Тактико-технические элементы линейного корабля “Евстафий”

Водоизмещение: нормальное/полное, т 12738/13780

Длина: наибольшая/по ГВЛ/ между

перпендикулярами, м 118,0/115,5/111,6

Ширина, м 22,55

Осадка: нормальная /в полном грузу/ с усиленным запасом угля, м 8,23/8,68/8,74

Бронирование, мм:

главный бортовой пояс по ГВЛ:

середина (32 1/2-72 1/2 шп.) 229

нос/корма 76,2/50,8

верхний (второй) пояс (29 1/2-74 1/2 шн.) 152

казематы 203-, 152- и 75-мм

(центральный каземат) орудий 127/76,2

палубы:

спардека и верхняя над казематами 152-мм орудий, (за исключением района 203-мм казематов)

и батарейная 25,4

жилая:

в горизонтальной части/на скосах 25–70/22-76,2

карапас (в носу) 60,3

вертикальная броня 305-мм башен/крыши 254/50,8

башенноподобные щиты 203- и 152-мм орудий 89

рубки 203

Мощность механизмов, и.л.с.: проектная/на испытаниях 10600/10808,4

Скорость хода, уз:

проектная/наибольшая (1912 год) 16/16,5

Дальность плавания, мили:

полным ходом/экономическим (10 уз) 1360/2000

Запас угля, т: полный/усиленный 1000/1100

Вооружение:

305-мм орудий в 40 калибров 4

203-мм орудий в 50 калибров 4

152-мм орудий в 45 калибров 12

75-мм орудий в 50 калибров

(с весны 1914 г. постепенно снимались) 14

75-мм зенитных орудий с углом возвышения 51° (установлены в ходе войны, но в мае-июне 1916 года сняты) 3

63,5-мм зенитных (на башнях) 2

40-мм зенитных (на “Иоанне Златоусте” — 75-мм)

(63,5- и 40-мм зенитные орудия установлены в октябре-ноябре 1916 года) 2

7,62-мм пулеметов 4

457-мм бортовых подводных торпедных аппаратов (сняты в июне 1915 года) 2

Экипаж: офицеров/кондукторов/матросов 28/20/880

В конце июня 1907 года правлению Металлического завода направили пожелания дополнить оптические прицелы башенных установок приспособлениями для приема автоматической поправки на курсовой угол, изготовить механизмы для обеспечения малых скоростей и улучшения вертикальной наводки, предусмотреть сдвоенные зрительные трубы с 10-кратным увеличением и углом зрения 4°. 9 сентября 1909 года последовало новое требование — предусмотреть для башенной артиллерии устройства для непрерывной наводки орудий во время заряжания. Совершенствование боезапаса повлекло за собой принятие на вооружение удлиненных до 965,2 мм 305-мм снарядов, что потребовало переустройства погребов и изменений в элеваторной подаче.

203- и 152-мм орудийные установки оснащались станками с раздельной наводкой, что привело к появлению двух прицельных площадок для комендоров. Но из-за них, чтобы не уменьшать углы обстрела, пришлось переделать все двенадцать выступов у портов 152-мм орудий на батарейной палубе. Эта работа на целый год задержала готовность шаблонов для заказа брони, а следовательно, и ее своевременную поставку. Для 203-мм же пушек, окончательное решение об установке которых приняли только в октябре 1906 года (его сдерживало отсутствие набора бортов выше верхней палубы и монтаж котельных и машинных кожухов), ограничились разработкой новых чертежей спардека. Все шесть 47-мм орудий снимались с вооружения, а на места двух из них в кормовой части спардека устанавливались 75-мм, предполагавшиеся ранее к установке по бортам в кормовой части.

Линейный корабль “Евстафий”. 1908 г. (Верхняя палуба) РГА ВМФ Ф. 876. On. 37. д. 12.

Линейный корабль “Евстафий”. 1908 г. (Верхняя палуба) РГА ВМФ Ф. 876. On. 37. д. 12.

