Глав: 4 | Статей: 193
Оглавление
В конце 1941 года свершилось одно из тех чудес, которым не перестает удивляться мир. Разгромленная, обескровленная, почти полностью уничтоженная Красная Армия словно восстала из мертвых, сначала отбросив Вермахт от Москвы, затем разгромив армию Паулюса под Сталинградом и окончательно перехватив стратегическую инициативу в Курской битве, что предопределило исход войны.

Новая книга авторитетного военного историка, посвященная этим событиям, — не обычная хроника боевых действий, больше, чем заурядное описание сражений 1941 — 1943 гг. В своем выдающемся исследовании ведущий американский специалист совершил то, на что прежде не осмеливался ни один из его коллег, — провел комплексный анализ советской военной машины и ее работы в первые годы войны, раскрыв механику «русского военного чуда».

Энциклопедический по охвату материала, беспрецедентный по точности и глубине анализа, этот труд уже признан классическим.

Изучив огромный объем архивных документов, оценив боевые возможности и тактические приемы обеих сторон, соотношение сил на советско-германском фронте и стиль ведения войны, Дэвид Гланц подробно исследует процесс накопления Красной Армией боевого опыта, позволившего ей сначала сравняться с противником, а затем и превзойти считавшийся непобедимым Вермахт.

Эта фундаментальная работа развенчивает многие мифы, бытующие как в немецкой, так и в американской историографии. Гланц неопровержимо доказывает, что решающая победа над Германией была одержана именно на Восточном фронте и стала отнюдь не случайной, что исход войны решили не «генералы Грязь и Мороз», не глупость и некомпетентность Гитлера (который на самом деле был выдающимся стратегом), а возросшее мастерство советского командования и мужество, самоотверженность и стойкость русского солдата.

Примечание 1 : В связи с низким качеством исходного скана таблицы оставлены картинками.

Инженерные бригады

Инженерные бригады

Расформировывая весной 1942 года свои саперные армии, НКО в то же время учел требования командующих фронтами, предлагавших формировать специализированные и гибкие инженерные бригады, лучше отвечающие их потребностям. Поэтому одновременно началось создание широкого спектра новых инженерных бригад и батальонов. Например, откликаясь на мартовское требование начальника инженерных войск Западного фронта, НКО принялся с 18 апреля формировать инженерные бригады особого назначения (ИБОН). Первая из них, 33-я инженерная бригада особого назначения Западного фронта, сформированная в мае из 33-й саперной бригады 1-й саперной армии, состояла из шести инженерных батальонов заграждений, двух электротехнических батальонов, одного прожекторного батальона, отряда электрификации, электрогенераторного обоза, особой технической инженерной роты, автотранспортной роты и четырех электротехнических рот (прикомандированных), при общей численности бригады в 4757 человек.[651] В конечном итоге НКО сформировал к 1 июля шесть инженерных бригад особого назначения и еще восемь — к 1 ноября, придавая их полевым войскам по одной бригаде на действующий фронт.[652]

Хотя структура этих инженерных бригад особого назначения могла варьироваться, большинство из них состояло из штаба, автотракторной роты, от пяти до восьми инженерных батальонов заграждения, один из которых был преобразован в октябре 1942 года в особый минный батальон, элетротехнического батальона и отряда электрификации, при общей численности в 3097 человек на 5-батальонную бригаду. Главная задача бригады заключалась в выполнении специальных задач, таких, как установка и снятие минных полей, размещение управляемых минных полей, создание электрифицированных и прочих заграждений, но им зачастую приходилось выполнять и более опасные боевые задания. Например, 33-я инженерная бригада особого назначения Волховского фронта во время прорыва в январе 1943 года блокады Ленинграда использовала свои батальоны инженерных заграждений в качестве штурмовых групп.[653]

В дополнение к этим инженерным бригадам особого назначения НКО также сформировал в апреле 1942 года отдельные инженерно-минные батальоны. По одному такому батальону было придано каждой из истребительно-противотанковых бригад Красной Армии с задачей возводить противотанковые заграждения и уничтожать вражеские танки совместно с артиллерийскими войсками.[654]

НКО продолжил этот процесс и в конце лета 1942 года, когда началось формирование гвардейских минных батальонов — наиболее интересного и самого секретного из всех специализированных видов инженерных войск. В августе два гвардейских минных батальона были развернуты на Воронежском и Северо-Кавказском фронтах. К 1 октября в полевых войсках уже имелось десять таких батальонов-как правило, по одному батальону на действующий фронт.[655] Сформированные специально для проведения диверсионных операций в тылу врага, батальоны обычно действовали небольшими диверсионными группами.

