Глав: 4 | Статей: 193
Оглавление
В конце 1941 года свершилось одно из тех чудес, которым не перестает удивляться мир. Разгромленная, обескровленная, почти полностью уничтоженная Красная Армия словно восстала из мертвых, сначала отбросив Вермахт от Москвы, затем разгромив армию Паулюса под Сталинградом и окончательно перехватив стратегическую инициативу в Курской битве, что предопределило исход войны.

Новая книга авторитетного военного историка, посвященная этим событиям, — не обычная хроника боевых действий, больше, чем заурядное описание сражений 1941 — 1943 гг. В своем выдающемся исследовании ведущий американский специалист совершил то, на что прежде не осмеливался ни один из его коллег, — провел комплексный анализ советской военной машины и ее работы в первые годы войны, раскрыв механику «русского военного чуда».

Энциклопедический по охвату материала, беспрецедентный по точности и глубине анализа, этот труд уже признан классическим.

Изучив огромный объем архивных документов, оценив боевые возможности и тактические приемы обеих сторон, соотношение сил на советско-германском фронте и стиль ведения войны, Дэвид Гланц подробно исследует процесс накопления Красной Армией боевого опыта, позволившего ей сначала сравняться с противником, а затем и превзойти считавшийся непобедимым Вермахт.

Эта фундаментальная работа развенчивает многие мифы, бытующие как в немецкой, так и в американской историографии. Гланц неопровержимо доказывает, что решающая победа над Германией была одержана именно на Восточном фронте и стала отнюдь не случайной, что исход войны решили не «генералы Грязь и Мороз», не глупость и некомпетентность Гитлера (который на самом деле был выдающимся стратегом), а возросшее мастерство советского командования и мужество, самоотверженность и стойкость русского солдата.

Примечание 1 : В связи с низким качеством исходного скана таблицы оставлены картинками.

Артиллерийское вооружение

Артиллерийское вооружение

Вся артиллерия Красной Армии делилась на полевую, противотанковую, зенитную, реактивную и самоходную. Справедливо считаясь «богом войны» из-за своего господства на поле боя, артиллерия Красной Армии значительно усилилась за первые два года войны — как по количеству стволов, так и по уровню материального оснащения и эффективности.

В полевую артиллерию входили все минометы, пушки, гаубицы и гаубицы-пушки, используемые на полковом, дивизионном, корпусном, армейском, фронтовом уровне и в составе сил РВГК. Наиболее эффективным и в конечном итоге наиболее распространенным средством огневой поддержки пехоты оказались минометы — несмотря на свою относительно небольшую дальность боя, они были очень дешевыми и поэтому производились в больших количествах. Когда началась война, Красная Армия имела на ротном уровне 37-мм и 50-мм минометы, на батальонном уровне — 82-мм минометы, а на уровне полка и выше — 107-мм и 120-мм минометы.

Бои 1941 года продемонстрировали, что 37-мм и 50-мм минометы образца 1940 г., составлявшие к началу войны существенную часть армейского арсенала вооружений, были слишком маломощными для эффективной поддержки стрелковых частей. Поэтому в 1942 году многие из них были заменены минометами более крупного калибра, но часть все же сохранилась на вооружении легкой кавалерии, воздушно-десантных войск, а также у партизан.

С другой стороны, бои в 1941 году и в начале 1942 года показали, что 82-мм, 107-мм и 120-мм минометы являются очень эффективным артиллерийским оружием. В результате НКО уже в 1941 году модернизировал 82-мм миномет образца 1937 г., а потом еще раз сделал это в 1943 году. 82-мм миномет стал стандартным батальонным минометов, в то время как тяжелыми 107-мм и 120-мм минометами образца 1937 г. оснащались минометные подразделения на полковом уровне. 120-мм миномет состоял также на вооружении минометных бригад РВГК. И наконец, в январе 1944 года на вооружение стрелковых корпусов и более высоких войсковых структур начал поступать заряжающийся с казенной части 160-мм миномет МТ-13 образца 1943 г.

Стандартным артиллерийским орудием на уровне стрелкового полка в первые два года войны была короткоствольная полковая пушка образца 1927 г., которая модернизировалась в 1936 и 1939 годах, а позже производилась в нескольких модификациях. В 1943 году это орудие установили на тот же лафет, что и 45-мм противотанковую пушку, создав более маневренное 76-мм полковое орудие образца 1943 г.

