Глав: 7 | Статей: 21
Оглавление
Работа А.Н. Лобина — первое военно-историческое исследование, посвященное битве под Оршей 8 сентября (по старому стилю) 1514 г. На основании большого количества источников автор реконструирует ход сражения и разбирает основные историографические мифы. Для подсчета численности противоборствующих сторон используется ряд новых методик, которые позволяют ему по-новому осветить малоизвестные аспекты сражения.

Книга предназначена исследователям, преподавателям, студентам, краеведам и всем интересующимся военной историей.

Лобин Алексей Николаевич — кандидат исторических наук, автор более 30 публикаций по военной истории России XVI–XVII веков.

Наёмные войска ВКЛ в битве под Оршей

Наёмные войска ВКЛ в битве под Оршей

В работах историков можно встретить различные суждения о присутствии «солдат удачи» в войсках ВКЛ — от 4000 (3. Войцеховский, К. Гурский)[247] до 17 000 (3. Жигульский-мл., Ю. Бохан)[248]. Но указанные цифры вызывают большие сомнения. Дело в том, что сохранилось несколько документов в Литовской Метрике и «томицианских» бумагах, по которым можно подсчитать наёмный контингент. Важнейшим свидетельством численности наёмных войск являются решения сеймов, вербовочные листы и реестры наёмников — «Regestrum conscriptionis militum stipendiariorum».

Во второй половине 1513 г. на совещании с панами-радой в Мельнике и Вильне планировалось нанять огромный контингент — 10 000 польской конницы и 2000 пехоты.[249] Но к марту 1514 г. из-за неудовлетворительного состояния казны было решено снизить число наёмников до 7000 солдат. Именно эта цифра — «septen millia hominum» — фигурирует в послании Сигизмунда на Петроковский сейм («ad Convenium generalem Piotrkoviensem»).[250] На уплату жалования наёмникам вводился налог, названный в документах «поголовщиной» или «серебщиной» (грош с крестьянина, с панов — два гроша, с урядника — злотый).[251] В апреле того же года соответствующее распоряжение о наёмниках было послано Сигизмундом в Польшу. Указанное число — 7000 жолнеров — представляет собой «верхний» возможный предел численности наёмников в походе 1514 г. Почти во всех случаях воинов нанимали в меньшем, чем было запланировано, количестве. К 10 ноября на совещании с панами-радой было решено созвать в Вильне вальный сейм и выделить денежные средства для войны.[252]

Угрожавшая Великому княжеству Литовскому опасность заставила обратиться за военной помощью к Королевству Польскому. В марте 1514 г. к коронной раде было отправлено посольство Александра Ходкевича и каноника Стефана Щепана, через которое обещалось закрепить союзом все прежние «списы» относительно подтверждения унии в случае оказания военной помощи. Интересно, что польская рада, по замечанию М. В. Довнар-Запольского, в ответах говорила «о помощи против врагов королю, но не собственно Литве, оттеняя тем персональностъ унии…».[253] Коронные сенаторы объявили, что у них на службу принято больше воинов, чем необходимо для военных нужд. На помощь королю обещали придти также рыцари-добровольцы, выставленные «на свои пенези». Что касается унии, то дело не пошло дальше предварительных переговоров.

Итак, сколько же наёмников участвовало в битве?

Известный польский историк начала XX в. К. Гурский отмечал, что в 1514 г. нанятые в Королевстве Польском 9 кавалерийских и 10 пехотных рот включали по 200 воинов, 2 пехотные роты были по 100, а рота гетмана Яна Сверчовского — 230 воинов.[254] Основанием для такого утверждения послужил список ротмистров, которых хотели нанять к 20 мая в Берестье, посланный в Польскую Корону 10 апреля — так называемый «Rotmagistri contra Moscos conscript» (табл. 7).[255]

Таблица 7. Список ротмистров, направляемых против Москов

(«Rotmagistri contra Moscos conscript»)

Swirczewski equites Spergalldt pedites
Janussius Swirczewski 230 Starecz 200 equos V
Capitaneus Lukoviensis 200 pedites equites III
Iskrziczki 200 Boboleczki 200 IIII
Humborgk 200 Iskra 200 III
Joannes Borathinski 200 Kulhani 200 III
Alter Borathinski 200 Kanya 200 III
Chrczonowski 200 Suchodolski 200 III
Vgiesdzki 200 Zebridowski 200 III
Doluski 200 Ziwott 200 III
Secignewski 200 Czistowski 200 III
Cetrzicz 100 Pripieski 200
Daumbrowski 100

Всего 2263 конных и 2000 пеших воинов.

Но как видно из содержания посланий, это был только проект найма — в списке ротмистров упоминаются те, которых желали видеть на службе к установленному сроку. Это отнюдь не означает, что указанные роты были наняты.

