.

Весной 1736 г. Адмиралтейская коллегия указала мундиры музыкантов и барабанщиков расшивать по образцу полевой пехоты, в свою очередь заимствованному из Пруссии, с 20 цветными петлями и 28 кистями по борту, обшлагам и карманным клапанам. В царствование Елизаветы Петровны подобный вариант расшивки мундира отменили, вернувшись к прежнему образцу. С 1755 года кафтаны музыкантов и барабанщиков стали расшивать цветным шерстяным галуном по всем швам и петлям (по 50 аршин галуна — на музыканта и по 20 аршин — на барабанщиков и флейтщиков).

Корабельным солдатам сохранили матросские мундиры, «понеже они на море и матросскую службу отправлять имеют, в которой в солдатском мундире действовать невозможно и может чиниться строевому мундиру не без вреда»: канифасные матросские кафтан и штаны и матросскую вязаную шляпу. Но у солдат Адмиралтейского батальона матросский комплект был отменен, «понеже они из баталиона на корабли никогда не командируются, а бывают всегда в посылках, на караулах тако жив работах». Для строительных и земляных работ на суше флотским и адмиралтейским солдатам временно выдавались из Адмиралтейства парусиновые «работные» кафтаны с обтяжными пуговицами по образцу гарнизонной пехоты.

Таким образом, после переформирования корабельных, адмиралтейских и галерных солдат в 1-й и 2-й морские полки, они вследствие регламента 1732 года внешне почти не отличались от обычных армейских полков. Лишь изображение скрещенных якорей на задниках шапок и амуниции гренадер оставалось специфической символикой морской пехоты в течение царствований императриц Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны.

Матросские вязаные шляпы из гардероба Петра Великого. <emphasis>(ГЭ).

Матросские вязаные шляпы из гардероба Петра Великого. <emphasis>(ГЭ).

До объединения в полки вооружение морских солдат отличалось большим разнообразием. Фузеи были различных систем и калибров как отечественного, так и зарубежного производства. Штыки использовались разной длины как трехгранные, так и плоские — «кривые багинеты». После 1725 года морские солдаты стали снабжаться шпагами и палашами с медными или железными эфесами, носившимися на лосиных поясных портупеях. Отличительным оружием унтер-офицеров были алебарды с железным навершием в виде топорика. Офицеры кроме шпаги носили короткие полупики или протазаны произвольного образца. Гренадерские офицеры вместо них вооружались облегченными ружьями со штыком.

Если с переодеванием и снаряжением морской пехоты вопрос в основном считался решенным, то на перевооружение солдат потребовался более длительный срок. В августе 1734 г. на Сестрорецкий оружейный завод (приписанный к Адмиралтейской коллегии) прислали для испытания два офицерских и два солдатских ружья французской работы. Уже в октябре того же года по итогам испытаний был составлен положительный отчет, в котором отмечалось, что по сравнению с русскими солдатскими ружьями французские образцы удобнее в прикладе, дальнобойнее и требуют меньшего порохового заряда. В связи с этим Адмиралтейская коллегия велела скопировать французское ружье, «токмо замок с собачкою плоский, как у русских ружей». Но, скорее всего, этот образец ружья не пошел в производство для вооружения морских полков. Заказы на оружие и амуницию морской пехоты шли через артиллерийскую экспедицию Военной коллегии, которая лишь в 1739 году приступила к их выполнению. Адмиралтейская коллегия требовала ружья с медным прибором, но из- за дороговизны пришлось заказать 4688 фузей с железным прибором и трехгранными штыками, а также «шпаг с медными эфесами четыре тысячи девятьсот сорок шесть; алебард сержантских шестьдесят шесть; каптенармуских двадцать две; копей пикинерских четыреста тридцать два; рогаточных с подтоками девять тысяч; пистолет с железною оправою сто семь пар»[27]. По примеру полевой пехоты часть солдат в каждом морском полку планировалось вооружить длинными (до 5,5 м) пиками и пистолетами для надежной защиты от кавалерии на берегу. С последней целью полковой обоз также пополнился комплектом рогаток.

Вступление в 1741 году на российский престол императрицы Елизаветы Петровны отразилось на флоте возвращением регламентов Петра Великого. В том числе была предпринята попытка возвращения морским солдатам петровских васильковых кафтанов. Но из-за уже накопленных больших запасов зеленого мундирного сукна Адмиралтейская коллегия решила оставить в силе регламент 1732 года. К концу царствования Елизаветы Петровны мундирное довольствие морских солдат заметно сократилось. Согласно докладу Адмиралтейской коллегии от 2 августа 1762 г. к этому времени в комплекте строевого платья морских солдат оставался только мундир зеленого сукна и черная треугольная шляпа, «а вместо камзолов бостроги тиковые полосатые, штаны канифасные с подкладкою хрящевой». Из-за недостатка средств сукно покупалось разных цветов и не лучшего качества. В результате «солдатские мундиры, состоят в немалой пестроте и солдат весьма не приличен, а паче когда бывает в парадах, на кораблях, в иностранных портах». Разительное исключение представляли гобоисты Адмиралтейского батальона, для которых по императорскому указу от 5 февраля 1760 г. сшили «отрадные мундиры против армейских полков гобоистов», обложенные по борту и по полям шляпы золотым галуном. Второй повседневный мундир музыкантов расшивался гарусной тесьмой с рисунком, как на галуне парадного мундира[28].