В дополнение к гвардейским минным батальонам НКО 17 августа сформировал в Московском военном округе гвардейскую минную бригаду, подчинив ее прямому руководству Ставки. Сформированная из двух саперных батальонов 37-й саперной бригады 1-й саперной армии, 1-я гвардейская минная бригада состояла из штабной группы, роты управления и пяти гвардейских минных батальонов при общей численности бригады в 2281 человека.[656] Подобно отдельным батальонам, эта бригада не только ставила и снимала мины, но также и сформировала и развернула небольшие группы для проведения диверсионных операций (зачастую совместно с партизанами) против немецких коммуникаций и важных тыловых объектов.

Летом 1942 года НКО также создал широкий спектр менее крупных специализированных подразделений, в том числе пять фугасно-огнеметных рот, несколько рот полевого водоснабжения и группу бурения артезианских скважин для обеспечения действующих войск питьевой водой.

Готовя Красную Армию к крупным контрнаступлениям и последующей зимней кампании, Ставка приказала НКО сформировать для поддержки этих наступлений более крупные и более специализированные инженерные войска. В результате многие из существующих инженерных батальонов в октябре были сведены в инженерно-саперные бригады (исбр), каждая из которых состояла из четырех-пяти инженерно-саперных батальонов, легкого понтонно-мостового парка НЛП и моторизованной инженерной разведроты. Несколько таких бригад были сформированы как горно-инженерные, подразделявшиеся на четыре горных инженерно-саперных батальона, способных эффективно действовать в условиях гористой местности.[657]

12 ноября, откликаясь на требование начальника инженерных войск Красной Армии генерал-майора М. П. Воробьева, НКО преобразовал часть саперных бригад в 15 инженерно-минных бригад (имбр), получивших номера с 1-й по 15-ю.[658] Эти бригады, отвечавшие за создание оперативных зон заграждений, состояли из штаба, штабной роты и семи инженерно-минных батальонов при общей численности в 2903 человека.[659]

Кроме того, 26 ноября 1942 года НКО приказал преобразовать за ноябрь-декабрь пять саперных бригад Закавказского фронта в горные инженерно-минные бригады РВГК (с 1-й по 5-ю).[660] Каждая такая бригада (гимбр) состояла из пяти горных инженерно-минных батальонов, роты и взводы которых имели в качестве транспортных средств не трактора, а лошадей и ослов, общая численность бригады составляла 2344 человека.[661]

Осенью 1942 года НКО начал формировать более крупные и более эффективные понтонно-мостовые части — в первую очередь потому, что Ставка считала укрупнение мостостроительных частей важным условием для достижения успеха в расширенных наступательных операциях. В начале осени НКО направил действующим фронтам и армиям подкрепления в виде 11 отдельных понтонно-мостовых парков РВГК, а в ноябре 1942 года сформировал две понтонно-мостовые бригады и придал их Сталинградскому фронту для использования в контрнаступлении под Сталинградом.[662] Эти бригады состояли из штабной роты, от трех до семи (обычно из четырех) моторизованных понтонно-мостовых батальонов Н2П, одного понтонно-мостового батальона ДМП-42 с общей мостовой грузоподъемностью в 50 тонн, а также нескольких водолазных отрядов для проведения подводных работ. Когда развернулось зимнее наступление, НКО придал в январе 1943 года третью понтонно-мостовую бригаду Ленинградскому фронту. В феврале к этим бригадам добавились четыре новых тяжелых понтонно-мостовых полка, каждый из которых состоял из двух батальонов, оснащенных новыми понтонными мостами ТМП 100-тонной грузоподъемности.[663]