Сохранились «записи о роздаче подскарбием платы ротмистрам за наем служебных людей» от 29 апреля 1514 г., позволяющие уточнить количество наёмников.[256] Записи несколько отлетаются от предварительного списка рот от 10 апреля. Подскарбий дворный Великого княжества Литовского выплачивал жалование польским наёмникам, которые через 4 месяца окажутся на Оршанском поле (табл. 8, 9).

Таблица 8. Наёмная кавалерия

Ротмистр «Коней» в роте Выплачено злотых Примечания
Я. Свирщовский 30 300
староста Луковский 200 400 Еще 400 зл. выплачено ранее в Литве
Слижицкий 200 800
Гунбурк (Гомборк) 200 800
А. Буратиньский 200 800
Я. Буратинский 200 800
Н. Хрещоновский 200 800
С. Гинк (Цинк) 200 800
Долузский 200 800
Сецикновский 200 800
Цетрыц 100 400
Лущовский 100 400 Дано «на месце Дубровского»
Итого 2030 8300

Таблица 9. Наёмная пехота

Ротмистр Драбов в роте Выплачено злотых Примечания
Бабалецкий 200 400(?) Ранее выплачено в Вильне. Ок. 12 зл. выплачено также за 3 «коня»
Шторце 200 400 (?) «на двесте драбов и на пять коней властных тут ничего не дано, во у Вильни все взял»
Искра 200 400 «взял у Вильни по одному золотому, а т[ут] взял по другому, а на пять коней дано ему у Вильни»
Шымка Кулгавый (Kulhani) 200 400 «а на тры кони взял по чотыры золотых»
Суходольский 200 400 «а на тры кони взял по чотыры золотых»
Зебрыдовский 200 400 «а на тры кони взял по чотыры золотых»
Сивоха 200 400 «а на тры кони взял по чотыры золотых»
Чистовский 200 400 «на (тры?) кони взял по чотыры золотых»
Е. Пятровский 200 400 «а на тры кони взял по чотыры золотых»
Переменьский 200 400 «а на тры кони взял по чотыры золотых»
Итого: 2000 4000(?) За 33 «коня» уплачено 132(?) зл.

Всего: 2063 конных, 2000 пеших.

Командир главной роты «Януш Свирщовский», указанный в записи, — это сам Януш Сверчовский (Свирчевский), гетман надворный Короны Польской, староста Теребольский и Ропчицкий, нанятый по решению сейма. Он руководил не только своей ротой и наёмной кавалерией, но и осуществлял общее руководство всем польским контингентом. Списки 10 и 29 апреля отличаются между собой несущественно. На смотре рота Сверчовского состояла не из 230, а всего из 30 воинов, однако жалование каждого кавалериста из гетманской роты превосходило жалование остальных в 2,5 раза (10 злотых против 4!). Поменялись и некоторые ротмистры. Вместо конных рот Угидского, Дамбровского и пеших рот Каньи и Припискою в списке от 29 апреля перечисляются подразделения Гинка, Лущовского, Суходольского и Переменского.

В вербовочных списках наёмников можно встретить таких профессионалов, как ротмистры Дамбровский, Рапата и Шимка по прозвищу «Колченогий» (Кулгавый), активно участвовавших в войнах начала XVI в. Среди списков «служебных» можно найти и ветеранов, например, ротмистры Сецигновский и Искржицкий числились в наёмниках ещё в 1489–1506 гг. Сам гетман Януш Сверчовский проходил в списках ротмистров с 1489 г.[257]

Существует еще один документ, на который следует обратить внимание, — письмо коронному скарбнику Андрею Костелецкому от 20 мая, из которого следует, что литовское казначейство обзавелось дополнительными финансовыми средствами. Великий князь литовский послал листы и деньги ротмистрам. В списке 8 рот конницы и 5 рот пехоты (1600 конницы и 1000 пехоты), среди которых были (табл. 10).

Таблица 10. Список ротмистров, которых нанимали после 20 мая 1514 г.

Equites Pedites
Gasper Mazyeyowski 200 Krzikawski 200
Nicolaus Gnoyenski 300 Borunieczki 200
Kozmirowski 200 Bistrzegiewski Oczko 200
Dambrowski 200 Rapata 200
Vyelzynski 200 Bernard 200
Gisiczki 200
Glambowski 200
Russyeczki 100

В списке новых ротмистров фигурируют лица, имеющие значительный боевой опыт. К примеру, неоднократно ВКЛ пользовалось услугами ротмистра Рапаты. В реестрах пеших рот, стоящих гарнизонами в крепостях еще с 1503 г., мы встречаем его имя: он командует 171 пехотинцами и 4 кавалеристами и за службу его рота получает 350 флоринов.[258] В приведенном списке наёмников (приложен к письму Сигизмунда I) в качестве ротмистра снова фигурирует пан Дамбровский (Daumbrowski в тексте от 10 апреля, Dambrowski — от 20 мая, в литовском реестре от 29 мая — Дубровский): его хотели нанять еще 10 апреля; он же должен был прибыть со своими людьми за жалованием 29 апреля, но «на месце Дубровского» деньги получил ротмистр Лущовский, предъявивший на смотр своих 200 человек.