Похожие книги из библиотеки

Советский тяжелый танк Т-35

Советский тяжелый танк Т-35 являлся символом мощи Красной армии в 1930-е годы. Эти многобашенные боевые машины гордо шествовали во главе колонны боевой техники во время парадов на Красной площади в Москве и Крещатике в Киеве. Более того, танк Т-35 изображен на советской (а сегодня российской) медали «За отвагу» — самой почетной солдатской медали, вручаемой только за боевые заслуги.

Т-35 являлся единственным в мире пятибашенным танком, выпускаемым серийно, хотя и в ограниченном количестве. Машина предназначалась для усиления танковых и стрелковых соединений при прорыве сильно укрепленных позиций противника. Мощное вооружение: три пушки и пять пулеметов, размещенные в пяти башнях, обеспечивало «тридцать пятому» возможность ведения огня из двух орудий и трех пулеметов вперед, назад или на любой борт, обеспечивая круговой обстрел.

Танки Т-35 участвовали в боях на Западной Украине в июне — начале июля 1941 года, где все были потеряны. Четыре «тридцать пятых» использовались в обороне Харькова в октябре 1941 года. До сегодняшнего дня сохранился единственный экземпляр Т-35, находящийся в экспозиции Военно-исторического музея бронетанкового вооружения и техники, являющегося филиалом Военно-патриотического парка культуры и отдыха ВС РФ «Патриот».

Данная книга рассказывает об истории создания, устройстве, модификациях и боевом применении танков Т-35 и боевых машин, созданных на его базе. Впервые представлено значительное количество уникальных новых данных и архивных документов, а также включено большое количество фотографий.

Победа Советской Армии в Заполярье [Десятый удар (1944 год)]

В первые же дни Великой Отечественной войны Кольский полуостров стал ареной ожесточенных боев.

Кольский полуостров имеет свою многовековую историю. Этот суровый заполярный край еще в очень давние времена — в XI веке — начал заселяться и осваиваться русскими. На далекий Север шли смелые новгородские люди. На берегу незамерзающего Мурманского моря (так называлось Баренцово море до 1853 года) они устраивали промысловые поселки, варницы, ловчие станы и «острожки». Так, одно из старейших русских поселений — Кола (южнее Мурманска) упоминается в исторических источниках уже в 1264 году.

В XV веке после образования Русского централизованного государства приток русских на Крайний Север усилился. В XVI веке трудовой люд потянулся к берегам Студеного моря в надежде найти там убежище от угнетения и жестокой эксплуатации бояр и купцов. Многие попали в Заполярье в принудительном порядке за непокорность существующему строю. Русские люди смело вступали в борьбу с суровой природой Заполярья, занимались рыбной ловлей, промыслом морского зверя и торговлей с заморскими странами, совершая далекие и опасные морские походы.

Параллельное оружие, или Чем и как будут убивать в XXI веке

Эта книга написана десятками авторов, которые в СМИ и интернет-изданиях стремятся показать, что созданы и реально угрожают человечеству качественно новые виды вооружений. Некоторые из них кто-то, не лишенный юмора, назвал «нелетальными». Сергей Ионин предлагает новый термин — «параллельное оружие», то есть оружие, которое не рассматривается на международных конференциях и саммитах, не фиксируется в документах по ограничению различных вооружений, но это такое оружие, которое, пожалуй, будет пострашнее уже существующего.

Издание представляет интерес для самого широкого круга читателей: остро поставленный автором вопрос — чем и как нас будут убивать в XXI веке? — никого не оставит равнодушным.

Линкоры США Часть 1

Старые, медленные и неуклюжие, они были лишены гламура. Они сопровождали конвои и обстреливали побережье. Они так и не вступили в бой с себе подобными, хотя предназначались как раз для этого, но суровая военная реальность оказалась иной. Они были слишком стары — самому молодому на момент начала Второй мировой войны стукнуло 18 лет, самому старому исполнилось 28 лет. Некоторые из них прошли капитальный ремонт с заменой силовой установки, что позволило поднять максимальную скорость до 23 узлов, но большинство сохранили исходные силовые установки и не могли разогнаться стремительнее 20 узлов. Они изначально не являлись прекрасными, а многочисленные ремонты и модернизации в еще большей степени исказили их не самый красивый лик. Они влипли в историю: оказались в нужное время в нужном месте. Место называлось Перл-Харбор! Время — раннее воскресное утро 7 декабря 1941 г. Но они уже вошли в историю, приняв участие в знаменитой битве в проливе Суригао и выиграв ее — последнее в истории сражение линейных кораблей. Они пришли к берегам Японии спустя четыре года после Перл-Харбора. Они — старые линкоры ВМС США, которые нещадно критиковали, которые по всем статьям проигрывали быстроходным американским линкорам новых проектов. Они первыми пошли под резак газосварки после окончания воины…