Улучшалось и бронирование. 2 мая 1906 года МТК “ввиду несомненных преимуществ” одобрил предложение штаб-офицера по стратегической части капитана 2 ранга М.М. Римского-Корсакова о дополнительном бронировании оконечностей кораблей. В носовой части предусматривалась установка 101,6- и 76,2-мм крупповских цементированных плит, в кормовой — 50,8- и 25,4-мм несмонтированных. Поддержавший Михаила Михайловича вице-адмирал Г.П. Чухнин пошел еще дальше, рекомендовав забронировать 24,5-мм плитами ниже ватерлинии район румпельного отделения от платформы до нижней палубы. Во избежание значительных переделок он предлагал установить эту броню прямо на наружную обшивку без особых в ней выемок и деревянной подкладки. Помимо этого вводились: 76,2-мм бортовое бронирование центральной батареи 75-мм орудий, расположенной в спардеке; дополнительные траверзы по скосам броневой палубы; броневые машинные кожухи и другие усовершенствования в области защиты.

Чтобы избежать перегрузки и компенсировать массы вновь устанавливаемой брони и прочих нововведений, из весовой нагрузки кораблей изымались бесполезные тяжелые и массивные мачты с боевыми марсами (52,5 т) и оба громоздких крана (72 т), которые заменялись легкой мачтой с грузовой стрелой для подъема катеров; сетевое заграждение (20 т) и другие предметы, в том числе и упомянутые выше элементы вооружения. Вопрос о числе мачт неоднократно возбуждался на различных уровнях. В конце концов остановились на двух мачтах, как более удобных для сигналопроизводства, а также в связи с необходимостью иметь наблюдательные площадки на их топах при стрельбе на большие дистанции. Кроме того, на броненосцах устанавливались кормовые боевые рубки (33,6 т), а масса носовой (разработка новой ее конструкции затянулась на несколько лет) возросла до 105,4 т. В конечном итоге общая масса бронирования “Евстафия” увеличилась сравнительно с проектной на 173,7 т.

Заметным отличием “Иоанна Златоуста” и ‘‘Евстафия” от своего прототипа “Пантелеймона” (так стал называться с 29 сентября 1905 года “Князь Потемкин Таврический”) явилось отсутствие высоких и широких вентиляционных раструбов. Чтобы высоко не поднимать носовую боевую рубку с целью обеспечения обзора в сторону кормы, их, по предложению И.И. Боброва, заменили грибовидными воздухозаборниками, нашедшими в то время широкое применение за рубежом, и прорезанными по бокам котельных кожухов окнами.

Постройка “Евстафия” поначалу шла полным ходом. К декабрю 1904 года к судовому набору пристыковали форштевень, а к февралю следующего — ахтерштевень. В июле 1905 года начали установку палубной брони, к сентябрю заняли свои места кронштейны гребных валов, с января 1908 года приступили к монтажу бортового броневого пояса.

Первым 30 апреля 1906 года в 12 ч дня при спусковой массе 3825 т “очень удачно” сошел на воду “Иоанн Златоуст” (углубление после спуска носом 2,74, кормой 4,27 м). Почти полгода спустя, 21 октября 1906 года, в 13 ч 40 мин, при степени готовности 57 % покинул закрытый эллинг № 7 Николаевского адмиралтейства “Евстафий”. Из-за недостаточной ширины реки Ингул корпус броненосца чуть не вынесло на мель противоположного левого берега, от чего его с большим трудом удалось удержать. Углубление корабля после спуска на воду составило носом 2,44, кормой 4,26 м.

По завершении стапельного периода командир Николаевского порта контр-адмирал В.М. Зацаренный, по просьбе А.Э.Шотта, подал ходатайство о премировании его помощников A.JI. Коссова, В.К. Трсгубова и Ф.А. фон Гиршберга за проявленное ими усердие в подготовке корабля к спуску за месяц до назначенного срока. А.Э. Шотт особенно выделял последнего за “выдающуюся энергию и распорядительность” при проведении испытаний на водонепроницаемость всех междудонных и бортовых отсеков. На это А.А. Бирилев с сарказмом заметил: “Так ли быстро и хорошо идет постройка “Евстафия”, чтобы стоило что-либо платить за долгую и скверную работу?” Правда, А.Э.Шотта, вышедшего к этому времени в отставку, 6 декабря 1905 года удостоили ордена Св. Владимира 4-й степени.