Новый отряд из 2600 наёмников должен был подойти к Берестье («in Brzeszcze») ко дню ссв. апп. Петра и Павла («pro festo S. Petri et Pauli»), т. е. 29 июня.[259] Так как в распоряжении прописывался маршрут следования сформированного отряда, то можно почти безошибочно утверждать, что наем был осуществлен, ротмистры предъявили заявленное количество воинов, и наёмники выдвинулись на соединение с главными силами. Со слов епископа Петра Томицкого, король приказал тем, кто уже прибыл в Берестье, двинуться к Минску, куда, согласно оговоренным срокам (т. е. день св. Иоанна Крестителя — «pro festo S. Joannis Baptiste»), должно было подойти и посполитое рушение.[260]

Для всех наёмников 26 мая были установлены цены на продовольствие по пути следования к месту службы «как мають служебный пожывенье куповать, идучи дорогою… а силою не брать и не халупить».[261] На протяжении 1514–1517 гг. эти цены оставались фиксированными и практически не менялись (табл. 11).

Таблица 11. Фиксированные цены на продовольствие жолнерам (в грошах)[262]

1514 1517
ВОЛ 40 60
корова дойная 40
яловица 20 20
баран 6 4
вепрь 15 8
2 гуся 1 1
3 курицы 1 1
коп жита старого 6 6
коп жита нового 3 4
пшеница 8 за бочку 8 за коп
ячмень 5 за бочку 4 за коп
овес 5 за бочку 3 за коп

Получается, что общее число наёмников (6663 человека) почти сходится с количеством, оговоренном на сейме в феврале–марте 1514 г. (7000 человек), выставленных на собранную «поголовщину».[263]

Могли ли роты быть выставлены на войну в полной штатной численности (в 200 и 100 человек)? Более ранние свидетельства показывают, что роты никогда не равнялись круглой, озвученной на смотре цифре. Так, в 1480 г. ротмистры выставили следующее число «служебных»: Катажинский — 88, Мышковский — 116, Лямбург — 40, Маркварт — 60, Вальны — 113, Бычак — 102, Владыка — 43 и т. д.[264]

У Хрещоновского в 1512 г. было только 60 бойцов,[265] а по спискам 1514 г. проходит 200 человек. Тем не менее, в документах на выдачу жалования и в вербовочных списках, так же как и в королевских актах, отсутствуют какие-либо указания, что наемников de facto было выставлено меньше, чем заплачено денег. В практике найма ВКЛ бывали и такие случаи, когда ротмистр-мошенник получал деньги за себя и своих подчинённых, а потом не являлся на службу, или наоборот, ротмистр на смотр явилялся, показывал заявленное число жолнеров, но до лагеря не дошел. Но описанные случаи относятся к середине — второй половине XVI в. Согласно документам 1514 г., такие ситуации не встречаются. На удивление наёмники собирались организованно. Сохранились письма Петра Томицкого, в которых указывается на медлительность объединенных вооруженных сил. Смотр показал, что многие наёмники остались в Берестье. 6 июля король вынужден был поторопить отставших письмом — «Наёмникам в Берестье» («Stipendiariis in Brzeszcie»). Польским ротмистрам Н. Хрещоновскому, Яну и Андрею Боратинским со своими ротами предписывалось срочно прибыть в Минск.[266] Отставшие наёмники позже присоединились к королю, а один из упомянутых командиров, Ян Боратинский, участвовал в разгроме передового отряда русских в конце августа.[267]

При обращении к опыту набора 1530–1560-х гг., мы можем убедиться, что в количестве нанятых конных и пеших рот нет ничего удивительного. Так, в 1507–1508 гг. Сигизмунд содержал для войны всего 5000 наёмников под командованием П. Фирлея, сандомирского воеводича.[268] В дальнейшем почти ежегодно на южные границы княжества направлялись по 2000–3000 профессиональных воинов.

Великое княжество Литовское, в силу особенностей экономического развития, не могло обеспечить свои вооруженные силы большим количеством наёмных частей даже в трудное для страны время. Постановление сейма в ноябре 1513 г. о 7000 наёмниках и последующие списки и «вербовочные листы» позволяют считать в корне неверными рассуждения в литературе о присутствии 17 000 «наёмного контингента» в оршанской кампании.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.332. Запросов К БД/Cache: 0 / 0