Энергетическая установка

Котельная установка крейсера типа Tromp состояла из четырех водотрубных котлов типа Werkspoor-Yarrow, отапливаемых мазутом и расположенных в двух раздельных котельных отделениях. Нагревательная поверхность водогрейных трубок составляла 3800 м?, рабочее давление пара — 28,12 кг/см?. Имелись также два вспомогательных нефтяных котла с давлением пара 3 кг/см?. Паропроизводительность котельной установки равнялась 66000 кг пара в час. Пар подавался к двум T3A типа Werkspoor-Parsons, расположенных линейно в двух машинных отделениях. Турбины состояли из ступеней высокого, среднего и низкого давления, а также агрегата заднего хода. Турбина носового МО работала на правый вал, кормового — на левый. Диаметр трехлопастных винтов, выполненных из марганцевой бронзы, составлял 3,9 м.

Общая мощность двигательной установки равнялась 56000 л,с., что позволяло развивать скорость 33,5 (32,5) уз,, которая и стала «паспортной», хотя оба крейсера на испытаниях показали одинаковую скорость 34,5 уз., «выжав» из своих машин свыше 60000 л.с. (например, мощность машин крейсера Tromp на одном из пробегов достигла 62160 л.с.).

Топливные танки и резервуары с запасами воды находились в междудонном пространстве двойного дна. Нормальный запас топлива на крейсере Tromp составлял 860 т мазута, т.е. 885 м?, из которых 149 м?, являлись балластом. Heemskerck забирал 820 м? мазута, в том числе балластных 84 м?. Запас нефти для вспомогательных котлов составлял 35 м? для Tromp и 51 м? для Heemskerck. Объемы технической и питьевой воды для крейсеров определялись,соответственно, в 50/26 м? и 64/20 м?.

При полном запасе топлива дальность плавания составляла 1400 мор. миль на скорости 32 уз. На крейсерских скоростях 10 и 12 уз. этот показатель возрастал соответственно до 8000 и 6000 мор. миль.

Энергетическая установка

Похожие книги из библиотеки

Бронеавтомобиль «Остин». Предтеча бронетанковых войск России

История бронетанковых войск нашей страны начиналась не с танков — у ее истоков стояли бронированные автомобили. Они появились в составе русской армии в годы Первой мировой войны — уже в октябре 1914 года на фронт убыла первая в мире броневая часть.

Для обеспечения армии этим новым видом боевой техники русское военное ведомство приступило как к изготовлению бронемашин на отечественных предприятиях, так и к их закупке за рубежом. Наиболее удачными для русского фронта оказались бронированные автомобили английской фирмы «Остин» — в 1914–1917 годах в Россию поставили 168 машин такого типа, и еще 50 было забронировано на Путиловском заводе в Петрограде в 1919–1920 годах.

«Остины» стали основным и наиболее массовым типом бронеавтомобиля в России не только в годы Первой мировой, но и в ходе Гражданской войны, причем использовались они всеми воюющими сторонами, а трофейные машины впоследствии служили в армиях Польши, Германии, Румынии, Эстонии, Латвии и Австрии. В Красной армии «остины» использовались до 1931 года. Эти машины воевали в Европе в составе британского королевского танкового корпуса, а также использовались английскими частями в Месопотамии и Индии.

Данная книга представляет собой полную историю производства, службы и боевого применения бронированных автомобилей этого типа. В ней также рассказывается о судьбе «ленинского» броневика — единственного сохранившегося до наших дней образца бронеавтомобиля «Остин».

В оформлении переплета использована иллюстрация художника В. Петелина.

Supermarine Spitfire. Часть 1

Осенью 1931 года Министерство авиации выдало техническое задание F.7/30 на новый истребитель, предназначенный на замену устаревшего истребителя «Бристоль Бульдог». Многостраничный документ сыграл заметную роль в истории «Спитфайра». В первом из четырнадцати параграфов определялись характеристики, которыми будущий самолет должен был обладать:

Максимальная скороподъемность;

Максимальная скорость на высоте более 15000 футов (4600 м);

Хороший обзор из кабины;

Маневренность;

Технологичность, позволяющая простое и массовое производство;

Простота технического обслуживания.

Вооружение состояло из четырех пулеметов и бомбодержателей для четырех 20-фунтовых (9-кг) бомб.

Разрешалось использовать на самолете любой двигатель английского производства.

Прим. OCR: К сожалению не найден оригинал издания. В имеющемся первоисточнике все иллюстрации собраны после текста.

Самые первые танки

«ДЬЯВОЛ ИДЕТ!» — в панике кричали германские солдаты, увидев ПЕРВЫЕ ТАНКИ 15 сентября 1916 года в сражении на р. Сомме. В тот день атака 32 британских танков Mk I позволила прорвать немецкую оборону и овладеть укрепленными пунктами, которые английская пехота безуспешно штурмовала больше месяца.

Новая книга ведущего отечественного специалиста восстанавливает подлинную историю рождения и боевого применения этого «чудо-оружия», совершившего настоящую революцию в военном деле. Знаете ли вы, что на первых танках красовалась надпись «Осторожно, Петроград!» — из соображений секретности их выдавали за емкости для воды, якобы заказанные Россией, а русские журналисты поначалу переводили слово «tank» буквально — как «лохань». Знаете ли вы, что на заре танкостроения эти машины подразделялись на «самцов», «самок» и «гермафродитов» (первые были вооружены пушками, вторые пулеметами, а третьи имели смешанное вооружение), что своим рождением танки обязаны не военному министру Великобритании лорду Китченеру, который обозвал показанную ему новинку «дорогой, нелепой игрушкой», а первому лорду Адмиралтейства У. Черчиллю, взявшему новоявленное «чудо-оружие» под свое крыло. Чутье не обмануло будущего премьера — за неполных три года первые танки, прозванные за характерную форму «ромбами», прошли колоссальный путь от сомнительной экзотики до нового «БОГА ВОЙНЫ».

Броненосный крейсер “Адмирал Нахимов”

Имя самого знаменитого и любимого народом русского адмирала Павла Степановича Нахимова не было в почете ни у царских семей и их окружения, ни, как не парадоксально, у морских чиновников с адмиральскими погонами на плечах. Видимо, потому, что. занимая один из высочайших постов на юге России, П.С. Нахимов так никогда чиновником и не был, а всегда оставался моряком и флотоводцем. Лишь спустя тридцать лет после его гибели в его честь был назван корабль, которому и посвящен этот очерк, дополненный подлинными документами.