Темп начатых достроенных работ, как уже упоминалось, оставлял желать много лучшего. Значительно успешнее шло изготовление главных механизмов, но монтаж их сдерживался неготовностью корпусов, так как его требовалось вести только после спуска кораблей на воду. К сборке машин на броненосце “Иоанн Златоуст” приступили лишь в первой половине мая 1906 года, и только спустя год их начали готовить к швартовным испытаниям. По той же причине, а также из-за отсутствия в Севастополе надлежащих складских помещений Франко-русский завод приостановил начатую в конце июля 1905 года отгрузку готовых паровых котлов для “Иоанна Златоуста”. Поэтому их установка, после готовности фундаментов, началась лишь со 2 августа 1906 года. В середине февраля следующего года приступили к монтажу оснований дымовых труб, 20 ноября 1907 года завершились гидравлические (несколько ранее, к середине мая того же года, на корабле собрали главные машины), а 7 февраля 1908-го — испытания под парами.

Аналогичная ситуация складывалась и на “Евстафии”, для которого во второй половине августа 1906 года опробовали приведением в движение вручную собранные в мастерских завода главные машины. Работы по их монтажу на корабле начались только 18 ноября и вместе с установкой шести паровых котлов кормовой группы завершились через год. Желание ускорить ход работ заставило строителей пойти на нарушение последовательности монтажа оборудования, начав сборку энергетической установки, не дожидаясь получения арматуры системы автоматического выравнивания крена, поставлявшейся фирмой “К. Зигель" (система соединяла между собой четыре угольные ямы каждого борта). Из-за возникших трудностей в ее монтаже, “Евстафий” в отличие от “Иоанна Златоуста” вступил в строй без нее.

Тактико-технические элементы линейного корабля “Евстафий”
Тактико-технические элементы линейного корабля “Евстафий”
Во время погрузки боезапаса на линейные корабли “Евстафий” (вверху) и “Иоанн Златоуст” (в центре) “Иоанн Златоуст” во время ремонтных работ (внизу)

Во время погрузки боезапаса на линейные корабли “Евстафий” (вверху) и “Иоанн Златоуст” (в центре) “Иоанн Златоуст” во время ремонтных работ (внизу)

Общая неготовность обоих кораблей, а также незаконченность установки остальных 16 паровых котлов “Евстафия” (их монтаж полностью завершили только к середине июля 1908 года) привели к необходимости отложить швартовные испытания и провести их незадолго до первого выхода кораблей в море, переведя до этого срока механизмы и котлы на долговременное хранение.

В процессе постройки имели место и досадные нарушения договорных обязательств поставщиками: например, установка десяти водоотливных турбин завершилась только к середине апреля 1909 года, с опозданием более чем на год.

Совершенствовались, хотя и не в такой степени, как вооружение и бронирование, различные механизмы и корабельное оборудование. Так, во избежание заклинивания пера руля предусматривалось устройство разобщения головы баллера руля от рулевой машины. Правда, о нем, применительно к “Евстафию”, вспомнили лишь в январе 1911 года, так как в наряде на изготовление устройства, выданном Ижорскому заводу, почему-то фигурировал только один “Иоанн Златоуст”. Само рулевое устройство, по опыту русско-японской войны, имело семь автономных приводов: паровой, электрический, пароэлектрический (электрическое управление золотниками паровой рулевой машины), гидравлический, ручной, от шпилевой машины и даже от самого шпиля.

Проект расположения противоминных сетей на ЛК типа “Иоанн Златоуст”. Ноябрь 1912 г.

Проект расположения противоминных сетей на ЛК типа “Иоанн Златоуст”. Ноябрь 1912 г.

1-сетевой леер; 2-задний бегучий брас; 3 — походный топенат; 4 — гитовы; 5 — задний глухой брас; 6 — передний бегучий брас; 7 — полка для укладки сетей; 8-сеть; 9 — боевой топенат; 10 — оттяжка; 11 — положение гитовых во время постановки и уборки сетей; 12 — положение гитовых при откинутом заграждении

Выполнено автором по материалам РГА ВМФ. Ф. 876. On. 37. Д. 135.