Стандартными артиллерийскими системами на уровне стрелковой дивизии были варианты 76-мм пушек, 122-мм и 152-мм гаубиц. В феврале 1942 года НКО заменил 76-мм пушку образца 1927 г. новой и более легкой пушкой ЗиС-3 — 76-мм орудием образца 1942 г. Несмотря на несколько меньшую дальнобойность, она была эффективней своей предшественницы и могла также использоваться как противотанковая. Становым хребтом дивизионной артиллерии оставалась 122-мм гаубица М-30 образца 1938 г., запущенная в производство накануне войны. Кроме нее в войсках имелась 152-мм гаубица М-10 образца 1938 г., но она оказалась слишком дорогой в производстве и слишком тяжелой, поэтому в 1943 году была заменена 152-мм гаубицей Д-1 образца 1943 г., установленной на том же лафете, что и М-30.

На уровне стрелкового корпуса-в дополнение к 152-мм гаубице Д-1 образца 1943 г. применялись 122-мм корпусная пушка А-19 образца 1931 г. и 152-мм гаубица-пушка МЛ-20 образца 1937 г.

В войска РВГК входили полевые артиллерийские системы практически всех калибров — от 76-мм до 280-мм. Вдобавок к уже к упомянутым существовали пять видов орудий большего калибра, первые четыре из которых были установлены на похожих гусеничных лафетах. В их число входили 203-мм гаубица Б-4 образца 1931 г. в частях артиллерии большой мощности (БМ), 152-мм пушка Бр-2 образца 1935 г. в частях тяжелой артиллерии, а также 210-мм пушка Бр-17 образца 1939 г. и 280-мм мортира Бр-5 образца 1939 г. в частях артиллерии особой мощности (ОМ). 305-мм гаубица Бр-18 образца 1939 г. использовалась в особых железнодорожных частях или в береговой артиллерии.

Когда началась война, стандартным противотанковым артиллерийским оружием Красной Армии являлась 45-мм противотанковая пушка образца 1937 г., происходившая от немецкой 37-мм РаК 36, которую советская промышленность выпускала по лицензии с 1931 года. Недорогая в производстве и относительно легкая по весу, эта пушка первоначально оказалась идеально подходящей для поддержки пехоты и достаточно эффективной против немецких танков ранних моделей. Однако уже в 1942 году она оказалась бессильной против новых немецких танков с толстой броней, поэтому части Красной Армии стали использовать ее главным образом для поддержки пехоты, а не для борьбы с танками. Поэкспериментировав с 57-мм, 85-мм и 107-мм противотанковыми системами, НКО в апреле 1942 года модернизировал существующие 45-мм противотанковые пушки под новый тип снаряда, обозначив эту модификацию как 45-мм пушку образца 1942 г. После следующей модернизации в 1943 году эта пушка оставалась основным противотанковым оружием Красной Армии до самого конца войны.

Для борьбы с новыми немецкими танками использовались также 76-мм дивизионные и 122-мм пушки, снабженные специальными противотанковыми снарядами. И наконец, после Курской битвы для противотанковой обороны были переделаны 85-мм зенитные орудия — точно так же, как немцы переделали для этих целей свои знаменитые немецкие 88-мм зенитки.[603]

Довольно долгое время после начала войны Красная Армия испытывала крайнюю нехватку зенитных средств, особенно на уровне полков и батальонов. В условиях отсутствия действенной противовоздушной обороны войска Красной Армии вынуждены были прибегать к импровизациям, зачастую стреляя по немецким самолетам из винтовок и пулеметов либо применяя эрзацсредства — такие, как 7,62-мм пулемет Токарева образца 1931 г., являвшийся просто счетверенным пулеметом «Максим» образца 1910 г., для мобильности установленным на грузовике. Однако вес этой установки ограничивал ее применение рамками статичной обороны.

На дивизионном уровне в арсенал малокалиберной зенитной артиллерии входили 37-мм зенитные орудия 61-К образца 1939 г., являвшиеся модификацией шведской зенитной установки «Бофорс», и более легкие 25-мм орудия 72-К образца 1940 г., которыми войскам ПВО, а иногда и зенитные части полевых армий оснащались вместо 37-мм орудий.

В число орудий более дальнобойной среднекалиберной зенитной артиллерии (СЗА) входили 76-мм зенитные орудия образца 1931 и 1938 гг., которые НКО придавал стрелковым дивизиям (по четыре орудия на дивизию) и частям ПВО, а также 85-мм зенитные орудия КС-12 образца 1939 г. Последние состояли на вооружении войск ПВО, но перед Курской битвой также распределялись по противотанковым частям Красной Армии.[604] В дополнение к этим образцам Советский Союз получал большие количества английских и американских зенитных орудий по программе ленд-лиза — в том числе 5511 английских пушек типа «Бофорс» и 251 американское 90-мм зенитное орудие.