За 1942 год НКО не только сформировал и передал в действующие войска внушительное количество новых инженерных бригад, но и укрепил имеющиеся инженерные силы, включая новые инженерные части в уже имеющиеся структуры. Например, во все новые гвардейские стрелковые и механизированные корпуса были включены саперные батальоны, а в новые танковые корпуса — инженерно-минные роты.[664]

Таким образом, к 1 февраля 1943 года структура инженерных войск Красной Армии расширилась и включала в себя 13 инженерных бригад особого назначения, одну саперную бригаду, 17 инженерно-саперных бригад (в том числе пять горных), 15 инженерно-минных бригад, 185 отдельных инженерных батальонов, десять отдельных Саперных батальонов, одну гвардейскую минную бригаду, 11 гвардейских минных батальонов, три понтонно-мостовых бригады, четыре понтонно-мостовых полка и 78 понтонно-мосто-вых батальонов.

Все эти инженерные бригады особого назначения, инженерно-саперные, инженерно-минные, понтонно-мостовые бригады и гвардейскую минную бригаду, а также понтонно-мостовые полки и минно-саперные и понтонно-мостовые батальоны вместе с гвардейскими минными батальонами НКО создавал специально для выполнения конкретных боевых задач во время наступательных операций-либо в составе действующих фронтов и армий, либо под прямым управлением Ставки.

В 1943 года НКО продолжал расширять и совершенствовать структуру своих инженерных войск. Например, в феврале началось формирование пяти тыловых бригад заграждений, состоящих из пяти-семи инженерных батальонов каждая. Задачей таких бригад было очищение освобожденной территории от мин и заграждений.[665] После длительного процесса формирования Ставка в декабре 1943 года передала одну из этих бригад Московскому военному округу, две — вновь образованному Харьковскому военному округу и по одной — Северо-Кавказскому и Уральскому военным округам.

И что еще важнее, учитывая нарастающее ожесточение наземных боев и возросшую прочность обороны вермахта, НКО начал 30 мая создавать штурмовые инженерно-саперные бригады. Преобразованные из существующих инженерно-саперных бригад, эти новые бригады состояли из штаба, пяти штурмовых инженерно-саперных батальонов, одной моторизованной инженерной разведроты, легкого парка для форсирования рек, роты разминирования (имевшей в своем составе собак для поиска мин) и небольшой службы тыла.[666] Эти новые бригады должны были оказывать помощь пехоте и танковым войскам в преодолении хорошо подготовленных неприятельских оборонительных рубежей и укрепленных позиций.

Когда Красная Армия в конце лета — начале осени 1943 года начала новые наступательные операции, расчистка минных полей стала важнее закладки мин. Поэтому НКО принялся заменять инженерно-минные бригады РВГК инженерно-саперными бригадами РВГК, создавая новые и реорганизуя уже существующие инженерно-саперные бригады для повышения их эффективности.[667] В результате число инженерно-минных бригад в структуре РВГК снизилось с 15 на 1 февраля до 12 на 1 июля, а к 31 декабря — вообще до нуля, но в то же время количество инженерно-саперных бригад возросло с 12 на 1 февраля до 13 на 1 июля, и наконец — до 22 на 31 декабря 1943 года. Кроме того, к 1 июля было создано 15 новых штурмовых инженерно-саперных бригад, а к 31 декабря их уже стало 20.

И наконец в июне 1943 года НКО ввел в действие новые танковые полки, оснащенные 22 танками Т-34 и 18 минными тралами ПТ-3. Формально эти полки не входили в структуру инженерных войск, но главной их задачей была расчистка проходов через многочисленные минные поля, установленные немцами по всей их обороне.[668]

Благодаря этим усилиям НКО численность и разнообразие структуры инженерных войск Красной Армии за два года резко возросла — с 32 саперных бригад, трех инженерных полков и 206 батальонов различных видов на 1 января 1942 года до 68 бригад разных видов, шести понтонно-мостовых полков и 270 инженерных и понтонно-мостовых батальонов на 31 декабря 1943 года. Когда Красная Армия начала кампанию 1944 года, структура ее инженерных войск уже полностью отвечала возросшим оперативным потребностям.

Оглавление книги


Генерация: 0.325. Запросов К БД/Cache: 3 / 0