Впрочем, возможность использования последнего в военное время А.Э. Шотт считал более чем сомнительной. Когда еще в апреле 1904 года родилось предложение управлять румпелем с помощью талей и добавочного барабана, Александр Эрнестович заявил, что устройство рулевого привода достаточно прочное и нечего его усложнять, да и вообще при двухвальной установке в случае необходимости “хороший командир обойдется и без руля”.

К концу октября 1908 года закончили расточку вертикальных и горизонтальных погонов носовой 305-мм башни, а к началу февраля и концу мая следующего года Металлический завод завершил расточку фундаментов под станки 203-мм орудий на “Евстафии” и “Иоанне Златоусте”. В январе 1909 года морской министр контр-адмирал С.А. Воеводский, по просьбе строителей “Евстафия”, разрешил оставить броненосец в Николаеве до весны следующего года, что давало возможность николаевцам впервые достроить на своих верфях такой крупный корабль до полной готовности. До этого постройка доводилась лишь до такой степени готовности, чтобы корабли могли совершить переход в Севастополь, где заканчивались работы по бронированию и вооружению.

Главной причиной такого положения дел являлась недостаточная глубина фарватеров рек Буг и Ингул на участке акватории от коммерческого порта до Николаевского адмиралтейства. Однако эти планы остались на бумаге, положение усугублялось постоянными недопоставками оборудования, брони и особенно вооружения. Кормовая броневая рубка поступила только в декабре 1909 года, сборку носовой начали чуть ли не за месяц до ухода “Евстафия” из Николаева, 203-мм орудия вместе со станками к началу июня 1910 года находились в С.-Петербурге в ожидании испытаний стрельбой на морском полигоне. Отгрузка 75-мм пушек на центральных штырях и бортовых станках задерживалась, 152-мм орудия со станками были отправлены с Обуховского завода еще в 1908 году в Севастополь.

В стадии монтажа на линейном корабле (по новой классификации 1907 года) Евстафий” находились только 305-мм башенные установки, все необходимые части для начала сборки которых отправили по железной дороге 21 марта 1909 года, а их крупногабаритные детали перевозились на пароходах вокруг Европы. У доставленных таким водным путем в сентябре 1909 года в Николаев подачных труб оказались деформированными погоны для вертикальных катков у обеих башен. Из столицы пришлось высылать специальный станок для расточки этих погонов, которая завершилась только во второй половине февраля 1910 года.

По расчетам, выполненным Ф.А. Гиршбергом летом 1909 года, дополнительная весовая нагрузка, за счет внесенных в проект изменений и неучтенных ранее в нем грузов, как-то: запас нефти (141 т в междудонном пространстве между 61–71 шпангоутами); кормовая рубка (36,3 т) и увеличенной массы (101,4 т) носовая; бронирование оконечностей и траверзов; деревянная (сосновая) настилка верхней, батарейной палуб и спардека; увеличение числа команды с 770 до 847 человек при 31 офицере — достигла 217,3 т, и полное водоизмещение увеличилось до 13101,95 т.

На 1 января 1910 года готовность “Евстафия” (“Иоанна Златоуста”) составляла: по корпусу 93,52 (97), механизмам и котлам 100 (100), а по артиллерии — лишь 20,6 (90 % по башенным установкам)%». 22 декабря минувшего года удалось вполне удовлетворительно провести швартовные испытания, введя в действие шесть котлов кормовой группы (давление пара 12,6- 14 кгс/см?), а после переборки механизмов подготовиться к переходу в Севастополь.