Самым необычным, завораживающим и прославленным артиллерийским оружием, примененным Красной Армией во время войны, стали ракетные установки залпового огня (РУЗО). Эти внушающие трепет артиллерийские системы, окрещенные официально «гвардейскими минометами», солдаты Красной Армии прозвали «катюшами» в честь героини популярной песни того времени — из-за воя издаваемого этими установками при залповой стрельбе. Разработка этого оружия велась в строжайшей тайне еще до начала войны; в июле, 1941 года были использованы в бою первые установки БМ-13-16. Они устанавливались на грузовике ЗиС-6 и состояли из 16 132-мм ракет М-13, запускаемых по направляющим рельсам. Вскоре после этого появились и установки БМ-8-36, состоявшие из 36 ракет М-8, запускавшихся с направляющих рельсов, установленных на таком же грузовике.

После создания первых систем залпового огня на шасси самых разнообразных грузовиков, НКО к середине 1943 года установил большую их часть на грузовиках, полученных по ленд-лизу — особенно на американских «Студебеккерах». Все эти установки, как и дальнобойная версия БМ-13, могли поражать цели в диапазоне от 6 до 12 километров.

Всю войну советское командование не переставало улучшать как свои реактивные минометы, так и их боеприпасы. Например, в конце 1942 года появились более тяжелые ракеты М-30, запускаемые со стационарной пусковой установки на деревянной раме, схожей с немецким реактивным минометом «Небельверфер». 300-мм ракеты с усиленной боевой частью могли поражать цели на расстоянии 2,8 километра. Еще позже была создана установка БМ 31-12, которая имела 12 направляющих для ракет М-31 с дальностью полета до 4,3 километра; она могла устанавливаться либо на земле, либо на грузовике.[605] Дешевые в производстве и устрашающие эффектом своего действия, РУЗО могли вести сокрушительный огонь по площадям, но были непригодны для удара по точечным целям.

Боевой опыт первых месяцев войны показал, что пехота и танки крайне нуждаются в более мобильной и гибко управляемой огневой поддержке, как при атаке, так и в обороне. Для этого в конце 1942 года началось производство самоходных артиллерийских установок (САУ или СУ).[606] Сделанные по образцу знаменитых и эффективных немецких StuG (Sturmgeschutz — штурмовое орудие), с экипажами из танкистов, эти стреляющие прямой наводкой самоходные орудия обладали более легкой броней, но более тяжелыми орудиями, нежели у танков, и были намного дешевле в производстве.[607]

После ряда неудачных экспериментов в начале войны с 57-мм самоходными орудиями ЗиС-30 образца 1938 г., установленными на защищенных легкой броней тракторах, с конца 1942 года советская промышленность начала производство действительно эффективных самоходных артиллерийских установок.[608]

19 октября 1942 года ГКО приказал НКО сформировать полки легкой самоходной артиллерии, оснащенные 37-мм и 76-мм орудиями, а также средние полки, оснащенные 122-мм орудиями. Первой и самой распространенной самоходной артиллерийской установкой стало легкое штурмовое орудие СУ-76М, которое невзлюбившие его экипажи прозвали «Сукой».[609] Оно весило 10,5 тонн и представляло собой 76-мм дивизионное орудие в защищенной легкой броней рубке с открытым верхом, установленной в задней части шасси легкого танка Т-70.[610] Главная задача этой установки заключалась в сопровождении пехоты и обеспечении ее огневой поддержкой прямой наводкой.[611]

Средняя самоходная артиллерийская установка, получившая обозначение СУ-122 и появившаяся на фронте в начале 1943 года, весила 30,3 тонны и представляла собой 122-мм гаубицу М-30, установленную на шасси танка Т-34. Хотя самоходные орудия СУ-122 были хорошо защищены броней, советская промышленность так никогда и не произвела большого количества этих установок. Однако еще позже в том же году она начала выпуск более тяжелой 45,5-тонной самоходки с 122-мм пушкой, установленной на шасси тяжелого танка КВ-ИС. В середине 1943 года появились тяжелые самоходные орудия — 45,5-тонные СУ-152, имевшие массивную 152-мм гаубицу, установленную на шасси тяжелых танков КВ. Из-за своей мощи и смертоносности эти установки стали наиболее популярными самоходными орудиями в арсенале артиллерийских вооружений армии. Во время боев — под Курском они заслужили прозвище «Зверобои»,[612] так как оказались единственными самоходными орудиями, способными уничтожать новые немецкие танки «Пантера» и «Тигр».[613]

И наконец, чтобы противостоять растущей мощи немецких танков новых марок, НКО в конце 1943 года начал производство среднего 29,6-тонного самоходного орудия СУ-85 — 85-мм пушки на шасси танка Т-34. В начале 1944 года появилось среднее 31,6-тонное самоходное орудие СУ-100, тоже установленное на шасси танка Т-34. Помимо защиты пехоты и уничтожения укреплений, эти орудия служили в первую очередь для борьбы с танками.[614]

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги
Реклама

Генерация: 0.129. Запросов К БД/Cache: 0 / 0