Водолазные работы на “Евстафии”

Водолазные работы на “Евстафии”

Приборы управления кораблем в боевой рубке “Иоанна Златоуста”

Приборы управления кораблем в боевой рубке “Иоанна Златоуста”

Похожие книги из библиотеки

Чкалов. Взлет и падение великого пилота

«Он был не менее знаменит, чем Юрий Гагарин, – и погиб в том же возрасте, не дожив до 35 лет. Он стал национальным героем после легендарного трансполярного перелета, его считали «гордостью СССР» и «любимцем Сталина», предпочитая не вспоминать, что ВАЛЕРИЙ ЧКАЛОВ дважды побывал под судом и дважды увольнялся из вооруженных сил. О нем снят классический советский фильм и новый телесериал – но до сих пор не было ни одной профессиональной биографии, если не считать апологетических воспоминаний его родных, соратников и друзей. Эта книга – первая.

Наперекор официозу и негласным табу, отделяя мифы от правды, а пропаганду от фактов, это исследование рисует подлинный портрет великого пилота – не «иконы», а живого человека, едва ли не самой противоречивой личности в истории отечественной авиации. С одной стороны – гениальный летчик, постоянно находившийся в поиске революционных приемов воздушного боя, новых методик испытания авиатехники. С другой – не признающий никаких уставов и правил «воздушный хулиган», заплативший за недисциплинированность собственной жизнью и своим примером доказавший, что все авиационные наставления написаны кровью, а нарушение полетного задания может обернуться катастрофой…

Восстанавливая подлинную биографию Валерия Чкалова, от взлета до падения, от рождения легенды до трагического финала, эта книга воздает должное прославленному летчику, чье имя вписано в историю авиации золотом по граниту.»

Истребители Первой Мировой войны Часть 2

Уже в первый же год войны самые упорные скептики были вынуждены признать, что самолет стал неотъемлемым участником боевых операций, а его роль в войне неуклонно росла. Самолет уже использовали не только для корректировки артиллерийского огня, разведки или связи, но самолет теперь превратился в самостоятельное оружие, способное бороться с самолетами противника.

Описаны истребители Германия (продолжение), Великобритания, Австро-Венгрия, Россия

Первые германские танки. «Тевтонский ответ»

«Танки — это нелепая фантазия и шарлатанство! Здоровая душа доброго немца легко борется с глупой машиной», — твердила германская пропаганда после первого столкновения с британскими танками и обещала скорый «Тевтонский ответ». Однако ждать его пришлось полтора года, и это опоздание стало для немцев фатальным — в октябре 1918-го представитель Главного командования прямо заявил в Рейхстаге, что Германия проигрывает войну, поскольку ничего не может противопоставить вражеским танкам, примененным «в громадных, нами не предвиденных массах». Катастрофически отстав от противника на старте, преодолевая скепсис командования, при слабом финансировании, пионерам германского танкостроения все же удалось запустить в серийное производство вполне боеспособный тяжелый танк A7V, а также разработать несколько опытных машин и ряд многообещающих проектов — от легких LK до тяжелого штурмового «Oberschleisen» и сверхтяжелого 152-тонного «К-Wagen» («Колоссаль»). Однако было уже слишком поздно — в решающем 1918 году германские танкисты смогли бросить в бой всего полсотни машин (из них две трети трофейных) против тысяч танков Антанты…

Эта книга восстанавливает подлинную историю создания первых «панцеров» и боевого применения «Sturmpanzerkraftwagen Abteilung» («Штурмовых отделений бронированных машин») на заре танковой эры, когда каждый A7V имел собственное имя («Мефисто», «Зигфрид», «Вотан», «Хаген», «Циклоп», «Геркулес», «Старый Фриц», «Эльфриде» и т. п.), которое писали на броне рядом с тевтонскими крестами и изображением «Адамовой головы» (черепа с костями) — символа готовности к смерти и бессмертия духа.

Американские фрегаты 1794 – 1826

В наши дни принято представлять фрегат как 44-пушечный корабль с главной батареей из тяжелых 24-фунтовых пушек. Авторы авантюрных романов любят помещать своих героев на палубу 44-пушечного французского или американского фрегата. Это беллетристика, но под ней есть определенное основание. Последний, сохранившийся до нас американский фрегат, был USS Constitution, принадлежавший именно к классу 44-пушечных фрегатов. Наиболее известный британский фрегат эпохи Наполеоновских войн — HMS Indefatigable — был одним из немногих британских фрегатов с 24-фунтовыми пушками.